Глава 9

Я бы еще как-то могла понять, если бы они складывали шатры или забирали свои мечи и уходили по-тихому. В этом был бы какой-то смысл. Логика. Наверное. Ну там, дракон подкрался, я не знаю! Но они просто выходили из палаток, в чем спали, без ботинок и безоружные, и уходили в сторону леса.

Не просто уходили!

Я присмотрелась к воину, прошедшему в метре от меня, и осознала, что он выглядит как зомби. Не в смысле, разлагается и воняет, а в смысле — во взгляде ни единой мысли. Он будто двигался, не проснувшись.

Мой взгляд метнулся к следующему: благо луна светила вовсю, ярким, лазурным светом, и можно было рассмотреть сцену словно из «Ходячих мертвецов», в которую превратилось все — абсолютно все — войско Саймона. Им не хватало только подвывания: «Мозги!» Но я, как живое существо с мозгами, их совсем не интересовала. А единственными звуками здесь было мое шумное дыхание и периодическое постанывание «бензопилы», доносящееся из леса.

Последнее раздражало до зубового скрежета. Но еще больше раздражало вот это ненормальное поведение вроде бы нормальных мужчин.

Это магия какая-то? Заклинание?

Похоже! Иначе как объяснить, что полсотни воинов принялись лунатить посреди ночи?

И если это колдовство, то как его снять? Как развеять этот дурман?

Я сделала первое, что пришло мне в голову: схватилась за плечо проплывающего мимо воина и от души потрясла. Он отпихнул меня, будто преграду на своем пути, так, что чуть обратно в шатер не улетела, но даже голову в мою сторону не повернул.

Не вариант.

Тут я заметила Саймона, он вовсе был в одних брюках и щеголял с голым торсом. Ну как щеголял: изображал точно такого же «зомбака».

Я, конечно же, метнулась к нему.

— Саймон! Что происходит?

Еще бы мне кто-то ответил. Я попыталась заслонить путь, но он, как минуту назад его воин, проигнорировал и просто обошел меня.

— Саймон! — я заорала, надеясь так разбудить, но все было без толку.

То ли я окончательно проснулась, то ли до этого момента верила, что я здесь в безопасности, но во мне будто все заледенело. И стало холодно вовсе не от ночной прохлады, страх сковал все во мне. Меня всю.

Я была единственная, кого не коснулись эти чары. Хорошо, что они вообще меня не коснулись! Иначе брела бы сейчас в чащу с остальными.

Эта «бензопила» когда-нибудь заткнется? Ну невозможно же думать!

А думать нужно. Ведь и фениксу понятно, что ничего хорошего из этого гипноза не получится.

Все войско.

Все войско под этой магией.

Я мысленно себя пнула, потому что от нервов уже начала стучать зубами. Пнула, потому что так можно и в истерику скатиться. А она, истерика, еще никому не помогала!

Однажды в нашем отеле один сотрудник, несмотря на запрет, решил покурить в комнате для персонала. Закончилось это тем, что загорелись тяжелые портьеры, а датчики дыма почему-то не сработали. Сбой какой-то. В общем, этот… хм, сотрудник и еще парочка таких же… сотрудников скатились в панику, им не хватило мозгов и выдержки даже на то, чтобы набрать «101»! Хорошо, что рядом была я, которая знала, где огнетушитель и как им пользоваться. Меня тогда повысили и долгое время называли Дашей-пожарницей. Кто в шутку, кто с завистью, но это тоже было моей чертой: не паниковать, трезво оценивать любую ситуацию. Кто бы мне тогда сказал, что история с пожаром будет ерундой по сравнению с заколдованным войском? Но тот случай, воспоминания о нем, сыграли свою роль. Я встряхнулась и включила голову.

Что ж, колдовство — это вспыхнувшее пламя. Саймон и его люди — это те самые сотрудники, не способные с ним справиться. А я? Я Даша-пожарница.

Э-м-м, что можно использовать вместо огнетушителя?

По привычке из прошлой (или будущей, с какой стороны посмотреть) жизни я сунула руки в карманы. Мне всегда так лучше думалось! И поцарапалась брошкой.

Аллет! Он же должен защищать владельца, значит, аллет Саймона должен защищать его.

Я резво догнала лорда, тем более что он в своем трансе шел медленно, натыкаясь на камни, деревья и прочие препятствия ландшафта. Натыкался, обходил и двигался дальше. Но аллета, который всегда украшал грудь Саймона, сейчас на нем не было. Какого дракона он его снял, я не знала, может, купаться собирался, но факт фактом — амулет исчез и искать его бесполезно. До утра, конечно, я успею проверить все палатки, но успею ли «потушить» колдовство?

Чутье, интуиция, тягучее чувство внутри подсказывали, что нет.

Придется искать пламя, а затем уже придумывать, как от него избавиться.

Отвратительный звук повторился, привыкнуть к этому невозможно, но так как я шла рядом с Саймоном, то на этот раз заметила интересное. Стоило этой «бурилке» заиграть, как лицо мужчины приобретало какое-то нежное, одухотворенное выражение. Словно лорд наслаждался музыкой, а не шумом стройки.

— Тебе нравится? — ошеломленно пробормотала я.

Только теперь сомнений не было: войско, как зачарованное, слаженно двигалось в сторону источника звука. Как заколдованное, Даш. Оно и есть заколдованное. Их покорила и подчинила эта трескотня. Но почему-то на меня оно действовало с точностью до наоборот. Потому что я феникс? Или потому что женщина?

На ум пришли сирены. Но мы не в море, а до ближайшей реки день пути. Дудочка Гамельнского крысолова? По идее, должна звучать приятнее, но у меня, кажется, что-то вроде иммунитета к этой дряни.

Крысолов это или сирена, что ж, их ждет большой сюрприз!

С этой мыслью я пристроилась за спиной Саймона, и мы углубились в лес.

Шли мы прилично. Так как воины-зомби двигались еще и медленно, то я успела побегать между ними, высматривая хоть кого-то незаколдованного. Например, Алекса. По моему мнению, заваливший василиска одной левой маг просто не мог пасть жертвой какой-то дудки! Но как днем я его не находила, так и сейчас не видела. Забегать вперед я опасалась, хотя вопль «бензопилы» становился все отчетливее. Теперь я и сама понимала, что это не бензопила, а какие-то потусторонние стоны и всхлипы.

От этого осознания по коже снова побежали мурашки, паника снова подняла голову, пришлось на нее рыкнуть, стряхивая с себя липкое ощущение дурного предчувствия. Мне не нравились эти всхлипы, все во мне кричало: «Поворачивай назад». Будто этот звук был мне хорошо знаком. Что странно, потому что ничего подобного я не слышала.

В этой жизни. А что насчет других? Тут мой уникальный дар молчал, а может, это я в него не верила. Есть же позитивное мышление, наверняка должно быть магическое. Только спросить об этом не у кого!

Я не повернула. Какой поворачивать, если у меня тут войско под гипнозом?! Все-таки пошла вперед, огибая мужчин и деревья. То ли к темноте привыкла, то ли из-за того, что деревья в этом месте были засохшими, без листвы, но в лесу будто стало еще светлее. Я бы сказала, светло как днем. Только спустя минуту поняла, что по веткам будто скачут ярко-синие всполохи, создавая хорошее такое освещение. Как неоновые лампочки.

Я даже засмотрелась, за что сразу же поплатилась, споткнувшись о камень. Зато боль придала мне решимости. Я напомнила себе, что я вообще-то не на экскурсии, и подобрала камень. Хоть какая-то защита от неизвестного зла, раз моя магия отказывается сотрудничать. Спорим, в этом мире на колдунов еще так никто не ходил!

Конечно же, войско шло в сторону манящих огней, а я начала улавливать в стонах определенную цикличность. Звук на полную. Перерыв. Опять долгий всхлип. Будто тот, кто пел, делал паузу для вдоха. Или для чего-то еще.

Пение в очередной раз оборвалось, и я наконец-то заметила среди деревьев ярко-голубое пятно. Такое ослепительное, что издали я приняла его за некий энергетический сгусток. Только подойдя ближе на несколько шагов, поняла, что он имеет вполне отчетливые очертания гигантской совы.

Огромная, размером с гризли, она сидела на ветке сосны, которая не трещала под ее грузом, наверное, исключительно благодаря магии. В последнем сомневаться не приходилась: сияла она, как фигура оленя, которыми украшают города под Новый Год. Сиди сова неподвижно, я бы действительно приняла ее за что-то неживое, но она двигалась. Переминалась с лапы на лапу и издавала этот нереальный ор, больше подходящий павлину в брачный период, чем похожий на приятное совиное: «У-х-х».

Но на следующем шаге я снова споткнулась, словно врезалась в невидимую стену, и чуть не выронила камень.

Волшебная сова повернулась в мою сторону, и я увидела ее лицо. Это было действительно лицо. Тело птичье, а голова — прекрасной молодой женщины.

Ладно, женщина-сова, это я еще могла понять, я же все-таки в магическом мире. И даже то, что подошедший к ветке воин протянул к ней руки, а сова прильнула к нему в поцелуе. Мерзость, конечно, она же сова, но у каждого свои недостатки. Но вот то, что у него изо рта какой-то ярко-голубой шарик вылетел, а сам воин после замертво упал, это уже точно ни в какие ворота!

Только сейчас до меня дошло, что этих шариков вокруг женщины-совы прилично, именно они сияли между ветвей.

Это что за хреновина?!

ДУши. А девица вовсе не сова. Это Сирин.

Волшебная память фениксов работала как-то избирательно, но сейчас просто расщедрилась на информацию. В сознании будто раскрылась вики-страница, в которой говорилось, что сирины это почти как сирены, только живут в лесу. Они злые создания, заманивают путников своим прекрасным пением и чарующим ликом, целуют и таким образом забирают душу и магию. Магов любят особенно, они для них как фуа-гра или черная икра для гурмана. У них острые когти и мощные крылья. Боятся огня и магии слова.

Что такое «магия слова»?

Сносок на этот счет не прилагалось, но и с огнем можно было что-то сообразить. Сейчас сбегаю в лагерь, возьму факел и превращусь из Даши-пожарницы в Дашу-подрывницу. Убивать ее я не собиралась, а вот припугнуть огнем — вполне. Чтобы вернула всем души и отстала от войска!

Я сделала шаг назад, но тут наткнулась спиной на Саймона. Не вскрикнула только чудом, до крови прикусив губу. Но что-то привлекло внимание сирина: она ну точно как сова повернула голову в мою сторону и врезалась в меня потусторонним взглядом.

Душа ушла в пятки — на фоне всего происходящего это уже была даже не метафора. Мой голубой шарик точно скатился куда-то в район ступней. Пришлось импровизировать, делать собственный взгляд стеклянным и изображать зомби, то есть, медленно скользить в сторону сирина. Пока женщина-птица сверлила меня взглядом, я почти не дышала, и выдохнуть смогла, только когда это чудовище отвернулось и снова увлеклось поцелуями.

Гадость!

Я переборола злость на пожирательницу душ и страх быть замеченной и пошла наоборот. Бежать было опасно — если она меня засечет, то плохо дело. Либо душу выпьет, либо когтями добавит. Но можно было медленно отступать. Сирин же, зараза такая, будто чувствовала, что что-то не так, и оборачивалась на меня. Я тут же входила в роль зомби и послушно делала шаг вперед.

Очевидно, сирины особым интеллектом не отличались. А может, дело было во мне и в моем иммунитете: чудовищу в голову не приходило, что тут есть кто-то незагипнотизированный ее кряканьем. Правда, спустя метров двадцать, женщина-сова, кажется, все-таки поняла, что я не движусь к ней. Потому что вперлась в меня немигающим взглядом, а затем перевела его куда-то ниже. Я разжала ладонь с камнем, но было уже поздно.

Сирин с воинственным клекотом распахнула громадные крылья и сорвалась с ветки, бросаясь в мою сторону. Вид разгневанного чудища придал мне ускорение, я бежала, перепрыгивая через поваленные деревья и камни. Так быстро, как будто от этого спринта зависела моя жизнь. Она и зависела! Казалось, сердце бьется уже не в моей груди, а где-то позади меня.

У сирина было преимущество — крылья, но это же мешало ей быстро меня нагнать. Полавировав между веток и стволов деревьев, словно истребитель, она унеслась вверх, наверное, взмыла над лесом. Легче от этого не стало: мы обе летели к лагерю. Я фигурально, она буквально. На открытом пространстве схватить меня ей будет проще, и хватать меня будут когтями. Потому что, насколько я успела понять, без песни зажевать мою душу она не может.

Между деревьев показалось плато, и я выбежала на открытую площадку. Чтобы понять, что в лагере нет ни одного костра или горящего факела.

Я забыла! Я забыла, что, когда уходила из лагеря, не было ни единого огонька, только луна светила. Очевидно, сирин позаботилась об этом. Или огонь тушили на ночь. Но факт фактом — план «А», добежать ко костра, провалился. А над планом «Б» я не успела подумать.

Самое время, Даш!

Когда огромное, с серебристыми крыльями чудовище разворачивается в воздухе, обнажает острые, как крючья, когти и собирается спикировать на тебя. Точно собирается! У нее это на лице написано. Играть в гляделки в лучших традициях вестернов я не стала, рванула к шатрам. Новый план был сложнее: схватить факел и спрятаться в палатке, а там уже высечь искру. Никогда не высекала искру, я даже в школьные походы не ходила, поэтому могло не получится. Но могло и получится!

Позитивное мышление. У меня получится. Позитивное мышле… А-а-а-а!

Это факел погиб смертью храбрых. Стоило его подхватить, как Сирин меня догнала. Хрусть, и на траве две части факела! А у меня на голове прибавилось седых волос от ровного среза на древке. Это же если она мне по руке попадет…

Проверять я не стала, метнулась в сторону, когда сирин спикировала вновь. По ощущениям, она со мной играла, потому что стоило добежать до следующего факела, меня сдуло силой воздушной волны от ее крыльев. А от новой атаки я спряталась в шатре: заползла в него на четвереньках. Факелов здесь не было, камешков с палочками тоже, чтобы там огонь развести, но хоть какая-то передышка!

Крак!

И крышу шатра просто оторвало вместе с палками. Я же осталась под открытым небом. Вот тебе и гарантия от производителя!

Но пока сирин раздирала когтями шатер, я перепрыгнула тюфяки и добежала до погасшего костра. Здесь точно должно быть то, чем добывают пламя. Толчок в спину был настолько сильным, что я кувыркнулась прямо в потухший, обгоревший хворост или то, что от него осталось. Едва не взвыла от золы, что обожгла ладонь.

Вовремя прикусила губу, потому что… Я обожгла ладонь! Зола! Пепел? Магия? Я не знала, что это такое, но оно по-прежнему было горячим, как действующий вулкан. Снаружи погасший, а внутри бурлящий пламенем. А кто у нас не любит огонек? Правильно! Птичка-истеричка, по совместительству несостоявшаяся певица.

Я перевернулась на спину и взглядом отыскала сирина. Она зависла над одним из шатров, кровожадно скалилась и выпускала-втягивала когти-ятаганы.

— Ты ничего не забыла, курица? — поинтересовалась я, повысив голос.

— Э-р-э? — крякнула Сирин, склонив голову набок.

— Пока ты за мной бегаешь, войско приходит в себя. А среди них маги! Они сейчас вернутся и мигом тебя общипают!

— Э-э!

— Вот тебе и «Э», тупица.

Ее перекосило так, что я при всем желание сейчас не могла бы назвать ее красивой. Злобная стерва. Но далеко не курица, потому что сирин взволнованно кудахнула в сторону леса, быстро опустилась на верхушку шатра, отчетливо скрипнувшего под ней, и завела свою песенку в стиле «ремонт у соседей».

Я под эти вопли подползла ближе к костру. Чуть-чуть. Еще чуть-чуть. И когда сирин, закончив коротенькую арию, метнулась ко мне, раскрывая крылья и обнажая когти, бросила ей в лицо целую пригоршню обжигающих осколков.

Чудовище взвыло об боли, отшатнулось, перышками стряхивая мои снаряды. Получалось плохо: огненная пыльца попала ей в глаза, и сирин крутилась в воздухе, сбитая с толку и вопящая. Крутилась она, крутилась, а потом как вспыхнет ярким костром!

— Ничего себе, — пробормотала я. А что, так можно было? Это я сделала? Я теперь Даша-победительница!

Но вышедший к костру Алекс тут же разбил мою минуту славы.