Глава 25
Анита
Мы сидим на кухне в квартире сестры Хантера, слушаем рассказ девушки о ее великих похождениях в поиске желанной работы. Так мило и, я бы сказала, по-семейному. Хотя откуда мне знать что такое настоящая семья.
– Ну же, братишка, не нужно кислых мин, – смеется Инга, отпивая шампанское из бокала. – Рано или поздно это все равно надо было прекращать. Мне надоело работать на паршивой удаленке дома, как в тюрьме блин!
– Зато дома было безопасно! – раздраженно отвечает парень.
– Безопасно для кого?! Для меня или для общества?! – прожигая брата обиженным взглядом, говорит Инга.
С нашей последней встречи девушка словно ожила. В глазах появился задорный блеск и с губ не сползает озорная улыбка. Она действительно рада, что нашла работу себе по душе, связанную с искусством. Но излишняя настороженность Хантера все портит. Ее руки снова начинают заметно подрагивать, а голос срываться, показывая предистеричное состояние своей хозяйки.
– Ты прекрасно знаешь для кого! – резко отвечает Хантер и выходит из кухни.
Да что с ними такое…
Перевожу взгляд на Ингу. Бедная девочка, она позвала самого близкого человека, чтобы поделиться радостью, а он лишь выражает свое недовольство с самого момента нашего прихода. Представляю, как ей обидно.
– На какую роль тебя утвердили? – пытаюсь перевести тему я и сделать вид, что все в порядке.
Девушка залпом выпивает шампанское и долго смотрит на дно бокала где шипят оставшиеся на тонком стекле пузырьки, тяжело дышит, сквозь плотно сжатые зубы.
– Знаешь, есть такой психологический эксперимент, когда человека запирали в одиночестве без связи с внешним миром и смотрели на то, как он себя ведет, – говорит Инга. – Многие сходили с ума… Вот я как раз на этой границе сейчас. Мне нужно общение, социализация, эмоции, секс в конце концов! А не одиночество и спокойствие.
– Но ведь ты наверное общаешься с друзьями… – попыталась я успокоить девушку.
– Этого недостаточно, – качает головой Инга. – У птички в клетке тоже есть и еда, и вода, и развлечение.
Она права. Возможно, что Хантер слишком утрирует состояние сестры и ей действительно банально не хватает общения.
На кухню возвращается Хантер и протягивает сестре надрывающийся от звонка телефон.
– Кто? – непринужденно спрашивает Инга.
– Неизвестный номер, – пожимает плечами парень.
Закатив глаза, девушка берет смартфон и отходит к окну, нажимая на значок «принять вызов».
– Нет, вы ошиблись номером, – уверенно и даже дерзко отвечает она, а мы с Хантером настороженно переглядываемся. – До свидания.
Инга сбрасывает вызов и, повернувшись к нам, замирает, сжимая в руках телефон. На ее лице застыл страх и растерянность, руки снова задрожали а на глазах заблестели слезы.
– Кто звонил? – спрашивает Хантер.
Вместо ответа Инга бросается к столу, просто напросто сбрасывая с него все тарелки, и начинает бить свой мобильный телефон всем подряд, что попадается под руку. Звон бьющегося фарфора и стекла наполняет квартиру, осколки полупустой бутылки шампанского разлетаются по всей кухне. От неожиданности я вскакиваю на ноги и испуганно отшатываюсь в сторону, натолкнувшись спиной на Хантера.
– Они меня не достанут! – кричит Инга. – Не достанут! Нет, нет, нет… – неустанно повторяет она, ударяя по своему телефону деревянной разделочной доской.
– Твою мать! – рычит Хантер и протягивает мне ключи от своей квартиры. – Жди там!
– Вызвать скорую…? – лепечу я, до сих пор ошарашенная происходящим.
– Я сказал жди в квартире! – рявкает на меня Хантер, вырывая из рук беснующейся сестры разделочную доску.
– Пусти, пусти меня! Его нужно выбросить! Они следят, пусти! – надрывно визжит Инга.
Не помню как выбралась из квартиры на лестничную площадку. Сердце бешено колотится в груди, мне вдруг становится до безумия страшно. Страх за Хантера, за Ингу… Ведь этот приступ просто на ровном месте.