Глава 7

– Сбила машина? – повторяю ошарашенно, не в силах полностью осознать услышанное. – Да, сынок, – тихо вздохнула и промокнула глаза платком. – Нагло так вылетела машина. Откуда ни возьмись и как будто специально, понимаешь? – То есть наезд бы спланированный? – нахмурился я. – Вы это хотите сказать? – Очень на то походило. Машина просто вылетела, сбила эту нечастную и уехала. Даже не притормозила ни на секунду. Если бы это был несчастный случай, водитель бы вышел и скорую вызвал. – Если только не перепугался того, что натворил, – я не понимаю, как так получается, но мое видение внезапно обрастает плотью, и я охотно цепляюсь за появившуюся нить. Ведь она может дать мне ответы и помочь окончательно не свихнуться. – Но и попытку убийства исключать нельзя. Скажите, как вас зовут? – Антонина Петровна. – Хорошо, Антонина Петровна, будем знакомы. Меня зовут Владимир. Можно Володя. Скажите, получается, это всё произошло на ваших глазах? – Да, на моих. Я же потом и скорую вызвала. Благо мобильным пользоваться дети научили. Вот она, сила прогресса. Так вот, позвонила я в скорую и сидела рядом с бедняжкой, пока медики не приехали. – Она жива была? – спросил, затаив дыхание. – Когда ее забирали – да. Бледная, конечно, крови много было и на одежде, и на земле. Но точно живая была. А что было потом, я не знаю. – А куда ее увезли, не знаете? – Этого не могу знать, Владимир. Извините. Ее забрали быстро, а меня тогда милиция всё расспрашивала. Что, как да почему. – Понятно, спасибо. – Так, погодите. – Антонина Петровна нахмурилась. – Это произошло два месяца назад. Довольно давно. А вы сказали, что видели ее сейчас? В той же самой одежде и даже с тем же зонтом? – Это сложно объяснить, – я тяжело вздохнул. – И даже если я расскажу, вы мне всё равно не поверите. Только психушку вызовете. – Ну зачем сразу так, – она внезапно и как-то очень понимающе улыбнулась. – Я не первый десяток лет на свете живу, многое за свой век повидала. В том числе и очень странного. Так что готова выслушать. Только не здесь, мы тут оба скоро карачуна дадим. Поэтому предлагаю пойти ко мне и выпить чаю. Я тут недалеко живу. Всего десять минут пройти моим старческим шагом. Пойдемте, Владимир, поговорим. ***** Вот так я и оказался в двухкомнатной квартире Антонины Петровны. Уютной, чистой, но словно застывшей в восьмидесятых годах прошлого века. Видно было, что она очень бережно всё хранила. И ковры, и мебель, и даже посуду советских времен. Чай мне подала в такой же чашке, которая стояла и в шкафу моей матери. И которую она получила в наследство от бабули. Зачем я пришел? Сам не знаю. Скорее всего, потому, что мне надо было кому-то выговориться. Устал держать всё в себе, душу облегчить очень хотелось, а Антонина Петровна показалась мне самым подходящим для этого человеком. Может, и посоветует потом обратиться к врачам, но сама бригаду в белых халатах точно не вызовет. Так что я выпил вкусного чая с малиновым вареньем и рассказал ей всё, что произошло со мной за последние недели. – Ну что, скажете, что мне в дурку пора? – спросил в конце. – Нет, Владимир. Я скажу, что верю тебе. – Что? – глаза у меня поползли на лоб от удивления. – Я верю, что ты видишь эту женщину. И это неспроста. – В каком смысле? – В прямом, – тяжко вздыхает, – говорят же, что души невинно убиенных ищут отмщения и справедливости. Вот ты и заметил одну такую душу. –То есть вы думаете, что она умерла? – нервно сглатываю, а Антонина Петровна кивает с печальным видом. – Получается, что да. А виновного, видимо, не наказали, потому душа и успокоиться никак не может. Вот и появляется только в том месте, где ее убили. Знаки дает. Просит о помощи. И хотя я понимаю, что этот разговор абсолютно абсурден, всё равно спрашиваю: – Но почему именно я вижу ее? По той дороге проезжают тысячи водителей. – На некоторые вопросы, к сожалению, нельзя найти ответ, сынок. Хотя погоди… А кем ты работаешь? – Адвокат я. По уголовным делам. – Вот тебе и ответ, – глаза пожилой женщины засияли. – Кто, как не адвокат, может докопаться до истины? – Ну, знаете, – я покачал головой, – это какая-то непосильная задача. Искать не знаю кого, не знаю, что и непонятно где? – А это тебе лучше знать, как работать, сынок. Ты же другие дела как-то ведешь. Вот и тут докопаешься до истины при желании. Я могу только номером помочь. – Каким номером? – Так это, я же номер машины запомнила. Правда, не весь, очень уж быстро уехала машина. Но половину запомнила и даже в телефоне записала. – О как, – а вот тут я приободрился. Это уже зацепка. – А что в полиции сказали? – А что они скажут? Отмахнулись от моих слов. Сами знаете, как с пожилыми людьми обращаются. Решили, наверное, что зрение у меня плохое, и не стали принимать во внимание показания. А то бы уже нашли виновного. А ни на зрение, ни на голову я не жалуюсь. Что увидела, то увидела четко. Чего не видела, того додумывать не стала. – Ясно-понятно. – поджимаю губы, размышляю над сложившейся ситуацией пару минут, а затем говорю: – Антонина Петровна, а напишите-ка мне цифры того номера. Думаю, свою роль они еще сыграют… Попробую я покопать в этом направлении.