Глава 13

За всю жизнь я влюблялась дважды. И оба раза это была тихая неразделенная симпатия. Первым был молодой джентльмен, встреченный мной на балу у Агнесонов, имени которого я так и так и не узнала, боясь привлечь внимание своим интересом, а вторым – молодой закупщик вина из Проланданса, в котором я быстро разочаровалась из-за его любви к горячительным напиткам, которые он потреблял внутрь в больших количествах. Я никому не говорила, что испытываю, да и взаимной эту увлеченность назвать было трудно. Третье притяжение, которое я испытывала к Лейвару, я собиралась послать по тому же направлению. Неизвестно, что это за врач и не сделает ли он только хуже. А мой знакомый увлеченный продавец артефактов продавал рабочие камни с жизненными силами, от которых Лерата поправлялась. Так что буду придерживаться прежнего плана и ни от кого не зависеть. Хорошо, что Ур страхует золотыми запасами. Я помогла леди Гренли встать, и мы молча пошли к выходу. Ур за нами. – Стайх забрал мое золото и где-то спрятал. Я могу нанять тебя для поиска? Плачу щедро, – сказал Лейвар. Я сделала вид, что не слышу его очередную попытку меня задержать. – Я кое-что узнал о твоих сестрах, – донеслось до моих ушей, когда я уже готова была перешагнуть порог. Я обернулась так резко, что леди Гренли пошатнулась. Мне нужно было видеть выражение лица Лейвара. Нет ли там тревожных сигналов? Все ли в порядке? – Все живы, дыши, Вивьен, – сказал Лейвар. – Спасибо, что не тянул с главным. Где они? Как они? – Я точно знаю только про одну твою сестру. Одну из близняшек – Адалинду. Она поступила в академию и сейчас на Аднаре. Так она скрылась от помолвки. Я выдохнула, и Лерата оперлась о стену. – Вивьен, присядем? – спросила она, делая над собой большое усилие. Любое движение или действие требовало от нее много сил. Над верхней губой выступила испарина. Ей было очень тяжело. Я почувствовала себя упрямой эгоисткой. Да и что таить, Лейвар все-таки поймал меня на крючок. Тем более когда сказал: – Завтра должны прийти новости про вторую близняшку. – Она тоже на Аднаре? – Возможно. – А что с Эми? – Со средней сестрой тяжелее всего. Кто-то подчищает все следы так, что даже я не могу их воскресить. У меня есть некоторые догадки. – Лейвар таинственно замолчал. Я видела, как напряженно он ждал моей реакции. – Но скажешь ты их завтра, верно? – догадалась я. Он потратил столько сил, чтобы меня удержать. Надо разочаровать его по полной. – Останешься? Точнее, останетесь? – спросил драгхар. – Ура выгонять не будешь? – Я покосилась на стайха. – Только не приучай его к кровати, – выдвинул условие Лейвар. Я кивнула. Так мы остались на ночь в доме крылатого мужчины. Но я зря думала, что драгхар похож на людей и будет действовать как человек. Я совсем не ожидала того, что произойдет с наступлением темноты. Я слышала от Терезы, что главное отличие драгхаров от людей в том, что они куда более свободные в моральном плане. Я тогда не очень поняла, что это значит. Раскрепощенные? Развязанные? Может, это вообще о беспорядочных связях? Но когда Лейвар перед сном постучал в мою комнату, я начала знакомство с местным понятием свободы нравов. – Ты не могла бы мне помочь в щекотливом вопросе? – спросил драгхар в открытую щель двери. Я покосилась на Ура. Стайх его, если что, не остановит. – Это не подождет до утра? Я запахнула халат, который накинула на ночную рубашку. – Дело срочное. – А Яша помочь не может? – Нет. Это можешь сделать только ты. Точнее, мы вместе. Это что это он со мной собрался делать? Что за совместное занятие? В голове сразу пронеслась сотня неприличных идей, чем бы мужчина и женщина могли заняться. Я открыла пошире дверь и посмотрела на Лейвара в домашней одежде. Мягкие штаны, удобный просторный верх, который, казалось, лишь подчеркивал все выступы его фигуры. – В гостиную? – предложила я. Не рвусь пускать его в спальню. Мало ли. – Не хочу, чтобы Яша или кто-либо увидел, что произойдет. Я сделала шаг назад, и драгхар понимающе улыбнулся: – О чем ты подумала? Я отвела взгляд в сторону: – Ни о чем. Давай завтра, при свете дня. У меня была уверенность, что при царствовании солнца ничего такого происходить не может. – Помнишь, как ты почувствовала золото внутри меня? – тихо спросил Лейвар. Я вспомнила, как проходила комиссию для получения визы талантов. Да, действительно, в районе груди драгхара я всегда ощущала золотой предмет. Эта тема заинтересовала меня, и я отступила, пропуская Лейвара внутрь. – Да, помню. – Я закрыла дверь, видя, что драгхар ждет этого, чтобы продолжить разговор. Ур проснулся, сел между нами и скептически посмотрел на хозяина дома. – Мне надо его вытащить. Так, чтобы об этом больше никто не знал. Особенно Яша. Поможешь? Я посмотрела в район груди. – Как? Я не лекарь, не… – Я помогу. Тебе лишь надо будет его схватить. Это очень важно для меня. Обещаю, сделаю все, что ты хочешь. – Любое желание? – Любое желание, которое я могу выполнить. – Даже если ты его можешь, но не хочешь делать, выполнишь? – Да. Я подумала. Еще раз подумала. И потом спросила: – Расскажи, что там внутри. – Золотой клещ. И я сам его не чувствую и не вижу. Только ты можешь его ощутить. – Но почему он в тебе? – Он забирает половину моей силы. – Кому? Лейвар сглотнул так, что его кадык заметно дернулся. – Отцу, – сдавленно пояснил он. И по его взгляду я поняла, что за этим скрывается долгая и тяжелая история. Драгхар обратился по адресу. Я никогда не могла смотреть на несправедливость. Забирать силу таким способом было несправедливо. Мне было любопытно, но я не стала спрашивать. И очень удивилась, когда Лейвар сам рассказал. – Мой отец – слабый драгхар, но он нашел истинную. Это большое счастье и честь. В браке у таких пар рождается сильное потомство. И нас родилось трое. Я и две сестры. Но знаешь, Вивьен, не все родители ведут себя правильно, не все любят детей безоглядно. Иногда рождается большая зависть и ненависть, даже в союзе истинных. – Твой папа ревновал к тебе маму? – Нет. Он завидовал моей силе, моему дару. Считал это очень несправедливым и решил, что раз он дал мне такую сильную жизнь, то я должен делиться. Не знаю, где он нашел этот сосущий золотой артефакт, но вот уже двадцать лет как он качает половину моей силы и отдает отцу. И я хочу вытащить этого троглодита. Хватит. Голос Лейвара иногда становился ниже от эмоций, более сиплым. Пока я слушала его рассказ, думала о том, как же мне повезло с отцом. Он был бы рад, если бы мы были сильнее, здоровее, выносливее. И никогда бы не подумал у нас что-то забрать. – Я помогу, – согласилась я. – Что от меня требуется? Как старшей, мне приходилось часто перематывать сестрам разбитые в кровь коленки. Эми, как любительница лазить по деревьям, сколько бы ей ни твердили, что так делают только низкородные сорванцы, постоянно приходила разодранная острыми суками. Поэтому, когда Лейвар лег на кровать, я не сильно паниковала, но удивилась: – А как же инструменты? Обеззараживающий отвар? – Мой иммунитет переборет любую заразу, а мои когти – лучшие инструменты. Ты только направляй. – А чем после всего зашить рану? А чем перебинтовать? – Я сейчас полон сил. Сам себя залечу. – Драгхары так умеют? – Мы не люди, Вивьен. Мы и не то умеем. Пусть мы потеряли возможность перевоплощаться в драконов и выглядим не как звери, у нас очень много отличий. – Хорошо, но кровь из вас же льется при порезе? – Если драгхар с полным резервом, кровотечение можно быстро остановить. – Но на кровать-то накапаешь? Лейвар посмотрел на чистое белоснежное белье под собой и сказал: – Сожжем потом. – А матрас? Ты же от Яши хотел держать все в секрете. – На этот случай у меня есть кое-что. – Лейвар снял с себя верх и то ли специально, то ли случайно поиграл грудными мышцами так, что я забыла двигаться. А потом выпустил свои огромные крылья. Сначала они были прозрачно-золотые, но через несколько секунд стали плотными, темно-оранжевыми. На них он и лег, как на подстилку, а я все еще стояла и смотрела перед собой, находясь под большим впечатлением. Нет, я уже видела его невероятное тело. Но то, как красавец-почти-человек вдруг ловко подстилает под себя крылья явно привычным движением, немного ошеломляло. На белоснежном белье Лейвар выглядел так экзотично, что я с трудом вспомнила, зачем он здесь. Это было ужасно волнительно и неловко. Кровать, полуголый мужчина и я, делающая вид, что все нормально. Я присела на край кровати и спросила: – Что делаем сначала? – Где ты ощущаешь золотого клеща? Я прислушалась к своим ощущениям. – Здесь, – показала в район солнечного сплетения. – Но там же ребра, как мы туда доберемся? – У нас немного другое строение тела. Как раз в том месте нет костей. Я разрежу когтем плоть, а ты направь руку. – Если вокруг кости, то ты не промахнешься и без меня. – Без тебя он ускользнет под кость. – С чего ты взял? Мне золото с земли в руки не прыгает. – Вивьен, это мой шанс. Я хочу попробовать. Не получится – у меня не будет никаких претензий. – Но я просто нахожу золото. – Если брать драгхаров, то у них бы этот дар отнесся к земляной стихии. Иногда у них бывает, что тот камень или порода, которой они могут управлять, слушается их. Я не знала ничего по этому поводу, поэтому просто нерешительно кивнула. Раз он хочет попробовать, я тоже постараюсь. Но когда Лейвар выпустил из пальца черный коготь и вспорол себе кожу, я зажмурилась. – Вивьен, давай. – Голос драгхара не изменился, и это придало мне уверенности – я открыла глаза. Надеюсь, ему не слишком больно. Я положила ладонь на его руку и ощутила, что клещ, который раньше был четко посередине, ускользнул под ребро. – Он убежал вправо. – Поставь наши руки над ним и силой мысли притяни его в зону вскрытия, – попросил Лейвар. Его рука была такой горячей. Кровь из раны и правда не хлестала. Вытекла только одна струйка. – Вивьен, быстрее, а то затянется и придется резать вновь. Я зажмурилась и повела нашими руками над кожей, пока не почувствовала, что золото ровно под пальцами. Тогда я начала думать, что ему надо подвинуться, но быстро поняла, что ничего не происходит. – Не получается. – В отчаянии я открыла глаза и посмотрела на драгхара. Меня удивило, с каким мужеством и решимостью он все переносит. Наверное, этот клещ сильно попортил ему жизнь. – Вивьен, ты не думай, куда ему двигаться. Ты верь, что двигаешь его. Верить? Как, если не верю? Я увидела, как рана на глазах заживает, и быстро зажмурилась. Я могу. Я должна. Я же нахожу золото – в это я верю. И управлять им я тоже могу. Вот этот клещ, я ощущаю его тяжесть под кожей. И теперь он идет левее, левее, еще левее. – Хватай! – горячо прошептала я, и когти Лейвара опустились в рану. Раздался звук сломанного хряща или кости. Драгхар вытащил из раны золотого клеща, который шевелил лапками. Я обратила внимание на рану – она стремительно затягивалась. Лейвар с лицом разозленного победителя посмотрел на клеща в своей руке: – Я так хочу его раздавить, но так только впущу в свое тело обратно. – Тогда как с ним быть? Лейвар улыбнулся, и я удивилась, как эта эмоция на его лице отличалась от других. Она была настоящей, словно без масок. – Сжечь! – сказал он, и золотого клеща объяло пламя. Я не заметила, что тоже улыбалась, пока не расслабила лицо и не ощутила, как были напряжены мышцы у глаз. Лейвар сидел на кровати с обнаженным торсом, и от раны не осталось и следа. Крылья за его спиной стали медленно превращаться в полупрозрачные. – Можно потрогать твои крылья? – неожиданно для самой себя спросила я, сидя рядом с драгхаром. Такая экзотика меня заворожила. Если сейчас не осмелюсь – никогда не решусь. Лейвар посмотрел на меня так, словно совсем не ожидал такого вопроса, но тепло улыбнулся: – Можно. И крылья снова стали плотными на вид. Я протянула руку и удивилась тому, какие они гладкие и теплые на ощупь. А еще очень прочные. Я ощущала на себе взгляд драгхара. Казалось, последнее событие смягчило Лейвара, он словно внутренне наконец расслабился и позволил ненадолго показать себя настоящего. И мне нравилось то, что я видела. У него даже хитрость из глаз ушла. Остался только интерес. Ко мне. – Вивьен, – прошептал он. – Да? – Я посмотрела ему в глаза. Какой же он привлекательный мужчина. Не зря девушки не могут устоять перед драгхарами и сгорают. – У тебя что-то около глаза. Давай уберу. – Лейвар протянул руку к моему лицу и провел пальцем по скуле. Мы были так близко, что я чувствовала его запах: горячих камней и песка. Мне безумно нравился этот аромат. И когда он вдруг потянулся ко мне для поцелуя, промелькнула шальная мысль: «Может быть, один раз можно? Всего лишь поцелуй». Еще ничего в жизни я не хотела так сильно. Это было какое-то сумасшедшее притяжение, которое затопило все мои мысли. Я обманывала себя: еще чуть ближе, еще чуть-чуть ощутить этот момент, еще немного – и я сдам назад. Но я не смогла. Когда Лейвар коснулся моих губ своими, а руками обнял меня, мои руки сами обвили его шею. Это был мой первый поцелуй. Такой мягкий, такой сладкий, такой нежный, а потом такой жаркий и пожирающий. Я никогда не понимала, почему девушки на балах уединялись на балконах с мужчинами и давали себя скомпрометировать из-за одного поцелуя. Сейчас я осознала, что это невозможно контролировать, как сход лавины. Ты просто стоишь на склоне, видишь пласт снега, который несется на себя с невероятной скоростью, и понимаешь, что бежать бесполезно – накроет спустя несколько шагов. Наверное, именно так все было и у леди Гренли. Это ощущение невероятного наслаждения вместе с высвобождением чего-то словно прямо из тела. Образ истощенной и измученной девушки в кресле всплыл в голове, и я распахнула глаза. Моя голова была повернута чуть набок, поэтому я без труда увидела отражение нас в зеркале шкафа и дернулась от удивления. За моей спиной едва различимо переливались золотом полупрозрачные крылья. Я посмотрела на Лейвара – видит ли он это. Но глаза драгхара были закрыты, а после моего резкого движения он лишь усилил напор и хватку. На несколько долгих секунд я засмотрелась на его лицо, полное наслаждения, которое передавали прикрытые веки. Мне так понравился этот вид, что я с трудом перевела взгляд и снова посмотрела на крылья. Все-таки все они не правы. У драгхаров и людей может быть потомство, иначе я бы не жила. Все то, что казалось мне таким странным, теперь обретало смысл: драконит и стихийная сила, метка истинности и вот – крылья. Они медленно исчезали, пока не стали абсолютно невидимы. И я даже не знала, чего хотела больше: чтобы драгхар увидел их или нет. Теперь все изменилось. Я никогда не стану угольком. Я в безопасности от участи быть иссушенной из-за любви с Лейваром. Но я не скажу ни слова, пока не прощупаю хитрого драгхара и его мотив. Если он хотел просто сжечь уголька, то я прекрасно буду жить без него. Найду сестер, соберу всех вместе, узнаю, происходят ли с ними похожие вещи. Мысли об Эми, Аде и Белль немного надавали мне по щекам, не давая окончательно забыться. А то еще чуть-чуть – и Лейвар станет настолько смелым, что у него не только большой палец по моей спине будет двигаться, но и вся рука. Я попыталась отстраниться и прервать поцелуй, но он не дал. С напором и рычанием прижал меня к себе сильнее, и этот рык отозвался желанием у меня внутри. О нет. Это очень опасно. Я отвернула голову в сторону и попросила: – Лей… Лейвар, стоп. Я опустила гглаза, с усилием отталкиваясь от его плеч и создавая между нами расстояние. Взгляд упал на его грудь. Метка сверкала, стала яркой и четкой. И тут я поняла, что босиком, что мою метку тоже может быть видно, и тут же оттолкнулась еще сильнее и встала на ноги. – Вив, – Лейвар обратился ко мне так, как делал только папа. Я не могла отдышаться. Драгхар посмотрел себе на грудь и усмехнулся. Мне показалось, что с долей горечи: – Я же говорил, что это ты. Отнекиваться до последнего или признаться? Я никогда не любила играть в дурочку. Не нравилось, когда и со мной играют в неизвестность. Тем более у меня появилась тайна, о которой драгхар даже не догадывается, – крылья. И мне очень интересно, как он себя поведет. – И что, Лейвар? Человек и потомок драконов не могут быть вместе. Какой толк от этих меток истинности? Мужчина мягко сказал: – А что, если это означает, что ты выживешь? – Я не готова рисковать. А ты? Мне было важно, что он ответит. Чего в нем больше – эгоизма или симпатии ко мне. Или же это и вовсе сиюминутное влечение к человечке или любопытство к той, на которой метка. – Вив, знаешь, ты мне понравилась еще тогда, в грозовую ночь. Не представляешь, какая ты была красивая. Подвязала узлом подол платья, бежала прочь в неизвестность. У меня от этого дня остались воспоминания о страхе и погоне. Ничего приятного. Но я не знала, кто идет за мной по пятам. Не думала, что хитрый Лейвар подтасовывает события и мои встречи так, чтобы привести меня к нужному ему результату. А вот когда я увидела его за столом комиссии, конечно, я была впечатлена. Но об этом я не скажу ему ни слова. Понимаю, что он стремится притупить мою осторожность комплиментами. – Некоторые насекомые очень красивые. Но стоит их поймать, как они перестают жить. – Вив, я не хочу твоей смерти. Просто хочу сказать, что ты мне очень нравишься. И твой поцелуй говорит о том, что я тебе тоже. – Лейвар посмотрел на мои губы так, словно вот-вот набросится и докажет на деле свои слова, если я не согласна. – Я не готова рисковать. Тем более я не знаю, навредил ли мне поцелуй с тобой. – Вив, ты не ощущаешь подавляющей ауры драгхаров, тогда как обычно люди не могут обходиться без специальной защиты. Ты можешь меня касаться и не испытывать неприятных ощущений. На тебя не действуют артефакты, которые подавляют людскую волю. У тебя стихийный дар земли. Так что ты необычный человек. Меня задели его слова. – Значит, ты пробовал на мне подавляющие артефакты? – Не я, Вив. А тот драгхар, что тебя украл. Я не такой плохой, как тебе кажется. Так? Тогда проверю на прочность. – Тогда ты готов переехать со мной на континент людей, построить дом, зарегистрировать брак, жить по людским законам и никогда не рисковать моей жизнью из-за близости с тобой? Возможно, даже из-за поцелуев? Лицо Лейвара вытянулось. – Мой дом здесь, Вив. Моя работа затрагивает оба континента, но все же я аднарец. – То есть ты говоришь о чувствах, но не собираешься делать и шагу ко мне. На Аднаре моя жизнь не стоит ничего. Меня не защищают ваши законы. – Ты здесь по визе талантов, Вивьен. Зря ты не пошла в посольство. Тебе бы сразу объяснили, что за тебя мне крылья могут на голове бантом завязать. И да, я не готов менять Аднар на что-либо, но я готов быть с тобой, пока мы оба этого хотим. Он предлагал быть вместе без обязательств. Для людей – все равно что стать содержанкой. Для леди – упасть в грязь и навсегда поставить крест на браке с детишками. Готова ли я на такое? Один поцелуй, но я не сошла с ума. – Лейвар, я хочу подумать. – Мне не нравятся твои слова. И правильно. А мне не нравятся его. Я всегда хотела такой любви, чтобы искры от счастья из глаз. Чтобы грозовое небо казалось безоблачным. Чтобы мужчина смотрел на меня как на самое дорогое сокровище и был готов на все. В идеальной картине леди сначала помолвка, потом поцелуй, потом брак. Но с Лейваром схема ломалась. Не знаю, что он на самом деле чувствовал, что было в его голове, но я видела поступки. Не готов бросить все ради меня? А я не готова рисковать своей жизнью, как бы поцелуй ни вскружил мне голову. – Спокойной ночи, Лейвар. – Я открыла дверь и встала за ней. Драгхар посидел некоторое время на кровати, а потом с тяжелым вздохом встал: – Хорошо, Вив. Только обещай мне не спешить с принятием решений. Поздно, Лейвар. Я так хочу тебе доверять, расслабиться, но не имею права на это.