Глава 24

Мэтт

Следующие несколько дней мы с Бэмби проводили много времени вместе. Даже, я бы сказал, слишком много времени. Она была со мной на тренировках, в спортзале, в бассейне, на массаже, в моей постели. Не знаю, как ей это удавалось, но она словно читала меня, как открытую книгу и понимала, что, стоит ей оставить меня наедине с моими мыслями, я тут же начну анализировать происходящее между нами. И, мне кажется, ей бы не понравилось то, что крутилось в моей голове.

Я снова начал сравнивать Бэмби с Джилл. Я бы не хотел этого делать, но мысли сами постоянно уплывали в эту сторону. Как будто постоянно подбрасывали мне воспоминания. Или будто вселенная специально ставила рядом двух этих девушек, чтобы спросить, которая из них более достойна отношений со мной. Даже в моей голове это звучало пафосно, но я, опять же, не мог все это проанализировать, потому что Бэмби заполняла собой весь свободный эфир. А несвободный был занят игрой.

Когда тренер объявил пятнадцатиминутный перерыв, мы с Уиллом и другими парнями завалились на траву отдышаться. Я сидел, откинувшись на руки, и по привычке искал взглядом Зои. Когда наткнулся на нее, прищурился и всматривался не только в свою девушку, но и в стоящую рядом с ней.

Сегодня Джилл была одета в белые джинсы, выгодно обтягивающие ее бесконечные ноги. Сверху на ней была тонкая, летящая майка, а на груди красовались несколько цепочек с подвесками. Запястья украшали металлические браслеты, а в ушах были серьги-кольца. Такой немного цыганский стиль выгодно подчеркивал утонченность самой Джилл, как будто выставлял напоказ ее аристократичность. Контраст одежды и изысканных движений даже при обычном взмахе руки, завораживал.

Рядом с ней стояла Зои. Понятная, простая, но страстная и живая. Эти девушки были как две противоборствующие стихии: совершенно разные, но каждая из них была по-своему манящая.

Когда я наблюдал за ними, понял, что Бэмби меня немного душила. Ее и правда стало слишком много в моей жизни, и мне нужно было время, чтобы просто сделать свободный вдох. Я так долго был один, что отношения теперь душат меня. Или это Зои? Я пока не разобрался, и именно поэтому мне было нужно немного пространства.

Когда тренировка закончилась, я медленно пошел с поля в направлении раздевалок. Бэмби нигде не было видно, и от этого становилось немного легче, хотя я стал уже привыкать к тому, что она все время крутится рядом, заряжая своей энергией.

– Мэтт! – Я резко тормознул, услышав голос Джилл за спиной. Обернулся медленно, словно ожидал, что она растворится в пространстве. – Привет, – поздоровалась она, когда наши взгляды встретились.

– Привет, – мрачно ответил я.

– Слушай, я хотела попросить прощения за то, как вела себя на интервью. Но пойми правильно, моя задача как репортера – сделать репортаж интересным, цепляющим. Поэтому ничего личного.

Ну да, так я и подумал.

Склонив голову набок, я стоял молча в ожидании, к чему приведет это предисловие.

– Надеюсь, мой напор тебя не оскорбил. Я вообще в последнее время не знаю, кого обидела, а кого нет. – Она сделала паузу, судя по всему, в ожидании уточняющего вопроса, которого не последовало. – А чем ты занят вечером? Я бы хотела показать тебе предварительный вариант ролика, который завтра выйдет в эфир.

– Завтра и посмотрю.

– Мне… очень важно твое мнение. Хочется знать, что, если тебя что-то не устраивает, то у меня есть время все исправить.

– Ты правда сделала бы это?

– Для тебя? Без сомнений.

– Даже если бы это сделало интервью менее острым?

– В остальных хватает остроты. Но не хотелось бы ничего убирать, потому что ты – центральный игрок команды, и к тебе приковано больше всего внимания. Конечно, если интервью не будет острым, то, наверное, это не лучшим образом может сказаться на моей карьере.

– Так не рискуй ею, – ответил коротко и развернулся вполоборота, чтобы уйти, но Джилл схватила меня за запястье. Я нахмурился. В месте соприкосновения наших рук все еще слегка пробивало током. Меня накрыло теплой волной. Как тогда, много лет назад, когда ее присутствие волновало меня до тахикардии.

– Мэтт… сделай мне одолжение, – мягко попросила она. – Пожалуйста, просмотри со мной предварительную запись.

В ее глазах было столько мольбы и беззащитности, что, неожиданно для самого себя я кивнул.

– Ладно.

– Правда? – с восторгом воскликнула она, а в глазах загорелись звезды. Почему из-за этого мою грудь распирало от волнения? – Тогда буду ждать тебя в восемь. У меня в номере. Семнадцать тридцать шесть. В восемь, – повторила она и, легонько сжав мое запястье, развернулась и вернулась к съемочной группе, крутящейся рядом с трибунами.

Я потер веко, уже жалея о своем согласии. Хотел побыть один, а в итоге просто сменил женщину на вечер. Не в том самом смысле, но в каком бы ни было. Тяжело вздохнув, я поплелся к раздевалкам.

Вечером я шел по коридору второго этажа к Джилл, когда зазвонил мой телефон. Вытащив аппарат из кармана, я посмотрел на дисплей. Бэмби. Я не успел даже поздороваться, как она выпалила на одном дыхании:

– В общем, у меня эти самые дни. Знаешь, я видела в сети, как в эти дни парни смотрят со своими девушками мелодрамы, закармливают их сладким, обнимают и заворачивают в теплый плед. Я решила, что мы тоже могли бы так провести вечер. Кстати, плед я сегодня купила, как и сладости. Так что с тебя только обнимашки и мужество посмотреть со мной мелодраму.

Я тормознул и, коснувшись кулаком стены, прижался к нему лбом. Чувство вины поднималось откуда-то из глубин моего тела и вибрировало в каждом его уголке. Я прикусил нижнюю губу, пытаясь отогнать вину, которая сейчас была совсем некстати.

– Мэтт? – позвала Зои, когда я промолчал.

– Прости, Бэмби, сегодня никак.

– Что-то случилось? – встревоженно спросила она. Черт, да не проявляй ты столько участия, от этого еще хуже! – Я проверила твое расписание, на вечер ничего не запланировано.

– Я хочу отдохнуть, – скривился, произнося эти слова.

– От меня? – ее голос просел и начал немного дрожать, из-за чего в груди что-то неприятно зашевелилось.

– Нет. Просто… Зои, слушай, я зайду позже к тебе.

– Хорошо, – выдохнула она.

– Не обижайся, – я впервые в жизни произнес это, и слова как-то странно щекотали мое нёбо.

– Все хорошо. Пойду тогда посмотрю мелодраму одна. Но, когда придешь ко мне, не пугайся красного носа. Он всегда такой, когда я плачу.

– А почему ты плачешь? Я тебя обидел?

– Мелодрама, помнишь?

– Понял, – выдохнул с облегчением. – Отдыхай.

Я положил трубку и продолжил путь к комнате Джилл. Чувствовал, что поступаю неправильно, но все равно не развернулся.