ГЛАВА 5

Тем не менее командиром их маленького отряда все безоговорочно выбрали Пабло Фереро: и потому что он маг, и потому что он глава УМа, и потому что опыта у него побольше, чем у них у всех вместе взятых. Ну, а то, что нездешний? Так, для подсказок все остальные прилагаются.

– Мари, – по-свойски обратился к девушке Ортега. – В этом месте людей не бывает? Никто не захочет взглянуть на море, как Глория?

– Нет, господин, – неловко улыбнулась служанка. – Все знают, что здесь крутой берег и подходов к воде нет.

– А где есть? – немедленно зацепился за эту оговорку Пабло и вступил в разговор.

– Есть вон там, – махнула рукой Мари. – Дальше к сопкам. Там есть узкий распадок, спускающийся прямо к бухте. И в эту бухту может зайти судно, но её с моря не видно. Надо, чтобы с берега кто-то подавал сигнал.

– Ты много знаешь, – подозрительно уставился на неё Пабло.

– Так я, господин, живу здесь уже несколько лет. И мне приходилось выполнять разные поручения. Один раз жгла весь день дымный костёр, чтобы корабль вошёл в ту бухту.

Новоиспечённая команда переглянулась и в их глазах появилась надежда. Если корабль командора сможет войти в бухту незаметно для местных и высадить своих бойцов, то захватить остров будет гораздо легче.

– А сколько на острове наёмников, хотя бы примерно? – поинтересовался Эрнесто.

– Вот этого я не знаю, господин, – с сожалением ответила девушка. – Наёмники могут меняться. Часть их живёт на острове постоянно. Таких примерно семьдесят человек. У них здесь семьи, работа, дети. А если им что-то надо, чего нет в наших лавках, то они делают заказы дону Васкесу и корабль хозяина привозит необходимое. А сколько наёмников меняется я совсем не знаю. Но сейчас на рейде стоит корабль хозяина, значит прибыла новая смена.

Пабло знал сколько наёмников было на том корабле. Это была команда баркентины числом в тридцать человек. Но сейчас они все были заперты в трюме и опасность могли представлять, только если смогут выбраться из него. Кроме того, пока что на корабле оставался весь отряд командора около ста человек. И теперь этими знаниями надо было правильно распорядиться.

«С этого берега корабль не было видно, но, если вернуться немного назад, поближе к усадьбе? – размышлял Пабло. – Риск, конечно, зато оттуда виден корабль и можно передать сообщение командору, как они и договаривались».

– Глория, я так понял, что ты не хочешь возвращаться в усадьбу?

– Конечно, нет! Не для этого я старалась убежать, да и не хочу, чтобы мной давили на командора. Васкес прямо предупредил, что будет использовать меня в переговорах с командором.

– Это я понимаю, но одно дело – трое сильных мужчин и совсем другое, когда с ними ещё две женщины, точнее, девушки. Что с вами делать? Где спрятать? – озабоченно поинтересовался капитан.

– Господин, моя сестра живёт в деревне в двух лье отсюда и наёмников там немного. А из мужчин только старики и мальчики.

– А откуда мальчики, дети? – бесцеремонно поинтересовался Эрнесто. У него, похоже, с церемониями и тактом были проблемы.

– На острове не хватает людей, женщин мало, господин. Всем женщинам, которые попадают на остров положено родить ребёнка. Вначале дают время выбрать мужчину для жизни или из наёмников, или из захваченных в плен. На это отводят три месяца. Если женщина сама не выбрала, дон Васкес назначает ей мужа по списку из свободных мужчин, которые подавали заявки на женщину, если, конечно, мужчина не против. Редко, но бывает так, что женщину никто не хочет в жёны, она остаётся свободной. Не разрешают рожать только тем, кто работает в борделе, – при этих словах Мари и вовсе опустила голову и все присутствующие поняли, что это больная для неё тема.

– Ладно, – вступилась за девушку Глория, – всё это потом выяснится. Но, если мы сейчас разделимся, то как вы нас найдёте?

– Мы не будем сейчас разделяться. Вы с Ортегой подождёте нас здесь, а мы с Эрнесто попробуем подать сигнал командору. Ждать нас будете до утра, если мы не вернёмся, тогда решайте сами, что делать, исходя из обстановки. Но, чтобы не быть на глазах случайных свидетелей, предлагаю вам переместиться под тот валун, – махнул Пабло в сторону огромного обломка скалы, одиноко торчащего на берегу. – С дороги вас не будет видно, даже вместе с лошадью и коляской, а с моря смотреть некому.

Глории понравилось, что Пабло не делает скидок на их пол и подготовку, а расценивает, как реальных помощников. И, вообще, такой Пабло – серьёзный, ответственный, опытный командир ей даже понравился. Она и не ожидала от того легкомысленного парня, каким помнила его по академии, таких качеств, поэтому легко согласилась с его предложением.

Пабло и Эрнесто не стали терять времени и быстрым шагом направились берегом в сторону усадьбы. Время было обеденное, день стоял ясный и они надеялись, что вахтенный на корабле заметит их сигнал.

Километров через пять они подошли к нужному месту. Здесь берег выгибался небольшой дугой и незначительно выступал в море. Но сопка здесь была ещё круче, чем в том месте, где их снесло приливом. И Пабло понял почему на этом берегу нет людей, потому что здесь нет удобных подходов к морю и устраивать здесь поселение нет смысла.

Уже более спокойно, но всё равно присматривая за окрестностями, они с Эрнесто собрали ветки, сучья и траву для дымного костра. Корабль красовался на рейде, но был далеко и рассмотреть без подзорной трубы, что делается на палубе было невозможно.

– Готово! – Эрнесто поднялся с колена и посмотрел на капитана. – Сейчас разгорится и его должны заметить на баркентине.

Мужчины встали за небольшим пока костром и стали напряжённо вглядываться в действия на корабле. По договору с командором вахтенный должен был постоянно наблюдать за берегом и ждать сигнала. Мужчины надеялись на это, хотя пошли уже вторые сутки и их могли уже не ждать. Столб дыма, тем временем, стал уже довольно заметным и возникла другая проблема, что его увидят не только на корабле, но и в усадьбе пиратов. Однако, Пабло рассчитывал, что успеет передать всю информацию раньше, чем до них доберутся наёмники. Тем более, что Глория говорила, что почти весь отряд из усадьбы выехал с утра в неизвестном направлении.

– Есть, капитан! – воскликнул Эрнесто, который ни на миг не отвлекался от наблюдения за кораблём. – Они тоже подают нам сигнал.

Пабло повернулся и действительно заметил тонкую струйку дыма на носу баркентины.

– Так, Эрнесто, отойди немного в сторону, чтобы они могли читать мои знаки правильно.

– А вы знаете морскую азбуку, капитан?

– Я многое чего знаю, Эрни, – ответил Пабло. – Правда, вместо флажков нам придётся воспользоваться подолом мой рубахи, – весело подмигнул он артефактору, безжалостно разрывая при этом дорогую ткань и закрепляя эти обрывки на коротких палках.

– Эх, знать бы раньше! – воскликнул Эрнесто. – Я придумал отличный сигнальный артефакт! Его вполне можно было испытать здесь и в случае удачи использовать на море, но он остался в Банго.

– Ничего! Мы и так договоримся! – ободряюще воскликнул Пабло и сделал первый жест.

Эрнесто отошёл, давая капитану возможность работать и начал осматривать местность. Всё-таки каким бы рассеянным и неуклюжим он не казался, но Эрнесто тоже закончил академию и, хотя бы минимальные знания о боевых действиях у него имелись, несмотря на то, что учился он на артефактора.

Пабло работал небыстро, чувствовалось, что эти действия ему непривычны. Но он старался делать всё чётко и аккуратно. Весь «разговор» занял у него минут сорок и после этого он опустил флажки и сел прямо на землю.

– Всё спокойно, Эрни?

– Да, пока никого не обнаружено, здесь всё просматривается на много лье. Никого нет, капитан, – повторил он. – А какие указания дал командор?

– Командор в гневе, что мы задержались с разведкой. Задание нам всё то же: определить силы противника и их расположение. И на это нам даны всего лишь сутки. А ещё он приказал обеспечить безопасность Глории. Интересно, почему ей такое особое внимание? – иронично поинтересовался Пабло, закатив при этом глаза.

– Так это всем известно! – наивно поверив нечаянному интересу капитана, воскликнул Эрнесто. – Дон Карлос влюблён в Глорию, но уже два года не решается к ней подойти, считая себя недостойным такой красавицы. Глория и правда хорошая девушка, даже я это понимаю, но она никому не отдаёт предпочтения. Поэтому и непонятно, кого она осчастливит на балу выбора, мечтательно закончил Эрнесто.

– Вот оно что…, – протянул задумчиво Пабло. – А я и не знал… И это меняет дело… Но давай быстро вернёмся к нашим, – спохватился он. – Командор дал задание показать вход в скрытую бухту, – и мужчины заторопились обратно к оставленным товарищам.

***

Командор, неотрывно смотрел на берег, но Глории рядом с разведчиками не было. Известие о том, что девушка на острове и бежала из плена, привело его в состояние возбуждения. Ему хотелось немедленно сделать что-то, чтобы оказаться рядом с ней, защитить, ободрить, но… И он лишь скрежетал зубами, понимая свой бессилие.

С другой стороны, в послании разведчиков был и плюс: место, которое они выбрали для подхода к берегу практически не посещалось местными. И это давало шанс высадиться на берег незаметно, да ещё и недалеко от усадьбы управляющего. Что же касается самих разведчиков, то командор был уверен, что капитан Фереро справится. Судя по его характеристике, которую командор читал вместе с другом, парня готовили именно для десантных операций и самостоятельных действий. Ценный специалист.

– Лоренго! – позвал он второго помощника. – Мы сейчас снимемся с якоря и начнём поиск бухты. Отряд накормить, думаю, что позднее нам будет не до этого. К вечеру мы должны быть у берега. Высадка может быть прямо в воду, предупреди всех. Всем иметь наготове верёвки и крючья: подъём наверх может быть сложным. На корабле оставить десять человек для охраны арестованных, за которыми тщательно следить на случай побега, кормить и поить один раз в день. Потом разберёмся, кому что причитается.

«Разберёмся…», – повторил про себя командор, глядя вслед помощнику. Ему не раз приходилось брать на себя командование отрядами и власть в захваченных или освобождённых поселениях, и он не испытывал трепета перед такими проблемами. Но сейчас на этом острове скрывалась где-то Глория, и этот факт сильно тревожил Карлоса.

– С якоря сниматься! – отдал он команду вахтенному и матросы, те что приняли новое руководство, кинулись выполнять приказ.

К сожалению, их было не так много и недостающая часть экипажа была пополнена бойцами командора, но не полностью. Во-первых, многие совсем не были знакомы с корабельной службой, а, во-вторых, люди были нужны самому командору для захвата острова. Отправляясь сюда, он предполагал, что могут произойти вооружённые стычки, но даже и подумать не мог, что практически у них под носом есть пиратский остров, где держат рабов. Для королевства Эстариолы это очень серьёзное преступление, за которое полагается казнь. Вызывать же сейчас подкрепление было некогда, да и затруднительно из-за отсутствия магии, поэтому рассчитывать командор мог только на свои силы.

Марсовым сегодня был боец командора. И он, и сам командор внимательно изучали берег, вдоль которого тихо двигался корабль. Пока пираты не знали об их планах и это давало командору возможность внезапного появления.

{(марсовый – матрос-наблюдатель, сидящий в «вороньем гнезде» – бочке на марс-площадке фог-мачты)}

Корабль медленно разворачивался, чтобы обогнуть выступающий мыс. По заверению разведчиков немного восточнее была скрытая бухта, где для корабля подадут сигнал дымным костром. Но, главное, надо было не пропустить вход в эту бухту, так как с моря она была не видна, закрываемая крупной скалой. Неожиданно марсовый выбросил вперёд руку и прокричал:

– Вижу дым!

Командор тут же передал команду рулевому:

– Держать на ориентир!

Медленно, осторожно, крадучись входил большой корабль в узкое горло бухты. Нескольких бойцов командор послал на нос, чтобы они криком предупреждали о возможных рифах. Но вскоре дальнейшее продвижение корабля стало невозможно из-за мелководья и командор отдал приказ встать на якорь и спустить шлюпки. Но шлюпок было мало, как и времени у командора, ведь сигнальный дым могли заметить и наёмники с острова. Поэтому в шлюпках перевезли снаряжение и продовольствие, а бойцы отряда одновременно с этим добирались до берега вплавь.

Командор покинул корабль с последней шлюпкой, оставив на нём за главного своего второго помощника – Хосе Лоренго.

Ещё с корабля командор увидел тонкую фигурку Глории, стоящую рядом с угасающим костром, и уже не терял её глазами. «Молодцы! – оценил командор. – Корабль вошёл в бухту, дым уже не нужен». Но, выйдя на берег, он заметил рядом с ней Пабло Фереру, который стоял непозволительно близко к девушке, по мнению командора, и фамильярно придерживал её за талию. Он тут же вспомнил этих двоих в кабинете Фереро и как тот по-свойски обнимал там Глорию. Глаза командора тут же потеряли блеск и теплоту и превратились в два холодных кристалла.

– Благодарю за службу, капитан, – кивнул он Ферере и, скользнув равнодушным взглядом по Глории, распорядился:

– Ортега, Эрнесто! Организуйте лагерь и короткий отдых отряда. А нам, капитан, надо обсудить положение.

Карлос заметил, что Глория вначале шагнула к нему с улыбкой, но посчитал это обычной благодарностью и лишь кивнул ей, приветствуя. Глория нерешительно остановилась, а дальше командору наблюдать за ней стало некогда: они не на прогулке и от скорости их действий зависят многие жизни. Так что – всё потом!

– Докладывай подробно, – обратился он к Пабло, когда они отошли подальше и убедились, что их не слышат.

– Да нечего особо докладывать, – признался начальник УМа. – Единственная наша удача – служанка Глории, которая может многое рассказать об острове. Но пока мы только выяснили, что недалеко есть деревня, в которой можно укрыть девушек на время.

Командора задело, как легко капитан назвал имя Глории, без обязательных «леди» или «сеньорита», что подтверждало их близкое знакомство, вспомнил опять их встречу в Уме, но не подал вида и не показал своего разочарования, продолжив разговор.

– Надо выдвинуть дозор к дороге, ведущей в усадьбу. Как только появятся наёмники, немедленно сообщить артефактом. Мы в это время устраиваем засаду и арестовываем Васкеса. Пока наёмники не знают, что с их капитаном и не напали на судно, у нас есть возможность опередить их. Не забывай, что у них есть бриг и они отлично знают побережье. Кстати, о бриге. Необходимо направить группу захвата на бриг. Надо не допустить, чтобы у пиратов осталось своё судно. Дальше: в деревню с девушками отправить Ортегу и оставить его с ними. Эрнесто идёт со мной: на его артефакты у меня особые надежды. Жаль, что их не так много. У тебя есть какие-то предложения? – обратился он к капитану.

– Нет, командор, – ответил Пабло. – Вы кратко и точно описали наши задачи. Я согласен с вами. Единственный вопрос: как быть с теми наёмниками, которые живут в деревнях и на рудниках?

– Прямо сейчас они для нас опасности не представляют, потому что просто не знают о нас. А после ареста Васкеса и его отряда, нам придётся проехаться по острову и зачистить его. Но те, кто перейдёт на сторону короля, будут помилованы.

– Согласен, – опять кивнул Пабло и мужчины вернулись к лагерю, где Глория, Мари и дежурные гвардейцы организовали скудное питание из рациона отряда.

Карлос и Пабло присоединились к одной из групп и быстро поели. Командор старался не смотреть в сторону Глории. Ему вдруг стало совершенно ясно, что его неуклюжая попытка начать ухаживания за девушкой, была абсолютно напрасной. Хмурясь, командор наблюдал за сворачиванием лагеря и прощанием Пабло и Эрнесто с Глорией. Сам он прощаться не подходил: зачем лишний раз испытывать горечь разочарования, но повинуясь внутреннему беспокойству, назначил девушкам сопровождение из пяти бойцов и потом долго смотрел, как маленькая повозка скрывается вдали. Глория не оборачивалась, но командору казалось, что она расстроена.

«Наверное, переживает за своего Фереро», – с горечью подумал командор. Он, конечно, слышал, что у Пабло есть невеста, но также слышал и то, что тот собирается расторгнуть помолвку. И Карлос даже понимал почему: Глория – причина такого решения. «Но меня это уже не касается» – ожесточённо одёрнул себя командор и занялся отрядом.

Через некоторое время весь отряд уходил в сумерки, оставив на берегу только двоих человек для связи. Командор определил место засады ближе к усадьбе, так подсказала Мария. Там нашлась удобная расщелина, в которой легко было укрыться, и даже без подзорной трубы можно было наблюдать как за обитателями усадьбы, так и за дорогой. Он предполагал, что наёмники вернутся в усадьбу и не ошибся. В вечерней тишине командору хорошо были слышны голоса переговаривающихся.

– Мари! Мари! – надрывался чей-то визгливый голос. – Где эта недостойная девка, когда она нужна?!

– Тётка Ана, они с госпожой уехали на прогулку! – ответил звонкий мальчишеский голос.

– Вот вернётся дон Васкес, он им покажет прогулку, – угрожала тётка. – Слишком много воли дали этой Мари. Подумаешь, спит с доном, так это пока хозяйка не приехала…

Несмотря на позднее время, усадьба продолжала бодрствовать из чего было ясно, что здесь ждали возвращения наёмников. И они появились.

Вначале послушался глухой стук копыт, а затем и показалась тёмная масса неровного конного строя, устало направляющегося к открытым воротам усадьбы. И было их по примерным подсчётам командора не меньше сотни. «Вот зачем уезжал Васкес! – понял Карлос. – Собрал свободных наёмников! Побоялся нападать на корабль силами одного брига. Не дурак! Но это ему уже не поможет».

Поднеся к губам переговорник, командор отдал команду Пабло, который со второй частью отряда расположился по другую сторону дороги:

– Начали!

Тут же с двух сторон под ноги лошадям полетели несколько артефактов. Они взорвались с громким хлопком, сразу выведя из строя с десяток наёмников по всей колонне. Строй смялся. Кони ржали и рвались на свободу. Наёмники выхватили шпаги и рапиры. Но, похоже, амулетов боя у них не было. В ночном полусумраке определить кто где было довольно сложно. Но Эрнесто, объединив два артефакта, осветил место стычки. Несмотря на внезапность, она получилась жёсткой и кровавой. Никто не хотел уступать. Наёмники оказались умелыми бойцами и оказывали упорное сопротивление, понимая, что их ждёт суровая кара и пытаясь теперь просто пробиться к бригу, чтобы бежать.

Они ещё не знали, что бриг уже захвачен по приказу командора, благо Васкес не подумал о таком варианте. Ведь они и не знали, кто находится на баркентине вместе с хозяином. Но то, что корабль остался на рейде, а не вошёл вслед за ними в бухту, естественно, вызвало тревогу. Ведь сам Гомес прекрасно знал фарватер и мог провести корабль с завязанными глазами. А раз корабль стоит на рейде, значит, либо Гомеса на корабле нет, либо он арестован. Оба варианта опасны для острова, вот поэтому Васкес и кинулся собирать наёмников. Но…

Бой длился уже долго, а окружить и разоружить противника никак не удавалось. Особенно сопротивлялась группа вокруг Васкеса, и Карлос рванулся туда, собираясь обезвредить главаря. Случайные раны, полученные в пылу сражения, пропитали рукава рубахи кровью, но он не обращал на них внимания. Наконец, перед ним оказался Васкес. «Серьёзный противник», – оценил командор пиратского вожака. Шпаги столкнулись, высекая искры. Оба мужчины не хотели уступать, а реальный бой – это не тренировочный поединок. Васкес дрался ожесточённо, понимая уже, что помощи ниоткуда не будет. Тем более, что кто-кто, а Васкес знал репутацию Карлоса Переса получше многих: не раз его молодчики сталкивались с нарядами стражи и с самим Пересом во время неудачных рейдов в Банго.

Васкес наседал. Видя, что командор ранен и устал, он рассчитывал на удачу. Даже уже строил про себя планы бегства с острова. Вот только прикончит этого надоедливого командора. Вж-жик! Шпага пирата просвистела в дюйме от виска Карло. Командор подобрался. Нн-а! его шпага уткнулась в грудь пирата, но из-за кожаного нагрудника нанести серьёзный вред не смогла. Однако, этот выпад задержал Васкеса, он скосил взгляд на место раны и это дало Карло возможность усилить натиск. Рука с усилием оперлась на гарду и шпага, преодолевая сопротивление нагрудника, вошла в тело пирата.

Командор резко выдернул клинок, и Васкес начал медленно оседать на землю, а его одежда быстро набухала кровью. Видимо, шпага повредила артерию. Карло не стал наблюдать за его агонией. Врагов ещё хватало, и он ринулся в новую битву. Но Васкес ещё был жив. Ещё мог что-то сделать. И он сделал. Медленно, непослушными пальцами он достал из поясного тайника артефакт. Последнюю надежду, последнее избавление. Нет, не себе. К сожалению, всё своё он уже получил и жизнь уходила из пирата вместе с толчками крови. Эту последнюю надежду он подарит командору. Пусть испытает силу смертельного зелья… Главное, попасть на кожу…

Удерживая сознание усилием воли, Васкес вскрыл фиал и, собрав последние силы, метнул его в командора, спина которого настырно маячила перед глазами. «Будь ты проклят…», – на этой мысли глаза пирата навсегда закрылись.

И он не видел, как командор, получив удар в спину, обернулся. Попытался рукой смахнуть остатки зелья с плеч, но брызги, которые попали на шею, на окровавленные плечи уже начали действовать. Судороги охватили мощное тело командора. Он понял, чем его «наградил» пират, но яд уже действовал. Паралич сковал не только тело, но и язык. Командор рухнул на землю. В таком состоянии человек пребывал некоторое время, а потом погибал. «Панцирь смерти» был на самом деле смертельным зельем.

Двое стражников кинулись к своему командору: его уважали и ценили подчинённые, гордились им. Командора вытащили из общей свалки сражения и вызвали целителя. Их в отряде командора было двое. Сейчас к нему бежал парень, подающий большие надежды, недавний выпускник академии.

– Светлая богиня! Откуда здесь это зелье?! – сразу понял причину целитель. – Срочно нужно противоядие! Срочно! Если через два часа командор его не получит, то будет поздно! Зельевара!

На всём острове сейчас был только один зельевар – Глория. Эрнесто, стоящий рядом с Пабло, воскликнул:

– Я! Я знаю Глорию и могу ей помочь! Я оставлю для командора лечебный артефакт. Он замедлит действие зелья. За это время я доскачу на коне до Глории. Она приготовит зелье, и я привезу его. другого варианта просто нет, – выдохнул Эрнесто, с беспокойством поглядывая на командора.

Затем он встрепенулся, начал быстро перебирать и пересматривать свои артефакты, выбирая нужный, и положил на грудь командора массивный медальон.

– Вы! – поправил его Пабло, который по рангу теперь стал командиром всего отряда. – Вы с бойцом охраны на конях, быстрым галопом немедленно выезжаете до той деревни, где сейчас находится Глория. Окажите ей любую помощь в приготовлении противоядия. На сколько времени хватит действия твоего артефакта?

– На пять часов точно, но это зависит от степени поражения организма и от силы командора.

– Действуйте!

Эрнесто и один из бойцов, что нёс командора, взметнулись на коней, оставшихся без всадников, и растворились в ночи. Пабло оглядел место затихающего боя. Сопротивление пиратов было сломлено и большинство из них уже сидели разоружёнными со связанными руками под охраной стражников. Остальных тоже разоружали и связывали, сгоняя всех вместе. Пабло отдал приказ выдвигаться к усадьбе. А троих бойцов отправил к баркентине с приказом идти к основному причалу возле усадьбы. Пора было всем собираться вместе и отправляться в Банго. Что делать с островом и с арестованными пиратами должен был решить король.

Пабло понимал, что только в силу обстоятельств стал командиром этого отряда, и то уже в конце сражения. И ему, не имеющему здесь ни друзей, ни знакомых, как никогда нужна достойная репутация и успешное дело. Это рейд был, как нельзя, кстати. А тут ещё и смертельное ранение командора. Если Пабло сделает сейчас всё правильно, то его положение в городе значительно укрепится. А Глория… А, что Глория? Временно можно и отступить, зато потом можно будет всё вернуть с избытком. Пабло в этом нисколько не сомневался. Пока он по-прежнему воспринимал Глорию молоденькой зельеваркой из академии, забывая, что девочка выросла и не зная о замене души.

Он помнил восторженно-доверчивые глаза девушки, когда он пригласил её на их единственный танец. Правда, он помнил и как они потухли после его слов, что признаваться в любви мужчине – это дурной тон и только его благородство оберегло Глорию от грязных слухов. Конечно, при этом он немного перебрал с презрением, но лучше так, чем постоянно видеть где-то рядом укоряющие глаза. Ведь в то время он только начал встречаться с роскошной однокурсницей, и обожающая его девочка-подросток мешала проявлению пылкой страсти, попадаясь им в самых укромных местах. Что обо всём этом думала тогда Глория его вообще не волновало. А вот сейчас… Зная, как относится к Глории командор, Пабло приказал себе придержать натиск. Унижать командора, которого любит весь город было опасно. Однако, если выбор сделает сама Глория…

***

– Лори! – влетая на полном ходу в деревню, Эрнесто орал во всё горло, призывая девушку.

Он не знал, в каком доме они нашли приют, но надеялся, что его услышат. Первыми откликнулись собаки, которые дружно облаяли полуночных гостей. Где-то хлопнула дверь, где-то заскрипела калитка, а рядом с остановившемся Эрнесто раздался тихий голос Ортеги:

– Чего орёшь?

– Орти! Командор ранен! Смертельно! Срочно нужно противоядие! Где Лори?!

– За мной! – коротко скомандовал Ортега и бегом направился к крайнему домику. Эрнесто и стражник быстро последовали за ним.

– Лори! – воскликнул вновь Эрнесто, увидев девушку. – Нужно противоядие от «панциря смерти». Командор ранен.

– Как?!

Вначале Глория замерла, не в силах понять услышанное, но мозг уже лихорадочно заработал, вспоминая что нужно и где это нужное можно взять.

– Мари! Пиши! – Лори продиктовала список ингредиентов и передала их Эрнесто. – Хоть из-под земли достаньте, но, чтобы через час всё было здесь. Найдите местного травника, у него, наверняка, есть необходимое.

Но самый главный компонент чудом судьбы был у самой Глории. Она ясно вспомнила, что очнулась в трюме, держав руках пучок пригожницы. Этот пучок она спрятала потом в поясе штанов, а поскольку все эти дни одежда не менялась и лишь сегодня вечером девушке удалось впервые нормально помыться, то травка так и лежала в поясе брюк. А сами брюки…

– Мари! – тревожно окликнула Лори служанку. – Ты почистила уже мою одежду?

– Да, госпожа, – привычно присела в коротком поклоне девица. – Ваши вещи готовы.

– Неси! Нет, подожди. Я сама.

Глория быстро зашла во вторую комнатку и переоделась. Хозяева домика давно перебрались в усадьбу управляющего, и староста деревни выделил им вчера вечером это дом для постоя. Ему они назвались гостями управляющего и, как ни странно, эта ложь не вызвала никакого удивления.

Лори проверила поясной карман и бережно вынула из него небольшой пучок пригожницы. Без этой невзрачной травки противоядие будет нестойким. А в случае отравления «панцирем смерти» главное – долгое действие лекарства, потому что мышцы и сухожилия будут восстанавливаться медленно и если действие лекарства прервётся, то человек может остаться парализованным на всю жизнь, если, вообще, выживет. Глория не могла даже представить такую судьбу командору.

Она быстро начала готовить посуду, очаг, искать подходящие инструменты. Ни на минуту девушка не сомневалась в силе командора: он обязательно выдержит и дождётся её помощи. Но так думала Глория-зельеварка. А душа Глории-девушки рвалась и металась. Как же так?! Как случилась эта беда?! Ей казалось, что если бы она была рядом с Карло, то ничего подобного не произошло бы.

Она уже забыла свою лёгкую обиду на командора, когда он, сойдя на берег, даже не подошёл к ней поздороваться и только кивнул издалека. Вначале она не поняла в чём дело, ведь прощаясь тогда под окном, он ясно показал свои чувства. Но потом она вспомнила объятия Пабло в кабинете УМа, кончик шпаги командора в дверях, вспомнила, как сегодня на берегу Пабло по-хозяйски обнимал её на глазах у всех гвардейцев и командора и от досады на все эти нелепые случайности у неё совсем испортилось настроение. Она и понимала командора, которому почудились её особенные отношения с Пабло, и в то же время обижалась на него. Ну, неужели опытный, взрослый мужчина не мог разобраться, как на самом деле обстоят дела?! Однако, сейчас, после сообщения Эрнесто, все эти переживания показались пустыми и никчёмными. Все мысли теперь были только о ранении командора.

«Карло! – всхлипывала про себя Лори, кроша и измельчая нужные травы, которые неизвестно где и неизвестно как добыл Эрнесто. – Карло! Только дождись! Я успею! Я смогу… И пока ставила на огонь, варила, непрерывно помешивая, снимала и остужала, глядя на бурлящую воду, как будто приказывая ей остыть, она не замечала, как идёт время, невольно торопя его. Но вот последняя капля была вылита в стеклянный флакон, принесённый Эрнесто, и Глория спросила у него:

– Сколько у нас времени?

– Ещё три часа, Лори. Спасибо! Мы быстро! – подхватив флакон, Эрнесто рванул к выходу.

– А я?! – устремилась за ним Глория, не желая оставаться в неведении.

Ортега молча выскочил вслед за ней и через минуту уже подводил лошадей.

– Давай, Лори! Мы их догоним!