Глава 26 · Где я получаю одни лишь хорошие новости

— Все очень хорошо! — улыбнулся любимый и подхватил меня, закружив по комнате.

— Правда?

— Тебе понравится! — загадочно пообещал он. — От Джастина не было новостей?

— Нет! — Я нетерпеливо уперлась руками ему в грудь. — Да говори уже!

— Идем в гостиную, эти бумаги достойны самого пристального изучения! — Алекс осторожно опустил меня на пол и потряс в воздухе папкой.

Настроение у него было таким праздничным, что от сердца у меня сразу же отлегло. Только жгучий интерес разыгрался с новой силой, и я вцепилась в Алекса еще на лестнице.

— Ну же, что там? Говори!

Он сдался.

— Во-первых, никакого условия с замужеством до совершеннолетия в завещании не было и нет, — явно наслаждаясь произведенным эффектом, сообщил любимый.

Я от счастья на какое-то время просто онемела. Нет? Мне не требуется в срочном порядке выходить замуж? И никакая тетка не отнимет у меня лавку в противном случае?

— Алекс! — взвизгнула я и кинулась на шею любимому. — Это правда?

— Вот, читай сама, — он выложил листы на стол.

— Но это снова копия, — я недоверчиво покосилась на большой фиолетовый штамп в углу первой страницы.

— Не простая копия. Заверенная самим королевским поверенным. Ну что ты так расстроилась? — Алекс потерся носом о мою щеку. — Подлинник мне все равно бы не отдали. Я же тебе по закону никто. Понимаешь?

— Мы его совсем-совсем не сможем получить?

— Почему? Через пару дней ты сама за ним приедешь. Его величество лично выступил твоим поручителем. А пока скажи спасибо за копию. Хоть ознакомиться дали. Пришлось пустить в ход все красноречие и тот договор о наставничестве, что мы с тобой подписали. Жутко полезный документ оказался.

Алекс усадил меня в кресло, сам устроился с другой стороны столика.

— Возвращаться с пустыми руками мне не хотелось. Поэтому выпросил для тебя копию.

Я подрагивающими от волнения пальцами взялась за документ. Быстро отыскала нужную страницу. Прочитала сначала глазами, а потом и вслух:

— Лавку редкостей со всем находящимся в ней имуществом завещаю внучатой племяннице Наташе Риммель, буде проснется в ней кровная магия. А также если означенная Наташа Риммель после наступления совершеннолетия подпишет магический договор с Короной.

И всего-то? И никаких замужеств? Только родовая магия и договор? Я громко хохотнула. Ну, магии у меня теперь хоть лопатой греби! Так что договор с Короной точно будет. Куда они денутся? Думаю, его величество жаждет подписания не меньше меня.

Я подняла глаза на Алекса и встретилась с его серьезным взглядом. Маг молчал. Ждал моей реакции. И я эту реакцию моментально выдала:

— Алекс, ты понимаешь, что это значит? Тетка отдала мне поддельную копию! — возмутилась я и увидела на любом лице усмешку.

— Можно подумать, ты ожидала чего-то другого. Не переживай. Режина в любом случае уже натворила столько дел, что обеспечила себя сроком на каторге на долгие годы.

Алекс встал, обошел кресло, обнял меня сзади за плечи.

— Важно другое — мы теперь не ограничены жесткими временными рамками! Нет необходимости гнать с программой обучения, можно проходить все как положено, без лишней спешки.

Это мне и понравилось, и нет. Я совершенно не хотела ждать. Совсем. Ни капельки.

— Но тогда и свадьба отодвинется, — обиженно отозвалась я.

Все понимаю. Алекс прав, конечно. Но обидно!

— Но нам же никто не помешает встречаться. У нас теперь есть дверь. — Алекс поцеловал меня в висок, тронул за подбородок лицо, чуть повернул и куда смелее припал к губам.

На время я выпала из реальности.

— А бабуля? Если только она заподозрит, сразу скандал закатит, — в перерывах между поцелуями выдохнула я. — А мне бы с ней не хотелось ругаться.

— Не заметит, — загадочно улыбнулся он. — Я принес одну маленькую, но очень нужную вещицу, которую обещал достать. Помнишь? Артефакт, блокирующий магическим сущностям доступ в помещение. Сейчас установим, и к тебе не смогут зайти ни фамильяры, ни дух хранитель.

— Алекс. Но это уже само по себе вызовет подозрение, — прижалась я к любимому, вдыхая его запах.

— А ты вали все на мощный артефакт защиты от темной магии. Скажем Терезе, что это все для твоей безопасности. С таким даже она не посмеет спорить.

— Думаешь, прокатит?

Алекс отстранился, не понял:

— Куда прокатит?

Я мысленно чертыхнулась, исправилась:

— Я хотела сказать, сработает.

— Даже не сомневаюсь. И потом, это ненадолго. Начало зимы уже совсем близко. Думаю, его величество в ближайшее время пожелает встретиться, чтобы огласить решение по твоему вопросу. Было бы, конечно, неплохо, чтобы Режину к тому времени уже поймали. Но это не принципиально. Она и так поставила себя вне закона. И с этой стороны нам больше ничего не грозит.

* * *

На том и порешили. Ждем аудиенции у короля и продолжаем готовиться к экзамену. С этими событиями весь наш график занятий пошел насмарку. Пора его восстанавливать.

— Останешься на ужин? — предложила я любимому.

— Нет. Поеду к себе, — покачал он головой.

— Но ведь есть дверца!

— Не слишком полезно для твоей репутации, если кто-нибудь обратит внимание, что я вхожу к тебе вечером, а обратно не выхожу. Сама понимаешь…

— Ох уж, эта пуританская мораль, — вздохнула я.

— Зато ты вполне можешь использовать эту дверку ночью, — заговорщически шепнул на ухо Алекс и поцеловал на прощание.

* * *

За последующие дни я, снедаемая изнутри нетерпением, переделала кучу дел. Для начала сотворила две сотни негасимых огоньков, чем несказанно порадовала Джастина. После три десятка бутылочек с афродизиаком.

Запоздало вспомнила, что не выполнила обещание данное графу Конти, уложила 3 пузырька в плотную коробку, тщательно перевязала и всучила Алексу для дальнейшей передачи.

Он сначала долго отнекивался, потом требовал рассказать, что внутри. Я же была тверда, аки кремень — тайны не раскрывала. Наконец маркиз сдался, но был ужасно недоволен.

Между дел как-то сам собой у меня изобрелся артефакт для стирки. Вкупе с ним получилась и штуковина для отжима. Я тут же проверила обе диковинные вещицы сначала на каталоге, потом на практике. Поняла, что они работают, и пошла проверенным путем — подарила по экземпляру Марте и мадам Бабетте, заранее предупредив, что лавка будет закрыта как минимум до конца недели.

Но уже на следующий день стала обладательницей двух огромных списков с заказами.

В общем, скучно не было. Только тревожно.

Еще через два дня лавка вырастила новую дверь. И не где-нибудь, а в кабинете. Если бы она не начала светиться, я бы, погруженная в свои мысли, боюсь, не заметила ее вовсе.

Заинтригованная, дернула ручку. Потом толкнула. Ничего. Поискала замочную скважину. Поняла, что ключ тут вставлять некуда и позвала хранителя:

— Бабуль, вы мне очень нужны!

Мадам Тереза появилась почти сразу. Посмотрела на меня сквозь пенсне.

— Что случилось, Наташа?

Я указала рукой на сияющий прямоугольник.

— Открывала?

Призрак скользнул к новорожденной двери, принюхался.

— Я пробовала, она не открывается.

Пальцы мои вновь легли на ручку двери, потянули на себя, толкнули в обратную сторону, подтверждая мои слова.

— Видите?

— Тьфу ты, неумеха.

Призрак просочился между мной и полотном двери.

— Кто же так открывает зачарованные двери?

— А как?

Бабуля оглядела меня придирчиво, вздохнула.

— Никак не могу понять, чему тебя столько лет учила родня?

— Разному, — огрызнулась я и благоразумно увела разговор на другую тему, — так как ее открыть?

— Магией, конечно!

Упс, о магии я вообще не подумала.

Палец бабули назидательно поднялся над головой.

— Смотри!

Она коснулась ручки, едва заметно огладила металл и потянула на себя. Дверь открылась.

— Что там?

Я обогнула призрак и сунулась внутрь.

В помещении сам собой зажегся свет. Я застыла, открыв рот. Комната была воистину громадной. Длинной, узкой. Куда длиннее, чем весь дом и вся улица вместе взятые. Вдоль стен стояли бесконечные шкафы со стеклянными дверками. Свет шел именно от них.

— Что это? — повторила я дрогнувшим голосом.

— Главное хранилище рода Риммель, — торжественно произнесла старуха. — Только в него уже лет пятьдесят никто не заглядывал.

Призрачные пальцы нервно потеребили пенсне. Бабуля оглядела меня как-то совсем иначе, не так, как раньше.

— На моем веку, — сказала она, — ты вторая хозяйка, для кого открывается эта дверь. Как бы я ни любила Жозефин, но она не удостоилась подобной чести.

От этого откровения я даже притихла, прошептала немного испуганно:

— И что это значит?

Бабуля существенно подросла, приобрела насыщенное сияние и торжественно изрекла:

— Это значит, Наташа Риммель, что тебе уготована великая судьба!

* * *

Новости о поимке Режины пришли еще через два дня. Через долгих, бесконечных двое суток. Мне уже не верилось, что я когда-нибудь доживу до такого счастья.

Но это случилось тогда, когда я почти успела отчаяться.

Среди дня в мою лавку приехала вся полицейская компания в полном составе вкупе с Алексом и магом. Дерганые, уставшие, со счастливыми улыбками от удачно завершенной охоты.

— Ну и побегали мы за ней, — утирая со лба несуществующий пот, — сообщил донельзя довольный Джастин.

Я поставила на стол очередную бутыль из своих закромов. Зеленую, с зельем для правильного настроения. Алекс тут же открыл пробку и разлил яркое пойло по бокалам.

Джастин продолжил:

— Честно говоря, думал, парни растерзают эту дрянь, когда наконец-то схватят. Еле удержал их от самосуда.

Барон поднес бокал к носу, зажмурился и вдохнул аромат. На лице его разлилось выражение неземного блаженства.

— За нас! — Алекс поднял свой бокал, глядя исключительно н меня.

Я не стала спорить. Этот тост мне понравился. За нас — только за нас двоих.

В разговор вмешался полицейский маг:

— Представьте только, друзья мои, за эти дни Режина Имери переменила четыре личины! Четыре! — он замолк, подняв вверх палец, и я поняла, что тетка совершила нечто воистину нереальное. — А ее подельник — пять! А это очень серьезное заклинание. Сил жрет немеренно.

— И как лихо они все это проворачивали! — Джастин осушил бокал залпом, потянулся за добавкой. — Однажды мы обознались и задержали похожих по описанию людей. Вот скандал-то был. Едва удалось замять.

— Джастин! — обернулась я к нему с выражением благодарности. — Ты не представляешь, что это значит для меня. Я тебе так благодарна.

— Кхм, — кашлянул сзади Алекс, — только Джастину? А мне?

Барон на это весело хохотнул.

— Осторожнее, Наташа Риммель! Кажется, твой ревнивец готов пришибить меня. Ты только глянь как сверкает глазами.

— Шути-шути, — многоообещающе покивал Алекс. — Дошутишься.

— Не убивайте меня, господин маг! Я не при чем! — дурашливо поднял руки барон. — Она сама.

— Фу! Какие же вы! — фыркнула я. — Это, между прочим, была обычная человеческая признательность и благодарность!

Глаза барона тут же утратили шутливое выражение и уставились на меня цепко, серьезно.

— Лучшей благодарностью будет подарить мне карту.

Он с вожделением воззрился на бесценный артефакт.

Алекс тут же потянул полотно на себя, сложил, спрятал в карман. Протянул спокойно:

— Уже говорил об этом Джастин. Но мне не сложно повторить еще раз. Карту ты получишь только с разрешения короля! И не смотри так на меня. Не поможет! Для начала пиши рапорт, если будет согласие его величества, так и быть, Наташа передаст тебе карту. Да и то не для личного пользования, а для твоего ведомства. Более надежного места для хранения для артефакта все равно не найти. А до тех пор…

Он выразительно постучал себя по сюртуку.

— Ну и зануда же ты, маркиз, — усмехнулся Джастин. — Ведь можно же было и не сообщать королю об этой удивительной и столько полезной в моем ремесле вещи? Можно?

— Нельзя. — отрезал Алекс. — Поверь, дружище. Я бы с радостью преподнес карту тебе, если бы речь не шла о Наташиной судьбе.

От его слов у меня в душе разлилось тепло. А глаза почему-то защипало. Остальные слова донеслись до меня словно через туман.

— Слишком многое поставлено на кон: договор с короной, дворянское звание и наше будущее наконец. Мы с со дня на день ждем аудиенции у его величества. Не сомневайся, что твоя заслуга будет озвучена. И мы горячо поддержим твое ходатайство. Но решать все же предстоит королю. А если к тому времени Режина Имери признает свою вину и раскроет всю преступную схему, твоя заслуга станет вдвойне весомее. Пиши рапорт, друг.