24. Тайна ауры

— Изучить меня? — эхом откликнулась я.

Все во мне противилось такой формулировке.

— Его Величеству необходимо понять, что делает тебя такой особенной… Даже среди прочих Леди Изо Льда — и без того уникальных созданий.

Я не могла не заметить, как скривились полные губы Мейры. Кажется, кто-то очень хотел остаться единственным особенным созданием в окружении короля.

Лливелин кивнул, подтверждая слова мастера магии.

— Будет лучше, если здесь останусь я, Леди Изо Льда и магистр Гавин, — подала голос Лилиана.

— С какой это стати? — нахмурилась Мейра. — Удачный ритуал призыва силы Калиах невероятно важен для Лливелина… А значит, он важен для меня.

Мне совсем не понравился тон, каким она обращалась к жрице. И то, как она связала свои нужды с нуждами короля. Так, будто они — единое целое.

— Мне придется попросить Леди Изо Льда раздеться донага, чтобы ничего не стояло между мной и ее магией, — спокойно, будто диктуя семейный рецепт пышных булочек, сказал Гавин. — Вы хотите присутствовать при этом, Ваше Величество?

— Нет! — торопливо воскликнул Лливелин.

Ему вторили наши с Мейрой возмущенные голоса. После этого наши взгляды пересеклись… нет, скрестились, словно мечи. Возлюбленная короля смотрела на меня так, будто идея раздеваться на глазах Его Величества принадлежала именно мне.

И, кажется, была не прочь превратить меня своим взглядом в горсту пепла.

Могу поклясться — кончики ушей Лливелина порозовели, а на бледных по обыкновению щеках, лбу и даже шее проступили крохотные пятнышки румянца. Неравномерные, в нескольких местах слившиеся друг с другом, они образовали на его лице причудливый мраморный узор.

Признаться, я была заворожена этой картиной.

— Мы подождем, когда вы закончите, — успокоившись, сказал король.

— Нескольких часов ведь хватит? — небрежно осведомилась Мейра.

Я едва удержалась, чтобы не закатить глаза. Как же отчаянно она хотела от меня избавиться! Но… почему? Неужели видела во мне соперницу?

Смешно. Это ведь она едва ли не всюду сопровождала Лливелина. Это ее он называл своей любимой. К тому же… Никто из них двоих не знал о метке истинности.

Магистр покачал головой.

— Я понимаю, насколько это важно для всего королевства, но на исследование сущности Леди Изо Льда уйдет без малого несколько дней.

Мейра закусила губу в отчетливой, бьющей в глаза досаде. В отличие от Лливелина, скрывать свои чувства она не умела. Или же не привыкла.

— Но, конечно, мы не будем держать вас в неведении, — мягко сказала Лилиана.

Смотрела она при этом исключительно на короля.

— Делайте все, что сочтете нужным, — кивнул он.

Скользнул по мне взглядом, словно намереваясь что-то сказать. Но, к моему безотчетному сожалению, передумал.

Вслед за Его Величеством Мейра покинула комнату. Вот так, исподволь, поменялось мое окружение. Однако осталось сакральное число три.

Магистр Гавин приблизился и окинул меня с ног до головы пристальным, цепким взглядом. Кажется, изучение меня началось…

— Надеюсь, вы, дух, не станете стесняться, если я попрошу вас оставить свою одежду на кресле. Воспринимайте меня как доктора, который проводит исследование.

— Надеюсь, для меня найдется иное обращение, нежели просто “дух”, — сухо сказала я.

Гавин озадаченно нахмурился.

— Это не было обращением, Леди Изо Льда, скорее — констатация вашей сути и того, как вы отличны от людей с их скрепами и запретами… Но я прошу прощения, если задел ваши чувства. Я просто не думал…

— Что они у меня есть? — беззлобно усмехнулась я.

Магистр задержал на мне взгляд серых глаз и лишь потом медленно кивнул.

— Тогда можете пометить в своих записях, что чувства у меня все-таки есть.

Лилиана вдруг рассмеялась.

— Приятно наблюдать, как у тебя прорезаются зубки, словно у новорожденного котенка. Ты обретаешь саму себя, Изольда. Прямо на моих глазах формируется цельная личность.

Слова жрицы мне, признаться, польстили.

— И что ты видишь во мне? — невольно затаив дыхание, спросила я.

— Силу. Стойкость. Стремление бороться до конца за то, во что ты веришь и что считаешь важным, ценным для себя.

Я благодарно улыбнулась Лилиане. И только сейчас заметила, что магистр Гавин и впрямь записывает что-то в пухлой тетради. Та лежала на алтарном столе, сделанном из полированного темного дерева. Все его пространство занимали кристаллы, свитки, книги и то, что я распознала как некие, не знакомые мне магические инструменты.

Напротив алтарного стола стояло кресло, украшенное рунами. Рядом с ним — высокое зеркало в фигурной раме из серебра.

Лилиана кашлянула, привлекая внимание магистра.

— Что такое? — встрепенулся он.

— Может быть, мы уже начнем? — вкрадчиво предложила жрица.

— Да-да, конечно! Но для начала Леди… м-м-м… Изольде необходимо раздеться.

Я пожала плечами и скинула платье прямо на месте. Неодобрительно покачав головой, Лилиана взяла его, встряхнула и аккуратно сложила на кресло. Степень помятости моего наряда как будто интересовало ее в первую очередь. Однако я видела застывшее в ее глазах нетерпение. Как и мне, ей хотелось узнать, в чем именно заключается исследование магистра.

Когда я избавилась и от нижнего белья, мастер Гавин жестом указал мне проследовать в центр комнаты, где из белого мрамора был выложен круг. Тот, в свою очередь, состоял из нескольких концентрических кругов, в каждый из которых вплели различные руны и символы.

Стоило мне там оказаться, мастер Гавин прочел заклинание на незнакомом  языке, и круг засиял голубоватым светом. Кажется, он активировался. Вот только… для чего?

В руках магистра оказались линзы в тончайшей серебряной оправе с пол-ладони величиной и треугольник из того же металла. Не удивлюсь, если по его периметру тоже вырезаны загадочные символы.

Магистр прошептал что-то, и треугольник взмыл в воздух, чтобы застыть в непосредственной близости от меня. Линза осталась в руках мастера Гавина. Я догадывалась, что он начнет разглядывать меня через нее, но, вопреки своим недавним словам, отчего-то совершенно не смущалась.

Мастер Гавин и впрямь напоминал мне доктора — отстраненный, отрешенный, заинтересованный лишь в собственных изысканиях. Для меня лично — и вовсе бесполый.

— Это первая ступень моего исследования, — обронил он. — Ауральное сканирование.

— Для чего оно нужно? — осведомилась Лилиана.

— Чтобы увидеть и проанализировать энергетическое поле Изольды, — отозвался он, поднося линзу к глазам. — Я исследую изменения в ее ауре, которые могут указывать на ее эмоциональное состояние, магическую силу и связь с ледяной стихией. Хочу понять, как человеческие чувства влияют на ее магическую энергию, и какой стала аура Изольды с момента ее “пробуждения”.

Я послала Лилиане вопросительный взгляд. Она едва заметно пожала плечами. Судя по всему, речи магистра остались до конца не поняты и жрицей. Казалось, их подход к магии был иным: ее — стихийным, его — более научным.

— Невероятно… — прошептал мастер Гавин, вглядываясь в линзу.

Опустив ее, он устремил на жрицу торжествующий взгляд.

— Вы были правы, леди Лилиана. Перед нами — не просто вестница Калиах, не просто душа, заключенная в ледяную оболочку. Перед нами — настоящая живая девушка.