12. Заботы и радости

Тео сам не ожидал, что с радостью займётся новым для себя делом — преподаванием в учебном центре столичной магической полиции. Его туда сговорил Филибер, и оказалось, там нужен специалист с опытом взаимодействия между магами и простецами. Для начала ему выдали несколько тем для практических занятий — в первую очередь по решению конфликтных ситуаций между магами и простецами в общественных местах, с использованием магических действий и без оных, и он вдруг обнаружил, что ему интересно моделировать условия и варианты решения для таких задач. И потом отрабатывать их со слушателями.

Он даже немного подзабросил домашние дела. Госпожа Бойд пока больше с ним не связывалась, а Эжени ежевечерне сообщала, что всё в порядке, учёба понемногу движется, на магический факультатив она тоже ходит. Защиту деточка освоила с полпинка, и с радостным смехом рассказала, как ей уже пару раз удалось обломить одноклассников, которые не ожидали, что она научится так быстро, и попытались в чём-то там на неё воздействовать. В друзья деточка взяла племянников Филибера — тот отзывался о них как о парнях в целом приличных, но балбесах во всём, что касается учёбы. И понадеялся, что дружба с Эжени пойдёт на пользу всем участникам.

Ремонт дома завершился. Нужно было ещё обставить мебелью комнаты — пока они с Эжени справились только со своими спальнями, гостиной и немного с кухней. Тео понял, что почти не представляет, что там нужно-то, в кухню, есть плита, есть микроволновка, чайник и машина для приготовления арро, а что ещё-то?

Вообще было бы неплохо, чтобы кто-то готовил дома еду. Ему не всегда хватало времени, да и не привык он об этом думать. Все окрестные доставки знали к ним дорогу. Но хотелось… хотелось чего-то другого. Найти человека?

Но ремонт сада — или что там с ним делает Лаванда — продолжался. Лаванда рассказала, что нужно ещё заменить несколько секций кустарника в лабиринтах вокруг обеих беседок, и она ждала эти кусты из какого-то проверенного питомника. И что-то доделать с кронами кипарисов вдоль главной аллеи, чтобы они ушли в зиму красивыми, так она сказала.

Да пусть делает, что хочет, или что там ещё нужно. Он так привык видеть её каждый день, что не отказался бы, продлись эти работы хоть до следующей весны.

Сейчас Тео понимал — она зацепила его с самой первой встречи. Сначала своими невероятными волосами — ну правда, он до того ни разу не видел, чтобы у человека на голове росли волосы такого вот цвета. Правда, в том же «Волшебном доме» по коридорам офиса бегали девушки с полной радугой на голове, но это-то понятно, взяли и нарисовали, или что там они ещё делают. А тут создавалось впечатление естественности… или хитрого магического вмешательства.

А потом случай очень удачно привёл его в бар на соседней улице, где ему повезло спасти её из неприятной ситуации. И потом ещё проговорить полночи. А потом встречаться в саду, и наконец — не только в саду. Менталист в Тео отчётливо видел, что не нужно её торопить. Дозреет сама. Кто знает, что там было в её жизни, что она такая пуганая?

В жизни Тео же после развода случались главным образом не самые длинные необременительные для всех сторон отношения, и ему как-то не было дела до того, что о нём подумают, захотят ли встретиться ещё и вообще. Тут же неожиданно дело почему-то было. Что подумает о нём Лаванда, что подумает о нём её злобный кот… хорошо, не злобный, но дорожащий своим статусом в хозяйкиной жизни. Что она подумает о его не слишком-то устроенном доме и об Эжени. Впрочем, с Эжени они, кажется, если и не подружились, то дружелюбно разговаривают.

И в субботу после первой своей рабочей недели Тео даже немного сожалел, что уже обещал пойти на свадьбу к Рыжему Вьевиллю. С другой стороны, свадьба в двух древних магических семействах — дело такое, редкостное, можно и посмотреть, а потом сбежать, и… и что?

И ничего. Потому что он дурак, и даже не спросил, что Лаванда делает в эти выходные. А нужно было.

На площади Святого Ремигия собралась немалая толпа, и увидев некоторых людей, Тео подумал — а ведь Лаванда, как сотрудница «Волшебного дома», тоже может здесь быть. Оставалось её найти.

Пока же они с Филибером и его спутницей Клаудией повстречали много других знакомцев — начиная с семейства Саважей. Госпожа декан боевого факультета, она же герцогиня Саваж, весьма обрадовалась обоим своим выпускникам, господин декан некромантов, он же герцог Саваж, порадовался тому, что бывший дом Тьерселенов теперь в руках у приличного человека, так он сказал, а их детей — командующего Легионом генерала Жана-Дени Саважа и Теодору Саваж, ныне Монтенеро, они с Филибером давно знали и были просто рады видеть. Молодое поколение — внуки герцогской четы — чинно стояли рядом и вежливо здоровались.

В общем, пока ходили и здоровались, прибыли герои дня. С невыразимым пафосом, в нарядах старинного покроя, радостные и счастливые. Тео даже подумал, что такой толпы ему, конечно, и даром не надо, а вот столь же счастливое лицо невесты — это здорово. Вирджиния когда-то там, в другой жизни, весь свадебный день была чем-то обеспокоена — что скажет мама, куда посадить дедушку и других гостей, и что-то там ещё, он уже не помнил. Куда Рыжий и его принцесса посадят своих гостей в таком количестве, Тео просто не предполагал.

И вот когда вся толпа двинулась в собор и все в очередной раз смешались, Тео их и увидел. Лаванду и ещё нескольких девушек, они держались вместе.

И конечно же, подошёл, поздоровался и подхватил под руку. Потому что если не подхватить, то непременно потеряется.

***

Лаванда обрадовалась — улыбнулась, вздохнула, что-то быстро сказала своим, и они пошли внутрь. Удалось сесть где-то даже и не очень далеко, и смотреть действо во все глаза. И думать — что никогда бы не заподозрил Рыжего в таком… пафосе, но оказалось, что он вполне так вписался в представления о главе древнего магического рода.

Филибер был знаком и с принцем Роганом, и с его другими детьми, он показал их потихоньку — старший сын-депутат, вылитый отец, младший сын-студент, учится на одном курсе с его старшим племянником, и ещё одна дочка, она была подружкой невесты — высокая и темноволосая, тоже в отца. Тео на мгновение задумался, что бы он сейчас делал, если бы все дети Вирджинии были и его детьми… но отбросил эту мысль. Как вышло, так вышло.

А Филибер продолжал называть — кто есть кто. И выходило, что хоть магов и не слишком много, но проникли они везде — в правительство, в армию, в образование, в медицину, в промышленность… сидят, голубчики.

На минуту Тео подумал — нужно ли было брать Эжени. Некоторые почтенные магические семейства, вроде Саважей и де ла Моттов, были в полном составе — со старшими, как он понимал, внуками. Эжени бы соскучилась сидеть, наверное. А так они собирались с племянниками Филибера что-то делать дома и в саду — после того, как вернутся с экскурсии в Королевский музей.

Лаванда вертела головой и вздыхала.

— Я почти никого здесь не знаю, кроме тех, с кем училась или работаю, — шепнула она.

— Не поверите, я тоже. Я из Антуансвилля, в столице только учился в Академии, но это было уже довольно давно. Филибер в магической полиции десять лет, ему положено знать всех-всех.

— Он… активный, поэтому знает. А я всё время в тине сижу, — усмехнулась она.

— Если хочется и нужно, начинать выбираться из тины никогда не поздно, — он тихонько пожал ей руку. — Да и в тине водники сидят. А вы где-нибудь в клумбе, или на дереве.

А дальше они смотрели, как Рыжий и его принцесса говорили, что согласны, и как архиепископ Паризии объявил их мужем и женой, и они целовались, и менялись кольцами — и всё было видно и слышно до самого последнего ряда, постарались какие-то неплохие маги, поработавшие с видимостью и акустикой. И их поздравляли, и как-то стало здорово и радостно — и Тео, и на Лаванду он украдкой глянул — она улыбалась.

Когда герцога и герцогиню Вьевилль осыпали лепестками цветов на ступенях собора, а потом они погрузились в машину с открытым верхом и отбыли на фотосессию до пяти вечера, Филибер спросил:

— Ну что, друзья, вы готовы вернуться на празднование, или у вас планы на остаток дня?

Все переглянулись и сошлись на том, что, наверное, нужно вернуться, может быть, ненадолго — потому что явно же будет что-то интересное и красивое.

— Тогда сейчас идём перекусить, — скомандовал Тео. — До пяти вечера ещё три часа.

И он не заметил, как пролетели эти три часа. Они отправились в таверну поблизости — все вчетвером, там в приятной прохладе ели и разговаривали. Спутница Филибера Клаудия оказалась преподавателем музыки, она работает в музыкальной школе. Лаванда немного раскрыла створки своей раковины, или что там у неё? Лепестки цветка? И, в общем, тоже рассказывала о работе, о том, что забавного бывает в цветах и садах. И про своего кота, властелина её дома.

— Дочка просит кота, но я не решаюсь. Нас целыми днями нет дома, с кем он будет? — вздыхала Клаудия.

— А сколько лет дочке? — спрашивала Лаванда.

— Шесть, маленькая ещё, — улыбалась Клаудия в ответ.

— Может быть, ничего? У нас с сёстрами в детстве всё время жили коты.

— У нас тоже, — подхватил Тео.

Коты — так коты. Можно говорить и о котах, главное — что Лаванда рядом, тёплая и улыбающаяся.

Пискнул телефон — Эжени сообщила, что дома, что они с братьями Долле заказали еды и сейчас её будут есть, а потом делать уроки. Потом дописала, что в музее оказалось неожиданно круто, она хочет сходить ещё, и сбросила десяток фоток — одежды, оружия и артефактов. И ещё добавила, что им дали список фильмов, в которых есть что-то по истории, и они сейчас поедят и в качестве уроков будут смотреть один из них, Фред уже нашёл в онлайн-кинотеатре все серии.

Забавное прочтение выполнения домашних заданий, но если поможет, то почему бы и не посмотреть? Тео пожелал молодёжи удачи и напомнил, что сам будет поздно. В ответ прилетел стикер в виде большого пальца.

— Всё в порядке? — встревожилась Лаванада.

— Думаю, да, молодёжь добралась до дома, собираются смотреть кино в качестве домашнего задания.

— Всё лучше, чем по улице болтаться, — заметил Филибер.

Тео слышал краем уха, что оба племянника Филибера предпочитали как раз этот вид деятельности всем прочим. И поначалу немного опасался — потому что Эжени, судя по её собственным рассказам и по словам Вирджинии, тоже весьма его уважала. И была весьма немалая перспектива, что всех троих придётся ловить на просторах Паризии. Но пока они облюбовали дом и сад на площади Старого Короля, и спасибо всем высшим силам за это.

А дальше уже оказалось, что время подошло, и можно возвращаться на площадь Святого Ремигия. Там они как-то быстро нашли компанию знакомых военных, в которой радостно верховодила Теодора Саваж, а её супруг, генерал Монтенеро, придерживал её за локоть и посмеивался. Она придумывала поздравления и дополнения к запланированному фейерверку, и что-то ещё, какие-то каверзы, кажется, вот кто бы понравился Эжени — неожиданно подумал Тео.

Шум, гам и магические хлопушки известили о прибытии счастливой пары.

— Неплохо держатся, — пробормотала Лаванда.

— Рыжий в своей стихии, а принцесса… это принцесса, она умеет держаться, — высказал мысль вслух Тео.

Они стояли недалеко от высоченных дверей дворца Вьевиллей, и увидели, как Рыжий легко поднял супругу и занёс в дом по ступенькам, и дальше уже двинулись гости.

Что же, внутри оказалось… интересно.

Огромный холл с портретами — чёрт побери, да они же оделись, как эти самые предки с портретов! У Рыжего тот самый алый наряд, и у принцессы такое же синее платье!

— Вот теперь я верю, что так уже было, — прошептала Лаванда.

И рассказала об историческом казусе — второй раз Годфруа де Вьевилль женился на Катрин де Роган.

— И устроил праздник для друзей, сослуживцев и вассалов, — усмехнулся Филибер.

— Вассалы — это мы, да? — хихикнула Лаванда. — Поздравлять от компании будет целая команда, они неделю репетировали, оказывается.

В огромном холле не задержались, но сказали, что чуть позже в нём будут танцы. А пока — проследуйте в пиршественный зал, пожалуйста.

***

В пиршественном зале, наверное, мог поместиться весь домик Тео на площади Старого Короля. Вот так и понимаешь, сколько тех самых друзей и вассалов было всё время у Вьевиллей. Наверное, у Роганов тоже, но в замке Лимей Тео никогда бывать не доводилось, чины не те.

Далее случилась заминка, потому что по смыслу они с Лавандой принадлежали к разным группам гостей, и распорядитель сначала попробовал отправить их за разные столы. Но потом сообразил, что-то мгновенно переиграли, и их с поклоном проводили к столу, где как раз сидели разного рода военные или бывшие военные. Лаванду и Клаудию со всеми познакомили, и понеслось.

Герои дня сидели в голове зала на возвышении, под штандартами — алыми Вьевиллей и ещё раз алыми Роганов. Первым их поздравили принц Роган и генерал Шарль Треньяк, дядюшка Рыжего, и дальше, по идее, должны были быть разные друзья и прочие сослуживцы, но поднялся сам Рыжий.

— Так случилось, и что и в нашем союзе с госпожой Катрин, и в самой нашей жизни огромную роль сыграли наши великие предки. И поэтому сейчас — виват предкам! Всяческим Вьевиллям и Роганам, большим и малым, и их друзьям, и их соратникам! А мы с Катрин приготовили сюрприз — для них и для вас. Прошу всех в холл, потом вернёмся.

В холле где-то под потолком, на небольшом балкончике настраивали инструменты музыканты. Пара в синем и алом встала, держась за руки, им освободили пространство. Толпа затаила дыхание.

Зазвучала музыка, и Рыжий повёл госпожу Катрин вперёд, да как-то хитро, нормальные ноги такого не вышепчут. Но видимо, некоторые люди просто умеют всё, и танцевать, как в историческом фильме — тоже. Как только догадались, и кто только их научил!

— Как красиво, — прошептала Лаванда. — Какие они молодцы!

Они кружились друг вокруг друга, держались за кончики пальцев, выписывали на каменном полу замысловатые фигуры. Торжественно и красиво. А когда стих последний аккорд, Рыжий помахал кому-то… Тео проследил взглядом, и оказалось — портретам на стене. Вот так.

И дальше уже понеслось обычным образом — поздравления, шутки, хлопушки, какая-то необыкновенная еда, вина и прочего только успевали подливать. Танцевать выходили в холл, и там уже играли не старинную музыку, но вполне так привычное танцевальное.

— Танцуем? — спросил Тео Лаванду.

— Ой, — сказала она. — Я почти не умею.

— Я тоже, — рассмеялся он.

И оказалось, что умеют они примерно одинаково, и не так уж и плохо. После Лаванду приглашал Филибер, а Тео — Клаудию, и некоторые другие знакомцы тоже хотели танцевать с их дамами. Тео встретился в каком-то общем танце с Теей Саваж, посмеялись вместе, но — вернулся к Лаванде.

А потом Рыжий и Катрин сообщили, что им уже пора отправляться дальше, их ждёт самолёт, они вернутся через две недели. А пока…

Точно, нужно же бросить букет невесты. Незамужних дам и девиц набралось много, Лаванда с Клаудией тоже пошли, но букет поймала высокая дева-некромантка, из подружек невесты. Её тут же поцеловал видный мужчина, тоже явный некромант, его представляли как лорда какого-то с Полуночных островов. Так что у девы всё готово, можно сказать.

А мы будем танцевать дальше.

Мелодия оказалась изумительно красивой, и можно было попробовать не просто перетаптываться с ноги на ногу, а взять Лаванду за кончики пальцев, провести вокруг себя, повернуть под рукой, а потом обхватить и закружить. Её лицо оказалось так близко…

Целоваться посреди толпы танцующих людей — не самое лучшее дело на свете, поэтому вышли наружу. Она тут, она рядом, она… согласна, да? Всё хорошо?

Всё хорошо, подтверждала сияющая Лаванда.

И что же тогда дальше? Сбежать сейчас? К ней домой, это недалеко? Но остаться до утра не выйдет, Эжени ждёт его, хоть он и сказал, что будет поздно. Может быть, дальше получится как-то договориться? А сегодня он обещал вернуться домой не сильно позже полуночи.

Значит, всё впереди. А пока — сияющая в ночи улыбка Лаванды, танцы, и уже близко к полуночи — фейерверк. Вот это, наверное, понравилось бы Эжени, потому что делали мастера — да как и всё остальное сегодня.

До дома Лаванды они дошли пешком, и ещё постояли, обнявшись, у дверей.

— Эжени не потеряет тебя? — серьёзно спросила она.

— Я уже написал, что скоро буду, — вздохнул Тео.

Хотелось-то подняться наверх, и…

— Значит, вызывай такси. Всё в порядке, правда.

— Встретимся в понедельник? — спросил Тео. — Завтра я во власти Эжени. А послезавтра освобожусь в шесть.

— Дождусь в саду, — улыбнулась Лаванда.

Эжени и впрямь ждала, и они ещё с полчаса обменивались впечатлениями — о торжестве, о музее, о кино, которое они всё же посмотрели.

— Я, кажется, что-то поняла про ту революцию, — сообщила она. — Но завтра же мы идём гулять?

— Непременно, — кивнул он. — А сейчас иди уже спать.

Эжени ушла, а Тео ещё некоторое время вспоминал вечер. Нужно будет что-нибудь придумать в самое ближайшее время. На неделе.

Неделя началась отлично, и он с нетерпением ждал вечера. Занятия со слушателями завершались в пять, потом решить кое-что по занятиям завтра и послезавтра…

Магический вызов он ощутил где-то в четыре. И это была госпожа Бойд.

— Господин Жервез, мне очень жаль, но вы нужны в школе. Как можно скорее.

На выходе из здания Тео столкнулся с Филибером.

— Наши что-то отчудили всем коллективом, — пожал он плечами. — Марта позвонила, очень просила быть. Сказала — без меня не справится.

Госпожу Марту, супругу младшего брата Филибера и мать перспективных молодых людей, Тео пока не видел ни разу.

Что ж, значит — вперёд.