Глава 6

Альбера

Когда он признался, что закрывается, у меня на мгновение остановилось сердце. Это оказалось по-настоящему больно, но зато мою тоску объясняло полностью.

Я знала, что теперь он все объяснит, но не была уверена, что готова знать правду. Он сжал мою руку, и стало легче, а через миг я просто захлебнулась чужими эмоциями. Меня охватило настоящее пламя, но не стихия, а его душа, огромная, горячая и полная эмоций. Сердце тут же забилось чаще, а разум вспомнил сцены страсти из любовных романов.

Мне хотелось ойкнуть и прикрыть лицо руками от волнения и стыда, а потом я поняла, что это не мои глупости, а его желания, такие решительные и безумные, желания, которые он старательно прятал от меня.

Это льстило. Причем, я даже не знаю, что радовало меня больше. С одной стороны, его чувства столь сильны, что они пугают его самого. Мой самый сильный, самый смелый полудемон боится собственных чувств, когда речь касается меня. От одной этой мысли у меня кружилась голова. И в то же время, я понимала, что все мои волнения были напрасны, а главное, это жгущее все внутри желание захватывало меня так сильно, что я кивала, соглашаясь на все.

Мы ведь с ним одно целое, правда?

Удивление в его глазах − настоящая услада. Я улыбаюсь и крепко обнимаю его, буквально бросаюсь в его объятья, а он подхватывает меня.

Сильные руки сжимают мою талию, и я чувствую, как их жар едва не прожигает мое платье. Когда он волнуется, то становится таким горячим, что ни один человек бы не выжил от такой температуры, а я уже так привыкла к этому, что начала скучать по этим прикосновениям.

− Но разве можно так? — бормочет он мне в шею, наверно, не понимая, что держит меня на руках и выносит из столовой.

Он, кажется, даже не понял, что я вольно обхватила его за талию ногами, и мне совсем не стыдно! Просто я понимаю, что это должно смущать, но мне это лишь голову кружит и пьянит, словно я выпила слишком много вина.

Я цепляюсь за его плечи, мну рубашку и понимаю, что до спальни мы не дойдем, ну и бог с ней, со спальней. Мне хочется стать еще ближе, а главное − я знаю, что наша связь станет еще сильнее, еще крепче.

Мы ведь с ним все равно − одно целое.

− Ты уверена? — спрашивает он, осторожно опуская меня на диван в гостиной, а я уже представляю, как мы соберемся большой компанией в этой комнате. Мы с Гарпием будем странно переглядываться, и я, наверняка, покраснею, но я точно знала, что буду счастлива.

− Ты же хотел быть мужем, − прошептала я, глядя ему в глаза. — Да, и я хочу быть женой, а не содержанкой.

− Что ты такое говоришь, − бормочет он и склоняется надо мной, чтобы накрыть губы поцелуем.

Такой нерешительный в разговорах и такой жадный на деле. Он впивается в мои губы, и я задыхаюсь от того, как глубоко и несдержанно он может целовать. Если бы я знала это раньше, то требовала бы именно таких поцелуев перед сном, чтобы голова кружилась, и ноги немели от жара внизу живота.