Глава 7. Банановая королева

Костя, наконец, скрылся за припаркованными машинами. Я достала из кармана телефон. Пропущенный от Эммы – моей подруги и художницы. После того инцидента на Невском, я так её и не видела. Я перезвонила ей. – Приветули! – крикнула она в трубку, – тебе бананы нужны? Семь килограммов. – Откуда у тебя столько? – воскликнула я. – При встрече расскажу. Давай поужинаем где-нибудь? – Давай. Я шла по Невскому, старательно запахивая ворот куртки, смежала веки, оберегая глаза от колких снежинок. Я чувствовала себя как пациент, который недолечившись, безответственно сбежал из больницы и попытался жить привычной жизнью, но вдруг хватанувший грудью холодный воздух и почувствовавший, как недолеченные легкие наполняются кровью и болью. Я чувствовала себя разрезанной пополам. Разрезанной встречей с Костей. И на месте этого разреза в меня проникает холод, от которого хотелось плакать. Нельзя мне было встречаться с бывшим. Слишком самонадеянной я была и ошибочно думала, что чувства давно угасли. Они просто спали где-то в глубине моего сердца. И, может быть, бы умерли, если бы не я… Эмма ворвалась в кафе, как ураган. В правой руке она несла внушительных размеров тканевую сумку, из которой торчали жёлтые бананы. Завидев меня, подруга махнула рукой и через пару секунд оказалась возле моего столика. Улыбнувшись, она блеснула тем самым зубом, которым блестят все актёры в рекламах зубной пасты. – Приве-ет! – прокричала Эмма, сзади неё показалась растерянно улыбающаяся официантка. – Девушка, извините меня, пожалуйста. Девушка! – почему-то извинялась официантка. Эмма развернулась и своей банановой сумкой протаранила проходящего мимо мужчину. Тот окатил Эмму обиженным взглядом, потер ушибленный бок и поспешил уйти. Официантка вскрикнула и ловко увернулась от сумки – убийцы. – А? Что такое? – спросила Эмма. – Извините, девушка! – повторилась вёрткая официантка. – Но у нас нельзя торговать фруктами. С этими словами она с сожалением посмотрела на бананы, словно ей действительно было жаль, что здесь нельзя ими торговать. Если было бы можно, то она, наверное, сама бы их продавала. – Что? Бананы? Ой, что вы, не беспокойтесь, я ими не собиралась торговать. Вот гостинцы принесла подруге, витаминки. Официантка посмотрела на мою чахлую фигуру и понимающе улыбнулась. – Тогда никаких проблем. Присаживайтесь, пожалуйста. Сейчас я принесу вам меню. – Эмма расплылась в улыбке: – Благодарю! Подруга поставила сумку под стол и плюхнулась на стул. – Фух, запыхалась я. От метро тащила, тащила… Тут она увидела мой синяк. – Опять? – воскликнула она: – и что же на этот раз? – Долгая история. Я вкратце рассказала подруге, как познакомилась с МаришкойЗомби-47 и как мы снимали контент в морге. – Ну ты даёшь! Ни дня без приключений! – рассмеялась подруга. Закончив свой рассказ, я глянула на бананы и спросила: – Ну так что, банановая королева, где столько добра набрала? Подруга вытащила из салфетницы салфетку и вытерла ею лоб. – Сейчас всё расскажу. Это был день гениальных идей! Эмма пошла в зоомагазин, чтобы Стиву прикупить еды, потому что коту с его старческим запором требовался особый корм, который нельзя купить в интернете. Ну, по крайней мере, Эмма на маркетплейсах ничего не нашла. Она шла, танцуя на мокром снегу, как и другие жители этого города в конце октября. «Как же это неудобно – постоянно ходить за этим кормом, а если магазин закроется, что тогда?», – с досадой думала она, скользя на адской дороге, и тут в голову ей пришла замечательная идея. «А что, если закупить этот корм оптом и продавать на маркетплейсе? Корм для кошек с запором! Я буду первой и единственной, кто поставит этот товар на полки маркетплейса. А ещё ведь есть собачки, страдающие этим недугом. Значит, нужно найти и для собак! Да это же гениально!». Чрезвычайно озарённая идеей облегчить жизнь тысячам обладателям четвероногих питомцев, она почти взлетела над мокрой землёй. Зайдя в зоомагазин, она принялась лестно увещевать продавщицу выдать ей базу: где, по какой цене можно купить оптом этот корм. И простодушная продавщица выдала – таки базу, даже не попросив и ста рублей за драгоценную информацию. Но радостная Эмма старательно записала всё сказанное в телефон, благодарно обняла женщину и подарила ей флакон своих духов. Продавщица повертела в руках недешёвый парфюм, подозрительно посмотрела на розоволосую сдобную красавицу и запоздало спросила: – А вы зачем спрашивали? – А у меня десять кошек, – соврала Эмма, благоразумно сохранив при себе свою «идею на миллион», – хочу впрок запастись. Продавщица понимающе кивнула. Эмма купила противозапорный корм для Стива и выскочила на улицу. Через дорогу находился супермаркет, а на баннере ярко выделялась скидка дня: «Бананы – 39 рублей за килограмм. Торопись! И в жизни будет всё за…шибись!» «Так себе слоган!», – подумала она, но 39 рублей за килограмм бананов – это вам не хухры-мухры, да и время сейчас такое, что упустить очевидную выгоду – очень глупо. Эмма бросилась в супермаркет, размышляя, сколько какое количество фруктов купить. «Куплю десять килограммов. Можно делать варенье, коктейли. Нет, куплю двадцать! И отправлю половину маме в Северск! Вот она обрадуется! У меня же есть скидочная карта магазина – ещё минус пять процентов! Беспрецедентная удача!». Надо сказать, что бананы до Северска доезжали редко когда свежими, да и цена на них была раза в полтора выше, чем в Санкт -Петербурге. Эмма влетела в супермаркет, чрезвычайно довольная сегодняшним удачным днём и своей смекалкой. Она заприметила тележку и поехала в торговый зал искать бананы. Бананы были в высокой железной корзине, вокруг которой уже завязалась нешуточная борьба, поскольку фруктов там было меньше половины. Корзина была похожа на горшок с серым бесформенным цветком. Три женщины нырнули туда и повисли на животах, а три их зада сообщали всем вокруг, что в корзине явно что-то интересное. Народ любопытно заглядывал, стекаясь со всех углов магазина. Две женщины вынырнули из корзины, держа в руках по охапке бананов, кинули их в припаркованные тележки и удалились. Народ увидел бананы, заохал, заволновался, сжимая корзину в плотное кольцо. В толпе возникли беспокойные толки: – А что такое? Почему все бананы набирают? – Не знаю. Но возможно, в Индии засуха и потому обещают дефицит бананов? – неуверенно сказал молодой мужчина с чёрной бородкой. – В Индии всегда засуха, умник, – проворчала полная женщина в болоньевой куртке и в вязаной шапке на голове. – Просто сейчас проблема с транспортировкой. – Нет, нет, господа. Всё дело в том, что бананы от простуды хорошо помогают, а сейчас сезон простуд. – просипел пожилой мужчина в клетчатой кепке и кашлянул в кулак. – И банановые маски подтягивают кожу, – со знанием дела сказала девушка в шляпе и пальто. Третья женщина из числа нырнувших в корзину была самой маленькой и на мгновение повисла на железной решётке, оторвав ноги от пола. Она вскрикнула и упала в корзину. – Ой, – ойкнул народ. Женщина повозилась на бананах и встала во весь рост, явив народу красное лицо и взлохмаченные волосы. – Как неловко, – засмеялась она, – но корзину такую высокую поставили, что дотянуться невозможно. – Не подадите ли мне связку бананов? – любезно спросила девушка в шляпе и пальто. – Конечно, держите. – Женщина протянула ей связку, вежливо улыбаясь. – И мне пару килограммов, пожалуйста, – протянул руку мужчина в кепке. Женщина вытащила две связки фруктов. – И вам, пожалуйста! Женщина в болоньевой куртке брезгливо заглянула в корзину. – А они не гнилые? Выберете мне, пожалуйста, только свежие бананы. Заложница корзины растерянно улыбнулась. – Сейчас. Вот, пожалуйста, на вид довольно свежие. «Болоньевая куртка» пожала плечами: – Даже не знаю, какие-то странные пятна на них, вы не находите? – Какие пятна? – все уставились на фрукты. – Да вы чего! – засмеялся мужчина с бородкой. – они и должны быть такие. «Болоньевая куртка» скривилась: – Правда? Ну давайте. Народ всё стекался и стекался. Высокая, красивая женщина с родинкой на щеке подошла вплотную к корзине и ослепительно улыбнулась. – Добрый день! Вы не могли бы мне отвесить семьсот грамм бананов, – она ткнула наманикюренным пальчиком в корзину. – У меня нет весов. – Женщина в решётчатой корзине, словно в клетке, развела руками. Высокая растерялась, сникла. – Как же так? Мне нужно семьсот грамм. – Зачем вам семьсот грамм? Возьмите связку! – предложила «заложница». – Мне не нужна целая связка, я столько не съем! – возмутилась высокая, сверкнув глазами. – Тогда ничем не могу вам помочь, – С этими словами женщина в корзине взяла в охапку две связки бананов и предприняла попытку выбраться наружу. Она попыталась перекинуть ногу через решётку, но ничего не вышло. Тогда она решила выбираться из западни тем путём, каким она в неё попала. Она слегка подпрыгнула и, кувыркнувшись через стену банановой корзины, оказалась на полу. На спине. Высокая с родинкой на щеке, наблюдавшая за этим «сальто-мортале», цокнула языком и процедила: – Безобразие. И где такой персонал набирают? С этими словами она пошла по залу, возмущённо цокая каблуками. Недавняя узница корзины поднялась, положила в свою тележку добытые с трудом бананы и довольная поехала дальше. Тем временем Эмма, со стороны наблюдавшая за всем, поняла: на донышке корзины осталось не больше пяти-шести килограммов. Не успела. Но тут, на её счастье, в зале показался мерчандайзер в синем форменном костюме. Он катил телегу, доверху наполненную бананами. «Вот это удача!», – возликовала подруга и бросилась к ней. – Постойте! Можете оставить здесь, – Она остановила мерчандайзера. Сгребая в охапку бананы, Эмма принялась скоро перекладывать их в свою тележку. Забив её до отказа, она кивнула работнику супермаркета. – Благодарю вас! Можете ещё везти. У вас ведь есть ещё бананы? – Есть, – утвердительно кивнул парень. – Но мне кажется, что вам до весны хватит. Эмма засмеялась. – Конечно, хватит! Людям, я имела в виду, людям. С этими словами она толкнула телегу и поехала на кассу. План был прост. Она привезёт бананы домой, потом отделит половину и транспортной компанией отправит их матери в Северск. Кассирша пробила все бананы, положила перед ней пять пакетов и объявила сумму. На что Эмма кашлянула и спросила: – Извините, но вы не попросили у меня скидочную карту. Кассирша даже не удостоила её взглядом и сквозь зубы сказала: – Скидочная карта не нужна. Эмма подбоченилась, недобро уставившись на сотрудницу магазина. – Почему же не нужна? У меня всегда спрашивают её. Вы, наверное, первый день работаете? – Третий год. – Что – третий год? – Третий год работаю и повторяю: скидочная карта не нужна. – Но почему же не нужна? Будьте любезны, объясните. Кассирша тяжело вздохнула, всем своим видом показывая, как ей все осточертели. – Потому что скидка не распространяется на товары по акции. А бананы – это товары по акции. – металлическим голосом сказала она. Эмма поскучнела. – Хм, очень жаль. Было бы просто прелестно, если ещё можно было бы скидку… Кассирша потеряла терпение и грубовато сказала: – Так они и так со скидкой! Ну, женщина, оплачивать будете? – Почему вы мне хамите? Конечно, я буду оплачивать. – А вы знаете, сколько вас таких умников за день приходит? Эмма поджала губы и шлёпнула терминал банковской картой. «Пиньк!», – поблагодарил терминал и улыбнулся. Он привык к побоям картами. Эмма отошла от кассы и взглянула на тележку, доверху наполненную пакетами, и озадаченно почесала висок. Была одна проблема – двадцать килограмм бананов. Такси вызывать накладно, до автобуса не дотянуть, а до дома около километра «буксовать» по снегу. Тогда Эмма решила попросить тележку, чтобы довезти бананы до дома и вернуть назад в магазин. На кассе она попросила, чтобы вызвали администратора магазина. Кассирша исполнила её просьбу, и через несколько минут подоспела женщина с уставшим лицом и приготовившаяся ругаться. Ну а для чего ещё покупатель требует администратора магазина? Явно не для того, чтобы похвалить. – Право же, мне чрезвычайно неловко,– улыбнулась Эмма, – но не могли бы вы одолжить мне вот эту тележку, всего на полчаса. – Я? – Администраторша указала на себя пальцем. – Да – вы. – Я не могу. Тележка – собственность магазина. – Магазин мог бы одолжить мне тележку, я хочу увезти на ней бананы. – Увезите на такси. – Нет, такси в такую адскую погоду очень дорогое, а вот на тележке было бы в самый раз. Я проживаю здесь поблизости, всего в одном километре. Женщина смиловалась. – Тогда оставьте залог. Тысячу рублей. Эмма поспешно согласилась. Вытащив купюру и передав администраторше, она перекидала пять пакетов в любезно предоставленную тележку. С усилием толкнув транспорт, она двинулась на заснеженную улицу. Поднялся ужасающий ветер. В лицо колотила снежная крупа, над головой взвывали провода, переплетаясь от ужаса. Люди мчались кто куда, прикрывая лица от колючих как иглы снежинок. Километр превратился в десять. Колёсики тележки то и дело увязали в снегу, попадали в ямы. Телега вибрировала, содрогалась, звенела и "просилась" назад в магазин, но Эмма настойчиво толкала её вперёд. «Господи, – дошло вдруг до Эммы, – бананы ведь закоченеют!». Она максимально ускорила шаг прямо навстречу пронизывающему, ледяному ветру. Полы её пальто развевались, ноги замерзали. Каждые пятьдесят метров превращались в целую вечность. «Ну почему я не вызвала такси!» Стуча зубами, Эмма наконец-таки добралась до дома. Она перетаскала в квартиру бананы, после подняла телегу и затащила её наверх. «Увезу в транспортную компанию два пакета, а потом можно вернуть тележку». Согревшись и напившись горячего чая, Эмма скрепя сердце оделась и вышла на улицу, водрузив два пакета с бананами на дно телеги. Нужно было шагать в транспортную компанию. И опять она решительно билась со разбушевавшийся стихией, доламывая хрупкие колёсики телеги. В транспортной компании сказали, что перевозка фруктов запрещена, и к такому Эмма была не готова. Она отчаянно спорила о том, что в перевозке нет ничего страшного. Что за семь дней с бананами ничего не случится и она даже готова оплатить экспресс-доставку, благо что сэкономила на такси. Но работники были непробиваемы. Тогда Эмма выкатила тележку на улицу и отправилась на почту. На почте все сразу испуганно замолчали, когда в отделение заехала сумасшедшего вида девушка со съехавшей набок шапкой, с размазанной тушью под глазами, потому что на улице снег, как скраб, пытался счистить с её лица косметику. Девушка толкала перед собой магазинную тележку, уже слегка хромавшую. – Добрый день, хочу отправить бананы, – заявила Эмма стальным голосом. У оператора отвисла челюсть. – Едрить-колотить! Когда уже это осеннее обострение закончится. – воскликнула работница почты. – Почему вы мне хамите? Примите посылку. – завелась Эмма, сверкая глазами и зубами. – Не принимаем скоропортящиеся продукты. – отрезала вторая операторша, неистово стучащая по клавиатуре. – Да что же это такое! – взбунтовалась наша Эмма, – ну как так можно? Неужели так сложно запаковать коробку и отправить. Что с ними случится? Ну что? Эмма вышла из себя. Первая операторша тоже вышла из себя, вскочила со стула и замахала руками. – Да сгниют они, пока будут ехать! Как вы не понимаете? И дело даже не в том, что почта будет долго доставлять, а том, что срок бананов короткий. И куда это вы, интересно, хотите их отправить? В какую дыру? Где у вас банановый кризис? – В Северск. – В Северск? – Вторая операторша поклацала по клавиатуре, очевидно, загуглила город и, скривившись, резюмировала: – Не доедут. Сгниют точно. – И что мне прикажете теперь делать? – Эмма взглянула на операторшу так, словно от той всецело зависела её жизнь. Оператор пожала безразличными плечами. – Идите в транспортную компанию. Может, там возьмут. – Не возьмут. – снова подала голос вторая операторша, наклеивая на картонную коробку распечатанный бланк. Эмма заплакала, но работницы почты были непреклонны. Тогда она выкатила тележку с многострадальными бананами на улицу. Бедные бананы шуршали пакетами. В магазине она отдала тележку, которая жалобно звенела, рассказывая всем, через что ей пришлось пройти. Проехать. Эмма пошла домой. Два пакета фруктов снова оказались на морозе. Наверное, они пожалели, что родились на свет. Три выхода на холодную улицу, было для них слишком… – Теперь вся квартира завалена бананами, – весело закончила свой рассказ подруга. – А ты мне ,случайно, не те бананы принесла, которые прошли испытания холодом? Эмма рассмеялась. – Не переживай, я отобрала хорошие экземпляры, можешь даже посмотреть. Что ты заказала? – она полистала меню, с любопытством разглядывая цветные картинки блюд. – Жареные бананы, – пошутила я. – Не заказывала, тебя ждала. Я хочу салат с шампиньонами и пирожное. – Я тоже буду салат. И вино. Мы продиктовали официантке заказ. Та записала и убежала. – Как у вас дела с Эрнестом? Эмма вдруг смутилась, покраснела, заулыбалась. И эта ее реакция заинтриговала меня. – Ну, что молчишь? Делись, подруга. – Он мне нравится. Очень очень чуткий, внимательный. Кота моего любит. – Ого, он уже познакомился со Стивом? – воскликнула я. Эмма бросила на меня долгий взгляд и загадочно протянула: – Не только со Стивом. Секунду я смотрела на нее, затем до меня дошло, что Эмма уже не девственница. – Да ладно! – я хлопнула по столу ладонью. Сдерживая улыбку, Эмма медленно кивнула: – Угу. Я навалилась на стол и спросила: – И что? Как все прошло! – Да все нормально. Я не понимаю, как я все это время жила без этого. Подруга вдруг стала серьезной, опустила глаза в тарелку и как-то невесело усмехнулась: – Но дело в другом. – В чем? У него ноги воняют? Эмма засмеялась. Откинула пальцами розовую прядь и сложила руки на груди. – Понимаешь. Он мне очень нравится, – Подруга замолчала. Принялась теребить серебрянную серьгу в ухе. Все ее движения стали резкими, нервными. Я напряженно ждала, что же она скажет дальше. – Но… Что скажут люди? Что мама моя скажет? Она взглянула на меня таким страдальческим взглядом, что стало понятно, она думала об этом не первый день. – Э-м-м, а причем тут люди? Причем тут твоя мама? – Ну как… Мне ведь тридцать, а ему всего – двадцать два. Ах, вот оно в чем дело! Разница в возрасте. Вот, что ее тревожит. Я вдруг вспомнила Женю. Его небритые щеки, невыспавшиеся глаза, торчащие в разные стороны волосы. И его губы. Сердце знакомо екнуло в груди. На секунду я прикрыла глаза, поддаваясь сладкому и мучительному воспоминанию. Из этой истомы меня выдернул голос Эммы. – Соня! Ты чего? – Да так… Послушай, если тебе кто-то что-то скажет, просто пошли их в задницу. – Маму тоже? – усмехнулась подруга. – Ну маму-то зачем? Я же образно…Это ведь твоя жизнь. И, если ты счастлива с этим парнем, то зачем кого-то слушать? Я рассказала Эмме о том, что благодаря Машке – Жонглёрше, встретила родного отца и пошутила, что теперь мы все живём у него дружной шведской семьёй, поскольку из апартаментов на Невском нас выгнали. Подруга посмеялась и сказала, что если мой отец женится на Машке, то мне придётся несладко с такой мачехой. Я доела свой ужин и отодвинула тарелку. Сделав глоток вина, спросила Эмму: – Слушай, а ты свои картины где продвигаешь? Эмма подцепила вилкой салат, отправила его в рот. – Я же в галерее работаю, – ответила она с набитым ртом. – Периодически там и выставляю, иногда получается продать. – Мне недавно сказали – чтобы что – то сейчас продать, надо хайпануть. Да, понимаю, звучит не очень. – Ну почему же, – возразила подруга. – Очень даже интересно звучит. Эмма положила вилку в тарелку, вздохнула и обвела поскучневшим взглядом кафе. Помолчав, она призналась: – У меня творческий кризис. Затык. Мне и самой надоело одно и тоже малевать, а идей нету. Чувствую, что мне нужен новый движ. – Потому что ты мыслишь, как орлеанская девственница. – видя в её глазах непонимание, я пояснила: – Ну котики – это мило, но скучно. Тебе пора выходить за рамки. На худой конец напиши картину с бешеными котами. Пусть они рвут друг друга в клочья. – Много ты понимаешь в искусстве. – усмехнулась подруга и сделала глоток вина. – Ну а что? Бешеный, тощий кот с пеной в пасти, как отражение современного мира, – засмеялась я. – Придумаю что-нибудь, – отмахнулась Эмма. Остаток вечера мы проболтали и разошлись уже после десяти. Я везла домой бананы и всю дорогу думала о Косте. Я злилась на себя, не понимая – почему я думаю о нем, почему вспоминаю этот поцелуй. Я ругала себя, уговаривала, пыталась даже сосредоточиться на Жене, но его образ в моей голове виделся невесомым, прозрачным и его, то и дело, заслонял собой Костя. Нельзя мне было с ним встречаться. Категорически нельзя.