Глава 24 · Где дом сам выдает наш с Алексом секрет

Встреча с Энтони взбодрила всех.

Счастливые дракошки устроили гонки под потолком, и даже бабуля оказалась бессильна их утихомирить. А меня они просто не успевали услышать. Едва я открывала рот, чтобы прикрикнуть, они уже оказывались в дальней комнате или на втором этаже. А бегать за ними — увольте. На это у меня не было сил.

Я наговорила и отправила Алексу сообщение через перстень и унеслась мыть руки с мылом. Два раза, а лучше на три. Только это не помогло.

Чувство омерзения и брезгливости преследовало меня ровно до тех пор, пока я не встала под душ, не оттерла все тело мочалкой и не сменила платье с бельем. Лишь после этого слегка отпустило.

Вот бы еще точно также смыть воспоминания. Я вздохнула с сожалением. До чего отвратительный тип этот Энтони Шафф. Что только тетка в нем нашла?

И зачем он сюда явился? Что хотел после вчерашнего-то погрома? А? Единственный вывод, который напрашивался сам собой — он о погроме ничего не знал? Неужто Режина сделала все это за его спиной? Но почему? Не доверяет? Решила кинуть? А как же их постельные забавы? Ничего не понимаю.

Я тщательно вытерла волосы полотенцем, прочла заклятие и полюбовалась обновленной прической. Красота! Пяток слов прошептала — и вуаля! Не надо изводить себя укладкой.

После душа я обнаружила, что в лавке почти все пришло в первозданный вид. Взгляд мой непроизвольно метнулся к тому месту, где совсем недавно валялся Энтони.

— Уже вымыли, — правильно поняла меня бабуля. — И продезинфицировали.

— Спасибо, — от души поблагодарила я. — Идемте чай пить.

— Без меня. Я еще не до конца окрепла, пойду отдохну, — отказалась бабуля. — И вы успокойтесь. Хватит работать на сегодня, обедать пора.

* * *

— А кто это был, Наташа? — полюбопытствовала Виола за чаем. — Прости, он так кричал, что я все слышала.

— Бывший жених, — вздохнула я.

— Жених? — распахнула она глазищи. — Но он же противный!

— Не то слово.

— Но как же, — нахмурила она бровки, пытаясь постичь непостижимое. — Ты такая, такая… А он гадкий!

— Я его не выбирала. Мне его тетка нашла. Потому я и сбежала от нее в эту лавку. От нее и от него подальше.

— Какой кошмар! — искренне содрогнулась девочка. — Я бы от такого тоже сбежала.

— Помнишь, меня похитили?

Виола старательно закивала головой.

— Это за него меня хотели выдать замуж насильно.

Она прикрыла ладошкой рот и округлила в ужасе глаза. Я улыбнулась и поспешила ее успокоить.

— Не бойся. Теперь все в прошлом. Его забрала полиция и я надеюсь, уж больше он к нам не вернется.

На кольце загорелся камень. Я потерла его и прислушалась.

Алекс прислал мне ответное послание. Говорил, что он еще занят, что Энтони на допросе рассказал много интересного, что подробности я узнаю при личной встрече. А еще, что он будет ругаться, если я так толком и не отдохну.

Мне захотелось поцеловать кольцо. Нет, конечно целовать самого Алекса хотелось еще больше, но при Виоле я не могла позволить себе ни того, ни другого. Поэтому отчаянно зевнула и решила, что пренебрегать советами мудрых мужчин не стоит.

Чмокнула в щеку саму Виолу и таки отправилась на второй этаж.

* * *

Заходить в гостиную не стала, точно зная, что опять возьмусь за уборку. Старательно отворачиваясь от раскрытой настежь двери, прошмыгнула мимо и остановилась на пороге спальни.

Остановилась и поняла, что зайти внутрь точно не решусь. Посреди комнаты, в немом изумлении висела бабуля. От нее просто-таки исходили волны возмущения. И я прекрасно понимала почему.

В дальнем углу, на тот самом тайном месте вновь появилась знакомая дверь.

Больше всего на свете в этот момент мне захотелось сбежать. Просто трусливо сбежать, чтобы ускользнуть от неприятных объяснений.

Я глубоко вдохнула, крепко сжала кулаки, шагнула внутрь, обогнула бабулю и оказалась у двери. Приоткрыла маленькую щелочку, заглянула туда. Окно, ковер, кровать, картина стене. Я точно знала, что за ней прятался сейф.

За окном красовался знакомый пейзаж.

Я крепко зажмурилась и принялась звать магию, моля о чуде: «Пусть дверь исчезнет, пусть дверь исчезнет!»

— Не поможет, — ледяным тоном проговорила бабуля.

Я что просила вслух?

— Не поможет, — повторила она. — Дом вырастил новый переход. И его теперь не закрыть.

Рука моя вновь толкнула дверь. Спальня, черт его подери. Спальня в доме Алекса. И у меня теперь в нее постоянная дверь. Кошмар! Как это объяснить домочадцам? А Алекс? Что он скажет слугам?

Призрак встал рядом со мной. Я увидела поджатые губы и светящийся опасной зеленью взгляд.

— Не хочешь зайти? Осмотреться? — спросила бабуля с нескрываемой ехидцей. — Узнать, куда тебя занесло?

Я покачала головой. Чего осматриваться, если и так прекрасно знаю это место.

Бабуля основательно подросла, воткнула руки в бока и обернулась ко мне.

— Не хочешь ли ты сказать, Наташа Риммель, что уже бывала здесь?

* * *

— Была, — я постаралась, чтобы голос у меня звучал совершенно спокойно и неожиданно поймала кураж. — Дом не впервые открывает эту дверь. И мне странно, что вы, как хранитель лавки, не знаете об этом.

Рядом со мной раздался возмущенный бульк. Бабуля пошевелила в воздухе пальцами, но ни слова не произнесла. Я решила продолжить сама:

— И я уже успела выяснить, в чьем особняке находится эта комната.

Моя ладонь указала на спальню за дверью. Бабуля булькнула второй раз, а я решила ее добить:

— И не вижу ничего плохого в том, что наши с месье дель Гранже дома теперь соединены. А еще не понимаю, почему вы так возмущаетесь.

Ответом мне стал третий бульк. Бабуля пребывала в шоке. Я усилила напор:

— Нет, вы мне ответьте, разве плохо, если я в случае опасности смогу найти поддержку у сильного мага? Разве плохо, если мы быстро получим помощь? Разве плохо, что никуда не нужно для этого ехать?

На этот раз даже «булька» не получилось. Бабуля просто молча открыла и закрыла рот. Я наставила на нее палец, подытожила:

— Вот я считаю, что прекрасно. Благодаря нашему умному домику мы обрели надежную защиту.

Во мне проснулось желание пошутить. Я сузила глаза, глянула на бабулю подозрительно:

— Или я ошиблась, и это все же вы открыли дверь? Неужели я вам должна быть благодарна за заботу?

Вместо «булька» у призрака родился скорбный стон. Бабуля так ничего и не сказала. Просто растаяла, оставив меня одну.

На моем лице расцвела торжествующая улыбка. Я захлопнула дверь и рассмеялась. Это была чистая и безоговорочная победа.

* * *

Алекс приехал под вечер. По его виду сразу стало понятно, что меня ждет нечто.

— Я ненадолго, — объявил он с порога. — Хочется все же добраться до дома и отоспаться после сегодняшних подвигов.

— Пошли, накормлю тебя ужином, — на секунду я прижалась щекой к его плечу. — А потом пройдешь через дверку и сразу окажешься дома.

— Какую дверку? — понизил он голос.

— Ту самую. Можешь не шептать, бабуля ее уже спалила.

— Что она сделала? — не понял Алекс. — Сожгла? Зачем?

— Да не сожгла! — я мысленно отругала себя за словечко из родного мира. — Узнала она про дверцу! Да-да.

Алекс судорожно оттянул галстук и взял меня за руку.

— Учти, если меня опять будут выгонять, я без тебя отсюда не уйду, — заявил он.

— Не будут. Бабуле пришлось смириться. Дом сам вырастил проход. Я тут не при чем. Рассказывай лучше свои новости.

Алекс недоверчиво покосился на потолок, но руку мою так и не выпустил.

Мы расположились в эркере и потягивали вино из бокалов, которые я смогла восстановить из кучи битой посуды. Перед Алексом стоял ужин. Но он от усталости едва ковырял в тарелке вилкой.

— Энтони Шафф оказался кладезем ценной информации. Стоило ему понять, что дело пахнет жареным, как сразу и разговорился. Едва успевали записывать.

— А тетка?

— Твой бывший жених не знает, где она сейчас. Зато поведал столь дивную историю, что она точно достойна пера романиста. По его словам, они с Режиной Имери вступили в преступный сговор, чтобы заполучить лавку редкостей. Схема вырисовывается такая. Злая темная колдунья Режина околдовала бедного, ни в чем не повинного парня, влюбленного в тебя от чистого сердца.

Я хмыкнула и выругалась сквозь зубы. Влюбленного, как же. Алекс понимающе усмехнулся.

— А так как он, добрейшей души человек, воспылал к тебе искренними чувствами, его заставили насильно вершить преступные дела.

Ага, видела я, как его заставляли.

— Мерзкий тип, — передернулась я от отвращения, — скользкий, как рыба.

— Подожди, это лишь самая верхушка айсберга. — Алекс отхлебнул вина, забросил в рот ломтик сыра и откинулся на спинку кресла. — По хронологии событий выходит так. Примерно год назад мадам Женевьев Риммель лишила обожаемую доченьку наследства, от чего та взбеленилась и поклялась заполучить лавку любыми средствами.

Я кивнула. Примерно о том же говорили и дамы на балу.

— Фантазия у нее отменная. Совести не было с рождения. В дело пошли и яд, и проклятия, и даже наемный убийца.

— Тот самый маг, что похитил меня?

Алекс кивнул.

— Он. Было сделано три попытки, какая из них увенчалась успехом сказать сложно. Но мадам Женевьев умерла. Знала ли она об источнике неприятностей, случившихся за последнее время, ни нам, ни Энтони неизвестно. Но мы с Джастином надеемся прояснить этот вопрос с помощью мадам Терезы. Уж она-то должна быть в курсе хозяйских дел. В общем, преуспев в насильственных методах, твоя тетка решила дальше пойти на хитрость. Привлекла к своему делу Энтони, с тем, чтобы успеть после смерти матери выдать тебя за него замуж до дня совершеннолетия.

— Пока я не имею права голоса? Не могу сама выбирать себе жениха?

— Именно так. Далее, от тебя при удобном случае должны были избавиться, а безутешный вдовец получил бы лавку в безраздельное пользование в качестве наследства безвременно почившей супруги.

— Гады! Они и меня хотели убить?

Алекс накрыл мою ладонь своей рукой. А я мысленно поблагодарила и пророчество, и сковородку, и самого маркиза, что так вовремя подвернулся мне на пути.

— После твоей смерти, Энтони бы вновь женился — в этот раз на Режине. И вот тогда уже на законных основаниях она могла бы распоряжаться в родовой лавке, которую давно считала своей собственностью.

Я переварила новости, через силу погасила злость и подняла на Алекса глаза.

— Слушай, а для чего им сковородка?

* * *

Маркиз оглядев задумчивым взглядом упомянутый артефакт, лишь пожал плечами.

— Этого Энтони не знает. В такие тонкости Режина его не посвящала.

Сказать, что рассказ Алекса произвел на меня впечатление — ничего не сказать!

Сжить со свету собственную мать! Это какой дрянью надо быть? Ладно, меня — приблудную сироту тетка пыталась насильно сбагрить замуж, это я хоть с натяжкой, но могла бы понять. Но подослать убийцу к матери? Это в моей голове не укладывалось вовсе.

Не женщина, а исчадие ада! И мало ей одной загубленной души, она и меня назначила в жертвенные овечки?

Рука сама собой потянулась к сковородке, дико захотелось припечатать тяжелой медью по маковке. Стукнуть так, чтобы всю дурь разом выбить. Ух!

— Алекс, вы же ее найдете? — спросила я, с трудом уняв клокочущую злость.

Было не по себе от осознания, что теперь Режина уж точно не остановится ни перед чем. Всё! Шутки кончились.

Любимый правильно понял мои опасения, сказал, нежно пожав пальцы:

— Конечно, найдем. Можешь даже не сомневаться в способностях Джастина. Он и не таких, как эта дамочка, ловил. И ты не останешься без защиты. У тебя теперь есть охрана…

Я скривила губы и перебила:

— Не больно-то мне эта охрана сегодня помогла. — Я покачала головой. — Пока этот мерзкий тип тут серенады исполнял и в лавку ломился, где они были?

Алекс поморщился.

— За это их уже наказали. Теперь все будет иначе. Но я даже не о них. Не думаешь же ты, что я так спокойно оставлю тебя без защиты? Будь моя воля, я бы тут и на ночь остался или забрал тебя к себе. Очень жаль, что нам не дадут этого сделать. Скорей бы уже получить разрешение на брак! А пока… Пока возьми эту вещицу.

Алекс вынул из внутреннего кармана небольшой продолговатый, абсолютно черный камень на кожаном шнурке и вложил его в мою ладонь.

— Что это? — я повертела в руках странное украшение.

— Защита от темной магии. Абсолютная. Точнее, поглотитель темной магии. В академии позаимствовал. Радиуса действия как раз должно хватить, чтобы создать защитную сферу на всю твою лавку.

Он вытянул из моей руки шнурок, привстал и надел мне на шею, удержав в последний момент ладонь, чтобы опустить камень за ворот платья.

— Надень и не снимай в ближайшие дни. И дай мне твое кольцо. Сейчас немного поколдую, чтобы перенастроить его. В случае опасности оно само передаст мне сигнал.

Я стянула с пальца перстень, положила в ладонь Алекса. Получила взамен совершенно невинный поцелуй и шепот на ушко.

— Вовремя твой умный дом закрепил нашу дверку. Что случится, приду моментально.

Ну и кто после этого скажет, что я соврала бабуле? Чистая правда! Дверка нужна нам для защиты. И точка.

Алекс вернул мне кольцо и сладко зевнул в кулак.

— Пойду, пожалуй. Если сейчас не доберусь до кровати, усну прямо здесь.

— Идем, провожу тебя… до двери, — улыбнулась я.

* * *

Около спальни нас поджидала бабуля. Сложив руки на груди, она застыла монументом добродетели. Прищурилась, спросила:

— Вы далеко это собрались, маркиз?

Мне стало обидно за Алекса.

— Бабуля, не видите, человек устал, — выступила я вперед. — не спит вторые сутки. Моими, между прочим, делами занимается. Имейте совесть, ему через полгорода домой возвращаться, а тут шаг ступил — и на месте.

— Ничего, больше ценить будет, — и не подумала сжалиться та.

Алекс сумрачно взглянул на меня, на бабулю и вкрадчиво напомнил:

— Ваш дом оказался дальновиднее вас, мадам Тереза. Наташе и всем обитателям грозит нешуточная опасность. На этом фоне ваши выпады против меня по меньшей мере странно выглядят. Неужто вы всерьез считаете, что при желании я не войду в эту дверь? Неужели думаете, что сможете мне помешать?

Призрак от возмущения раздулся, попытался взглядом просверлить в маркизе две дырки. Алекс вновь зевнул. Я опустила глаза и ехидно улыбнулась.

Бабуля бессильно сплюнула и соизволила наконец сдвинуться вбок. Выдала назидательно:

— Но чтобы без баловства! Она вам пока не жена. Понятно?

Вот же зануда. Мы прошли через спальню к двери. На пороге своего дома маркиз приостановился и церемонно поцеловал мне руку.

— Благодарю, мадам, — учтиво поклонился он бабуле и устало добавил: — Я ценю ваше доверие. Доброй ночи, Наташа. Пусть ваш покой ничего не потревожит.