ГЛАВА 7.

– Мы с вами, дон Роберто, местные и хорошо знаем друг друга, – медленно начала Исабель. – Вы помните, что при жизни мужа я ничем не занималась, кроме дома. Он служил и этих денег нам хватало, тем более, что детей так и не случилось, – она судорожно сжала в руках салфетку и сглотнула комок в горле, но после небольшой паузы продолжила. – После гибели мужа мне пришлось искать дело, чтобы оно приносило доход или выходить снова замуж. Замуж я тогда не хотела, а дело… Дело нашла. У нас были деньги, и я купила трактир. Вы помните, его хозяева, как раз уезжали в столицу.

– Помню, – подтвердил дознаватель, давая женщине возможность перевести дух.

– Оказалось, что у меня есть нужная жилка и дело пошло на лад. Но мне пришлось самой устанавливать связи с поставщиками, с нужными людьми, даже с контрабандистами. Конечно, я старалась не нарушать закон, но иногда это невозможно, – она опять замолчала, и Роберто терпеливо ждал.

– Тогда, лет пятнадцать назад, мы и сошлись близко с Гомесом – хозяином порта. Вначале мы стали любовниками, но вскоре остановились только на деловых отношениях. У него семья, которую я прекрасно знаю, и мне не нужны лишние проблемы. Тем более, сынок у него – та ещё скотина: готов был залезть мне под юбку прямо при отце. Но это неважно, – она опять примолкла и теперь молчала гораздо дольше.

– Я не знаю, как у Гомеса появился этот остров. Но именно в то лето он начал делать мне заказы на эль в бочках. Эль мы варим сами, вы же знаете, – Роберто молча кивнул, чувствуя, что рассказ приближается к важным фактам. – Его матросы, бывая у нас в трактире, рассказывали удивительные вещи, когда были пьяны. Так я узнала, что на острове появились рабы. Их ловили во всех провинциях королевства, захватывали торговые и пассажирские суда. Но чаще это были крестьяне, мужчины и женщины, в основном молодые и те, кого не будут долго искать. Я знала об этом, но не сказала ни вам, ни Карло. Карло…, – женщина некрасиво сморщилась, удерживая слёзы. – Я его полюбила сразу, как только он приехал к нам. А он не обращал на меня внимания. И я захотела стать ещё богаче и знаменитей, чтобы он, наконец, понял какая женщина добивается его. Я пошла на сделку с Гомесом и стала продавать тайно камни, добытые на острове. А Карло… Карло влюбился в эту пигалицу, зельеварку! Что, вообще, находят в ней мужчины?! Смотреть не на что! И она ещё объявляет Выбор?! Да, какое она имеет право?! Нашлась тоже! – разбушевалась трактирщица и Роберто остановил её новым вопросом.

– Так вы всё же похитили Глорию? Из ревности?

– Вот ещё! Похищать! Не моё это дело. И ревности никакой нет, просто она слишком много о себе думает.

– А что же вы сделали? – вкрадчиво спросил Роберто.

– Ничего такого, – замялась вдова. – Я видела, как они с Ортегой выехали за город на сбор трав. Они часто так делают, это знают все. Но у этой пигалицы в городе была охрана, а в лес она поехала только с Ортегой. Такой случай нельзя было упускать, и я сообщила в порт вестником. Гомес сам говорил, что хочет получить Глорию в жёны своему сыну.

– А вы, значит, добровольной свахой выступили? – неприязненно спросил Роберто. Эта женщина совсем перестала ему нравиться.

– А что такого! Все девушки выходят замуж. Да ей ещё повезло, что такая богатая семья берёт её в невестки. Она же бедна, как простая горожанка. Даром, что леди! И командор бы успокоился, если бы она вышла замуж. И никакого бала Выбора не было бы… всё к лучшему.

Роберто выключил кристалл и поднялся с места. Больше здесь нечего было делать, всё ясно.

– Собирайтесь, дона Парра. Вы арестованы.

– За что?! – вскинулась было женщина. – Я же вам честно всё рассказала.?!

– Вот, за и это и арестованы. Дознание разберётся в вашей вине и назначит наказание. Прошу, – Роберто посторонился, пропуская вдову к выходу.

Та вышла из комнаты и подозвала служанку. Отдав распоряжения о работе трактира, женщина недовольно и раздражённо обратилась к дознавателю:

– Ну?! Долго мне ждать?! Я не намерена терять из-за вас прибыль и не буду закрывать заведение.

– Ваше дело, госпожа Парра. Вы всегда сможете передать нужные указания из камеры, – усмехнулся Роберто и больше не разговаривая, и не отвечая на реплики вдовы, повёл её в магистрат, где в подвале и находилась местная тюрьма. Хотя он и предполагал, что даму скорее всего отправят под домашний арест.

Вдова же, следуя за дознавателем, вспоминала свои «признания» и размышляла не слишком ли она ударилась в роль несчастной, одинокой, безответно влюблённой женщины? Сможет с помощью этой роли выкарабкаться из истории с контрабандными камнями и рабами, которые частенько проживали в подвале трактира до момента отхода «Изабеллы» из порта?

Своим признанием она сейчас привлекла внимание к Гомесу, но так ему и надо, жирному борову. А, признаваясь в малом, вдова надеялась избежать более серьёзного обвинения.

***

В лёгких вечерних сумерках баркентина «Изабелла», которая, как и бриг, как и ещё несколько кораблей, принадлежала лично семье Гомес плавно подошла к причалу в порту Банго. Всё-таки матросы у него были вышколены основательно. И даже то, что только половина из них перешли на сторону властей, позволило привести корабль в порт без проблем и без опоздания. А рулевой и вовсе добровольно перешёл на сторону закона, узнав, что командует операцией сам командор.

Всё руководство города, маги, часть стражи и просто жители толпились на гранитной набережной, ожидая швартовки. Никто не знал с чем пришёл корабль, но все знали, что отправлялся он на таинственный Зелёный остров. И что командор Перес заставил дона Гомеса отправить корабль буквально силой. Теперь всем не терпелось узнать результат этого морского рейда.

Командор, Пабло и Глория стояли на капитанском мостике и смотрели на приближающийся город. Но до швартовки, высадки и встречи было ещё не меньше часа. Это не такое простое и быстрое дело: причалить большой парусный корабль.

Пабло искоса поглядывал на командора и Глорию, которая стояла совсем рядом с ним и при каждой волне, когда корабль качало в сторону, пыталась незаметно подставить командору плечо. А тот неизменно сам обнимал её за пояс и тоже поддерживал.

– «Прямо идиллия», – усмехался про себя Пабло. Все его романтические мысли насчёт Глории вымелись из головы сегодня. После обеда, когда стало ясно, что вот-вот покажется Банго, Пабло спустился в каюту командора, чтобы оценить его состояние. Целители докладывали, что командор пришёл в себя и ему становится лучше с каждым часом. Но капитану надо было знать, каким будет командор к вечеру. Сможет ли он доложить результаты, или ему надо готовиться это сделать самому.

Пабло не стал стучать в дверь каюты, а просто толкнул её и вошёл. Картинка, которую он видел, и которая явно не предназначалась для посторонних глаз, неприятно поразила его. Командор и Глория стояли рядом, сомкнув объятья. Может быть, там и не было никакого подтекста, но Пабло показалось, что был. Что Глория слишком бережно обнимает командора, а командор слишком нежно склоняется к ней.

Потом взгляд его упал на стол, где были разбросаны несколько бумаг. Одна из них лежала практически с краю, и он моментально ухватил несколько строк текста. И сразу сделал вид, что не видел его.

– Командор, простите, что потревожил. На горизонте Банго, вы сами будете докладывать о результатах?

– В-в-месте с т-тобой.

Говорить Карлосу было ещё трудно, как, собственно, и стоять, и ходить. Это Пабло понял сейчас. Понял и почему Глория поддерживала командора так тесно: он пытался сделать первый шаг. А ему, Пабло, почуялось уже не весть что. Но также он понял, что пришёл не вовремя, молчание командора и Глории об этом красноречиво говорило. Поэтому, отговорившись делами, Пабло покинул каюту, но зарубку на память оставил.

Весь день до подхода к порту он размышлял над увиденным документом. Это была бомба, сенсация! Этот документ многое поменяет в аристократической верхушке Банго. И не только Банго. Но стоит ли ему втягиваться в эту гонку? Вот об и думал. Да или нет? Глория или уже сговорённая невеста? Та, что скоро приедет сюда, Та, что ему совершенно не нужна и никогда не была нужна. Но на его пути к Глории – командор. Так стоит ли?! Стоя сейчас на мостике «Изабеллы» и наблюдая искоса за своими спутниками, Пабло совершенно точно понял: надо и дальше делать вид, что он не знает о наследстве Глории. Раз она сразу ему не сказала, значит, не доверяет. И усугублять это недоверие не стоит. Сама расскажет или объявит, когда посчитает нужным. Такие сведения не утаивают, тем более, что ей надо входить в наследство. В общем, все дальнейшие действия – по обстоятельствам, принял решение Пабло и успокоился.

– Лори, ты сразу поедешь домой или зайдёшь в магистрат? – обратился он к девушке.

– Домой, наверное, – через небольшую паузу ответила Глория и вопросительно взглянула на командора. – Если только командору не нужна будет моя помощь, – уточнила она. – Но дома я быстрее смогу приготовить новую порцию зелья. Хотя целители уверяют, что в Банго они справятся просто магией.

– В-вам н-надо от-тдохнуть, д-дорогая, – запинаясь и жёстко отделяя слова с трудом выговорил командор.

«Живучий, дьявол! – невольно восхитился про себя Пабло. – После такого выжил, да ещё и восстанавливается быстро. Наверное, потомок драков. Надо о нём разузнать подробнее». Вслух же поддержал командора:

– Командор прав, Глория. Ты почти двое суток на ногах без сна и отдыха. Целители сейчас сдадут командора в лазарет и там его поместят в капсулу. Он всё равно будет сутки спать под лечебным сном. И ты отдохни. А завтра с утра приходи в магистрат. Уверен, после допросов Гомеса и пиратов, у дознавателей появятся к нам вопросы.

– Я понимаю, Пабло. Спасибо тебе за заботу. Наверное, я так и сделаю. Но можно, я заберу с собой Кристину? У неё в Банго всё равно никого нет, а мне как раз нужна помощница.

– Об этом можешь не волноваться. Забирай девчонку, но, если её показания будут нужны, то пусть Ортега проводит свою подружку. Ты заметила, что они тянутся друг к другу?

– Заметила, – улыбнулась Лори. – Но там никто не будет против. Родители Ортеги давно мечтают его женить, а родители Кристи вряд ли откажутся от такого брака, – она заметила на палубе тех, о ком говорила и приветливо помахала рукой.

Ортега в ответ кивнул, а Кристи присела в книксене. Корабль, наконец, отдал швартовы. Матросы сбросили сходни и Пабло подал руку Глории, чтобы свести её на причал. Но девушка подхватила под руку командора. С другой стороны командора поддержал Ортега и все трое осторожно спустились на Землю. Командор всеми силами пытался облегчить им задачу. Но Глория видела, как пот струится по его лицу и шее, с каким трудом Карло переставляет ноги и поняла, что эльфийская капсула сейчас – лучший вариант для мужчины. На земле тоже увидели, что с командором не всё в порядке и многоголосый шум как-то сразу стих. Затем началась другая суета: народ расступился, к сходням подкатила бричка, откуда-то появились маги и стража. И уже по одному этому факту было понятно, как любили и уважали командора в городе.

И как только командор ступил на землю, его подхватили уже другие руки. Глорию и Ортегу оттёрли в сторону. Командора усадили в бричку, и та рванула к госпиталю. Ортега с Глорией переглянулись и неторопливо направились в город. За Ортегой, держась за полу его сюртука, неотступно следовала Кристи.

Они опять не поговорили с Карло. Хотя и без слов им обоим всё было ясно. Они чуть было не поцеловались там в каюте, да не вовремя вошёл Пабло. Но Карло молчал, а сама Лори не могла начинать первой. Что она знает о командоре? Ничего. Может, он молчит не просто так. Может, у него где-то есть невеста или, вообще, семья. Недаром же вдова ничего не смогла добиться. А она женщина видная. Так что Глория решила подождать, когда командор скажет всё сам. Но она всё равно надеялась, что важна командору так же, как он ей. Что та любовь и нежность, которую она видела в его глазах, предназначалась именно ей.

Где-то там за спиной остались Пабло, градоначальник, дознаватели. Глория видела там и Роберто. Но зато она не увидела Исабель Парры и была этому откровенно рада. Потом они успели заметить, что после короткого доклада Пабло градоначальнику, все стражники на причале сосредоточились у корабля, а, оглянувшись через некоторое время, они увидели, что из трюма корабля цепочкой выводят пиратов и собирают их в кучу под охраной стражи. «Слава богине! Всё самое трудное закончилось, – подумала Глория. – Теперь они ответят за всё». И больше уже не оглядываясь и не тревожась, они пошли к дому.

– Орти, ты понимаешь, что Кристи будет теперь жить у меня? Хотя…, – вспомнила вдруг Глория и обратилась к девушке. – Кристи, может ты хочешь вернуться к донне Мэйд? Знаешь, она даже просила меня разыскать тебя.

– К донне Мэйд? – приостановилась девчонка. – А вам я не нужна? – и на её глаза навернулись слёзы.

– Что ты! Нужна ещё как! – воскликнула Лори. Которая уже успела привыкнуть к этой простой, бесхитростной девчонке. – Так что, если ты согласна, то добро пожаловать в Ларги-дон!

Они как раз подошли к калитке, и Глория гостеприимно распахнула её. Скоро, очень скоро здесь начнутся серьёзные обновления. И верные люди будут ох, как нужны.

***

Утро застало Глорию и их поверенного в кабинете за изучением документов. Ещё с вечера Лори сообщила мэтру Хуано Агилару, что ждёт его рано утром до похода в магистрат. Мэтр не отказал и до завтрака успел бегло ознакомиться с документами. Они бы и завтрак пропустили, но у тётушки такое нарушение не проходит: им принесли плотный перекус прямо в кабинет. Тётушка, когда надо, вполне понимала занятость и старалась в своей заботе сильно Глорию не отвлекать. Кристи уже освоилась в доме и расторопно накрыла маленький столик в углу. Но мэтр и во время завтрака не переставал задавать вопросы, и Глории пришлось отвечать сразу, хотя по натуре она была не склонна выдавать кому-либо свои секреты походя, даже поверенному. А тут пришлось подробно рассказать всю историю на острове.

– Леди, в прошлый раз, принимая наследство родителей, вы произносили клятву рода. А сейчас её придётся дополнить магической клятвой приобретения собственности. Видите ли, если бы вы просто купили этот остров, то никаких сложностей не было бы. Но вы получили в наследство {вновь открытую землю}. Она была ничья и ваши родители не успели занести её в реестр собственности королевства. И пока она туда не занесена, и пока вами не произнесена магическая клятва, эта собственность находится в подвешенном состоянии. Вроде бы она принадлежит вашей семье, но … она нигде не зарегистрирована и за вашей семьёй не значится. Вам понятна ситуация?

– Ещё бы! Вполне понятна, – хмуро ответила Лори. – Сейчас любой может зарегистрировать этот остров без всяких затруднений.

– Ну, не совсем без затруднений, всё же магия отметила ваш документ. Но есть умельцы обходить магические печати. Поэтому клятва и регистрация – это первое, что вам необходимо сделать сегодня, – выделил он голосом.

– Меня ещё дознаватели должны вызвать, – угрюмо заметила Глория.

Настроение у неё было не очень. Она панически боялась обнародования своего нового статуса – статуса богатой наследницы древнего рода, понимая, что это повлечёт разговоры, слухи, сплетни, пустой интерес, навязанные знакомства, ненужные визиты… Она к этому не была готова. Но и выхода не было. Клятва и регистрация действительно нужны. Даже если ей не нужен этот остров, и она с ужасом представляет какие работы и заботы там ей предстоят, то ради памяти родителей, она не смеет от него отказываться. «Да, и с чего?! – обозлилась вдруг на свою нерешительность Лори. Остров наш по закону. И точка!» На этой трезвой мысли она и закончила свои колебания с одновременным окончанием завтрака, благополучно пропустив половину сентенций поверенного о её молодости.

– Мэтр, прошу вас сопровождать меня в нашу часовню для принесения клятвы, – учтиво пригласила она старика и тот расцвёл в благодарной улыбке.

Они спустились в просторное подземелье и, сопровождаемые тётушкой Эленой, вошли в небольшую семейную часовню. Глория частенько бывала здесь, выпрашивая у богов известия о родителях. А Лариса всегда удивлялась, как различаются отношения к богам в разных мирах. Здесь богов почитали, уважали, но считали их живыми магическими сущностями и верили, что при правильном обращении и достойном поведении, боги обязательно помогут. Самое интересное, что помогали. И никто не считал такой факт чем-то необычным. Заслужил – помогли. Не заслужил – наказали.

Поэтому клятва, да ещё и магическая, в часовне под присмотром богов – это очень серьёзно и приравнивается по значимости к земным присягам. А по скорости оповещения – к земной сети интернет. Потому что храмы, часовни и поклонные придорожные камни есть везде, а значит в любой точке королевства запись клятвы проявится в магических книгах, где они имеются. Её ни стереть, ни вырвать, ни игнорировать нельзя. И на уже заявленное право клятва другого лица не подействует. Присвоить себе чужой остров в этом мире невозможно. Теперь любые желающие должны будут следовать правилам. Вот что означает – магическая клятва приобретения родовой собственности. То есть, род Монтеро нашёл остров и объявлял о вхождении этой собственности в род Монтеро богам и магическому полю мира. Ни больше, ни меньше.

– Я готова, – сказала Глория, подтянув рукав блузки и освобождая запястье для ритуального пореза.

Тётушка заволновалась и прижала сжатые кулачки к груди. Она, вообще, была довольно эмоциональной особой. Мэтр поднял ритуальный кинжал, который всегда находился рядом с алтарём, и нанёс Глории небольшой надрез на запястье быстрым, отточенным жестом. Кровь закапала на алтарный камень, а Глория быстро начала произносить слова клятвы, которая была довольно длинной, из-за перечисления всех богов этого мира. Нельзя было пропустить никого: обидятся. Всего богов было девять: огня, воздуха, воды, земли, ментала, целительства, ведовства, ремёсел и земледелия. И, насколько понимала Лариса, каждый отвечал за свой раздел магии. Но, что интересно, в этом мире не было противопоставления тёмной и светлой магии. Была единая, общая магия и ей соответствовала главная богиня мира – Пресветлая мать.

Текст закончился как раз тогда, когда последняя капля крови упала на камень. Глория замолкла в ожидании. Замер и поверенный. Тётушка и вовсе присела на скамью и в молитвенном жесте обратилась к образу Пресветлой. В часовне установилась тишина настороженно-тревожного ожидания.

Собственно, что должно произойти Глория не знала. Ей ещё не приходилось давать таких клятв. Но она ждала чего-то особенного, ведь не простая же клятва. И оказалась права.

Неожиданно от образа Пресветлой к документу протянулся золотистый луч. Прошёлся по короткому листу, как будто прочитывая его и прямо под подписью Глории, которую она поставила сегодня по требованию поверенного, возник рисунок их родового герба – венок из пригожницы, внутри которого распластала крылья чайка над морем.

Глория прижала руку ко рту, сдерживая возглас, а луч, скользнув по бумаге, переместился на руку Глории и на месте свежего пореза возник герб-татуировка. «Это, что? Богиня пометила и её принадлежность к роду? Получается, богиня знает, что в теле Глории теперь душа землянки Ларисы?» Лара растерялась и не знала, что говорить и как реагировать. Признаваться даже родным людям, что она чужой для них человек, ей не хотелось. Что же делать?!

Но её опасения развеял поверенный. Мэтр восхищённо прицокнул языком и торжественно заявил:

– Дорогая Глория, богиня отметила вас, как главу рода! Это высокая честь, особенно для женщины. Таких случаев в истории всего несколько. Когда боги даруют женщине право главы, это значит, что ей предстоят трудные времена, но боги её поддержат. Это – знак! Знак расположения богов. Теперь никто не усомнится в вашем праве на этот остров. Даже король. А он, между нами, был бы не против это сделать. Хорошо, что мы успели принести клятву раньше, чем прибыли королевские инспекторы, и прежде, чем вы попали к королевскому архивариусу. Уж он бы сумел отговорить вас от такого приобретения. Я рад, дорогая. Мы всегда верно служили вашему роду и, надеюсь, будем служить и дальше.

– Конечно, мэтр, – отмерла Глория и тут же перевела взгляд на тётю. – Тётя Эли, всё хорошо?

– Не знаю, Лори. У меня такое чувство, что мы стоим на пороге больших проблем. А так спокойно жили раньше, – тихо пробормотала про себя старушка.

«Ты даже не представляешь размер этих проблем», – посетовала про себя Глория и, аккуратно сложив документы, направилась к выходу вместе с тётей. Мэтр шагал за ними в приподнятом настроении. Всё-таки не каждый раз боги так явно показывают своё расположение людям и, значит, его семья выбрала правильную сторону в этой истории.

***

– Да, уважаемый дон Кастро, этот остров нанесён на карту и в записке указаны его координаты, – терпеливо пояснила Глория.

Они уже не менее получаса находились в кабинете королевского архивариуса. Такая должность обязательно наличествовала в любом магистрате. Назначался архивариус личным королевским распоряжением и осуществлял надзор за состоянием богатых людей королевства, дабы король мог в любой момент узнать кто и чем владеет. А также они следили за слиянием и распадом матримониальных и экономических союзов богатых людей. Все архивариусы были людьми педантичными и верными лично королю в силу принесённой клятвы. Но архивариус в Банго был ещё и вредно-въедливым. И сейчас донимал мелочными (ей казалось) вопросами Глорию.

– А что конкретно уже добывают на острове, в каком количестве, и где реализуют? – не унимался мэтр.

– Дон Кастро, остров стал известен нам только на днях. Документы о моём праве на него я тоже увидела всего несколько дней назад. Я честное слово не знаю ответы на ваши вопросы, но я обязательно вскоре отправлю туда управляющего для подробного учёта. Сейчас могу лишь сказать, что на острове есть драгоценные камни и жемчуг.

– Это накладывает на вас, сеньорита Монтеро, определённые обязательства. Вы должны будете заключить договор с королевским казначейством и определить долю короля в вашей собственности. Это закон, и он не обсуждается, – сурово высказался маг на её вскинутую голову.

– Я не возражаю, – заметила Глория. – Я лишь хотела уточнить, кто и когда будет проводить оценку рудников и размер королевской доли?

– Об этом вы договоритесь на королевской аудиенции, когда получите приглашение. А получите вы его очень скоро. У нас давно уже не появлялись новые состояния такого размера. Спасибо, что зашли ко мне, леди, – мэтр встал, выражая этим своё почтение. – Вы правильно поступили, сразу поставив в известность королевскую власть. Но, думаю, это заслуга вашего поверенного, – уважительный кивок в сторону молчаливого мэтра Агилара. – До свидания, дорогая. Скорее всего на днях нас с вами вызовут во дворец.

Глория и поверенный молча вышли из кабинета архивариуса и только после этого мэтр Хуано позволил себе вытереть, стекающие по щеке капельки пота.

– Вы знаете, Глория, я уже многое повидал в этой жизни, но выдерживать ментальное воздействие дона Кастро мне было не под силу. Я с трудом удержался в сознании, а вы, дорогая, кажется, этого и не заметили.

– Признаться, вы правы, мэтр. Я и не почувствовала никакого воздействия, – настороженно ответила Глория. – А, что означает для нас этот факт?

– Если в ваших мыслях нет лжи и ненависти к трону, то ничего, леди. Но, если дон Кастро поймёт, что вы специально не пропустили его в своё сознание, то вам не избежать встречи с королевским менталистом, – и поверенный медленно направился из магистратуры, а Глория неотступно следовала за ним, обдумывая ситуацию.

«Час от часу не легче! – досадовала про себя Лариса. – Столько лет уже в теле девушки и ничто не предполагало таких способностей. Да, я даже не почувствовала, что мне пытаются залезть в голову! Что за блок там появился?!» – недоумевала она. Однако, есть там что-то или нет ей мог сказать только маг-менталист. Таковым в окружении Глории был только дон Роберто. Он потому и служил в дознании, что обладал ментальными способностями. Не особо выдающимися, но и не маленькими и вполне достаточными для службы. Глория решила вначале зайти к нему, чтобы успокоить свою тревогу или уже начать готовиться к худшему.

Нет, с одной стороны, Лариса за много лет ничего не слышала о преследовании попаданцев в этом мире. Но, с другой стороны, Лариса и о самих попаданцах ничего не слышала. Есть ли они здесь или она одна?

– Дон Хуано, я зайду к господину Роберто и узнаю о допросах пиратов. Заодно и навещу командора, а вы можете быть свободны.

– Конечно, дорогая. Мне как раз необходимо передать наши сведения в столицу в «Вестник гербовых домов». Хочу предупредить, дорогая, что как только эти сведения появятся в вестнике, вам сразу придёт много приглашений из аристократических семей. А кто-то может и сам напроситься к вам. Имейте это в виду.

– А, когда эти сведения появятся в гербовнике? – Глория вспомнила толстенную книгу родов, лежащую в кабинете и содержащую все сведения об аристократических родах королевства.

– Думаю, в течение получаса – часа. Я ведь почти дошёл до своего кабинета, – улыбнулся поверенный.

Глория поёжилась от осознания внезапно обрушившейся на неё популярности. «Скорее бы Карло приходил в себя! – невольно воскликнула она. – Как мне не хватает его спокойствия и выдержки».

Почти бегом добежала девушка до кабинета Роберто Бланко, друга и соратника командора. Нервно постучав в дверь и получив разрешение, она буквально влетела в кабинет дознавателя.

– Светлого дня, дон Роберто! – воскликнула Глория, сдерживая порывистость и стараясь вести себя достойно. – Как себя чувствует командор? Что удалось узнать от пиратов? Что говорит дон Гомес?

И только, выпалив все вопросы, она заметила в кабинете ещё одного человека – Микеля Гомеса, сына начальника порта.

– А вот и наша новая хозяйка, – хищно улыбнулся молодой, очень красивый парень. – А мы уже заждались. Не знаем, что и делать без ваших указаний, – саркастически ухмыльнулся он, и всё его красивое лицо исковеркала гримаса высокомерного пренебрежения.

Глория взяла паузу. Вдохнула-выдохнула. И чётко, размеренно ответила:

– Попрошу вас выйти, дон Микель. У меня официальный разговор к дону Роберто. Или он тоже арестован, господин дознаватель? – повернулась она к Роберто.

– Пока, нет, – ответил тот. – Выйдите, господин Гомес. Мы с вами договорим позже, – добавил Роберто.

Красавчик дёрнул плечом и молча вышел из кабинета, резко хлопнув дверью.

– Не привык парень к игнорированию. Но придётся привыкать: время его отца кончилось, – с усмешкой заметил Роберто. – А ты молодец, Лори! Сразу поставила молодчика на место.

– Да я его терпеть не могу с детства! Сами же знаете, – не удержалась от раздражения Глория.

– Ну, это ты такая правильная. А сколько девиц этот хлыщ охмурил и бросил, и они всё равно за ним плачут? Как же: красивый, галантный, ласковые речи…

– Дуры! – безжалостно припечатала Глория. – Не понимаю, как они не видят его подлой душонки?! Ну, так он связан с делишками отца или только пользовался результатами? – сразу поинтересовалась она.

– В основном пользовался результатами, как ты выразилась. Но иногда и участвовал в операциях. Но арестовывать его не за что. Открыто и по-крупному он ни одного закона не нарушил. Думаю, не от того, что добренький, а от того, что отец ему не доверял. Зато теперь вся собственность Гомесов достанется этому юнцу. Отца-то его, наверняка, уже не выпустят. В общем, пока я его оставил на свободе. Надеюсь, к нему сейчас потянутся все оставшиеся подельники, и мы их всех повяжем. Не беспокойся, он под наблюдением. – заметил Роберто, видя тревогу Глории.

– Хорошо, вы лучше меня знаете, что делать, – ответила девушка. – Но я к вам по другому делу, – Глория замялась: она доверяла Роберто, но близко они раньше не общались. – Я была сейчас у архивариуса, и он пытался принудить меня ментально говорить очень откровенно и соглашаться против своей воли с его предложениями. Но, кажется, у него не получилось. По крайней мере, наш поверенный так считает. Не могли бы посмотреть есть ли у меня способность противостоять ментальному давлению? Раньше ничего такого мы не замечали, – уточнила Глория на всякий случай.

Она сейчас опасалась, конечно, что Роберто узнает в ней попаданку, но гораздо больше она опасалась королевских менталистов, поэтому хотела знать заранее, насколько надо бояться за себя, за Глорию и за тётю.

Роберто удивлённо хмыкнул и пристально посмотрел на девушку. Это дома перед своей Жозиной мужчина был послушным исполнителем воли любимой женщины. А на работе он был известен, как требовательный руководитель, заботливый и справедливый к подчинённым и беспощадный к врагам.

– Иди сюда, девочка, – поднялся он с места, и Глория тоже поднялась ему навстречу. – Так-так, – пробормотал Роберто, обхватывая пальцами её затылок и виски, без всякого промедления и предупреждения. – Так-так, – повторил он и замолчал на несколько минут.

– Дон Роберто…, – хотела спросить Лори.

– Тш-шь…

Молчание в кабинете продолжалось довольно долго. Глория стояла, уткнувшись носом в мундир Роберто и нервничала. «Что там так долго можно искать?» – недоумевала она. Но, наконец, Роберто разомкнул пальцы и вернулся к столу, предлагая Глории жестом занять своё место.

– Пока у тебя лично никаких ментальных способностей нет. Но! начиная со средних слоёв на твоем мозге стоит блок, причём, очень мощный. Я не слабый маг и архивариус далеко не слаб, но оба мы не смогли его пройти. Есть два варианта появления такого блока: он поставлен архимагом. Я таких не знаю, честно говорю. Он поставлен богами, как защита. Тогда возникает вопрос, что же скрывает твоя память? Если за этим блоком временно скрыты твои способности, то сила их велика. Это я могу сказать точно. Однако, верхние слои твоего сознания, начиная с восемнадцати лет, абсолютно прозрачны. За тобой нет тёмных дел и нет неприязни к королевской династии, а это главное.

– Спасибо, Роберто. Значит, мне можно не опасаться встречи с королём?

– А вот про это я ничего не могу тебе сказать, девочка. У короля и у королевы есть любимая игра: устраивать судьбы своих подданных, – с непонятной интонацией сказал дознаватель: то ли просто предупредил, то ли предостерёг.

– Понятно… До свиданья, Роберто, и спасибо за помощь. А я хочу ещё зайти к командору.

– Зайдите, леди. А отчёт по пиратам я пришлю вам почтой. Вы, как хозяйка, имеете право знать результаты следствия.

Глория кивнула и, ничего не говоря, покинула кабинет. Много информации, надо обдумать. А думается ей лучше одной или рядом с командором. Она вышла на улицу и, обогнув здание, вошла в лазарет, который имел отдельный вход. Помощница целителя показала ей комнату, в которой лежал командор и вошла вместе с ней.

Глория недовольно посмотрела на девицу, но та никак не отреагировала на это недовольство, настырно оставаясь в палате. Лори не стала спорить, смирив гордыню. Она подошла к капсуле с лежащим в ней командором и вгляделась в дорогие черты.

Карло спал и его сон, видимо, был приятным: он улыбался. Улыбка совершенно преображала его вечно хмурое лицо. Сейчас оно было просветлённым, на левой щеке появилась ямочка, которую раньше Глория не замечала, разгладилась вертикальная морщинка между бровей и Лори захотелось провести по ним пальцем. Но их разделяла капсула. Глория присела рядом на стул и продолжала любоваться мужчиной, уже не обращая внимания на помощницу и даже на время позабыв о ней.

Карло улыбался… И Глории даже показалось, что его губы разжались и она услышала лёгкий выдох: Лори… А, может, ей действительно показалось. Глория стёрла слезинки в уголке своих глаз и вышла, не оглядываясь. «Карло, Карло! Как мне тебя не хватает!» – погоревала про себя девушка. И она уже не видела, как скривила губы помощница целителя. И уж тем более не знала, кем была эта помощница.

***

– Барб, дорогая, пришло официальное сообщение из Банго: наследница зарегистрировала свою собственность. Теперь нас устроит только несчастный случай или удобный брак. Что скажешь?

Голова казначея лежала на коленях королевы, и та ласково перебирала вьющиеся волосы деверя. Но последние слова Фридеро вызвали у неё неконтролируемую ярость, и она невольно жёстко дёрнула золотой локон.

– Осторожней, дорогая, – поморщился её любовник, но не стал торопить с ответом.

Королева же на самом деле выбирала, какой из озвученных вариантов будет выгоднее. Ей нисколько не было жаль какую-то там нищую девчонку из убогого Банго, но… Но, отношения с мужем стали совсем холодными, они стали абсолютно чужими друг другу людьми, а Барбаре не хотелось бы терять поддержку короля в случае непредвиденной ситуации. Поэтому, как бы не хотелось королеве просто избавиться от девчонки, лучше всё-таки определить её замуж. Естественно, за правильно выбранного мужа. Помолчав ещё немного, Барбара ответила:

– Подыщи ей удобного мужа, Фридо. У тебя, наверняка, есть много зависимых аристократов. Не будем дразнить быков, король и так проявляет небывалое недоверие к нам.

– Согласен, дорогая, – казначей повернул голову и поцеловал королеву в живот, прикрытый всего лишь красивой, легчайшей ночной сорочкой. – будем действовать осторожно и скрытно.

Казначей поднялся с их ложа, ещё раз поцеловал женщину, но уже в губы и, накинув халат, вышел из её покоев через потайной ход.