Глава 11 · Где у соседей случается нежданный праздник, а в мою лавку начинается паломничество дам

Возле моей лавки беглецы чинно выстроились в ряд и замерли в ожидании. Сундук нетерпеливо клацал замком. Ковер шевелил бантиками. Гвозди гудели. Чайник хлопал крышкой.

Я не рискнула им перечить и приоткрыла дверь.

— Мадемуазель Наташа, — вновь воскликнул дядюшка Лео, — что же это делается? Вы же меня, как есть, обокрали. Лопни мои глазоньки!

— Помолчите, пожалуйста, — попросила я. — Сами же видите, я здесь не при чем.

— Как же не при чем? Как же не при чем? Если не вы, то кто их оживил?

Вопрос был резонным, я пожала плечами и призналась:

— Не знаю. Вероятно, магия моей лавки.

Месье Сюар покосился на волшебный домик и выдал с обидой:

— Безобразие. А вот при мадам Женевьев он себе ничего подобного не позволял!

От последнего замечания я даже скривилась.

— Не переживайте, я верну вам деньги.

Дядюшка Лео сразу оживился. Я прям увидела, как в глазах у него запрыгали циферки и поспешила остановить счетчик:

— Ровно столько, сколько взяла.

Сосед слегка прокис. Подумал, решил возразить, но я не позволила:

— И сверху подарю совершенно чудную вещицу для вашей дражайшей супруги. Она от нее будет в полном восторге.

Мое обещание привело мужчину в совершенно счастливое состояние.

— Позвольте вашу ручку, прекрасная мадемуазель, — промурлыкал он и куртуазно приложился к моим пальчикам. — Я вам еще в прошлый раз говорил, что умные женщины — моя слабость.

Я только хмыкнула, вошла в лавку вслед за ковром. Дядюшка Лео и не подумал остаться на улице.

В лавке нас ждала торжествующая бабуля. Скрестив на груди руки, она с видом превосходства висела в углу. Под ней, вжавшись в стену, притулилась Виола. Девочка круглыми глазами провожала ползущий ковер.

Кусь тут же о чем-то поспорил с братом. И теперь дракошки азартно комментировали необычное шествие, то и дело ныряя в кладовую и возвращаясь обратно.

— Что я говорил! А? Что все до последнего гвоздя вернется! — выпалил Хрусь.

— А с тобой никто и не спорил, — парировал Кусь. — Так что не строй тут из себя самого умного. И так понятно было, что Наташа погорячилась, когда продала за бесценок отличные артефакты.

— О чем это вы? — ухватила я главную мысль диалога.

— Мы все посчитали, — отчитались непрошеные помощники.

— Все на месте, Наташа. Все вернулось.

— Говорите толком! — нахмурилась я.

Перед дядюшкой Лео было ужасно неловко. Получается, я его обманула. Деньги взяла, и неважно, что это медные гроши, а теперь и вещи назад сманила.

Только вот я их не сманивала, поклясться могу.

— Вся торговля в лавке идет через каталог и гросбух, — соизволила пояснить бабуля. — А ты, не зная свойств, отдала за бесценок колдовские вещи.

Она перевела взгляд на старьевщика и добавила с укоризной:

— Месье Сюар, ладно Наташа, но вы-то должны были понимать, что в лавке редкостей не бывает хлама?

— Дак я, лопни мои глазоньки, — развел руками сосед, — думал же, что раз новая хозяйка отдает, стало быть, не нужно никому.

— Ай, хитрый лис! — цокнула бабуля языком и погрозила пальцем. — Так уж и думал? Так уж и никому?

Дядюшка Лео слегка смутился.

— Все-то вы примечаете, дражайшая мадам Тереза. Ладно, каюсь, после света и крана я решил, что девчоночка-то совсем слабенькая оказалась. А то и вовсе лишенная магии. А лавка вон сколько в полном запустении стояла. Вот и подумал, чего добру пропадать? Понадеялся, вдруг что ценное откопаю в этом хламе.

Дядюшка Лео почесал в затылке и вновь развел руками.

— Урок тебе будет, старый хитрец, — бабуля воздела перст к потолку. Изрекла поучающе: — В делах перво-наперво честность и справедливость нужны.

— Да разве ж я против? Только что это получается? Я теперь вроде как внакладе остался?

— Никто не останется обиженным, — решительно прервала я этот спор. — Раз уж мои колдовские вещи сами нашли дорогу домой, я верну вам пятнадцать медяков. И простите, я правда не знала, что это не простая рухлядь.

* * *

В кладовой вовсю дирижировали вещами дракоши. На лицах их было написано абсолютное удовлетворение.

Тут же появилась и бабуля.

— Вот и в них магия ожила, — сказала она. — Признало тебя это место, деточка. Окончательно признало.

Я и сама уже успела сообразить. Поэтому даже не стала возражать. Отсчитала пятнадцать медяков, прихватила в нагрузку флакончик с духами. С соседями не хотелось ссориться, тем более, что они оказались неплохими людьми. А то, что дядюшка Лео пытался схитрить, так работа у него такая.

Я вышла обратно в зал, протянула мужчине деньги и бутылочку. Проговорила таинственным тоном.

— Здесь душистая вода специально для вашей супруги. Не простая, а магическая. Передайте ей с моими наилучшими пожеланиями.

Он в ответ поклонился.

— Непременно, мадемуазель. Все передам в наилучшем виде.

Я подарила ему улыбку.

Когда вернулась обратно, любопытства ради заглянула в сундук и увидела, то, о чем уже догадалась. Все вещи были целехоньки и новехоньки. Вместо битых молью лежали драгоценные меха.

— Интересное кино получается, — усмехнулась я и прибавила нетленное, — лопни мои глазоньки.

* * *

После ухода дядюшки Лео я убедилась, что все мои своевольные вещи уже устроились на своих местах.

В кладовой ничего не напоминало о недавнем исходе, сундук мирно стоял на прежнем месте, рулон ковра так и пристроился за шкафом, более мелкие предметы рассредоточились, что в сундуке, а что по полкам. Надо бы глянуть по каталогу, какими свойствами они обладают. Интересно, мой ковер — самолет или самобранка? Ой, нет, самобранка же скатерть. Ну а вдруг?

А к примеру сундук? Бездонный или может сейф? Или вредителям неподвластен? Чайник, скажем, подозрительно похож на тот, что живет в печке и сам наливает мне чай.

Я уже совсем было взялась за каталог, как взгляд мой упал на шоппер, так и оставшийся лежать на прилавке живописной кляксой. Ох, елки! На нем ведь покуда нет никакого стазиса, и половина покупок без ледника до утра не доживет.

Каталог был позабыт, а я отправилась разгружать свои припасы в кухню.

Глаза Виолы стали круглыми еще на гусе, а ведь он лежал почти на самом верху. Творог со сметаной и маслом мы определили в холодильный шкафчик, овощи в подвал, мясное в ледник.

Бабуля, глядя как из шоппера появляются все новые и новые продукты, только головой качала.

— Бедная девочка, — послышалось мне, когда она нырнула в стену. — Сказывается тяжелое полуголодное детство.

Не поняла, а кто мне совсем недавно вещал про припасы на год вперед?

Кстати, где-то в моей книге по магии было средство от мышеядения. Крупы надо сохранить от вредителей.

* * *

Вечером пришел Алекс. Поначалу бросал на меня странные взгляды, словно ждал вопросов, потом успокоился и принялся изматывать своим учением. К концу занятий я чувствовала себя так, словно не разучивала заклинания, а разгружала товарняк.

Алекс ушел ужасно довольный, сказал напоследок:

— Если так пойдет дальше, контракт с дворянством у нас в кармане.

Поцеловал меня в щеку, вновь одарил странным взглядом и скрылся за дверью, оставив в основательно озадаченном состоянии. Казалось, что он скрывает что-то важное, то, о чем не может со мной поговорить. Млькнула мыслишка, вдруг что-то сдвинулось в деле о завещании? Хотя, какой смысл скрывать от меня такие новости?

Я нахмурилась, подошла к прилавку, и сама не заметила, как принялась вертеть в руках сковородку. Сей предмет всегда действовал на меня успокаивающе. Помогал светлым мыслям вынырнуть из хаоса, царящего в голове, и пробиться наружу.

Жаль, но в этот раз просветление в мозгах не наступило. Из всех возможных версий подходящей была только одна — он видел тот же сон, участвовал в нем, а теперь испытывал неловкость.

— Или не только неловкость, — сказала я сама себе вслух и тут же сама себя опровергла, — чушь, ерунда, снов на двоих не бывает.

На нервах засунула сковородку обратно под прилавок и решила для успокоения принять ванну.

Теплая вода с пеной и ароматными солями оказалась куда чудодейственней сковороды. Через полчаса меня отпустило, через час я почувствовала неукротимое желание уснуть, чем и воспользовалась. Жаль, ненадолго.

Ночью мне послышалось, будто кто-то невдалеке хихикает женским голосом, а рядом кто-то вторит хихиканью вкрадчивым мужским баском. Потом раздался явственный звук долгого поцелуя. Взволнованное женское: «Ах!» И мужское гордое:

— Солнце мое, ты только глянь каков! А?

На миг повисла тишина. Мне подумалось, что дама пристально изучает предъявленный предмет. Потом раздалось с придыханием:

— Да неужто? Я уже и не мечтала.

— Как молодой! — сипло пробасил голос дядюшки Лео. — Словно кто заколдовал. Знать бы кто.

— Нечего гадать, — отрезала мадам Сюар, — просто скажем спасибо доброму человеку за такой праздник.

— Благодарствую, добрый человек, — хмыкнул сосед, вслед за чем соседка снова охнула.

Раздался томный стон, что-то скрипнуло, рухнуло нечто из металла. Довершился погром стыдливым хихиканьем.

— Нет-нет, любовь моя, только не на моих тканях, пойдем скорее в спаленку, пока колдовство не развеялось.

— Моченьки нет терпеть, мы их просто сдвинем в сторонку.

Что-то грохнулось опять. Я подняла голову и прислушалась уже с любопытством.

— Леопольд! — одернула разгоряченного супруга мадам Бабетта. — Ты же знаешь, какие тонкие здесь стены, слышно каждый скрип. А спальню я лично зачаровала.

— Поспешим, тигрица моя! Р-р-р! — игриво зарокотал сосед, — А иначе, лопни мои глазоньки, я весь взорвусь!

Хихиканье и взвизги стали тише, а потом совсем пропали.

Я вздохнула мечтательно: «Счастливые люди!»

И сразу вспомнила свой вчерашний сон. Поерзала под одеялом, улыбнулась сегодняшним растерянным глазам маркиза и снова уснула.

* * *

Утро выдалось солнечным, совсем не осенним.

Я прихлебывала ароматный кофе и повторяла про себя заученные вечера заклинания, которые Алекс вечером непременно с меня спросит. Мне еще хотелось поработать до его прихода над стазисом потихоньку, без спроса, чтобы не получить нагоняй.

И тот факт, что до таких магических дебрей как плетение временных чар, мы еще не добрались, слегка тревожил. Только когда меня это останавливало?

Я оглядела основательно подросшую лавку. Улыбнулась своим мыслям. С пространством как-то справилась, справлюсь и со временем, было бы желание. А его мне, как раз таки, не занимать. Внутри все зудело от нетерпения. Я дочитала домашнее задание и мечтательно зажмурилась. Если выйдет, тогда и на погреб с холодильником можно будет набросить чары безвременья.

Чашка звякнула о блюдечко. Я с сомнением оглядела принесенный Мартой пончик, почти уже решила, что Наташиному теловычетанию он точно не повредит, но предаться излишествам не успела. На кухню заглянула взволнованная Виола.

— Мадемуазель Наташа, — удивленно зашептала она, — идите скорее, там пришла дама, вас спрашивает.

— Что за дама? — насторожилась я.

— По виду из благородных, — шепнула девочка. — Одета прилично, срочно требует хозяйку.

Уж не Режину ли снова принесло?

— Иди, Наташа, иди, не заставляй клиентку ждать, — высунулась из стенки бабуля.

— А если это… — начала я.

— Не она это, не бойся. Неужто я бы тебя к этой змее подпустила?

Действительно, чего это я? Мой дом — мой крепость. Я поднялась, поправила платье, пригладила прическу и двинулась неспешно с важным видом.

— День добрый! — с улыбкой приветствовала незнакомку. — Я Наташа Риммель хозяйка лавки, чем могу вам помочь?

Женщина была немолода, и очень прилично одета. Люблю таких клиенток, они обычно не жмутся, потому что знают цену моим редкостям.

— Дама оглядела меня пристальным взглядом и нахмурилась, увидев Виолу.

— Девочку отошлите, пожалуйста, у меня… пикантная просьба, не для детских ушей.

Дама нервно мяла в руках крохотную сумочку и отчаянно краснела. Мне даже стало любопытно, что такого могло потребоваться ей, о чем неприлично говорить при детях. Вроде бы в арсенале лавки ничего подобного не наблюдалось.

— Виола, передохни, — отпустила я помощницу. — Выпей чаю с пончиками.

Девочка изобразила легкий книксен и без лишних разговоров исчезла за дверью.

— Мы одни. Слушаю вас, — изобразила я на лице вежливый интерес.

Дама внимательно осмотрела помещение, будто ожидала, что у меня под прилавком прячется еще цела куча свидетелей. Не обнаружив никого, она наморщила нос и наконец выдохнула, как перед прыжком.

— Мне нужна ароматная вода, подобная той, что вы намедни хозяйке модной лавки презентовали.

— Мадам Бабетте? — удивленно переспросила я.

Покупательница кивнула и с надеждой спросила:

— У вас есть еще такая?

Она подалась всем телом вперед, даже дышать забыла, ожидая моего ответа.

— Найдется, — кивнула я, не особо понимая, что такого важного в тех духах. — Как раз осталось два флакона.

И мысленно себя поправила: «Точнее три, если считать тот, что я оставила для себя».

— Будьте добры, дорогая, мне один. Вы даже не представляете, как меня выручите.

Дама положила ладонь на пышную грудь и томно вздохнула. Я мысленно покрутила у виска и отправилась за духами. Хочет женщина флакончик, кто я такая, чтобы с ней спорить?

По пути прихватила и каталог. Вспомнила слова бабули, что все продажи должны идти через гроссбух. Не хватало мне еще, чтобы духи притопали своим ходом обратно. Потом объясняться замучаешься.

Когда вернулась в зал, незнакомка уже держала в руках кошелек. Я открыла каталог, поставила сверху флакончик, искренне ожидая увидеть цену в два солера, и едва не присвистнула. Семь с половиной? Ну ничего себе!

Кроме цены поменялась и надпись. Мое творение называлось теперь весьма романтично: «Дыхание страсти». Я невольно вспомнила вчерашний подарок соседям, ночные охи-ахи, и все встало на свои места. Я была тем самым магом, которому соседушка так искренне возносил благодарность.

Дама пробежалась глазами по цене, щедро отсыпала мне десятку, замахала рукой, отказываясь от сдачи, и заговорщически прошептала:

— Пусть это станется между нами, дорогая. Никому не говорите, что именно я у вас покупала.

Спрятала «страсть» в сумочку и выскользнула за дверь. Я чуть подумала, прихватила каталог и отправилась проверять два оставшихся флакона.

Страсть оказалась в обоих. Мне стало откровенно дурно. Счастье, что я пользовалась своим всего один раз в тот же день, когда и создала. Когда Алекс возил меня в пассаж. А после просто поставила на полочку и забыла.

А если бы применяла каждый день? Как же неудобно вышло.

На успела я сильно себя отругать, как вновь послышался голос Виолы:

— Мадемуазель Наташа, к вам еще одна посетительница!

Я только хмыкнула. Сразу прихватила флакон с каталогом и поспешила вниз. Кажется, мадам Бабетта сделала мне прекрасную рекламу.