Глава 21. Пара слов о поцелуях

Этот безрадостный день дался нам обоим нелегко. Что-то в нас существенно изменилось. Впервые я видела севшего рядом со мной ведуна таким откровенно усталым, издёрганным, словно бы постаревшим. Зелени в его волосах ощутимо прибавилось. Всё ещё довольно напряжённый и задумчивый, он как будто оттаивал рядом со мной, в моём доме. Хрупкая корочка гладкого льда, его словно сковавшая, рассыпалась. Взгляд Мея смягчался, хмурые складки на лбу быстро расправлялись, приподнялись кончики плотно сжатых губ. Он принёс с собой непривычные запахи: горькой пороховой гари, дублёной кожи и острого мужского пота. Мои довольно вялые попытки встать и что-нибудь приготовить ему на ужин Мей решительно пресёк. Сам устало поднялся, скинул пальто. Шлёпая босыми ногами, побродил по кухне, что-то поколдовал и, плеснув себе в кружку пустой кипяток, утомлённо упал рядом со мной. Потом долго листал мои записи, пил кипяток, спрашивал, уточнял, исправлял, делал пометки. И я отвечала, кивала, тихонечко фыркала, пальцем водила по строкам тетради и украдкой им любовалась. Он был восхитителен даже такой: обессилевший, измождённый. Поймав мой выразительный взгляд, Мей бросил на столик толстую тетрадь, беззвучно рассмеялся и одним сильным движением пересадил меня к себе на колени. – Ещё парочка таких взглядов, Шарли, и проект артефакта навеки останется на бумаге. А мы окончательно переедем жить в собственную спальню. И к мелким бесам пошлём Императора. Из-за небольшой разницы в росте я оказалась существенно выше его и смотрела теперь сверху вниз. Я жадно рассматривала его лицо, так трогательно и беззащитно открытое. Наши взгляды внезапно столкнулись, сцепились, и снова я в нём утонула. – Зачем ты меня целовал, – я зачем-то спросила. – Ты же ведун, вы же не… – Пф! Шарли, ты же совершенно разумная женщина, откуда вдруг это? – Мей смешно фыркнул и на секунду зажмурился. – Встречалась сегодня со старой подругой, – не выдержав этой пытки, я лбом упёрлась в его лоб и коснулась губами выразительной горбинки на выпуклой спинке широкого носа, вдыхая терпкий, мужской запах. – Прости, я ведь не знала… – Я догадался, – опираясь затылком о высокую спинку стула, Мей легко поймал пальцами мой подбородок и развернул к себе, упорно ловя мой взгляд. – Во многих вещах ты наивна, как малый ребёнок, Шарлотта… – Ты всегда волен уйти. Я не держу тебя. Как только мы окончательно разберёмся с клеймом Императора… – Ты меня выгонишь? – он усмехнулся, но горькая складка легла в углах губ. – Разве я вправе держать взаперти майский ветер? – поймала губами его тёплые пальцы и с удовольствием наблюдала за тем, как стремительно потемнел взгляд ведуна. – Ну… говоря откровенно, известная доля правды в народной легенде о поцелуях всё же есть. Мы действительно на всю жизнь запоминаем вкус своей женщины. Теперь я всегда и везде смогу найти тебя. И никогда не забуду. Но это всё лирика. Есть ещё кое-что… Горячими пальцами он медленно погладил мне губы, легко пробежался по скуле, плавно спускаясь на шею, провёл самыми кончиками по вороту тёплого платья, ставшему вдруг очень тесным. – Говори… – я шепнула, не в силах прервать его ласку. – Моя магия. Вся она теперь тоже со вкусом Шарли. – Снова дождь? Как печально… Я всё-таки отстранилась, беря его руку в свои. – Нет… – наши пальцы переплелись. – Зрелой вишни и горького шоколада. Вина, хмельного, игристого, розового, полусладкого. И первого снега. Это твой настоящий вкус. Как думаешь, я смогу теперь от тебя добровольно отказаться и просто уйти? – Сладости быстро надоедают… Мей резко вздохнул, уронив голову мне не плечо. Усмехнулся. – О да. И тогда им на смену приходит серьёзная женщина-маг. Удивительно талантливая, очень разумная и невероятно практичная. Ты, кстати, пробовала шоколад с перцем? На тебя похоже. – Ты решил меня напугать? – Всего лишь коварно соблазнить, – Мей усмехнулся, неожиданно поднял голову и резко дунул мне на грудь. – Прости, Шарли, но у тебя больше нет этого платья. И почему я совсем не расстроен? Ах да! Оно мне совершенно не нравилось.