Глава 21

Тимира открывает глаза.

Это совсем иное пробуждение.

Мир вокруг светел и ярок: прямо перед ее лицом в золотых лучах солнца танцуют пылинки, густо пахнет травяным чаем и слышны тихие женские голоса.

– Проснулась, моя хорошая! – Обладательница одного из них, самого переливчатого, словно лесной ручей жарким летом, склоняется над постелью, помогая приподнять подушку, чтобы Тимира могла сесть.

Это женщина средних лет в свободном сером платье и белоснежном переднике поверх. Ее рыжеватые волосы убраны в пучок на макушке, а руки пахнут чем-то лекарственным и еще немного медом.

– Ш-ш-ш! Тебе нельзя вставать! – беспокоится она, когда Тимира пытается откинуть одеяло. – У тебя, моя хорошая, ужасное переутомление. Но сейчас ты выпьешь укрепляющего отвара, скушаешь яичко с кашкой, и тогда я разрешу тебе самой дойти в уборную. Будешь хорошей девочкой?

Тимире непривычно, что незнакомый человек обращается к ней на ты и «моя хорошая» вместо «госпожи», но сил спорить у нее нет. Она послушно берет из рук женщины глубокую чашку с медового цвета чаем и с удовольствием вдыхает успокаивающий запах, исходящий от нее.

– Что… что случилось? – спрашивает она, когда теплая ароматная жидкость смачивает ее саднящее горло.

Ночные события кажутся ей сном, почти кошмаром: мертвенный свет луны, заливающий остов дракона, страх за Иржи и его появление – словно рождение из тьмы. Может быть, она перенапряглась во время битвы и ей это все приснилось?

– Командующий нашел тебя прямо во дворе без сознания, – качает головой заботливая женщина. – Должно быть, ты проснулась ночью и в забытьи отправилась бродить по крепости, еще до конца не оправившись. Он принес тебя ко мне – заодно и ему попало! После такой передряги наш Иржи должен еще дня три лежать в постели, а он отправился проверять караулы! Никто меня не слушается!

Она всплескивает руками и тут же подхватывает из пальцев Тимиры чашку, которую та чуть не роняет.

– Ну, ну, моя хорошая, – снова начинает ворковать женщина. – Не волнуйся так! Все закончилось хорошо. Ты такая сильная! Ты наша героиня! Хотя кем еще может быть жена первого советника – конечно героиней, да еще и скромницей. Мы ведь даже не подозревали, что у тебя этакая силища есть. Кушай.

И она подает Тимире поднос с дымящейся кашей и уже очищенным яйцом на подставке. Рядом в крошечных розетках в виде раскрытых цветов – густой золотой мед, вишневое варенье с крупными ягодами, нарезанная зелень и горсть орехов.

– Меня Марфа зовут, я здешняя медичка. У меня такая же стихия, как у тебя, – вода, – продолжает рассказывать женщина, пока Тимира поддевает острым краем чайной ложечки верхушку сваренного «в мешочек» яйца. – Вода для нас, докторов, лучшая стихия. Никогда не пробовала?

– Нет… – задумчиво говорит Тимира. – Расскажете как?

– Ой, – отмахивается Марфа. – Я не очень-то разбираюсь. Вот сейчас к нам Хейх придет, у него спроси! Он в магии все понимает, а я кто? Наварила тебе чайку, накормила – ты и окрепла!

– Хейх? – хмурится Тимира.

Она не старалась запомнить всех обитателей крепости, но готова поклясться, что не слышала этого имени.

– Ани! Ани! Позови генерала Тотха, пусть подходит потихоньку, – оборачивается Марфа к еще одной женщине, все это время тихо сидящей в уголке. – Госпожа Тимира уже закончит к тому времени и будет ему рада.

Вот уже и госпожа… Кому это она будет рада? И откуда такая уверенность?

Но к тому времени как раздается стук в дверь, она действительно уже и сыта, и умыта, и даже немного успела заскучать, слушая болтовню доброжелательной, но слегка утомительной Марфы.

К счастью, эта болтовня успешно отвлекает ее от мыслей о произошедшем ночью. Хотя эти мысли нагоняют Тимиру слишком часто, заставляя вдруг вспыхивать от жара под кожей.

Генерала она узнает сразу: они были представлены еще за ужином. Просто непосредственная манера Марфы называть всех по именам и на ты сбила ее с толку.

– Здравствуй, мой хороший! – сразу бросается Марфа к грузному пожилому генералу, хватая за руки и целуя в обе щеки. – Иди сюда, садись, как твоя нога? Как твое сердце? Ты завтракал? Мои отвары пил?

– Нога отлично, сердце отлично, отвары тоже отлично, – отчитывается генерал, проходя сразу к постели Тимиры и садясь на предложенный стул.

– Эх, обманываешь ты меня! Но не буду вам мешать!

И Марфа подхватывает поднос с грязной посудой и осторожно прикрывает за собой дверь, оставляя Тимиру наедине с генералом.

Она уже переоделась в домашнее платье, расчесала волосы и даже в постели устроилась с комфортом, набросив на ноги легкое покрывало. Увы, поход в уборную доказал правоту Марфы: вставать еще рано. Как только она умудрилась ночью еще и на стену взобраться?

– Перейду сразу к делу, – говорит генерал, глядя на Тимиру пристально и остро. – Ты вчера чуть не выгорела. Тебя что – никто не учил работать с энергией?

– Нет… – Тимира хмурится. – Но ведь когда выгорают – вообще не могут использовать магию, а я зажгла свечу, а потом еще…

– Чуть не вызвала вторую волну меньше, чем за сутки? – качает головой генерал. – Иржи мне сказал. Не вздумай проболтаться Марфе! – быстро добавляет он. – Иначе она тебя на месяц привяжет к кровати.

– Иржи сказал?.. – Голос чуть не предает Тимиру, но она поспешно делает глоток отвара, оставленного рядом на столе.

– Сказал, что ты вышла на стену, испугалась мертвого дракона и чуть не ударила его своей волной, – поясняет генерал, и хотя Тимира видит в глубине его выцветших глаз подозрительные искры, она решает больше ни о чем не расспрашивать.

Испугалась так испугалась.

– О том, как не выгореть, мы еще поговорим, – кивает генерал. – И хорошо бы вместе с твоим мужем. А пока – расскажи мне, как ты вызвала цунами? Почему именно в тот момент? Раньше не получалось или это не было сознательным решением? Что ты при этом чувствовала? Применяла какие-то техники или ударила чистой силой? Можешь описать последовательность действий?

Тимира теряется под градом вопросов. Техники? Чистая сила? И совершенно точно она не готова рассказывать, что именно чувствовала! Из всех техник ей знакомы только те, которым ее обучал в Ильдауме Иржи. Даже бытовую магию она освоила как-то без особых сложностей и заклинаний. Просто захотела – и появилось облако, излившееся дождем. А потом захотела – и облако переместилось в другое место, хоть бы и к ванной, которую нужно наполнить.

После сданного Экзамена никто не приходил к ней, чтобы позвать обучаться чему-то, да и зачем? Военная карьера – не для нее, а работать нет нужды. Она никогда и не задумывалась о том, что нужно как-то специально учиться управлять своим даром. В ее столичной жизни этого не требовалось.

О чем она и поведала генералу, подробно рассказав о фонтанах, которые сотворяла для развлечения на балах и чаепитиях, и совсем скупо – о волне, которую удалось вызвать считанные разы в жизни.

К сожалению, именно волна генерала интересовала больше всего.

К концу напряженной беседы отвар в кувшине заканчивается, но желанного покоя и расслабления не приносит. Одни расспросы выматывают Тимиру настолько, что она готова взмолиться о возвращении Марфы. Пусть лучше болтает, чем ее будет пытать этот старик с проницательным взглядом, не упускающий ни единой детали из ее рассказов и оговорок и вцепляющийся в них, как бойцовский пес.

Когда Тимира, не выдержав, откидывается на подушки и прикрывает глаза, генерал спохватывается:

– Ох, и влетит мне от нашей заботливой мамки за то, что так тебя утомил! Хорошо, госпожа Тимира, продолжим позже. Когда вернется господин советник. Сдается мне, вам не помешало бы хорошее обучение.

Когда он уходит, Тимира перестает притворяться немощной и хрупкой принцессой и выскакивает из постели. Нечего ей тут делать.

– Где Иржи? – спрашивает она вошедшую Марфу. – Мне нужно срочно поговорить с командующим!

– Ты все выпила, хорошая моя! – всплескивает руками та.  – Вот бы все мои пациенты были такими послушными! Давай подождем до вечера, к ужину ты уже совсем выздоровеешь, а его все равно никакой постельный режим не удержит.

– Нет, сейчас! – раздраженно топает ногой Тимира. – Где его найти?

– Да где ж его найдешь, – сокрушенно жалуется Марфа. – Еле уговорила выпить моих снадобий с утра – и снова умчался командовать. Там, где нужнее всего. А где это сейчас – я и сама не знаю.