Глава 14. Непризнанный гений

– Это… – на секунду замявшись, я тут же поймала прямой взгляд мужчины и зябко поёжилась. – Это гиацинт. Редкой чистоты и тонкой огранки. Красивый? – Ты ведь не просто так его носишь. Он не спрашивал, он утверждал, и в его голосе я не услышала никакого упрёка. – Каждый камень имеет свои магические свойства, – я тихо пролепетала, почему-то отчаянно краснея. – Усиленные магически, они… – Не нужно, – он снова коротко, одними губами мне улыбнулся и взглянул понимающе-ласково. – И капли эти дурацкие свои выкинь, не пей их больше. Только травишь себя. Они уродуют женскую сущность. А магия ей резонирует. В ответ я промолчала. Мне нечего было сказать ведуну. Я не собиралась оправдываться перед ним. Взрослая женщина Шарлотта Мойн самостоятельно защищается от возможных последствий встреч с мужчинами. Как умею, так и защищаюсь. – Не волнуйся, Шарлотта, – Мей отпустил, наконец, мою руку и теперь пристально всматривался в ветви заснеженного куста с нами рядом. – Я же ведун. Контрацептивная магия была мной изучена особенно тщательно. – Он вдруг рвано выдохнул и потёр лоб ладонью. Потом поймал мой взгляд и произнёс очень прямо и просто: – У меня нет и не будет бастардов. Мои слова тебе могут показаться излишне высокопарными и самоуверенными, но я очень надеюсь, что у моих ещё не рождённых детей всё же будет семья и хороший отец. Кстати, скажи, а зачем я понадобился тебе? Или это было первое, что пришло тебе в голову в ходе ритуала? Внезапно и оглушительно. Всё сказанное только что Меем для меня прозвучало настолько неожиданно, что к ответу на тихий вопрос я мучительно пробиралась. Как сквозь рыхлую, вязкую стену, долго и с неимоверным усилием. Что сказать ему? Откровенно признаться в собственной слабости и непростительных для профессионала ошибках? По-хорошему, именно так. Это вдруг оказалось непросто, ведь выглядеть дурой в глазах ведуна неприятно. А выглядеть жалкой в глазах своего любовника, пусть и мимолётного, больно. И пусть наша с ним связь эфемерна, как прочность снежинок на голой ладони, мне не хотелось видеть во взгляде мужчины пренебрежение. Только не он. Я громко вздохнула, покосившись на Мея. Он стоял строго напротив, ковыряя носком ботинка потёртые кирпичи садовой дорожки, и улыбался. Светло, безмятежно. Но смотрел остро и цепко. Снова передо мной возвышался скандально известный наследник Мей Кимберли. Верните обратно зеленоволосого мальчишку, я так не играю! – Ведьмы отлично работают своей магией в качестве катализаторов, – я выдавила из себя, наконец, нервно кусая губу. – Я думала, что ведуны… Взгляд того самого ведуна равнодушно скользнул по моему лицу, зацепился за мои горящие от холода губы и… откровенно поплыл. Как от целой бутылки шампанского, выпитой на голодный желудок. Это было так остро и неожиданно, что я осеклась, глупо таращась на Мея. – Дай угадаю… – он всё ещё тщетно пытался быть взрослым, серьёзным и осторожным, но вздорный мальчишка внутри ведуна уже явно опомнился, решительно пробирался ко мне. Он словно откликнулся на мой безмолвный призыв и стремился на встречу с Шарли, срывая все маски, все оболочки… – Ты думала… – Мей гулко сглотнул и зажмурился, словно пытаясь развидеть меня. – Дьявол! Шарлотта, ну что ты творишь? – Просто стою с тобой рядом? – что-то внутри меня словно щёлкнуло. Я не хочу быть разумной, серьёзной и хладнокровной. Коварная я подступила поближе. – Я думала, ты мне поможешь, – Ещё один шаг, и, крепко схватив его за меховой ворот куртки, я грудью упёрлась в растерянного мужчину. – Получить кристаллы с новыми свойствами. К моим ногам с громким треском обрушился самоконтроль ведуна. – Проклятье… она обо мне это думала. Мей снова выдохнул и усмехнулся, сдаваясь уже окончательно. Горячие руки легли мне на рёбра, спустились чуть ниже и уверенно улеглись на изгибах бёдер. – Мне кажется, ты усложнила задачу, Шарли, – он ко мне наклонился, шепнув это прямо в висок. – Пытаешься делать нечто… несвойственное твоей магии, – невесомо коснувшись лба горячими губами, легко отстранился и поймал мой взгляд. – Попробуй взглянуть на предметы иначе. Артефакторика – это искусство, не просто часть магии. Он произнёс это мягко, немного устало, всё ещё пристально вглядываясь мне в лицо. – Кстати, а что значит “сильный ведун”? – спросила жестокая я. – Ты можешь как-то особенно оживить табуретку? Сделать голема невероятно живым? Мей поморщился, вспомнив те самые строки из календаря, но всё же ответил мне, как всегда, тихо: – Нет. Я владею всем спектром ведической силы. И могу… Вот, сама посмотри. Потянувшись рукой к тому самому кусту и отпуская меня окончательно, ведун отломил острую ветку, пошарил правой рукой по карманам и вынул оттуда тонкий, белый платок. Квадрат шелковой ткани, словно волшебная птица, беспомощно забился между пальцами ведуна. Сосредоточенно щурясь, Мей прошептал неизвестное мне заклинание. Его руки тут же окутало тусклое зеленоватое облачко. Спустя несколько мгновений невзрачная палочка в руках ведуна превратилась в… вилку из шёлка. Её кончики распускались на тонкие ленты и легко трепетали под ветром. Снова кисло поморщившись, Мей оглядел результат колдовства и протянул её ошарашенной мне. – Это… – Обратное превращение. Из живого в предмет. К счастью, работает только с растениями, еще с мёртвыми насекомыми. Хотя… может быть, и с людьми. Тоже мёртвыми, к счастью. – С каждым сказанным словом он всё больше мрачнел. – Терпеть не могу эту магию. Просто кощунство. – Об этом ещё кто-нибудь знает? – я его очень тихо спросила, крутя в пальцах волшебную веточку. Мей, похоже, действительно искренне не понимал, что именно произошло на дорожке заснеженного сада только что. – Пожалуй, лишь наш Император. Мы с ним обсуждали возможные варианты решения наших проблем… Нет, больше никто. – Мей, ты… Неужели ты не понимаешь? Ты же гений! – я не выдержала и, повизгивая от радости, повисла на шее порядком ошеломлённого гения. – Кажется, я придумала, что мне с тобой делать! – Я слушаю, мастер, – вздохнут тихо ведун и легко подхватил меня на руки. – Только сначала давай пообедаем. Дома. И ванну! На полную ванну горячей воды я готов поменять все страшные тайны всей Империи.