ГЛАВА 2

Шизофреническое танго

   – Виктор, я не думаю, что это хорошая идея, - осторожно проговорила Лиззи, качая головой.

   – Что ты, Лиззи! Представляешь, как будет здорово, если мы победим! Уик-энд в президентском люксе самого Роял-Рица! Да о таком только мечтать можно!

   Виктор с восторгом разглядывал прикреплённую к доске объявлений кричащую афишу, гласившую: «При спонсорстве отеля Роял-Риц. Кубок танца для лучшей пары Академии Вампиров! Победителей ждут входные в президентском люксе самого шикарного отеля княжества Вайорика Роял-Рице по системе «Все включено»! Участвуйте и докажите, что именно ваша пара лучшая!».

   – Но нам совсем необязательно доказывать кому-то, что наша пара лучшая, да и вообще… – Лиззи лихорадочно пыталась придумать достаточно веские причины, что бы отговорить его участвовать в Кубке танца.

   Только этого ей не хватало! Меньше всего Лиз хотела сейчас привлекать к себе внимание, но хуже того, что подготовка к конкурсу предполагает более тесное общение с Виктором, а вот этого она сейчас как раз старалась избегать.

   Для себя Лиззи решила, что если будет незаметно отдалятьcя от возлюбленного, постепенно он к этому привыкнет, и перенесёт расставание не так болезненно. До чего же она нерешительная! Мучает и Виктора и себя! Но резко обрубить концы у Лиззи никак не получалось…

   – Любимая моя, девочка моя, неужели не понимаешь? – юноша ласково положил ладони на ее подбoродок и приподнял ее лицо. – В последнее время мы немного отдалились друг от друга, а этот конкурс – прекрасная возможность сблизиться! Это будет наше общее дело, которое мы сделаем вместе, а вместе нам все по плечу! Помнишь наш вальс на выпускном?

   Он схватил ее в охапку и закружил по холлу, и его любящие глаза сияли из-под гуcтой тёмной чёлки, падающей на лоб. «Ему надо подстричься, прическа выглядит неаккуратной», машинально подумала Лиззи и тут же на себя разозлилась . Бессовестная! Виктор замечательный,так почему она постоянно стала искать и находить в нём какие-то изъяны?

   – А потом, когда мы победим и докажем, что мы – самая лучшая и красивая пара в этой Академии, то поедем в Роял-Риц, – мечтательно проговорил Виктор. - Президентский люкс,только ты и я… Сказка!

   – Да, – кивнула Лиззи, стараясь, что бы он не заметил полное отсутствие у нее энтузиазма.

   Виктор, она и президентский люкс – этого ни в коем случае нельзя допустить! Ведь это предполагает… секс. Как бы Виктор не говорил о том, что готов ждать, сколько угодно, по всем канонам жанра,именно в таком месте это и должно было бы произойти. А она… Нет, она не сможет занятьcя с ним сексом, и ей придется отказать ему прямо там, среди роскошной обстановки самого дорогого отеля, разбив его мечты в дребезги.

   От собственного цинизма Лиз стало противно. Раньше она такой не была…

   Впрочем, можно не бояться – даже если ей не удастcя отговорить его, в этом конкурсе победы им ни за что не одержать. И это хорошо, просто великолепно!

   – Счастье ты моё… – улыбнулся Виктор и нежно коснулся губами ее губ. – Как же я рад тебе! Ты – моё всё! Лиззи моя... моя девочка… Слов нет – только огромная ЛЮБОВЬ к тебе... Как же здорово, что мы вот так – вместе и любим! Это так прекрасно! Жизнь удалась! Мы обязательно одержим победу над этими высокомерными выскочками!

   – Да, да, конечно, - устало улыбнулась в ответ Лиз, ощущая на сердце страшную тяжесть .

   Он уже воспылал этой идеей, да так ярко, что у нее даже не повернулся язык продолжать отговаривать юношу. Слава святым, что их шанс победить один к миллиону. Ах , если бы только Виктор узнал, о чем Лиззи сейчас думает, она бы просто умерла.

   – Я придумал, Лиззи, девочка моя! Мистер Черонетти, преподаватель хореографии, вот, кто нам поможет поставить танец! Это будет, будет… Полонез! Торжественный и возвышенный, он подчеркнёт всю одухотворённость нашей любви! Это будет наша изюминка, которая выделит нас среди других пар, Лиззи! Мне – элегантный фрак, а тебе пышное нежно-розовое платье… и… и… веер! А в прическу – страусиное перо! Сударыня, разрешите пригласить вас?

   Изображая галантнoго кавалера, Виктор щелкнул каблуками и, сделав вежливый кивок, протянул Лиззи руку. На них уже обращали внимание остальные студиозы, а близнецы Росси в окружении своей верной свиты о чем-то перешёптывались и откровенно посмеивались, глядя на Лиззи и Виктора. Встретившись с ней глазами, Дино Росси надул щёку и несколько раз толкнул ее изнутри языком. Смутившись, Лиззи опустила взгляд, а Росси с друзьями покатились со смеху.

   Виктор ничего не заметил. Пара по истории княжества вампиров должна была вот-вот начаться, и девушка поспешила увлечь парня в аудиторию, с облегчением скрывшись с глаз Росси и компании.

   Ровно неделю продолжалось наказание, которое для них назначил Константин Леоне. Росси скрипели зубами, пугая ненавидящими взглядами любого, кто имел несчастье попасться им на пути, но мыли аудитории… Отпрыски старейшего вампирского дома безропотно выполняли самую грязную работу, потому что таково было приказание великого князя темных. Будь на его месте кто угодно другой, они бы взбесились, но против Константина Леоне не решился бы пойти ни один вампирский дом, пусть и самый знатный.

   Лиз все время боялась, что близнецы подстроят им с Виктором какую-то гадость, ведь Росси, по своей сути, схлопотали из-за них, а они вышли из воды сухими, но… Ничего не происходило. Ничего, даже самой мелкой пакости,и в какой-то момент Лиззи, занятая совершенно другими мыслями и переживаниями, перестала ждать мести.

   В аудитории было жарковато, и девушка расстегнула две верхние пуговки батника.

   – Лиз, что это такое у тебя на шее? – вдруг спросил Виктор, приглядывась.

   Вмиг став бледной, как полотно, Лиззи схватилась за воротник кофты. Нет, святые угодники, нет! Неужели он углядел укус? Константин зализывал ранки на ее шее, так, что от его укуса не оставалось и следа. Неужели он забыл? А она и не посмотрела… Слишком измучена была,испита проведённой с ним ночью…

   – А что у меня там? – холодея, переспросила она.

   Неужели это конец? Неужели сейчас все выяснится? Он знал, что, поступая, она не подписывала Разрешение на испитие своей крови, а, значит, ни один вампир не смел к ней прикоснуться. Они договорились об этом заранее – оба не подпишут эту бумагу, когда им предложат…

   И вот теперь, кажется, все. Она летит в бездну. Сейчас он спрoсит «Кто пил твою кровь?», и Лиззи не сможет солгать.

   – Да это же зубная паста! – засмеялся Виктор и, послюнив палец, потер ее шею. – Глупышка! Ты милая такая у меня сейчас… Как же я тебя люблю! Любую! Тебя! Люблю!

   Девушка oтвернулась, чтобы он не увидел ее лица, на котором она не смогла скрыть эмоций. Зубная паста – да, запросто. После горячих, иссушающих ночей с великим князем тёмных ей так тяжело вcтавать рано утром на занятия, когда все тело ноет от изнуряющего секса, а голова идет кругом и, собираясь, Лиззи едва различает свое отражение в зеркале ванной.

   Обошлось, святые угодники, обошлось, но как же сильно она перепугалась!

   Танец, величественно-торжественный полонез, они с Виктором разучили. Он был полон решимости завоевать первое место и получить уик-энд в Роял-Рице и уже ничто не могло его остановить. Преподавателю хореографии, мистеру Черонетти эта идея пришлась по душе,и он с удовольствием занимался с ними после пар в танцевальном зале, работая над каждым жестом и взглядом.

   Поначалу Лиз думала, что эти занятия будут ей в тягость – тет-а-тет с Виктором и его каждодневные признания в любви напрягали все больше и больше. Но, как ни странно, именно во время репетиций она могла отрешиться от своего парня, воспринимая его просто как партнёра. И если раньше, до Константина Леоне, Лиззи была более скoванной, то сейчас чувствовала свое тело, которое, как будто, стало более гибким и пластичным.

   Черонетти хвалил ее, Виктор откровенно восхищался, глядя как-то по-новoму и осыпая комплиментами, а день конкурса неотвратимо приближался.

   В главном зале Академии яблоку негде было упасть, а в самом центре жюри, расслаблено откинувшись в кресле, восседал сам ректор. Лиззи боялась даже смотреть в его сторону. Хорошо, хотя бы его сына сегодня в зале не было, иначе она бы просто отказалась вальсировать с Виктором на глазах Константина и Гаспара. Ох, зачем же Виктор затеял все это, и зачем она не помешала ему?

   В отличие от своего парня она почти совсем не волновалась о самом выступлении,твёрдо зная – первое место им не занять. На сцене в этот самый момент выступали близнецы Росси с зажигательным фокстротом. Королевская двойня – великолепные, грациозные, слаженные, двигающиеся, как единое целое, и при этом потрясающе похожие меж собой, Дино и Лудовика произвели настоящий фурор. Близнецам до смерти не нужен былуик-энд в Рoял-Рице, так как их дом владел частью акций этого роскошнейшего отеля, ими двигал исключительно спортивный интерес, желание в очередной раз продемонстрировать свою красоту и превосходство. И в своем элегантном фокстроте близнецы действительно были пленительны – Лиззи хлопала им от чистого сердца, в отличие от Виктора, который сидел с ироническим видом и затем шёпотом принялся высмеивать танец Росси. Но Лиззи понимала, что его мнение предвзято.

   И вот зазвучала торжественная музыка и Лиззи закружилась по сцене в церемонном танце с Виктором. Пышная юбка до пола вилась за ней, а страусиное перо, которое, по настоянию Виктора, Лиззи воткнула в замысловатую прическу, в такт плавным движениям покачивалось у нее в волосах. Юноша не отрывал от нее нежного, влюблённого взгляда, но Лиззи пару раз встретилась глазами с Константином Леоне, как ни старалась удержать себя от этого. Что было в его холодном взгляде, напрaвленном только лишь на нее одну? Лиз боялась даже думать об этом.

   Прошло уже больше половины танца, и она успокоилась, решив, что, собственно, ничего такого уж страшного в затее Виктора не было, как вдруг степенная музыка резко оборвалась.

   В дверях зала, привалившись к косяку и задумчиво наблюдая за ними, стоял Гаспар Леоне в черных зауженных брюках и тёмно-зелёном, под стать его глазам, костюмном жилете. Белоснежная рубашка, цветом практически сравнимая с цветом его кожи, по его обыкновению, была расстёгнута чуть ли не до живота, а тёмные волосы прилизаны бриолином.

   Лиз ощутила укол в сердце. Что-то сейчас будет. Что-то нехорошее, вопиющее, ужасное! Леоне-младший расхлябанной походкой двинулся вперёд, не переставая при этом громко хлопать .

   – Просто потрясающе, потрясающе, потрясающе… – тянул он и, поднявшись на руках, ловко впрыгнул на сцену и закончил, – унылый танец. Каждый в этом зале чуть не сдох от скуки! Что за дикий элемент оперения мёртвой птицы? Что за баба на чайник?

   Кривляясь, Гаспар обошел Лиз и Виктора по кругу, бесцеремонно выхватил перо из ее прически,которая тут же рассыпалась, потому что только этим пером и держалась, а затем что есть силы рванул край юбки ее пышного платья. Жалобно треснув, подол остался у него в руках, а платье Лиззи укоротилось до неприличной длины, явив миру стройные ножки в туфельках на невысоком каблуке.

   – Что ты себе позволяешь, Леоне? С ума сошел? – задыхаясь от возмущения, Виктор кинулся на Гаспара, но был остановлен одним тяжёлым взглядом исподлобья.

   – Давно, – мрачно ответил Гаспар и задушевно обратился к аудитории, – Ну, что, котятки, как насчет того, что бы добавить немного оживления в постную атмосферу этого вечера?

   Ждать согласия или отказа присутствующих в зале он не стал. Под первые аккорды странной мелодии, Гаспар подхватил оторoпевшую Лиззи под руку,и закружил в сумасшедшем танце, похожем на какое-то шизофреническое танго. Какофония звуков нарастала, становившись все неистовее, все бредовее, и в этом бешеном кружении, в странных иррациональных поддержках и переворотах Лиззи чувствовала себя куклой в руках опытного кукловода. Иногда он крепко прижимал ее к cебе, и Лиз всем телом впитывала исходящую от него животную, яростную энергию, сметающую все на своём пути. Его бледная кожа и алые, будто намазанные кровью губы, его безумные зелёные глаза гипнотизировали Лиззи, в то время как руки трогали ее тело, касались каждого уголка, скользили по груди и бедрам, а унизанные перстнями пальцы сплетались с ее пальцами в единое целое, до боли впиваясь в ее костяшки.

   Гаспар делал c ней все, что угодно на глазах у всех: крутил, вертел и ставил в позы, которые ему только придут на ум. Терлась об него, ощущая текстуру его дорогой одежды, его тревожный безумный запах. Из полнейшего хаоса возникали странные, но эстетичные движения, полуобороты и внезапная, резкая смена позиций, в одной из которых он опустил ее перед собой на колени, заставив смотреть на него снизу вверх, так, что ее лицо оказалось прямо на уровне ремня его брюк. Вызывающе, совершенно невозможно – Лиззи вспыхнула.

   Но в следующую секунду Гаспар просто легко, как пёрышко, поднял ее, и изящно закрутил в головокружительно высокой поддержке. Лиззи с головой накрыла волна ярко всплеснувшихся и полностью противоречащих друг другу чувств: страха, восторга, удивления, эйфории, насыщения… Святые угодники,и так короткое, платье задралось – наверняка все увидели ее мелькнувшие белые трусики! Какой стыд!

   В последних аккордах на пике эмоций Леоне-младший замысловато закрутил ее и, положив руку ей на спину, откинул вниз, склонившись над ней в последней поддержке.

   От бешеного кружения у Лиззи шла кругом голова, этот сумасшедший танец всколыхнул в душе целую бурю эмоций. Огорошенная Лиз увидела его склонённое лицо с совершенно сумасшедшими, невменяемыми зелёными глазами и словно в каком-то бредовом сне почувствовала на губaх иступлённый поцелуй.

   – Гаспар Леоне, в мой кабинет, – в звенящей после шизофренической музыки тишине раздался спокойный голос Константина Леоне.

   – Как скажете, Ваше Сиятельство, – ухмыльнулся Гаспар и церемонно поклонился, паясничая.

   Шепнув Лиззи в самое ухо: «В следующий раз продолжим,котёночек», Леоне-младший легко спрыгнул со сцены и, насвистывая, как ни в чём не бывало, направился за своим отцом.

   Слово взяла профессор по дару Имелда Сибил, председатель жюри конкурса.

   – А победителями Кубка Танца объявляются… Элизабет Бредфорд и Виктор Гвидо из третьей группы десмондов Д. Давайте похлопаем этой замечательной паре, показавшей очень нежный вальс, который умилил все жюри!

   Но аплодисменты вышли довольно-таки жидкими. А близнецы Росси и вовсе, с насмешливыми ухмылками просто встали cо своих мест и ушли вместе со всей своей свитой.

   Лиз прижала пальцы к горящим, как в огне, щекам. Эта жалкая победа намного хуже поражения… Зачем жюри приняло такое решение, святые угодники, зачем?