Глава 1

Наверняка все когда-то хоть раз сталкивались с тревожным предчувствием. Оно тоскливо ноет где-то внутри и заставляет гадать, откуда ещё может подкрасться неприятность. Вот и я всю дорогу с кладбища тихо сидела в углу кареты и искала ответ на этот вопрос, а в разговорах мачехи и сводной сестры Виктории участия не принимала.

Можно было подумать, что так проявляется моя скорбь по отцу, но нет. Это не скорбь, а что-то иное.

В глазах защипало — папеньку очень жаль. Я еще помнила его другим. Когда была жива мама, он был совершенно положительным мужчиной, прекрасным мужем и заботливым отцом. Но потом… Его уход стал для всех, и в первую очередь для него самого, настоящим избавлением. Больше князь Дмитрий Лапочкин не сможет устраивать пьяные дебоши, страдать от похмелья, проматывать деньги и поджигать дом, а потом терзаться чувством вины.

Лошади остановились у крыльца особняка, и я, сглотнув слёзы, подхватила платье.

— Кто-то опоздал на прощание с папенькой? — пробормотала, выйдя и увидев экипаж с большим сундуком на багажной полке.

— Нет, Кристалина, это ты уезжаешь, — холодно сообщила мачеха, а ее родная дочь ехидно хихикнула.

Я сначала не поняла и несколько раз моргнула. Да, любви между нами нет, но это мой дом и мое наследство! И вообще:

— Куда это я уезжаю? Вы забыли, матушка, что я скоро замуж выхожу?

Не то чтобы я этого очень хотела и мечтала о свадьбе с Иваном — сыном нашего соседа графа Орлова. Я даже немного порадовалась, что из-за траура свадьбу можно отложить на год. Однако судьба моя была решена давным-давно — мы с Иваном помолвлены с детства. И куда вдруг я должна уезжать?

— Замуж за графа Орлова выходит Виктория. Он решил изменить договор, потому что без земли ты ему не нужна.

— Как же без земли? Куда она делась? — Я огляделась по сторонам, словно хотела убедиться, что наша усадьба, двор, особняк, видневшийся вдалеке лес и все остальные угодья на месте.

— Ох, а отец тебе не сказал?! — притворно удивилась Вики. — Князь же буквально за день до смерти официально меня удочерил.

Что-то у меня сердце закололо и в глазах потемнело. Вот оно! Не обмануло предчувствие!

— А по закону все достается старшему ребенку. Вики старше тебя на четыре месяца, поэтому теперь наследница она, а ты, Кристалина, едешь учиться в магическую академию, чтобы потом трудиться на благо империи и зарабатывать себе на жизнь, как делают все младшие дети дворян, — припечатала мачеха, не скрывая радостного оскала.

Я буквально онемела от шока. Ненадолго.

— Магии?! Да как же так? Я княжна, а не какая-то магичка! Меня воспитывали хорошей хозяйкой и верной женой! — попыталась я воззвать к здравомыслию, повысив голос. — Я своей магией толком не владею! А их — магов этих — с детства обучают и развивают! Что вы несете такое, маман?!

Мачеха шагнула ко мне и с огромным удовольствием ответила звонкую пощечину. Я задохнулась! Меня никто никогда не бил! В глазах потемнело от возмущения и ярости.

— Не смей мне дерзить, мерзавка, и будь благодарна за то, что я оплатила учёбу и позволяю тебе забрать твои вещи! А теперь скройся с глаз моих! — выплюнула она мне в лицо и, развернувшись на каблуках, гордо прошествовала к ступеням.

Я кинулась следом, но меня отбросило защитой! Поверить не могла, что меня не пускает родной дом. Я в нем на свет появилась девятнадцать лет назад! За что мне такое?!

От бессилия сжала кулаки и стиснула зубы.

— Кристи, девочка моя, иди сюда, — послышался голос из наемного экипажа, и в окне появилось круглое морщинистое лицо моей старенькой нянюшки, которая по сути заменила мне и мать, и отца.

Преодолевая дрожь в коленях, я поспешила забраться к ней и, всхлипнув, упала на грудь.

— Как же так, нянюшка? — спросила сдавленно, глотая рыдания.

— Ничего, ничего, деточка. Чует мое сердце — к лучшему всё, — бормотала она, гладя меня по голове. — Ты же помнишь, что я умею будущее угадывать?

— Угу, — пробурчала я. — Говорила не лазить на яблоню, потому что ветка сломается и я упаду — я и упала.

— Вот-вот. Так что верь мне, тебе будет лучше подальше и от этих мест, и от этих змей, и от жениха твоего неверного. Я вот тут тебе в дорогу кое-чего собрала от мачехи втайне. Пригодится, — няня оторвала меня от груди и кивнула на холщовый мешок, лежавший на сиденье напротив.

— А ты? Может, поедешь со мной? — с надеждой спросила я, всё ещё не веря в нашу разлуку.

Нянюшка тепло рассмеялась и поцеловала меня в макушку.

— Нет, хорошая моя, не место мне там. Только обузой тебе стану. Но прощальный завет выслушай: помни о том, что в тебе течет кровь самой сильной и грозной магички прошлых времён. Прабабка твоя, княгиня Стелла, всех вот так в кулаке держала, — няня сжала свой маленький пухленький кулачок и потрясла им. — Так что характер у тебя есть. Найди его только. А всякими глупостями голову себе на учебе не забивай. Любовь оставь на потом. Мужчинам и парням не верь. Помни, что лучшая подружка — подушка. Не ввязывайся в козни против других. Учись хорошо, читай побольше, а деньги на всякие модные наряды и побрякушки не транжирь. Красота вообще не в них. Все поняла?

— Да что ж тут непонятного? Поняла и запомнила, — кивнула я, не особо вникая — не до того мне было.

— Вот и умница. А теперь поезжай с благословением Пречистой.

— Я устроюсь в столице и заберу тебя, — пообещала я нянюшке со всей искренностью и крепко обняла.

Она опять тепло рассмеялась.

— Сомневаюсь, деточка, что это будет так просто, — прошептала и выскользнула из экипажа.

Я услышала, как она приказала извозчику трогать, и меня мотнуло на сиденье.

Наверное, у моей нянюшки и правда есть дар ясновидения, потому что очень скоро я убедилась в правдивости ее слов и в том, что не стоит пропускать мимо ушей ни один из её заветов.

Но это случилось позже, а пока я потёрла горящую от удара щеку рукой, и кожа мгновенно успокоилась под воздействием целебной магии.

Снять головную боль, остановить кровь, залечить ссадину, уменьшить жар — вот это нужно уметь делать хорошей жене и матери, а все остальное пусть делает муж. Это мужчины долго учатся в академиях — развивают и совершенствуют свой дар, а в магички подаются только девицы без шанса удачно выйти замуж и жить спокойно, занимаясь хозяйством и семьей. Эту простую истину отец мне повторял с раннего детства.

И что теперь?!

До столичной академии путь неблизкий — часа четыре трястись, — но я решила не тратить время на слезы, а хорошенько подумать над планом действий. Что я вообще об этом безобразии под названием магическая академия знаю? Только то, что рассказывал отец, вычитала в любовных романах и уловила из обрывков фраз бывшего жениха — Ивана Орлова.

Он сейчас там — сдает последние экзамены и зачеты и даже на похороны моего отца не явился. Когда только успел договор переподписать? Я думала, что до свадьбы его не увижу.

Прислушалась к себе и поняла, что предательство жениха меня вообще никак не задело. Все эмоции вытеснила растерянность. Как эта учеба вообще проходит?! Где я буду жить? Что есть? А может, получится как-то пройти сокращенный курс несложной бытовой магии, а пока учусь, подыскать себе мужа? Представила себе маленькую уютную контору и доброго, степенного мужчину. Улыбнулась…

Но не успела как следует развить эту тему, как экипаж подпрыгнул на колдобине, и у меня аж искры из глаз посыпались.

— Вот же помойное днище! — выругалась я от души и потерла ушибленное бедро.

— Невинный цветочек ругается, как кабацкий забулдыга. Забавно, — прокомментировал мои слова глубокий баритон из угла экипажа.

— А-а-а-а-а! — завопила я и уставилась на проявлявшегося из теней молодого мужчину. — Ты кто?! Как сюда попал?! — посыпались из меня глупые вопросы от страха.

Кто такой? Знамо дело — темный маг. Как попал? Разумеется, теневой тропой притопал! Красивый, словно приспешник самого Владыки Преисподней! Темноволосый, темноглазый, черты лица точеные. Впрочем, няня говорила, что темные все красивые, а потому порочные. Замуж лучше за светлого выходить.

— По глазам вижу, что ответы на эти вопросы тебе не нужны, — усмехнулся тёмный, явив на левой щеке ямочку. — Давай задавай правильный. Слушаю.

И я поняла, что он ненамного старше меня. Ему, может, лет двадцать пять.

— Что тебе надо?! — потребовала, сдвинув брови.

Видимо, прабабка Стелла во мне проснулась, потому что страх сменился решимостью дать отпор. Она-то тоже у меня темная была и мягким характером не отличалась.

— Чтобы ты меня прикрыла, — сообщил наглец, — сейчас твой экипаж остановят и заглянут внутрь — будут искать меня. Мы изобразим с тобой страстных любовников, они смутятся, попросят прощения и отвалят. Раздевайся. Или помочь?

— Что-о-о?! Головой ударился?! — завопила я, и кончики моих пальцев закололо магией. Прямо какой-то небывалый прилив случился! Обычно она еле ворочается. — Я тебе не какая-то уличная девка! Я княжна Лапочкина!

— Лапочкина? — хмыкнул так, будто не знает наш великий княжеский род. — Тогда ладно. Скажешь, что никого не видела, и расстанемся красиво. Сумеешь правдиво соврать? — не расстроившись, предложил он другой вариант.

Впрочем, он меня тоже не устраивал.

— Даже не подумаю! Убирайся из моего экипажа, иначе я тут же тебя сдам, — отрезала, прищурившись.

Еще я преступников не прятала. Ишь чего захотел! Хотя… смелость во мне проснулась небывалая. Обычно я при встречах с незнакомыми мужчинами опускаю взгляд и помалкиваю. Странно это…

Но тут экипаж начал резко тормозить, и с улицы раздались крики.

— Ну что ж, я хотел по-хорошему, — с недоброй улыбкой заявил темный и…

Я перестала собой управлять! Он набросил на меня заклинание подчинения! Какой-то запредельный уровень темной магии из запретного раздела! Я хотела вскочить, закричать, сделать большие глаза, раздуть щёки или еще что-нибудь такое, однако, когда дверь открылась, поднесла к сухим глазам непонятно когда появившийся в моих руках платок и всхлипнула:

— Что вам угодно? Я могу хоть несколько часов побыть наедине со своим горем?!

Тон у меня был противный. Как у отъявленной истерички. Но каков этот темный! Догадался, что я в трауре, и молниеносно придумал, как использовать это себе во благо.

— Простите, княжна, извозчик нам сообщил, что вы с похорон. Но скажите, вы не видели никого подозрительного? — спросил огромный рыжеволосый огненный маг.

Тоже молодой — не старше двадцати пяти — и, между прочим, не в форме стражника. А судя по драгоценным массивным перстням — аристократ. Интересно, что темный натворил?

— Я подавлена, лорд. Своей утратой и вашим непочтительным обращением! — сказал мой рот излишне драматично, подчиняясь воле пленившего меня негодяя. — Кроме вашей невоспитанности, я ничего подозрительного не вижу!

Я пыталась освободиться! Напрягалась изо всех сил, звала магию, чтобы скинуть оковы, но безрезультатно.

— Простите, княжна, — из-за спины огненного здоровяка вышел изящный тонкокостный молодой человек с почти прозрачными серыми глазами — воздушник! — Я барон Власий Донской, а это мой друг граф Артемий Пепелищев. Мы ищем еще одного нашего друга. Он… хм… — Власий задумался, — может быть любым. Вы вообще хоть кого-нибудь видели в ближайшие полчаса?

— Простите, барон, но нет. Я была занята рыданиями, — соврал за меня темный сквозь мои зубы и выставил не просто истеричкой, а законченной дурой!

Ну кто так говорит: «занята рыданиями»?! Тьфу! Хоть бы больше никогда с этими магами не встретиться! Я опять предприняла попытку скинуть влияние темного, и, кажется, нога пошевелилась по моей воле, а не по его!

— Что ж, не смеем задерживать. Примите наши извинения, — улыбнувшись, сказал Донской, а Пепелищев просто кивнул, и дверь экипажа захлопнулась.

Он дернулся и продолжил путь, а через минуту я опять обрела контроль над своим телом. Ну сейчас я этому негодяю-темному все выскажу!

Втянула воздух так, что крылья носа затрепетали, посмотрела на проявившегося напротив веселого мерзавца гневно и…

— А ты сильна, княжна, — внезапно сказал он дружелюбно и даже с восхищением, — еще немного — и скинула бы мой контроль. Я почти впечатлен. Не обижайся, Лапочка, почти — это потому что тебе не идет унылое траурное платье. Бывай, буду должен тебе услугу.

Он резко подался вперед и припал губами к моим в поцелуе! Провел по ним своим наглым языком, что-то неразборчиво промычал и исчез!

Дышать нормально я смогла только через минуту. Надо ли говорить о том, что до самой академии я не могла думать о своем будущем и только прокручивала в голове странное происшествие? Меня раздирали и любопытство, и злость, и еще всякое неожиданное вроде воспоминаний о вкусе наглеца и его приятном запахе. Кто он и что это вообще было?

Я не переставала гадать до тех пор, пока извозчик не остановился у огромных ворот и не распахнул дверь экипажа. Он стянул мой сундук и бросил его на каменные плиты, запрыгнул на козлы и уехал, а я осталась стоять в совершенной растерянности. И как я сама это все потащу, а главное — куда? Ворота были закрыты и рядом с ними ни души. Что неудивительно — день клонился к вечеру, нормальные люди в это время ужинают.

Села на сундук, тяжко вздохнула и подперла голову кулаком, пытаясь решить, что делать дальше. Что справа, что слева — тенистые аллеи и только навевающий ужас мрак.

— Вам помочь? — раздалось сверху спустя пару минут моих страданий.

Я встрепенулась. Спрашивал светловолосый мужчина с ярко-синими глазами, лет тридцати с хвостиком. Красивый серьезный водник, а главное — на нем отлично сидела белая с золотым орнаментом магистерская мантия. Вскочила.

— Здравствуйте. Да! Пожалуйста! Я княжна Кристалина Лапочкина. Мачеха отправила меня учиться в эту академию, сказала, что все оплачено. Но я не знаю, куда идти, — протараторила с чувством и даже руку к груди приложила от волнения.

— Что ж, идите за мной. Проверим, — скомандовал мужчина (наверняка преподаватель), подхватил мой сундук магией, забрал из рук холщовый мешок, который собрала нянюшка, и повел через ворота.

Они перед ним распахнулись, словно только и ждали, когда он явится. Ну и меня пропустили заодно.

К величественному зданию, похожему на императорский дворец, вела широкая идеально чистая аллея, а по обе стороны от нее раскинулся густой парк. Или лес? Деревья и кустарники росли уж очень кучно, как будто на них постоянно тренировались земельники. Или с помощью этого леса пытались что-то спрятать. На улице давно начало темнеть, поэтому в свете желтых фонарей академия смотрелась особенно зловеще. И тишина вокруг такая… Только звук наших с магистром гулких шагов её нарушал.

Внезапно стало так тоскливо. Я остро почувствовала одиночество и то, что я теперь бездомная сирота. В горле встал слезный комок. И магистр, который шел на пол шага впереди меня, резко обернулся.

— В чем дело, абитуриентка Лапочкина? Откуда сырость? — спросил он хмуро, словно поймал на преступлении.

Я замотала головой, поражённая догадкой! А я ведь теперь и не наследница князя, поэтому любой мужчина будет обращаться со мной не как с хрупкой барышней, а как с удалой магичкой. Кошмар!

— Волнуюсь просто. Волнительно это. В первый раз, — промямлила я, и мы отправились дальше.

Поднялись на каменное крыльцо, пересекли огромный холл с высоченными потолками, фонтаном и статуей какого-то старика в мантии, свернули в правое крыло, прошли еще немного вдоль портретов великих магов и подошли к двери с надписью «Ректор Григор Смерчев».

Мой спутник без стука открыл кабинет и пропустил меня вперед. Надо же как повезло — сразу главного в академии человека встретила!

— Садись, — велел он мне, махнув на посетительские стулья, а сам прошел за рабочий стол, заваленный всяким хламом, и распорядился: — Бриз, проверь Кристалину Лапочкину.

По кабинету промчался легкий ветерок, заставивший танцевать шторы, и перед ректором упала тоненькая папка. Элементаль! Воздушный! Ничего себе! У водника воздушный элементаль! У этого Григора Смерчева состоит на службе чужая концентрированная стихия, а это поразительный уровень магии и мастерство!

Но ректор раскрыл папку и зачитал:

— Так, есть Кристалина Лапочкина, девятнадцать лет. Младшая дочь князя Лапочкина, ныне покойного. Сирота. Оплачено обучение на боевом факультете с целью получения места в рядах военнослужащих его императорского величества.

Что?! Я мигом забыла о восхищении мастерством ректора. Хорошо, что сидела!

— Как боевого? — прошептала сдавленно. — Какой из меня военнослужащий?

Вот же мачеха змея! Или это Вики ее надоумила?! Сводная сестра дразнила меня дохлятиной, которую одной левой перешибешь, наверное, надеется, что на боевом так и сделают!

Ректор уставился на меня внимательно. Я тут же поднялась и покрутилась, чтобы получше разглядел, что я вообще не подхожу для военного дела. Но он только помрачнел и выдал:

— К сожалению, пока ничем помочь не могу, тебе оставлено именно это место и оплачено тоже оно. Сейчас проверю потенциал и вызову твоего куратора. Дальше пусть он разбирается.

Мне хотелось завизжать от бессилия! Как может столько всего свалиться на одну бедную меня в один день?

Но и это оказалось еще не всё. Ректор достал артефакт для замера потенциала.