Глава 12

— И сколько им лет, интересно? — поинтересовалась Руби. — Это вообще законно?

Хлоя не ответила, чувствуя, как противный червяк не пойми когда и откуда взявшегося собственничества закопошился внутри.

— Хочешь, врежу ему? — спросила Эш.

— И я подсоблю, — согласно закивала Руби.

— Не надо, — покачала головой Джонсон. — И вообще… тут так шумно. Никто случайно не хочет в кино?

— Кино? Звучит неплохо, — тут же поддержали ее. — Там вроде как раз вышел…

— Чего стоим? Кого ждем? — перебила их вернувшаяся Ви. Заметила помрачневшие лица, проследила за взглядом Руби и, хихикнув, миролюбиво толкнула Хлою плечом. — Расслабьтесь, девочки. Не надо никого убивать. Пошли за мной, — Виолетта заспешила к Кайлу, и бесцеремонно скинув ноги девиц с его коленей, приземлилась аккурат рядом с братом. — А ну марш спать! — пригрозила она девчонкам. — Если родители спихнули мне вас на выходные, это не значит, что вам дозволенно полуночничать.

— Отстань, — отмахнулись те и снова полезли к парню. — Ну пожалуйста! Ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! Ты сможешь их уговорить!

— А оно мне надо? — устало вздохнул Холден, последнюю четверть часа мечтающий убежать куда подальше, только вот беда — его никто не отпускал. — Нечего несовершеннолетним шататься в чужой стране без сопровождения. Даже не в городе, стране!

— Ну и что? Сабрину вот родители отпускают.

— Сабрина меня мало интересует. А я согласен с родителями: нет. Никуда вы не поедете.

— Ты зло-о-ой, — только что миловавшиеся девицы начали почем зря колотить его, что вызвало еще больше недоумения у Руби, Хлои и Эш, которые видеть-то все видели, но из-за музыки не слышали ни слова.

Впрочем, Джонсон уже смутно начинала догадываться что к чему. А тут еще Ви, пытаясь угомонить этих двоих, указала непосредственно на нее. Девчонки мигом позабыли обо всем и уставились на новоприбывшую с нескрываемым восторгом.

Кайл же, вот поразительно, без особого воодушевления просто помахал рукой, и устало сполз с дивана, закатив глаза. Ну тут уже хочешь — не хочешь, а подойдешь, чтобы понять, что происходит.

— Привет, у вас тут… весело, — приблизившись, осторожно заметила Хлоя, которой от жадного взгляда девиц становилось страшновато.

— Это она, да? Да? Кайл! — требовательно затрясла парня одна из них.

— Да, да, да, — только и отозвался тот.

Ох, эта усталость и бесконечное терпение в голосе. Они хорошо знакомы любому, кто был в семье не единственным ребенком. Они были прекрасно знакомый самой Джонсон. Разве не с той же интонацией и тем же лицом она ругала Софи, когда та изрезала ей паспорт накануне отлета в Квинсленд? Потому, собственно, и пришлось пропустить целый учебный месяц.

— Дай угадаю, сестры? — улыбнулась Хлоя, чувствуя, как червячок поспешно забивался в норку. До лучших времен, так сказать.

— Я Каролина, — к ней с объятиями вскочила с дивана темноволосая девчушка с ярко-синими глазами. Такими же, как у брата. Вот теперь сходство стало особенно заметным.

— А я Изабелль, — подключилась другая, немногим младше сестры, глазами потемнее, а волосами светлее и гораздо короче.

— Привет, — слегка растеряно отозвалась Хлоя, на которой буквально повисли с обеих сторон. Мало того, задрав головы, смотрели с широкой улыбкой.

— Симпатичная, — захлопала длинными ресницами Изабелль. — Даже лучше, чем на фотографии.

— Какой еще фотографии? — не поняла та.

— Которую мы нашли в сумке Кайла, — с готовностью сдала брата Каролина.

— Брысь уже отсюда, мелочь, — обреченно выдохнул так и валяющийся в позе брошенного плюшевого медведя парень. — Всего час с вами, а у меня голова вот-вот лопнет.

Уходить никто не хотел, так что Ви пришлось брать дело в свои руки и чуть ли ни за шиворот оттаскивать неугомонных сестриц на второй этаж. Едва те скрылись с горизонта, Кайл заметно ожил. Правда все равно устало потер глаза.

— Родители уехали на выходные и спихнули их нам. А Ви еще и додумалась вечеринку устроить. Нашла время. У меня теперь жить никому не хочется, всем веселья подавай.

— А четвертая где? — поинтересовалась Хлоя.

— Люси с ними. Нам и этих хватает, еще и десятилетнюю терпеть — нет, спасибо. Знаешь, что учудили эти двое? Приспичило им, понимаешь, в Италию на каникулах укатить, а родители не разрешают. Теперь вот все мозги проедают, сил нет. Куда их отпускать? Эти пигалицы таких делов наворотят там без контроля.

Как же непривычно было слышать от него подобные интонации. И раздражение, без этого никуда в делах родственных, и любовь, и эту особую нежность, проскальзывающую даже сейчас, когда он их ругал…

— Четыре сестры, — громко присвистнув, Руби рухнула на освободившееся место. — Сочувствую. Я бы и от одной такой как я свихнулась, а тут целых четыре.

— Если на расстоянии и видеться раз в неделю, ничего. Жить можно, — Кайл махнул рукой, подзывая на второе место Хлою. Та присаживаться не торопилась, пришлось притягивать ее силой и заваливать рядом. — Хорошо, что ты пришла, киса. Хоть какая-то радость в этом хаосе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Джонсон даже не стала сопротивляться, когда ее ноги без ее же разрешения перекочевали к нему на коленки. Это сестрицы приучили его к такой позе? Не столь важно. Вопрос в другом: она теперь не могла отделаться от мысли, что, кажется, начинала узнавать настоящего Кайла Холдена.

Значит все-таки тогда, в ту прогулку с Софи, он был самым что ни на есть… ну, собой? Парнем, привыкшим к вечным капризам и прогулкам с младшими. И на ее дне рождении… Кайл ведь тогда остался до конца. Девчонки уехали, а он помогал относить все в дом, помыл посуду, даже какое-то время посидел с отцом на кухне.

О чем они разговаривали Хлоя не знала, она тогда пошла укладывать малышку, а папа сознаваться не пожелал. И сейчас… когда он продолжает негодовать за непутевых сестриц. Вроде и понимает, что те хотят свободы, но как бы обязан на правах старшего промывать им мозги и играть в строгого брата.

— Можешь же быть милым, когда захочешь, — сорвалось у нее с языка раньше, чем мозг успел обработать информацию.

Эшли, стоящая рядом с засунутыми в карманы руками, удивленно вскинула брови. Руби замолкла на полуслове с открытым ртом, а на лице Кайла с готовностью приблудилась лукавая улыбка.

— Да это же первый комплимент от тебя в мой адрес. А насколько милым? — коварно поинтересовался он.

Хлоя догадывалась, что ее ждет. Видела по прищуренным глазам.

— Все, момент упущен, — трагично вздохнула она. — Опять павлин наружу пробивается. Ждем следующего пришествия.

— Не так быстро, — Холден поднялся с дивана и призывно поманил ее. — Пошли, разберемся поподробней, какие новые горизонты ты там для себя открыла. Заодно дообсуждаем где теперь тот плакатик, что у тебя висел. Вчера ты не очень-то захотела откровенничать.

— Ну говорю же! Любуйтесь, он опять меня раздражает, — пробурчала Джонсон. — Никуда я не пойду.

— Ошибаешься, — уже привычным движением Кайл стащил ее с дивана и перекинул через плечо. Однозначно правильная техника — так ведь гораздо функциональней, проще и быстрее. И не надо тратить время на уговоры. — А теперь пошли. Расступитесь. Дорогу, дорогу!

Танцующие сердито отстранялись, но вот же удивительно, особого внимания на них и не обращали. Видимо таскать девушек подобным образом здесь считалось обычным делом. А они уже вышли из гостиной, миновали холл и свернули к закрытым, но не запертым дверям на двухсторонних петлях.

Кухня. Они оказались на безукоризненно белой кухне. Настолько белой, что слепило глаза. И, вероятно, в обычное время чистой, правда сейчас столешницы были завалены пустыми бутылками, тарелками с едой, пластиковыми стаканчиками и прочим мусором, скапливающимся во время вечеринок. Зато людей нет.

Кайл разгреб место и бережно усадил Хлою на мраморную стойку. Джонсон не выглядела взбешенной или сердитой. Наоборот, буднично помахала свисающими над полом ножками.

— Что мне нравится — ты уже и не пытаешься сопротивляться, — довольно кивнул Холден. — Хороший знак.

— А смысл? Ты все равно сильнее. Таскай когда вздумается, но это же не означает, что я стану сговорчивей.

— Иначе это была бы не ты.

Стараясь не встречаться с ним взглядом, от которого внутри почему-то внутренности делали тройной перевертон, Хлоя отстранено разглядывала кухню. Баночки, скляночки, посуда для декора, расставленная по полкам — все подобрано настолько гармонично и со вкусом, что походило больше для разворота журнала “Все для дома”, чем на реальное место где что-то вечно коптится, жарится и брызгает на стены шипящим маслом.

— Тут живут ваши родители? — поинтересовалась она.

— Жили когда-то, но потом родилась Люси, Изи с Карой подросли, и стало понятно, что домик тесноват. Пришлось искать побольше. Тут теперь хозяйничает Ви.

Побольше? Куда еще-то побольше? Да тут столько места, что… Ладно, они же с девчонками уже решили — у богатеньких свои причуды. Взять хоть тот же цвет. Белый! Это же так непрактично, замучаешься отмывать, да и…

— Так значит, я милый?

Хлоя насмешливо фыркнула.

— Бываешь иногда. Но большую часть времени раздражаешь своей… не знаю, несерьезностью.

Кайл присел на краешек столешницы.

— Несерьезностью?

— А как это еще назвать? Все у тебя так легко и весело. Бесит прямо.

— А почему нет? Что хорошего ходить с пасмурной миной и сетовать на судьбу? Превратиться в меланхолика всегда успеется.

— Говоришь прямо как мой папа, — хмыкнула та. — Он любит повторять: если проблема решается, садишься и решаешь ее. Нет — какой смысл переживать и накручивать? От этого все равно ничего не изменится.

— Мистер Джонсон дело говорит. Тебе бы у него поучиться, а то уж ты-то точно чересчур серьезная. И недоверчивая. Всегда была такая или стала после…

Холден не договорил, но конец предложения додумывался без проблем. По интонации.

— Не знаю, — пожала плечами Хлоя, наблюдая за своими болтающимися над кафелем ногами. Туда-сюда, туда-сюда. Как расслабляет. — Наверное. Хотя, я уже говорила, после ее смерти меня конкретно занесло, однако пришлось справляться. Так и держались. Папа ради меня, я ради Софи… но характер, увы, испортился окончательно.

Дружеский толчок плечом.

— Зато стал сильнее, — заметил Кайл.

— И противнее.

— Ну и это тоже… но разве это проблема? У каждого замка есть свой ключик. Главное правильно подобрать.

Хлоя с трудом сдержала улыбку.

— И как поиски? Удачно продвигаются?

— Ты мне скажи.

Джонсон задумчиво подняла на него глаза. Рассматривала, рассматривала, закусив губу… и дала предельно честный ответ.

— Пока все правильно.

— В самом деле? — Кайл даже удивился.

— Что, ожидал другого?

— В общем-то, да, но… — Хлоя уже отворачивалась, но Холден перехватил ее за подбородок, заставив их взгляды столкнуться. Теперь уже он внимательно разглядывал ее лицо, словно что-то искал. — Такой ответ нравится мне даже больше. Теперь бы только понять…

Молчание.

— Что понять?

Вместо ответа его пальцы скользнули по ее щеке, задержавшись на губах. В горле Джонсон как-то разом пересохло. Странные ощущения. Хотелось и отстраниться, и не шевелиться одновременно. Парадокс.

Кайл улыбнулся.

— Снова покраснела.

— А не надо провоцировать, — буркнула смущенно та, смахивая его руку.

— Не могу.

— Потому что нравится меня дразнить?

— Но ты ведь так забавно реагируешь.

Вот значит, как? Очень мило. Хлоя сердито спрыгнула на пол.

— Я, конечно, рада, что ты нашел себе развлечение, только вот меня оно конкретно вы…

Перебивая, Холден резко дернулся к ней, облокотившись руками об столешницу и прижимая Джонсон к столу.

— Выбешивает, знаю-знаю, но ничего другого-то не остается. Привлекаем внимание как умеем. Сама не оставляешь вариантов.

— Это еще почему? — неуверенно отозвалась та, невольно пятясь, только вот было особо и некуда.

— А что еще остается делать? Первой не заговоришь, не подойдешь, ручку и то на уроке не попросишь. Что, так сложно утром сказать «доброе утро»? Язык отсохнет?

— Может, это повод призадуматься?

Кайл подался еще ближе, сократив между ними расстояние до… абсолютного нуля. Их тела соприкоснулись. Предательский выдох вырвался из Хлои непреднамеренно.

— Вот и призадумайся, — склонившись, ответил он негромко и от этого тихого бархатного голоса по телу побежали гогочущие и улюлюкающие мурашки. — Потому что так старательно меня игнорировать… это сколько терпения нужно, а? И хоть это весьма забавно смотрится со стороны… — его губы были совсем близко. — Порой все же и дико выводит. Хочется в такие моменты подойти и…

Все. В легких напрочь закончился кислород.

— И? — вырвалось у нее.

Ответом стал поцелуй. Несдержанный, настойчивый и опьяняющий. Кажется, в нем Кайл пытался выразить все, что не мог сформулировать словами. Затуманенное сознание Хлои едва понимало, что они делают и где находятся. Да и так ли это важно? Неспособная противиться, она сделала единственное, казавшееся правильным — ответила на поцелуй.

Почувствовав податливость, Холден окончательно потерял контроль. Мужские руки скользнули по ее спине, комкая и задирая рубашку, дразняще коснулись обнаженной кожи, стали подниматься выше… Хлоя не только не сопротивлялась, но и притянула его еще ближе (будто это было возможно), удерживая за шею, словно боялась, что он может отстраниться.

Но Кайл не собирался отстраняться. Не смог бы. Он все целовал, целовал ее, вдавливая в стол и практически повалив на него. Кто знает, к чему бы все это привело, если бы их не отрезвил скрип дверей и виноватый возглас Виолетты:

— Ой, простите!

Ви поспешно выскользнула обратно с грязными тарелками наперевес, но было поздно. Безумное наваждение исчезло. Хлоя испуганно отпихнула парня. Сердце колотило, руки тряслись, а губы и лицо буквально полыхали огнем. С ума сойти… Окуните ее кто-нибудь в тазик с водой. Желательно ледяной. Ну пожалуйста! Ей просто необходимо охладиться.

— Я, пожалуй, пойду… — ноги не слушались. Даже единственного шага сделать не удалось, коленки подогнулись. Хлою буквально поймали в полете. И прижали к себе. Крепко.

— Куда? — усмехнулся Кайл. — Ну вот куда ты опять собралась?

Сопротивление бесполезно, не вырваться… А надо ли? Наверное, нет. Не придумав ничего умнее, Джонсон уткнулась носом в мужскую грудь. Забавно. Ее собственное сердце и его, еще не успевшие после поцелуя прийти в привычный ритм, синхронными молоточками отбивали по ребрам, отдавая гулом в ушах. Словно тянулись друг к другу, пытаясь вырваться из телесной темницы.

Так они простояли несколько следующих минут. В молчании и приглушенной музыке, доносящейся из-за дверей. Слушая никак не стихающее обоюдное сердцебиение. Хлоя не поднимала головы, Кайл ласково поглаживал ее по голове. Но именно он первым нарушил тишину.

— Опять пахнешь земляникой, — долетел до нее его тихий голос.

День двадцать восьмой (понедельник)

Хлоя побаивалась новой и последней в этом семестре учебной недели. Даже не то, чтобы побаивалась… Скорее, не совсем понимала, как вести себя с Кайлом. Он, конечно, звонил ей и вчера, и в субботу после того как девчонки уехали с вечеринки, но одно дело разговаривать по телефону на вполне безобидные темы и другое — оказаться с глазу на глаз.

И дураку понятно, что после такого поцелуя сложно делать вид, что ничего не случилось, хотя Джонсон очень старалась в тот вечер. Зато теперь начинала понимать состояние Руби после того как они с Тео… С другой стороны, у них-то был всего-навсего поцелуй, но какой… От одного воспоминания начинало бить током. И самое паршивое, Хлоя понимала, что не стала бы сопротивляться, если бы Кайл решил его повторить.

В целом, боялась она зря. Холден, видимо достаточно изучивший ее, вел себя хорошим мальчиком. Ну настолько, насколько был способен. Поддразнивания оставались все теми же, как и попытки приобнять ее в коридорах или столовой, но после вечеринки, Хлоя уже по-другому на это реагировала.

“Привлекаем внимание как умеем. Сама не оставляешь вариантов”, вертелось у нее в голове и вместо того, чтобы зарядить парню в челюсть, она едва сдерживала желание прижаться к нему в ответ. Даже памятуя недавний разговор, подошла перед уроками и пожелала ему самого распрекрасного и чудесного доброго утра, сопроводив все театрально исполненным реверансом. Несмотря на явное ехидство, Кайл остался доволен.

А вот сама Хлоя не очень, потому что чувствовала, как что-то начинало барахтаться в нутре и предательски екать при виде него. И даже просто когда дисплей отображал записанный без имени, но уже давно выученный номер. Самое обидное, никаких “бабочек” в животе не наблюдалось. Скорее колючие ежики, от иголочек которых перехватывало дыхание и приходилось то и дело вздрагивать. Но даже это не мешало осознанию, что просто симпатия переходила во что-то большее.

Она начинала… влюбляться. Наверное, рано или поздно, это понимание должно было прийти… но черт, оно так пугало! Нет, нет, нет, только этого не хватало. Вдруг это просто остатки поцелуя выветриваются с непредвиденными осложнениями? Денек другой и отпустит. Ей нужно срочно отвлечься, сменить обстановку и… э-э-э, что там обычно делают в таких случаях?

— Какие планы на сегодня? — спросила Хлоя.

Они с Руби, попрощавшись с Эшли, у которой появились какие-то там срочные дела с матерью, объявляющейся после развода раз в полгода, как раз зашли в концертный зал, где неспеша собирались ребята на дополнительные. На сцене сматывали провода и собирали ударную установку “Вестники”.

— У меня свидание, — ответила довольная Руби. — Ну с тем парнем с вечеринки… не помню как его зовут, но он милый.

На сцене послышался оглушительный грохот. Это Тео снес стойку синтезатора. На девушек он глаз не поднял, но что-то подсказывало, что все прекрасно услышал. Эти двое по-прежнему старательно избегали друг друга, а тут еще в субботу остальных “Вестников” не было на вечеринке. Зато имелся в наличии симпатичный парень, мигом приметивший Руби, пока сама Хлоя миловалась с Кайлом на кухне. Вот подруга и решила, а почему бы и нет?

— Класс. Имени не помнишь, но на свиданку собралась. Только ты так и можешь, — фыркнула Хлоя, опуская футляр на сидение.

Плечо еще побаливало — это Оливия, с классом которых у них сегодня была физкультура, типа случайно зарядила в нее волейбольным мячом. Правда сразу же после того, как Кайл после забитого очка в дружеском матче на радостях обнял и поцеловал девушку. Но и Джонсон не осталась в долгу — белобрысый затылок, мельтешащий перед ней, был слишком заманчивой целью, так что и Оливии прилетело. Тоже как бы случайно. Кошмар. Счастье, что у них редко совпадали занятия, иначе женская драка была бы неизбежна.

— Она хоть легка на подъем, а тебя пригласи — сто отговорок найдешь, — заметил Кайл, спрыгивая со сцены с гитарой и грудой кабелей наперевес.

— Куда это вы свое барахлишко тащите? — полюбопытствовала Руби.

— Так фестиваль же в пятницу начинается. Завтра перевозим все в Сидней.

— Завтра? — удивилась Хлоя.

— Вчера позвонили, просили приехать пораньше. Заодно нас там вроде как еще и предварительно прослушать согласны. Так что сегодня собираем манатки, а завтра с утра в путь. Десять часов дороги, ужас. Хорошо Ленс и Тео вызвались за рулем поехать. Буду отсыпаться.

— Завтра… — отупело повторила Хлоя. Нет, со всем этим странным состоянием, ей совсем не понравилась новость, что они не увидятся до… Кстати, до каких? Кайл же вроде хотел взять ее с собой.

Тот словно ее мысли прочитал.

— Киса, не грусти, — приобнял ее тот. — Я тоже буду скучать, но это всего на несколько дней. В четверг за тобой прилечу. Мне ведь нужна моя муза. Интересно, как долго придется уговаривать твоего отца позволить тебе прогулять последний день?

— Что-то мне подсказывает, что недолго, — покачала головой та.

Насколько она успела заметить, папа был более чем благосклонен к поклоннику дочери и теперь то и дело выпытывал, как там у них дела. Все ему подавай, любые подробности. Додумался даже до того, что во время очередного звонка бегал за ней на цыпочках, поигрывая бровями и многозначительно улыбаясь. Пришлось прятаться в ванной. Да уж… порой Хлое казалось, в их доме только один взрослый и это явно не Говард Джонсон.

Высвободившись из объятий и склонившись над футляром, она щелкнула застежки и…

— Эй, киса, что такое? — Кайл испуганно подхватил чуть не упавшую Хлою.

— Скрипка… — в ужасе хотела выговорить она, но получилось лишь нелепое бульканье.

Но остальные и сами уже поняли. Над ее драгоценным инструментом кто-то подло и низко надругался, перерезав струны. Сложно поверить, что они вдруг одновременно лопнули сами, и теперь рассыпались по дну дохлыми паучьими лапками. Смычок и гриф, слава богу, нетронуты.

— Это какой скотине… — краснея от ярости воскликнула Руби. — Да я их… да я…

— Мамина скрипка, — закрывая лицо руками, чтобы не видеть кошмара, выдохнула Хлоя.

Кайл скинул с плеча вещи и прижал к себе девушку.

— Струны — это ерунда, — успокаивающе поглаживая ту по спине, бормотал он. — Их легко заменить.

Джонсон ничего не отвечала, чувствуя, как подбирается истерика. Это же… такое кощунство. Ну ее кто-то ненавидит, черт с ним, но инструмент то за что? Мамин инструмент! Да она весь год с него пылинки сдувала… ведь каждая царапинка на полировке — все оставалось нетронутым после ее смерти.

— Но это же хватило кому-то мозгов! — все кипела Руби. — И когда, главное?

— Да когда угодно, она же его в шкафчике оставляет. Он может таким лежать и с пятницы, — покачал головой Холден, продолжая словно бы убаюкивать Хлою. — Киса, ну успокойся. Не переживай. Починим мы твою скрипку. Как новенькая будет.

— Руки оторвать бы этой сволочи. И в одно место засунуть, — на глазах свирепел подскочивший к ним Эммет. Как обладатель собственного любимого и бесценного инструмента подобное отношение для него приравнивалось едва ли не к святотатству.

— И засунем. Когда узнаем кто, — поддержал того Ленс, дружелюбно поглаживая Хлою по плечу. — Джонсон, без паники. Найдем мы этого гада!

Ободряющие слова, конечно, помогали, да не особо. Общее состояние все равно приравнивалось к десятибалльному шторму. Хотелось вопить и кусаться. Ну и само собой, для Хлои дополнительные занятия на сегодня были окончены, но Кайл попросил подождать, пока они закончат собирать аппаратуру. Еще и с трудом убедил отдать ему футляр, который та прижимала к груди словно раненного замерзшего щенка.

Только на парковке все распрощались: у ребят были какие-то дела и хоть Холден не хотел оставлять Хлою, Руби пообещала, что присмотрит за ней. И присматривала, часов до шести, пока Джонсон не выгнала из дома подругу, надумавшую отменить свидание. Однако прошло меньше часа, а та уже звонила, чтобы узнать: “все ли хорошо и приехал ли отец?”. Честное слово, обращаются как с маленьким ребенком. Она расстроена, бесспорно, но давно пришла в себя. Шоковое состояние ушло, оставив лишь дикую злость на человека, посягнувшего на ее сокровище.

— Все нормально, говорю тебе, — в который раз повторила Джонсон. — Вали уже на свое свидание и постарайся, что все было культурно и цивильно.

— Ты меня за кого принимаешь, а? — обиделась на том конце Руби и тут же добавила. — Но целоваться-то можно, если что? Если сам полезет?

— Хорошие девочки на первом свидании не целуются.

— Это смотря с кем. Есть такие парни, что грех не поцеловать… Так, что мне надеть? То красное платье с Нового Года или желтое со Дня Святого Валентина?

— А может что поскромнее? — вздохнула подруга, прекрасно помня на фотографиях в соцсетях оба наряда. В телефоне что-то пикнуло. — Мне тут Кайл звонит по второй линии.

— Ладно, беги отвечать, — судя по шуму, Руби устраивала у себя в комнате салют из одежды. По крайней мере, без конца что-то шелестело и стучало. — Наберу, как буду выходить.

— Да нет, потом ему перезвоню.

— Смотри, приедет еще. Он же грозился.

— Да он же вроде занят, пакует чемоданы. Тут уж не до меня.

— Но звонит же, — даже по голосу было заметно, что Руби улыбалась. — Будешь скучать?

— Шутишь? Отдохну хоть немного от его приставаний, — внутри снова что-то призывно екнуло. Хлоя огорчено вздохнула. Куда уж там, смысл обманываться? — Ну, если совсем чуть-чуть …

— А ревновать?

— В смысле? — еще один призывный гудок. Кайл звонил второй раз. Вот и повод проверить обещание.

— Ну… ты здесь, в школе, будешь тухнуть на уроках. А он в Сиднее, где хватает симпатичных девиц и будет полно свободного времени…

— Руби, ты… невозможна.

— Что? Я реалистка. Так уж устроены парни. И у них есть потребности, которые нужно удовлетворять. И если это не будешь делать ты, это сделает кто-то другой.

— Ты на что намекаешь?

— На то, что ждать вечно он тоже не сможет. Так что хорошо, что ты будешь на фестивале. Проконтролируешь, чтоб за ним не увивались всякие. А увиваться будут, поверь. Красавчик, да еще и с гитарой, тут уже плевать, поет он или для красоты ее держит.

— Руби, у тебя язык без костей, — покачала головой Хлоя.

— А у тебя с костями? Очень интересно, однако. Ну-ка, расскажи об этом поподробней.

— Катись уже на свидание.

— Еще рано, мы договорились в половине восьмого в центре.

— Так и не вспомнила его имя?

— Не а. То ли Кит, то ли Кевин… потом как-нибудь выпытаю.

Джонсон не сдержала смешка. Такая она, Руби. До невозможности простая и легкая на словцо потому что в следующие полчаса они перешли с обычного звонка на видео, и неугомонная девушка мерила весь свой гардероб, оценивающе показываясь подруге. И чего уезжала? Могла бы делать тоже самое и у нее.

— Может, это? — в очередной раз вздыхала она, стаскивая с себя наряд и маяча перед экраном в нижнем белье.

— Нет, оставь ту синюю кофту и белую юбку.

— А на ноги?

— Кеды надень.

— С ума сошла? Это ж первое свидание.

— Зато удобно.

— Нет, у меня вроде босоножки где-то есть. Как раз под юбку… О, стой, киса, мне тут в дверь звонят. Кого принесла нелегкая? Родители не раньше одиннадцати вернутся.

— Хоть халат накинь, — посоветовала Хлоя, которой прекрасно были видны трясущиеся от спуска по ступеням кружевные оборки ее черного лифчика.

— Да я его, по-моему, в стирку бросила. Ой… — Руби застыла на месте, но кроме верхней части ее шеи Джонсон не могла ничего увидеть. — Киса, я тебе перезвоню, ладно? — не дожидаясь согласия, трубку повесили.

— Ну и ну, — покачала головой Хлоя. Ее же теперь любопытство съедало. Кто там пришел? Она представляла глаза гостя, которого встречала девица в подобном виде. Три пропущенных от Кайла. Джонсон перезвонила, но звонок почти сразу сбросили. Вот, значит, как? Она, получается, должна всегда брать трубки, а он нет? Ну и пожалуйста. Больно надо.

Скучая от не пойми откуда взявшегося безделья, решено было посмотреть телевизор. Папа с Софи задерживались, вроде как решили сходить в кино под открытым небом, так что у нее имелось несколько часов свободного времени. Ужин приготовлен, да и то скорее всего будет не тронут — опять наедятся попкорна, а убираться не было ни желания, ни настроения.

Часам к девяти Кайл сподобился перезвонить.

— Открой дверь, — без извинений и приветов прилетело ей.

Хлоя послушно поплелась в коридор и без особого удивления обнаружила на пороге незваного гостя.

— Принимайте свою игрушку, и не оставляйте больше без присмотра, — ей торжественно вручили футляр. — Кто знает, может у этого мародера хватит ума еще с ней что сделать.

— Так быстро?

— Да там дел минут на десять. Дольше искал нужный комплект струн. Теперь на всякий случай закупился ими лет на пятьдесят вперед.

С ума сойти. Да, он прав. Заменить струны процесс быстрый, но ведь у Кайла наверняка еще куча дела перед отъездом, а он копался с ее скрипкой. Еще и приехал, чтобы отдать. Бешеная благодарность разлилась внутри приятным теплом.

— Спасибо.

— Только спасибо? — наиграно вздохнул Холден. — Как тоскливо. Даже благодарственных объятий не будет?

К его изумлению, Хлоя послушно подалась вперед, положив руки ему на плечи и, привстав на цыпочки, легонько чмокнула в щеку. Заслужил.

— Ого, — покачал головой Кайл. — Да за такое я согласен каждый день чинить твою скрипку. Или ты просто заранее скучаешь? В таком случае, тут нужен другой поцелуй, — всю нежность как рукой сняло. Джонсон отстранилась, хмуро воззрившись на него и скрестив руки на груди. — Ну чего ты, киса? Хорошо же стояли. Долго ведь потом не увидимся.

— Что, три дня не продержишься?

— Боюсь, что нет. Забрать бы тебя прямо сейчас.

У Хлои сердце подскочило к горлу, сбивая дыхание. И как давно она начала так реагировать? Нет, нет, нет. Вдох-выдох. Приходим в себя, нечего таять, она не снегурочка на отдыхе в Африке.

— На этой неделе итоговые тесты. Как вас вообще отпустили?

— Пообещали сдать все в начале следующего семестра. Пришлось, конечно, приправить просьбу горстью лести и подхалимства, ну да ничего, — Кайл задумчиво огляделся. — Так и будем стоять на пороге? Даже чая не предложишь?

— А что, дома чай закончился? Могу дать в дорогу.

— Уже выгоняешь? — Кайл грустно вздохнул, но не сопротивлялся. — Ладно, мне все равно еще надо вещи собрать. Позвоню завтра, а нет… у тебя уроки будут идти, сообщение напишу. Держи телефон поближе, — Кайл состроил милейшую гримасу ангелочка. — Еще один поцелуй на прощанье? Нет? Ну ладно, я сам, — ее быстро притянули и чмокнули в губы. — Спокойной ночи.

Хлоя растеряно глядела вслед уходящему парню. Надо же, какой послушный. Взял и ушел… И вот чего он ушел, а?