Глава 20

Эммелин

С нашего первого свидания прошло уже больше недели. И каждую ночь Макс проводил в моей постели. Иногда, когда у него была ночная смена, он приходил только на рассвете, но это не мешало нам наслаждаться друг другом.

Все еще без секса.

Да, вы не ослышались: выдержке этого фуд-фетишиста можно позавидовать.

И я никогда не думала, что скажу подобное, но… Макс был прав. Мне действительно была необходима сексуальная пауза, чтобы исчезли все сомнения.

Мы много говорили, порой до самого рассвета. Делились историями, мечтами и мыслями. Задавали друг другу нелепые вопросы, чтобы узнать любимый цвет, с кем из знаменитостей мы бы сходили на свидание и за покорение какой волны продали бы душу. Между нами было много поцелуев, сладких, нежных, а порой – невероятно страстных. Мы постоянно касались друг друга, держали в объятиях и просто наслаждались минутами вместе. Никто из нас никуда не спешил. Нам просто необходимо было насладиться друг другом.

Макс попросил о еще одном свидании, чем заинтриговал меня. И еще я решила, что больше нет смысла отказываться от удовольствия, ведь я уверена в том, что тоже люблю его, и сегодня собираюсь признаться ему в этом.

Смотрюсь в зеркало в последний раз и нервно поправляю новое кружевное белье, которое мы с Клэр купили вчера специально для этого уик-энда, ведь Макс приготовил мне какой-то сюрприз. И даже несмотря на то, что я уверена, что это не встреча с Крисом Хэмсвортом, я все равно предвкушаю и нервничаю.

На столике вибрирует мой телефон, и я тянусь к нему, чтобы посмотреть, кто звонит. Это звонок от Клэр по видеосвязи.

– Ты узнала, куда он тебя везет? – вместо приветствия интересуется подруга.

– Нет, – выдыхаю я. – Но куда бы ни повез, я планирую снять это жутко неудобное белье как можно скорее.

– Из-за недостаточно качественного образования ты путаешь слова. – Клэр фыркает. – Давай помогу: жутко СЕКСУАЛЬНОЕ белье. Не благодари.

С губ срывается смешок.

– Как думаешь, ему понравится? – Я нервно прикусываю губу.

– Если честно, думаю, для того, чтобы ему понравиться, тебе нужно быть голой и на коленях, – пожимает плечами она, вызывая у меня очередной приступ смеха. – Учитывая то, что вы не занимались сексом больше недели, он набросится на тебя, едва вы окажетесь в пункте назначения. Не волнуйся. Готова поспорить, что Макс разорвет это белье на тебе зубами.

– Оно же стоило две сотни долларов! – ужасаюсь я.

– Только не вздумай сказать ему об этом, если он решит его разорвать на тебе. Это может послужить причиной импотенции.

Хихикаю.

– Почему ты вообще нервничаешь? Вы уже занимались сексом. И не один раз. Да и ты говорила, что он тот еще жеребец.

– Я такого точно не говорила, – цокаю я.

– Но он же жеребец, да? – поигрывает бровями Клэр.

– Боже! – чувствую, как краснею. – Мы не будем это обсуждать.

– Почему? Я не могу жить спокойно, не зная хотя бы его размеров!

– Может, лучше обсудим то, что ты провела ночь в постели его брата? – ухмыляюсь я, и лицо Клэр вытягивается.

– Мы просто спали. Он прижимался ко мне и храпел.

– И все?

– И слюнки пускал!

– Клэр… – Я сдерживаю смех и продолжаю давить.

– Ой, отец на второй линии, я тебе перезвоню. Пока!

И она сбрасывает звонок. Я мотаю головой в стороны, ведь точно знаю, что никакого отца на второй линии нет, она просто не хочет рассказывать мне о том, что было между ней и Арчи, и убираю телефон обратно на столик.

Взяв крем с ароматом кокоса, круговыми движениями наношу его на все тело, отчего кожа начинает сиять. Затем закручиваю крышку и тянусь к вязаному платью, которое надеваю поверх белья. Белое полупрозрачное кружево идеально скрывает белье в тон, и я даже ловлю себя на мысли, что и в самом деле выгляжу сексуально. До Макса я никогда даже не задумывалась о том, что выгляжу привлекательно. Это именно он и все его пошлые фразочки помогли мне почувствовать себя желанной.

По телу пробегает дрожь от мысли, что этой ночью мы займемся любовью. Да, Макс не стал у меня первым. Но он станет первым, с кем я буду заниматься не просто сексом. И вот что действительно важно.

Делаю несколько глубоких вдохов полной грудью и выдыхаю. Затем наношу тушь на ресницы, распускаю свой пучок, отчего кудрявые локоны тут же укрывают мои плечи и грудь. Провожу руками у корней, чтобы придать им объем, и в очередной раз шумно выдыхаю.

Беру сумочку, обуваю сандалии и пару раз брызгаю своими любимыми духами. На всякий случай кладу флакончик с собой, ведь знаю, что Максу очень нравится их аромат. Я понятия не имею, куда мы поедем, но, раз речь шла об уик-энде, я решила все же взять с собой кое-что из вещей, а потому в последнюю секунду складываю в сумочку бикини и косметичку, после чего выхожу из своего бунгало.

Едва я прикрываю за собой дверь, делаю шаг и врезаюсь в отца.

– Пап, – нервно убираю волосы за ухо, – привет!

Мой голос звучит слишком истерично. И конечно же, мой отец не глухой, и тоже это замечает.

– Свидание? – Он сводит брови к переносице.

– Да… нет… эм… просто… решила прогуляться. Такая погода хорошая.

Отец поджимает губы, сдерживая смех.

– Ладно, – выдыхаю. – Ты угадал.

– И кто он? – Папа наклоняет голову.

– Да… так… ничего серьезного.

– Ничего серьезного? – Он вскидывает бровь. – На тебе платье, Эми. Я не видел тебя в платье… Я вообще когда-нибудь видел тебя в платье? Даже на нашей свадьбе с Эмбер ты не была в платье.

– Ваша свадьба с Эмбер была на пляже и в стиле гавайской вечеринки. Было бы странно, если бы я надела платье, если даже невеста была не в платье.

– Не меняй тему, – улыбается папа.

Черт, не прокатило.

– Может быть, нам пора обсудить то, с кем именно ты встречаешься?

Испуганно смотрю на него. С губ срывается короткий вдох.

– Грант! – кричит Эмбер, бегущая к нам. – Я везде тебя ищу. О Эми… выглядишь… ух ты! Сногсшибательно.

– Спасибо. – Я чувствую смущение.

Что со мной происходит? Почему я вдруг превращаюсь в девственницу?!

– Свидание? – улыбается она, и я медленно киваю. Какой смысл скрывать? – Хорошо повеселись, детка.

– Ты даже не спросишь, с кем она идет на свидание? – возмущается отец, на что Эмбер лишь хихикает, отбрасывая от лица длинные темные локоны. – О господи! Ты знаешь!

Эмбер поджимает губы и смотрит прямо мне в глаза. Наверняка замечает в них смятение, но сама лишь улыбается.

– Милый, ты когда-нибудь видел ее в платье? – вдруг спрашивает она.

– Я только что сказал ей об этом…

– Взгляни на нее. Она вся светится. Просто дай ей время, и она сама обо всем тебе расскажет.

– Но ты знаешь, кто он, да? – Папа пальцем указывает на Эмбер. – Не могу поверить, что вы сговорились!

Из моего рта вырывается смешок, и Эмбер тоже хихикает.

– Ладно, расскажешь мне обо всем позже. Но предупреди этого своего загадочного парня, что ты должна быть дома к десяти! Комендантский час!

Вскидываю бровь, сдерживая хохот, но он все же вырывается наружу, и я начинаю громко смеяться. Отец тоже улыбается.

– Пап, мне двадцать один. Комендантский час?

– Ну, я сделал все, что мог. Иди уже, – смеется он. – Повеселись. И будь осторожна со своим сердцем, ладно? Не отдавай его всяким придуркам, они его не заслуживают.

Он тянется ко мне, чтобы оставить на лбу едва уловимый поцелуй.

– Люблю тебя, пап, – выдыхаю я, а затем делаю шаг в сторону и обнимаю Эмбер, шепча еле слышно: – Спасибо, что не сказала ему.

– Расскажешь позже сама, как разберетесь, – кивает она, отстраняясь. – Хотя, кажется, вы разобрались, судя по тому, как ты сияешь.

– Снова шепчетесь? И снова без меня? – негодует отец. – Это ущемление моих родительских прав.

– Милый, иногда ты бываешь таким брюзгой…

– Это я брюзга? – возмущается папа, вызывая у Эмбер смешок.

С улыбкой прощаюсь с этими двумя и пробираюсь между пальм к дороге, где меня должен ждать Зандерс. Макс сказал, что это не вызовет ни у кого подозрений. Спорно, учитывая, что все знают, что они с Максом лучшие друзья, но не на полицейском пикапе Джона – и на том спасибо.

Зандерс сегодня молчаливый. Из вежливости спрашивает, как у меня дела, и я интересуюсь в ответ. Он пребывает в своих мыслях всю поездку на мотоцикле, и мне совсем не хочется лезть ему в голову и уж тем более давать ненужные советы, ведь я его практически не знаю.

Десять минут спустя Зандерс высаживает меня у отеля, в котором работает Арчи.

– Привет, куколка, – широко улыбается мне тот.

– Привет, – дрожащим голосом здороваюсь.

– Мне кажется, или ты нервничаешь? – щурится Арчи. – Или это что-то вроде ролевой игры и ты сейчас готовишься сыграть девственницу?

– К твоему сожалению, ты не увидишь меня в этой ролевой игре. Но я уверена, у тебя хорошо развита фантазия.

Арчи усмехается.

– Извини, куколка, но, когда речь идет о том, чтобы фантазировать о девушке брата, я пас. – Он вскидывает руки ладонями вверх.

От формулировки «девушка брата» у меня по телу пробегают мурашки.

– Рада, что у тебя есть хоть какие-то табу.

Арчи усмехается.

– Так и… есть идеи, что задумал Макс? – улыбается он.

Только собираюсь открыть рот, как Арчи продолжает, не дав мне ответить:

– Ну, помимо вашей ролевой игры в девственность.

Я закатываю глаза, но изо рта все же вырывается смешок.

– Намекнешь, куда мы идем? – спрашиваю, когда мы заходим в лифт.

– Ну, дам тебе подсказку: мы едем на самый верх.

– В пентхаус? – недоверчиво спрашиваю, ведь прекрасно знаю, сколько стоит ночь в пентхаусе.

Если Макс и в самом деле арендовал его нам на уик-энд, то мне придется его бросить. Встречаться с психопатом мне совершенно не хочется. Я только-только смирилась с его фетишем на еду.

– Еще выше, – ухмыляется Арчи, и я не сразу понимаю, о чем он, пока следом за ним не выхожу из лифта и не оказываюсь перед лестницей на крышу.

Вскинув брови, я открываю рот. Мы будем встречать рассвет на крыше?

В предвкушении вкладываю свою руку в руку Арчи, чтобы подняться по лестнице, а затем толкаю дверь и замираю, чувствуя себя Анастейшей Стил, ведь прямо передо мной стоит вертолет. А рядом с ним – Макс, который беседует с пилотом.

Заметив меня и мою реакцию, Макс улыбается. И его улыбка работает как заклинание для бабочек у меня в животе. Они начинают трепетать, отчего по телу проносится дрожь. Надо же, дело вовсе не в текиле, как мне казалось прежде, а в Максе. Он же иллюзионист, как я могла забыть.

Медленно я делаю шаг по вертолетной площадке, даже не оглядываясь на Арчи. Все, что я вижу перед собой, – Макс. Он одет в светлые льняные шорты и рубашку нараспашку в тон, сквозь которую виднеется его идеальное мускулистое тело, покрытое татуировками с различными морскими обитателями. На его лице красуется трехдневная щетина, а темные волосы развеваются на сильном ветру. Когда я подхожу к нему, он тут же прижимает меня к себе одной рукой, пока другой протягивает букет лилий.

– Я так скучал, – с улыбкой произносит он.

– Мы не виделись несколько часов.

– Ненавижу, когда мы не видимся несколько часов.

О господи. Как слащаво. Но я ничего не могу с собой поделать и таю в его объятиях от этой самой слащавости.

Наверное, стоит сейчас признаться ему, что у меня аллергия на лилии, чтобы все происходящее не казалось такой приторной сказкой… но я молчу, ведь рядом с ним ощущаю себя настоящей принцессой. И даже если на этот уик-энд я стану чихающей принцессой – плевать. Я буду наслаждаться каждым мгновением этой сказки.

Макс накрывает мои губы своими. С напором проскальзывает языком между ними, целуя меня жестко и требовательно. Мои ноги становятся ватными, и я практически чувствую, как растекаюсь лужицей от этого поцелуя. А затем чихаю.

– Апчхи! – Я шмыгаю, посылая романтику в задницу.

Отстранившись, Макс хмурится, ведь я чихаю снова.

– У тебя аллергия… на лилии? – зажмурившись, стонет он.

В подтверждение чихаю еще раз.

– Кажется, мы недостаточно друг друга узнали, и с сексом придется подождать, – выносит вердикт он с шумным выдохом.

– Что?! Нет! – Я несколько раз мотаю головой. – Все пройдет. Они очень красивые, нужно просто срезать их тычинки! У меня ведь нет аллергии на секс с тобой, а это самое главное!

Губы Макса расплываются в улыбке.

– Детка…

– А на что у тебя аллергия?

– У меня аллергия на дыню.

– Видишь, теперь я знаю о тебе всё, – со знанием дела произношу, и Макс смеется.

Ладонь Макса смещается с моей поясницы на задницу и крепко сжимает ягодицу. Прижимаюсь к Максу еще ближе, чувствуя жар и пульсацию там, пока внизу живота растекается лава, а по телу проносятся импульсы удовольствия.

– Тебя что, заводят аллергики? – прикусываю губу, ощущая возбуждение Макса.

– Не все. – Макс издает смешок. – Только ты.

Я улыбаюсь.

– Нам нужно поесть. – Он отстраняется, вызывая у меня смешок, а затем берет за руку и ведет к вертолету.