Глава 6. «Пустышка» и странный запах

Моя суровая реплика о нарушении закона повисла в воздухе, не произведя ровно никакого эффекта. Вернее, эффект был обратным: её разочарование было таким искренним и таким… детским, что мне стало неловко. Как будто я отнял у ребёнка конфету.

Я отвернулся, делая вид, что поправляю огонь в камине магическим жестом. Пламя послушно вытянулось в струйку, приняв более правильную, с моей точки зрения, геометрическую форму.

— Ваша теория о святилище, — произнёс я, всё ещё глядя на огонь, — имеет право на существование. Хотя и построена на шатких основаниях.

Это была уступка. Небольшая, но уступка.

Она тут же оживилась, словно я не пожурил её, а выдал орден за открытие.

— О, вы тоже так думаете? А что, если это не культовое, а научное сооружение? Посмотрите на симметрию кристаллов на потолке! Они могли быть частью какого-то генератора или накопителя энергии! Или…

Она снова понесла. Я слушал, всё так же стоя спиной, но уже не прерывал. Её идеи были безумны, наивны, местами откровенно бредовые… но в них была искра. Та самая, которая заставляет учёных годами сидеть в пыльных архивах и ковыряться в земле. Та, которой у меня не было уже очень давно.

— Я провёл здесь всё своё детство, — вдруг сказал я, перебивая её поток сознания. Я и сам удивился, что говорю об этом. — Исследовал каждую пещеру, каждый камень на многие мили вокруг. Я никогда не видел этого места.

Она замолчала, и я наконец обернулся. На её лице читалось неподдельное изумление.

— Но как? Оно же такое… очевидное!

— Очевидное? — я приподнял бровь. — Мисс Лейн, скала была цельной. Никаких лазов там не было. Я гарантирую это.

— Но он же есть! — она выглядела искренне озадаченной. — Может… может, это магия? Портал, который открывается при определённых условиях? Или иллюзия?

Я покачал головой.

— Я бы почувствовал магический след. Любой. Даже самый древний и замаскированный. Я ничего не почувствовал.

Я замолчал, обдумывая это. Как это возможно? Чтобы что-то ускользнуло от моего внимания? От моего чутья? Это было… тревожно.

Внутри меня мой внутренний дракон, до этого лишь лениво наблюдавший за происходящим, вдруг пошевелился. Не было ни гнева, ни раздражения. Скорее… любопытство. Глубокое, животное любопытство. Он как будто приподнял голову и потянул ноздрями воздух, пытаясь уловить то, что ускользало от моего человеческого обоняния.

И тогда я почувствовал.

Запах.

Слабый, едва уловимый, но совершенно отчётливый. Он исходил от неё. Сладковатый, тёплый, какой-то… зерновой. Как свежеиспечённый хлеб с мёдом. Или как спелые яблоки в солнечный день. Что-то простое, уютное и до невозможности соблазнительное.

Это было смущающе... приятно. Тепло разливалось по животу, вызывая давно забытое чувство — не голод, а тоску. Тоску по чему-то простому, настоящему, тому, чего была лишена моя жизнь, полная магии, льда и одиночества. Этот запах был полной ей противоположностью. И от этого — вдвойне неотразим.

Меня это ошарашило. Люди так не пахнут. Аристократы пахнут духами, дорогими винами и магией. Простолюдины — потом, землёй и дешёвым мылом. Этот запах… он был другим. Он будто щекотал что-то глубоко в подсознании, вызывая странное, тёплое чувство… голода? Нет, не голода. Что-то другое.

Я отвлёкся от её щебетания о кристаллах и пристально посмотрел на неё. Она говорила, размахивая руками, её лицо сияло, а этот чёртов запах становился только сильнее, смешиваясь с запахом старого камня и пыли.

«Что это ещё такое?» — пронеслось у меня в голове. — «Наверное, надо чаще общаться с людьми. А то за 25 лет я растерял все навыки. Дошло до того, что начал слышать запахи. Может, это не от неё, а от того дурацкого артефакта?»

Мысль показалась логичной. Да, конечно же, от артефакта.

— …и поэтому я считаю, что это может быть… — она продолжала говорить.

— Уже поздно, мисс Лейн, — резко прервал я её. Слишком резко. Она вздрогнула и замолкла. Мне снова не понравился этот испуг в её глазах. — Идти обратно в лагерь ночью, по моим землям, небезопасно. Вы останетесь здесь. На ночь.

Она раскрыла рот, чтобы возразить, но я не дал ей шанса.

— Оррик! — мой голос прокатился по залу.

Как из-под земли появился старый камердинер.

— Ваша светлость?

— Проводите мисс Лейн в Голубые покои. Предоставьте всё необходимое.

Оррик бросил на меня быстрый, полный немого вопроса взгляд, но тут же опустил глаза и кивнул.

— Слушаюсь, ваша светлость. Прошу вас, мисс.

Кристина колебалась, посмотрела на меня, потом на Оррика, потом снова на меня.

— Мои вещи… в лагере… они будут волноваться…

— Я позабочусь о том, чтобы вашим людям сообщили, что вы живы и… находитесь под моей защитой, — сказал я, и это прозвучало как приговор, а не как утешение.

Она кивнула и, наконец, пошла за Орриком, всё ещё сжимая в руках свой артефакт.

Я остался один в огромном зале. Но тот странный сладкий запах не исчез. Он витал в воздухе, смешиваясь с запахом холодного камня и пепла.

Очень странно.

Спать не хотелось. Совсем. Мысли путались: древнее святилище, которого не может быть, «пустышка»-археолог с глазами, полными огня, и этот дурацкий, навязчивый запах, который сводил с ума.

Я прошёлся по залу. Подошёл к окну. Посмотрел на звёзды. Ничего не помогало.

В конце концов, я сдался. Мои шаги сами понесли меня в библиотеку, к тому самому пыльному углу. Я поднял с пола злополучный томик.

«Наиглупейшая книга о том, как научиться любить», — с внутренним сарказмом подумал я, листая страницы. — «Может, там есть глава про то, как перестать чудить запахи от случайных гостей? Или как вести себя, когда твой внутренний дракон начинает вести себя как кот, унюхавший валерьянку?»

Я устроился в кресле и открыл книгу на случайной странице. Чтение не обещало быть полезным, но хотя бы отвлечёт от странных мыслей.

Я сидел с книгой в руках, но слова расплывались перед глазами. Вместо них в голове стоял тот самый образ: пыльная, сияющая женщина, пахнущая тёплым хлебом и солнечным днём, которая одним лишь своим существованием взломала вековую мерзлоту моей жизни. И самый интригующий вопрос был даже не «кто она?», а «что она со мной делает?»