Глава 30 — Становление пар

На следующий вечер после поцелуя Делон внаглую завалился ко мне в кровать. Не на диван, где спал до этого, а именно в кровать. Без приглашения, с подушкой, пледом и своей типичной уверенностью в глазах.

— Ты чего? — я приподнялась с постели.

— Иду спать. Здесь. На диване спина отваливается. Хватит себя мучить и меня.

— А ничего, что это моя кровать?

— Ничего. Я в нее пришел не заниматься с тобой сексом, а выспаться. Устал после перетаскивания мешков в погребах Гартена. Уж кто действительно хомяк запасливый. Хотя если надумаешь — не откажусь. Но не сегодня, — он это говорил совершенно обыденным тоном и даже не глядя на меня. Ломает очередной барьер? Как и первый, вот так, фигурально, — с ноги?

— А ты не думал, что, может, мне нужно пространство? В конце концов, ты в постели с леди. Если тебе было так плохо на диване, то я не оспариваю, мы с Кероном могли попробовать сообразить небольшую кровать.

— Именно, что небольшую. Я парень немаленький. Во всех смыслах, — на последней фразе он все-таки взглянул на меня через плечо. А я покраснела как девочка. — Ты же не хочешь, чтобы я мучился?

— Ты называешь царский матрас на дубовой раме мучением?

— Ну здесь же тоже дубовый каркас и царский матрас? Вот. А теперь еще и я, — победно кивнул Делон и завалился на бок, утащив половину моего одеяла, а свой плед под шумок сбросил на пол.

Я отвернулась. Поняв, что и это бастион сдала. Но уснула с улыбкой.

Стоит ли говорить, что проснулась я в его объятиях утром. И это было восхитительное ощущение.

***

Прошла неделя. Мы не выставляли напоказ, кто с кем теперь в паре. Но в доме воцарилась неуловимая, тихая определенность. Никто уже не выглядел потерянным. И, несмотря на тяжелые времена, появилось ощущение, что в этой крепости мы наконец обрели устойчивость и стабильность. Делон больше не рычал пир любой возможности на Элианора, что тоже внесло свою лепту в комфортную энергетику дома.

Утром, как-то я вышла во двор, Гартен по привычке пришел предложить помощь, поделится новостями. Делон, босиком, в расстегнутой рубашке, как раз ловко натягивал занавеску, которую я попросила повесить для тени. Вид у него был... вызывающе домашний. И мне казалось, он это делал специально.

Гартен остановился с ведром и хмыкнул:

— Ты, похоже, наконец-то нашла себе мужика по стати?

Я даже не успела ответить — Делон, не оборачиваясь, выдал:

— Тоже рад, что она перестала тянуться к призракам. И нашла кого-то с руками.

— А что, с характером у тебя тоже все в порядке? — поддел Гартен. — Или только руки рабочие?

— У меня со всем все в порядке, — отозвался тот, легко.

Я фыркнула и скрылась в доме, пока не заулыбалась слишком заметно.

Тем временем, внутри происходили не менее любопытные вещи. Элианор с Ларизой шили новое одеяло. Она, оказывается, умела вышивать, и теперь украшала край вышивкой с веточками и каким-то загадочным символом. Эль помогал, а Велия рассматривала катушки с нитками. Их троих можно было наблюдать как иллюстрацию к домашней идиллии.

Только вот Керон, заходя с улицы, остановился в дверях мастерской, которая иногда выполняла функцию гостиной, облокотился об косяк. Его взгляд задержался на Велии — не на лице, не на руках, а где-то между, в тени ее плеча. Селя подбежал и предложил тому прохладного компоту. Парень кивнул, не сводя глаз с брюнетки, которая имела такие же лазурные глаза, как и у брата. Глаза, которые тоже кого-то уже покорили.

— Хочешь чаю или чего-то похолоднее? — спросила Велия у меня. Это был первый раз, когда она сама заговорила без просьбы или вопроса.

— Лучше похолоднее, — ответила я, не ожидая, что мне сейчас ответят.

— Да, Делон иногда заставляет девушек перегреваться, — улыбнулась игриво и ускользнула на кухню, бросив открытым короб с нитками.

А девочка приходит в себя. Вон уже и братовы повадки просыпаются.

Краем глаза отметила, что ворон Делона и Пуф соревновались, кто принесет больше хлама на подоконник. Щепки, гвоздики, кусочек красной ткани. Делон, проходя мимо, остановился, приподнял ткань и сказал:

— Если вы сейчас начнете вить гнездо, то мне придется вас прописать в журнал, как платежеспособных жильцов.

Ворон каркнул. Пуф протестующе забулькал.

— Пуф, довольно вспыхнув всеми цветами радуги, выглядел довольным, как кот с миской сливок. А я поймала себя на мысли: в этом доме магии — как и любви — стало больше, чем мы рассчитывали.

— Засчитано, — кивнул Делон. — Только без детей.

— А у они у них могут быть? — не без удивления с интересом спросила я.

— Не знаю, — уже по-другому посмотрел на парочку некромант. У нас в семье фамильяра создали только я отец, но отцовский погиб, когда мамы не стало. Пытался вместе с папой напитать ее магическое ядро. В итоге растворился и маму не спасли.

— Это то, что делал с тобой Пуф?

Все тут же прислушались к нашему разговору.

— А что он делал?

— Когда ты был совсем плох, он положил на тебя свои щупы, светился ярким радужным светом и постепенно уменьшался, тускнея. Тогда ты стал выглядеть намного лучше, а он отсыпался почти сутки, но размеры свои не вернул.

— Я этого не помню, без сознания был. А насколько он был большим?

— Доставал мне до колена.

— Ого! — шокированно уставился Делон на мою желешку, которая уступала в размерах даже его ворону. — Хорошо выложился. — Подошел к Пуфу и одним пальцем его аккуратно погладил. Тут я заметила, как от руки мужчины потянулась наэлектризованная нить к моему фамильяру и тот ярко засветился радугой и издал странный звук, похожий на сытую отрыжку кота.

— Интересно, — прошептал некромант.

— Что? Что? — нетерпеливо запрыгал Селя. Они вернулись с Велией и принесли графин с компотом.

— Твой фамильяр питался только твоей магией. Но каким-то образом преобразил ее и наполнил часть моего магического ядра, когда я был без созания. А мы с тобой не родные по крови, я должен был ее отторгнуть. Но он сейчас принял мою магию и я более, чем уверен, что сможет, при необходимсти. тебе ее передать.

Пуф довольно вспыхнул всеми цветами радуги, а я поймала себя на мысли, что в этом доме магии — как и любви — стало больше, чем мы рассчитывали.