Глава 51: Маски сняты, злодей наказан

Галактика Андромеды, Тирия, планета Дия

Лайла Боянова

Путь с Вокса на Дию прошел для меня быстрее и легче, чем в прошлый раз.

Не знаю, с чем точно это было связано.

Может быть с тем, что деду не требовалось пилотировать космический корабль, предоставив это безопасникам-ниганам, поэтому он хорошо себя чувствовал, не устал и не переживал о том, чтобы скрыться от врагов.

Или может потому что я точно знала: что бы ни произошло дальше, я, дедушка, Нивер Шор и мои мужчины выйдем победителями из сегодняшней финальной схватки с главным злодеем истории.

А заодно и утрем нос местным властям и спросим с них по полной за весь тот беспредел, который происходил и происходит прямо у них под боком и в некотором роде с их молчаливого согласия.

Несмотря на серьёзность ситуации, я не волновалась и ни о чем не тревожилась. Наоборот, нашла некую точку равновесия и душевной гармонии внутри себя, с нетерпением ожидая развязки и долгожданной встречи с любимыми.

Знала точно, что буду говорить и делать. Мы с Треем уже давно обсудили этот момент. Единственное, о чем я была не в курсе, так это о главном козыре, который Нивер и Трей оставят, по словам деда, “на десерт”.

— Есть еще один небольшой сюрприз, который будет ждать тебя после того, как мы со всем покончим, Лайла, — загадочно сообщил тогда дед.

Я долго гадала, что же там за секреты, но в итоге бросила это бесполезное занятие и просто следовала намеченному плану.

Почти весь путь снова прошел в молчании. Прилетевшие за мной ниганы никаких вопросов не задавали, посматривая на меня с любопытством и интересом.

Дед, кажется, почти весь путь спокойно продремал, а Дайлен периодически бросал на меня обеспокоенные взгляды, но, видя мою уверенность и невозмутимость, просто оставался рядом, так и не пояснив мне, зачем ему это нужно.

Маршрут был мне уже знаком: аэрокар до космопорта Вокса, флагер на Дию, тот же восточный столичный космопорт, а потом еще один аэрокар уже в главное управление безопасности планеты, где под арестом содержались Грегор и Этис.

С парковки аэрокапсул на крыше многоуровневого здания в центре города-острова, который я видела из окна дома Шоров, нас с дедом и Дайленом в сопровождении ниганов спустили на лифтовой платформе куда-то на средний уровень.

— Ваши сопровождающие могут остаться в отсеке ожидания, лея, — бросил мне безопасник. Тот самый, кстати, который арестовывал Этиса в космопорте.

— Нет, — помотала я головой. — Господин Лиер будет присутствовать, как представляющее мои интересы лицо из коренных жителей Тирии. Его статус нигана в отставке это позволяет. А господин Кори...

— Как мужчина-защитник своей будущей неяри, — отозвался этот... очень непредсказуемый тип.

Я вытаращилась на него, как будто увидела сегодня впервые.

Он серьёзно?

Да ничего же не предвещало!

Мы же просто...

Я помогала ему, общалась, пела.

Да, мужчина был мне симпатичен, не отрицаю, только вот такого развития событий я даже предположить не могла.

Дед хрипло хохотнул, видя мое ошалелое выражение лица.

Безопасники, кажется, тоже были в шоке.

На лице того, самого неприятного нигана, вот прямо читалось что-то вроде: “Что, еще один? Нашли, тоже мне, неяри...”.

— Проходите. Но учтите, что после беседы вы будете обязаны обеспечить конфиденциальный статус уведенного и услышанного, — процедил ниган и провел нас в большое помещение, где уже сидели какие-то важные мужчины в синей и черной форме.

— Представители Дайнагиата и военного ведомства. Нивер потребовал, чтобы без них никаких бесед с тобой не велось, — шепнул мне Трей. — Старшего Шора здесь не будет, он займется освобождением наших пленников.

Мы вежливо поздоровались с присутствующими и чинно сели на указанные сидения.

— Странно видеть вас в компании леи из Содружества, ниган Лиер, — произнес один из тирианцев с колким взглядом желтоватых глаз. — Какой у вас интерес к этой женщине?

— Самый прямой, дайнагон Тамри, — усмехнулся дед.

“Так вот ты какой, безрогий верданский ящер!” — продумала я, рассматривая главного гада и мечтая стереть мерзкую высокомерную улыбку с его рожи.

— Лея, называющая себя Лайлой Бояновой, гражданкой станции “Экрана” из галактики Млечного пути, мы хотим знать, почему вы не прибыли в Дайнагиат и скрывались от властей после прибытия в нашу систему.

О как!

— Я не скрывалась, — пожала я плечами. — А была гостьей семьи Шоров, приславших флагер, на котором я сюда прилетела. Затем я сопровождала господина Лиера в поездке на планету Вокс, где ниган Нивер Шор арендовал для нас земли у господина Дайлена Кори. Я прибыла в вашу систему по вынужденной необходимости и знаю, что как женщине, власти не могли отказать мне в убежище, но, будучи леей, я никакого интереса для Тирии не представляю.

— У нас есть сведенья о том, что вы можете быть шпионкой системы Икелан. Ваши ответы будут фиксироваться и проверяться энергетически силой дайнагона.

Ну, пока все идет ровно так, как Трей и предсказывал.

— Конечно, — согласилась я. — Насколько я знаю, для прозрачности поступающих от меня сведений проверяющий может выбираться и мной в том числе. И это будет дайнагон Хейри.

Следуем плану дедушки. Трей указал именно на того дайнагона, который точно не замазан делами Тамри.

Мужчины переглянулись. Димир Тамри скрипнул зубами. Не знаю, какую интригу в отношении меня этот гад затеял, но дед предполагал, что наш враг потребует эту проверку и вызовется провести ее сам.

Пожилой тирианец, на которого я указала, переглянулся с коллегами, кивнул и нацепил на свои руки какие-то датчики, а меня попросил положить ладони на специальную сенсорную платформу на столе.

— Ваше имя Лайла Боянова? — начал безопасник.

— Да.

— Расскажите о себе: раса, возраст, профессия, обстоятельства попадания в нашу систему.

Я рассказала краткую выжимку из своей биографии. Дайнагон подтвердил правильность и достоверность этих сведений.

— Зачем вы поменяли внешность после прибытия в Тирию?

Хм...

Неужели Урла как-то это выяснила? Или Энрика снова проговорилась?

— Женщинам позволены маленькие капризы, — пожала я плечами.

— Лея, вам нужно представить, как вы выглядели раньше, — произнес дайнагон-проверяющий, не удовлетворившись моим легкомысленным ответом. — Представьте себе ваше прошлое лицо, я спроецирую увиденное.

Да, пожалуйста.

На настольной гало-панели начала медленно формироваться проекция моего настоящего облика. Появилось лицо "сердечком", ямочки на щеках, черные кудри, синие глаза, выразительные брови...

А когда все было завершено...

— Что это? — сипло произнес дайнагон Тамри, мгновенно бледнея.

— Моя настоящая внешность, как вы и просили, — я невольно скосила глаза, следя за реакцией сидящего по правую руку от меня Дайлена Кори. Мне почему-то было важно знать, что он думает о моем истинном облике.

Тирианец даже чуть пододвинулся вперед, неотрывно рассматривая настоящую Лайлу.

И делал он это с... восторгом, который в этот раз не смог скрыть под своей маской безразличия ко всему вокруг.

Да-да, странные предположения его тира были верны. Теперь он в этом убедился.

И я точно ему нравлюсь, как может нравиться мужчине женщина.

Что я по этому поводу чувствую? Пожалуй... радость и облегчение.

— Не узнаешь, Димир? — хмыкнул дед.

— Я знаю эту женщину, — вдруг подал голос пожилой тирианец в форме безопасников. — Я ее помню. Но она же...

— Ах да, ниган Яузи, ты же тоже был в той миссии тридцать лет назад. Как я мог забыть? — закивал дед. — Удивительно, не правда ли?

К этому времени Димир Тамри уже немного пришел в себя и осознал, что, раскручивая историю с моей похожестью на женщину, в чьем похищении виновен, может навлечь на себя подозрения.

— Мы получили достаточно доказательств того, что лея не шпионка Икелана. Давайте вернемся к вопросу о применении ниганом Шором силы тира в присутствии жительницы другой галактики и не неи, — произнес дайнагон Тамри, стараясь звучать уверенно и явно пытаясь переключить тему.

— То, кем является Лайла, как она выглядит и на кого похожа, напрямую касается обвинений, вменяемых Грегору Шору. Ниган должен быть немедленно выпущен из-под стражи, так как женщина перед вами — урожденная генетическая тирианка, дочь моего единственного сына Моиса и моя внучка. А реакция дайнагона Тамри и нигана Яуза объясняется тем, что Лайла — визуальная копия супруги моего сына, неи Розы Бояновой, якобы сбежавшей из системы с торговой миссией в Икелан тридцать циклов назад.

Сказанное дедом можно было по эффекту сравнить со взрывом.

Сначала мертвая тишина и шок.

А затем...

Все присутствующие заговорили одновременно.

— Передайте вашим коллегам, что я подтверждаю правду каждого сказанного слова, — сказала я, обращаясь к тирианцу, следящему за процедурой допроса.

Дайнагон-проверяющий подтвердил мои слова.

— У нас есть результаты генетических анализов, доказывающих наше родство, — продолжил дед. — Соответствующий запрос в Дайнагиат о предоставлении гражданства Лайле Бояновой-Лиер будет направлен сразу после окончания нашего с вами разговора.

— Уважаемый ниган, вы сказали, что супруга вашего сына ЯКОБЫ сбежала... — зацепился за слова деда безопасник.

— У меня есть доказательства, что нею Розу, в тот момент уже беременную моей внучкой, вывезли из Тирии насильно, доставили в Икелан, а затем оттуда отправили в родную галактику. Одним из организаторов этого ужасного преступления являлась моя покойная супруга, нея Ирида Лиер.

Снова галдеж. Шок. Неверие. Сомнение. Вопросы.

— Ту миссию в Икелан возглавлял как раз дайнагон Тамри. Поэтому он так отреагировал на внешность моей внучки, — продолжил накалять обстановку дед.

— Не пытайтесь приписать мне несуществующие злодеяния, Трей, — попытался отмахнуться Димир Тамри.

— Я нашел зашифрованные сообщения, Димир, — припечатал дед. — ”Доставь девку и ее отродье туда, откуда эта недостойная моего сына тварь прилетела...” — так Ирида тебе писала, не так ли?

— Поясните, ниган Лиер, — попросил один из дайнагонов.

Пришлось Трею давать краткую выжимку из той истории, которую он уже рассказывал мне не Воксе.

Внимательно слушавшие его ниганы и дайнагоны хмурились, распахивали глаза, что-то шептали себе под нос, переглядывались, качали головами.

Никто не перебивал деда. Не вскакивал с криком: “Это ложь! Да что ты мелешь, старый фантазер!”.

Трея Лиера, бывшего руководителя военного ведомства, которого когда-то знали в Тирии как “несгибаемого Трея”, уважали и побаивались. И даже несмотря на то, что дедушка уже очень давно покинул службу, вес сказанных им слов и силу его выдающейся личности не опровергнешь и не проигнорируешь.

Поэтому Тамри так его боялся. Просто раньше господин Лиер не обращал внимания на дела этого дайнагона, ни в чем его не подозревал и не обвинял. Повода не было.

Параллельно господин Лиер предоставлял и другие доказательства: показания кое-каких свидетелей из той миссии, которых удалось найти, переписки супруги, даже свидетельства и записанные на гало-камеру воспоминания второй неи из Содружества, спасенной в той аварии. Эта знавшая маму лично женщина, как оказалось, жива и здорова и спокойно живет на Дие вместе с мужьями и детьми. По расе, кстати, вторая спасенная с первого экспедиционного корабля Содружества нея оказалась полукровкой землянина и верданки, судя по особенностям ее внешности.

Зачем потребовалась эта гало-запись с воспоминаниями сослуживицы мамы?

А потому что во всех базах данных Тирии сведенья о Розе Бояновой были основательно подчищены, словно она никогда здесь не жила.

Протоколы допросов ниганов из той спасательной миссии и бесед с самими женщинами, карточка личности мамы, которую она получила вместе с гражданством Тирии, анализы и результаты обследования из медицинских баз, гало-изображения и записи.

Не осталось вообще ничего.

Самое печальное, что и у самого Трея изображений мамы не имелось: все осталось в коммуникаторе папы, который был уничтожен вместе с Моисом Лиером во время той военной миссии, когда он погиб.

А еще Трей и Нивер насобирали столько разного компромата на Димира Тамри, что я тихонько присвистнула. Ими была проведена огромная работа по обличению зарвавшегося чиновника. Всплыли взятки, подлоги, шантаж, запугивания.

— Да это грязные наветы выжившего из ума старика! Никаких доказательств нет, только домыслы! — рявкнул дайнагон Тамри, когда дедушка делился своими подозрениями о том, как маме стерли память, потом упомянул сына дайнагона Улиса и участие Димира Тамри в сфабрикованных обвинениях против нигана Этиса Нора.

— Ниган Яуз, я прошу вызвать сюда кое-кого, кто ждет в зоне ожидания. Кажется, настала его очередь делиться информацией, — проигнорировал трепыхания Тамри дед.

Спустя несколько минут в отсеке появился новый персонаж. Им оказался средних лет тирианец с задорными золотистыми кудряшками и обаятельной улыбкой.

Он без стеснения прошел к свободному месту и расслабленно приземлился туда, как бы говоря: “Вы меня не ждали, но я все равно пришел!”.

После этого мужчина с интересом посмотрел точно на меня, потом перевел взгляд на проекцию моего настоящего лица, усмехнулся и игриво мне подмигнул.

— Господа дайнагоны и ниганы, рад видеть, — произнес мужчина.

— Сын дайнагона Зонко вернулся из Икелана? — подал голос Димир Тамри, морщась словно от зубной боли.

Несмотря на все обвинения, дайнагон, кажется, все еще верил, что может каким-то образом выкрутиться.

— Не ждали, дайнагон Тимри? — ухмыльнулся тирианец. — Моя миссия в Икелане завершена, а здесь... Здесь у меня назрело кое-какое дело. Точнее, сразу несколько дел.

— Лайн Зонко — “золотой”, много циклов служивший вне Тирии, — шепнул мне дед.

А тирианский шпион тем временем уже начал рассказ о том, как по долгу своей службы на икеланской станции “Намора” наткнулся на одного старого безопасника и бывшего агента местной военной корпорации “Торос”, который на пороге смерти поведал ему о женщине, вывезенной из Тирии.

Нею, которая по расе являлась землянкой, лишили памяти, а затем этот икеланец доставил ее в Содружество, получив за свои услуги огромный гонорар. Умирающий старик назвал Лайну Зонко имена мамы и папы, а также маминых родителей.

Помимо этого старый агент “Тороса” поведал тирианскому шпиону, что женщина точно имела связь с кем-то из мужчин Тирии, судя по узорам тирлиний на ее руках, и оказалась беременна.

Вся запись беседы господина Зонко с икеланцем была наглядно продемонстрирована присутствующим.

Я еле сдерживала слезы, потому что теперь знала всю историю Розы Бояновой, предшествующую моему рождению. Жуткую историю, полную предательства, боли и подлости.

Трей осторожно погладил меня по плечу, а Дайлен... неожиданно коснулся моей лежащей на столе руки и крепко стиснул мои дрожащие пальцы. Я одарила его несмелой благодарной улыбкой и руку из его захвата не выдернула. Не смогла.

Когда запись разговора с умирающим икеланцем завершилась, Лайн Зонко с грустью посмотрел на меня.

— Соболезную вам, нея Лайла. И вам, господин Лиер. То, что случилось, несправедливо и чудовищно.

— Спасибо, — прошелестела я, а затем обратила взор на притихших дайнагонов. — Я требую, чтобы дайнагона Тамри проверили на применение его силы к моей матери, гражданке Тирии, нее Розе Бояновой-Лиер. Если это будет доказано, в чем я не сомневаюсь, я требую самого жесткого наказания для этого... чудовища, который помог моей бабушке, покойной нее Ириде Лиер, разрушить жизнь моей семьи, лишить меня отца и матери и чуть не погубить меня. Он знал, что мама ждала ребенка, но все равно способствовал тому, чтобы отправить ее подальше от Тирии, обрекая нас обеих на мучительную гибель. Меня чудом удалось спасти медикам станции "Экрана", но я потеряла привязку к системе, а также не имею энергоисточника, что лишает меня возможности создать энергетические связи и родить детей.

— Ирида Лиер меня заставила! — придушенно прокричал Тамри. — У нее был... рычаг давления на меня. Если бы не я, то кто-то другой сделал это с той...женщиной, неей Розой. Я хотя бы сохранил ей и ее ребенку жизнь!

— Как похвально, — фыркнул шпион. — Вы могли обратиться к властям, но предпочли просто выполнить грязную работу, беспокоясь только за свою задницу. Только вот у меня, дайнагон Тамри, еще не все. К сожалению, ранее я беспокоился за свою жизнь, зная, что вы не любите оставлять свидетелей, а теперь... Я хочу сообщить, что своими глазами видел, как семь циклов назад на станции “Намора” во время торговой миссии представителей Тирии в Икелан, местную женщину-лею, в нападении на которую был обвинен ниган Этис Нор, на самом деле увел к себе в апартаменты сын дайнагона Улиса, Йери Улис, занимавший тогда должность руководителя миссии. Ниган Нор не дал свершиться насилию, но вместо благодарности был обвинен в чужом здолеянии. У меня есть запись признания Йери Улиса о том, что именно Димир Тамри сфальсифицировал доказательства вины нигана Нора, из-за чего Этиса подвергли процедуре блокировки тира и отправили в ссылку.

Гало-запись, которую каким-то чудом получил шпион, также присоединилась к доказательствам прегрешений Димира Тамри.

— Сковать, — приказал один из дайнагонов, кивая на Тамри и обращаясь к главному нигану-безопаснику.

Тот уверенным движением схватил как-то разом обмякшего и сдувшегося Димира Тамри, который даже не стал сопротивляться, нацепил ему какие-то датчики на виски (дед шепнул, что это блокираторы силы дайнагона) и дуги на запястья, а затем с помощью еще одного безопасника вывел из отсека.

Дайнагоны провожали своего бывшего коллегу презрительными и разочарованными взглядами.

— Нея Лайла, от лица Дайнагиата примите наши искренние извинения. Дайнагон Тамри получит соразмерное его злодеяниям наказание.

Я медленно кивнула. Лица дайногов выглядели бесстрастными, а их речи — формальными.

Конечно же, мне было наплевать на их сочувствие и другие эмоции. Главное, что один из разумных, повинных во всем, что случилось с моей семьей и моими близкими, получит свое наказание.

Я не жаждала мести, просто хотела, чтобы восторжествовала справедливость.

— Я не нея, господин дайнагон, — произнесла я. — И до сих пор неизвестно, смогу ли я восстановить свой энергоисточник.

— По рождению вы нея. Этот статус у вас никто не отнимет. Вы получите со стороны властей любую медицинскую помощь, любую компенсацию и немедленное предоставление вам гражданства системы Тирия по праву крови.

— Что с ниганами Шором и Нором? — прервал этот поток сладких речей и обещаний дед.

— Ниган Грегор Шор будет немедленно выпущен из-под ареста. Дело Этиса Нора отправляется на пересмотр. Доказательств, предоставленных господином Зонко, достаточно для организации процедуры разблокировки симбиота несправедливо осужденного нигана Этиса. К счастью, с момента применения наказания прошло менее десяти циклов, что делает процесс возвращения энергии и сущности обратимым.

Мы с Треем Лиером переглянулись. Рука Дайлена так и продолжала сжимать мою руку, согревая онемевшие пальцы.

Я понимала, что сейчас власти готовы предложить что угодно, чтобы я успокоилась и не сделала свою историю достоянием общественности. Это может очень плохо сказаться на отношении простых жителей к Дайнагиату.

— Я не планирую открывать Тирии свою историю, — решила сообщить я, видя облегчение на лицах местных власть имущих. — И, как я понимаю, дайнагона Тамри осудят и накажут скрытно.

— Вы правы, нея. Именно так и будет. Преступления дайнагона Тамри чудовищны, однако...

Да-да, если одного из приближенных к власти публично осудят, это запятнает всех остальных. Политика такая... политика по обе стороны галактики.

— В таком случае у меня будет несколько дополнительных просьб, — я решила, что имею право требовать любых преференций. — Во-первых, опровержение о вине Этиса Нора должно быть распространено так, чтобы его репутация полностью очистилась в глазах жителей Тирии. Что за история будет рассказана, мне не важно, но ниган должен быть полностью реабилитирован. Скорее всего, Этис не вернется на службу, но все, что ему полагается как нигану по закону, необходимо вернуть. И освободить господина Нора от ложных обвинений в нарушении условий ссылки, не так ли, уважаемый ниган? — я сурово посмотрела на того безопасника, который арестовывал Эта в космопорте.

Другие ниганы тоже о-о-очень внимательно посмотрели на своего коллегу. Похоже, за связь с Тамри его теперь по голове не погладят.

Дайнагоны кивнули.

— Во-вторых, дочь дайнагона Тамри, Урла Сорен, должна получить запрет на приближение ко мне и моей семье. В случае нарушения этого запрета я хочу, чтобы ее наказали по закону. Эта женщина наверняка была в курсе грязных дел и преступлений своего отца, а также с его помощью отослала нигана Шора с планеты, мучила его множеством попыток разрыва связи, а недавно незаконно проникла на земли господина Кори, преследуя меня и моих близких. Я понимаю, что она нея и жена дайнагонов, но хотела бы обезопасить себя от внимания и мести со стороны неи Сорен.

Дайнагоны снова кивнули. Я с самого начала знала, что Урлу не накажут и никуда не сошлют. Максимум, запрут в резиденции дайнагонов Сорен на Воксе и не позволят вести ту жизнь, которую она вела до этого.

— Вы планируете остаться на Воксе в секторе Сорен, нея? — заинтересовался один из дийнагонов. — Мы готовы предоставить вам любые варианты жилья в любом месте Тирии.

Дед громко фыркнул, видя, как меня хотят задобрить.

— Если мои мужчины согласятся, то да, вероятнее всего, мы останемся именно там.

Дайлен Кори после моих слов заметно расслабился.

Далее мы обсудили еще несколько моментов, касающихся моих дальнейших планов, а после довольные результатами переговоров представители Дайнагиата и ниганы отпустили нас с дедом и Дайленом в отсек для посетителей, чтобы там мы дождались освобожденных Этиса и Грегора.

— Ты держалась молодцом, детка, — прокряхтел дед, когда мы вышли в коридор.

Я устало улыбнулась, а потом просто крепко обняла старика, зная, что без его поддержки никогда бы не справилась с этим тяжелым испытанием.