Глава 17. Белые перчатки

Несколько дней спустя

Анжело Мано явно не горел желанием видеться со мной вновь. Из-за дела с господином Беллини наши взаимодействия сошли на «нет». Я совершенно позабыла о сделке с контессой Равенной, и появление её помощника на пороге кабинета наследного принца удивило нас обоих. А новость, которую он принёс, и вовсе обескуражила.

– Контесса мертва, – провозгласил Мано, не заходя в кабинет.

Горничная, что его привела, смущённо отвела взгляд и явно не знала, куда себя деть. Она и не ожидала стать свидетельницей столь неприятной новости. Впрочем, я чувствовала себя точно так же.

Смерть Равенны была ошеломляющей. Это означало одно — сделка вступает в силу немедленно. И я уже не могла игнорировать собственный изменившийся статус.

– Она просила, чтобы ты провела с ней ночь, – оповестил Анжело. – Это её последняя воля.

Я невольно перевела взгляд на наследного принца. Дамиан выглядел не менее удивлённым, чем я. Он отпустил горничную, наказав никому ничего не рассказывать, и даже пригрозил увольнением. Но по выражению её лица было понятно: язык за зубами она долго держать не сможет.

Дамиан завёл Анжело в кабинет и запер дверь.

– Как это произошло? – спросил наследный принц, налив в чистый бокал вина и протянув его Мано. Но тот покачал головой, отказываясь. – Кто-то знает о нашем сотрудничестве.

– Когда вы увидите её, всё сразу поймёте. Поэтому прошу отправиться со мной поскорее. Похороны уже завтра.

Выбора у нас не было. Дамиан предупредил дворецкого, что нас опять не будет по меньшей мере несколько дней. Бьянко посетовал, что мы нисколько не отдохнули после возвращения и вновь окунулись с головой в новое дело. В этом была доля правды.

Беллини-то мы поймали. Но допрос затянулся. А кроме этого, пришлось вести параллельное расследование с Орденом Ищеек. Мясокомбинат действительно находился за границей и был зарегистрирован на нескольких человек сразу. Правда, всех этих людей никогда не существовало, и мы вновь оказались в тупике. Сегодня же выдался единственный первый выходной у наследного принца — и у меня соответственно. Он пытался вытянуть меня на прогулку, в театр, где намечалась какая-то великая премьера. Я же планировала навестить матушку. Меня не было рядом с ней несколько недель, и я переживала за её состояние.

Появление Анжело переписало все планы.

Мано не соврал. Действительно, стоило только увидеть контессу Равенну, мы сразу поняли — умерла она не своей смертью. Меня оставили с ней одну, хотя Дамиан был категорически против.

Я подошла ближе к гробу, что стоял посреди полупустой и тёмной комнаты в небольшой часовне на территории главного поместья Равенн. Сжала пальцами деревянный бортик, обитый красным бархатом. В груди поселилось странное сожаление. Хотя в этом не было никакого смысла. Мы были знакомы не так долго. Виделись всего пару раз. Но обе думали, что ещё встретимся.

Контесса сама изъявляла желание, чтобы я чаще её навещала в том охотничьем домике близ поля с подсолнухами. И, честно сказать, несмотря ни на что, я предвкушала эти встречи. Но судьба распорядилась иначе. Ей видней. И теперь мы были здесь, в пустой комнате часовни. Я не знала, что должна была делать. Рядом не было ни стула, ни кафедры, ни книги «С откровениями», которую обычно читали в таких случаях, чтобы душа не чувствовала себя одинокой.

Контесса, как и всегда, была одета во всё чёрное. Единственным светлым акцентом в её образе были белые перчатки. При каждой нашей встрече перчатки она носила тоже чёрные, из лёгкого элегантного кружева. А эти были обычными, плотными, совершенно не подходящими её утончённому образу.

– Прошу прощения, – прошептала я, дотронувшись до холодной руки контессы.

Я взяла её запястье и слегка отогнула края перчатки. Кожа под ней была тёмно-серой, почти чёрной, с проступающими венами. Не человеческая кожа.

Я отпрянула назад. Сердце вдруг пропустило удар. Я ожидала увидеть что угодно, но точно не это. Хотелось выбежать из комнаты, позвать Дамиана, чтобы именно он во всём разобрался. Но я заставила себя взять себя в руки и вернулась обратно к гробу, откинула чёрную вуаль с лица Виттории.

Да.

Виттория Равенна не была человеком. Не знаю, как и когда это случилось, но, когда мы встретились с ней впервые на арене, это уже было с ней. Вот почему она пряталась за вуалями и чёрной одеждой. Её тело менялось, и она не хотела, чтобы кто-то видел её такой.

Тёмно-серая кожа. По шее к лицу тянулись прожилки, застывшие в камень вены, изо рта торчали острые клыки.

– Вы говорили, что связались с дэ Веритас, – прошептала я, не в силах отвести от неё поражённого взгляда. – Это они с вами сделали? – Я оглянулась на закрытую дверь. – Чем они занимаются в своём поместье?

Я закрыла лицо контессы, поправила вуаль и отошла от гроба как можно дальше. Словно она могла сейчас встать. И ведь сейчас с этим делом работал господин Маркус.

Снова взглянув на контессу, я всё же направилась к двери. Но спиной чувствовала потусторонний холодок. То ли от собственной впечатлительности, то ли душа контессы следовала за мной. Но я постаралась не зацикливаться на этом чувстве. И как только коснулась ручки, наваждение рассеялось.

В коридоре никого не было. Но я услышала голоса совсем рядом и направилась в ту сторону.

Наследный принц вместе с Мано расположились в небольшой комнатке, ведя отстранённую, но напряжённую беседу. Заметив меня, Дамиан тут же поднялся, а Анжело нахмурил светлые брови.

– Что случилось? – спросил наследный принц.

– Я думаю, вы должны это увидеть, – совершенно серьёзно произнесла я, игнорируя недовольство господина Мано.

***

– Эксперименты с маной? – задумчиво повторил Дамиан, рассматривая тело контессы.

Господин Анжело стоял чуть в отдалении, поджав губы.

– Она до последнего не хотела, чтобы кто-то видел её такой, – обречённо прошептал он.

Наследный принц внимательно изучил тело контессы. В её грудной клетке оказалась глубокая шестиконечная дыра, из которой как раз и тянулись вены по всему телу.

– Неудивительно, – хмыкнул Дамиан.

– Вам стоит придержать язык за зубами, – прошипел Анжело. Что наследный принц, конечно же, проигнорировал.

– Может, вы всё-таки расскажете подробнее? – предложил Дамиан обманчиво вежливым тоном.

Он повернулся к господину Мано, и его кристально-голубые глаза вспыхнули. Мано вздрогнул и инстинктивно потянулся к поясу, где у него висела кобура. Я напряглась. На кончиках пальцев заискрилась мана, готовая вот-вот вырваться, если Анжело решится на глупость. Но он оказался благоразумнее, опустив руки. Его кулаки сжались от бессилия.

– Дэ Веритас экспериментирует с маной диких драконов. Они нашли заклинание, которое помогает отбирать ману у драконов и передавать её людям. Но у этого заклинания есть последствия. – Анжело с сожалением кивнул на Равенну. – Со временем её облик начал меняться. Она теряла память, и в последние несколько недель стала вести себя агрессивнее.

– Почему она пошла на это? – спросила я.

– Дэ Веритас умеет красиво уговаривать. Контесса считала, что помогает людям. Она думала, что если дэ Веритас преуспеет в своих экспериментах, мана людей станет стабильнее. Не нужно будет ждать поколения или использовать магическую руду. Но когда она увидела последствия — поняла, что ошиблась.

Дамиан цыкнул, бросил последний взгляд на контессу, а затем обратился ко мне.

– Свяжись с Маркусом, пусть незамедлительно явится сюда. – Он стиснул зубы и направился к выходу из часовни. Маленькая комната вмиг нагрелась от его ярости. – Выполни свою часть сделки. Как только пройдут похороны, мы возьмём под контроль арены.

Я только кивнула, достала кристалл связи и принялась посылать сигнал господину Маркусу. И краем глаза заметила, что Анжело перекрыл проход Дамиану.

– Вы собираетесь уничтожить то, что моя госпожа строила годами! – возразил Мано. – Это будет не так легко, как вам кажется.

Дамиан грубо схватил его за подбородок.

– Гораздо интереснее сначала попробовать. Не так ли, Селена? – усмехнулся наследный принц.

Я кивнула, просто чтобы не вступать в бессмысленный спор. И поддержать наследного принца, чтобы Мано не думал, что может нас разобщить.

– Ты, кстати, можешь помочь нам, – предложил вдруг Дамиан. – Я даже позволю тебе отомстить дэ Веритас за любимую госпожу. Или же продолжать давиться сожалениями и скорбью. Что скажешь?

Мано запнулся. Зло убрал его руку и с презрением вытер подбородок. Мысленно я улыбнулась его действию, но старательно держала себя в рамках.

– Если вы уничтожите сразу все арены, аристократы восстанут, – предупредил Анжело.

– О, не волнуйся так. Рисковать можно и грамотно, – усмехнулся Дамиан.

– Я не понимаю, что вы задумали, – признался Анжело и посмотрел на меня в поиске поддержки. Я же пожала плечами. Мне тоже не всегда было известно обо всех интригах, что задумывал наследный принц. Его мысли я читать не умела.

– Для начала мне нужен список всех действующих арен, – распорядился Дамиан.

– Господин Маркус прибудет с минуты на минуту, – отозвалась я, получив подтверждение младшего принца.

– Отлично, – повеселел Дамиан. – А после мы все вместе отправимся в одно замечательное место.