Глава 15

Она всё время молчала. Сначала закрылась в ванной, долго была там. Потом вышла, села на кухне и закурила. Не замечала суетящихся под ногами животных. Вообще ничего вокруг не видела. Ваня их сам покормил, сам приготовил ужин. Но она не ела ничего. Только чаю выпила пару глотков. А потом также молча ушла в спальню. Свет не стала включать. Легла на кровать спиной к двери, свернулась клубочком. Не думала, не анализировала, ничего не хотела, ничего не чувствовала. Словно под наркозом. Когда он сел позади неё на край постели, скорее кожей ощутила, чем услышала.

– Это вышло случайно, – заговорил Иван.

Голос звучал глухо, подавленно.

– Я не хотел, правда. Я бы всё отдал, чтоб время назад отмотать и не идти туда. Сам хотел рассказать. Но… Струсил. Прости меня. Я сегодня же уйду. Если скажешь. Но только не думай, что я осознанно тебя предал. Нет! Я слишком тебя люблю…

Она молчала. Лишь слезы сглатывала.

– Что нам теперь делать? – спросил беспомощно Иван.

– Я не знаю, – ответила Маргарита.

А сама зажимала ладонью рот, только бы не зарыдать сейчас при нём! Не в силах совладать с собой, она в бессилии закусила кулак. Не хотела, чтобы он видел, как она плачет.

– Рит, – позвал Ваня.

Ему так хотелось прикоснуться к ней, но он не решался.

– Я не знаю, что сказать и как это исправить. Извиняться, умолять о прощении тут, наверное, глупо. Но я тебя хочу попросить… Давай не спешить с выводами. Я очень боюсь тебя потерять.

Иван не смел ей ничего сказать на счёт Светлова. Считал, что он не имеет права её упрекать после того, как мерзко поступил. Он видел, как она отдаляется, чувствовал, что теряет её.

Выяснять, кто это мог сделать, ему сначала даже в голову не пришло. Гораздо позже об этом задумался. И сразу отверг мысль о том, что это Олеся. Кто их тогда сфотографировал? Не зря ему показалось, что видел какое-то движение. Не Сашка же это сделал? И не Ирина. Им вообще ни к чему. Катька… Она запросто могла. Тем более что, скорее всего, после душа до глубины души оскорблена была. Иван только теперь понимал, сколько совершил ошибок и недальновидные поступков. Но ничего изменить уже невозможно. Маргарита всё знает. Поэтому никакого желания искать виноватых и пытаться кого-то наказать не было. Самое страшное уже произошло.

Вновь и вновь прокручивал эмоции, которые испытал, увидев фото. Первое ощущение было, словно он летит в пропасть. От мысли, что о его измене знают все, стало тошно. Он опозорил Маргариту так, как не смог бы никто. Это ужасное унижение. Ему в жизни выпало такое счастье – быть с ней! А он это счастье не сумел сберечь. Ещё и так жестоко опорочил.

Когда-то он о такой женщине и о такой любви мечтать не смел. Да что там! Он и сейчас до конца не верил в реальность всего происходящего. А это письмо швырнуло его с небес обратно на грешную землю. Туда, откуда он, собственно, и выбрался, чтобы совсем недолго побыть рядом с Маргаритой, чтобы просто коснуться краешка её платья, вдохнуть её аромат, пройти несколько шагов бок о бок. И навсегда расстаться.

После всей этой истории с Доброславским Иван тоже чувствовал себя хуже некуда, хотя самого его это коснулось меньше всего. На душе тяжело было, какой-то неприятный горький осадок давил. Маргарита наверняка презирает его теперь. Мало того, что он ей изменил, запятнал её имя, так ещё и вопрос с её похищением решить не смог. Если бы не Светлов, Ваня так бы и ждал у моря погоды, не зная, что предпринять, и опасаясь сделать лишнее движение. А Денис, наверное, теперь в глазах Марго настоящий герой. Неизвестно, чем это всё в итоге закончилось, но он пожертвовал собой, чтобы спасти её. Он вообще по всем фронтам превосходил Ивана. Не струсил и пошёл воевать. Такому человеку, как Доброславский, не побоялся противостоять. Куда Ване до него?

Маргарита же сейчас думала совершенно о другом. Он не вернулся. Исчез. И телефон был выключен. Когда никто не видел, она рыдала, кусая кулак и качаясь по кровати. А Иван, замечая её опухшие от слёз глаза, не мог ничего сделать. Только временами прижимал её к себе, гладил по волосам, пытаясь утешить.

Они жили под одной крышей, но не вместе. Маргарита упорно избегала всякого общения с ним. Те моменты слабости, когда позволяла ему себя обнять, старалась не вспоминать, будто и не было ничего.

Молчала, а хотелось кричать от бессилия и боли. Рваться снова туда, искать его, умолять Доброславского вернуть Дениса. Зачем она вообще уехала? Точнее, зачем позволила себя увезти? Она должна была остаться! И сейчас с трудом сдерживала себя, чтобы не мчаться туда сломя голову. Что она может сделать одна? Это бессилие ввергало в глубокое отчаяние. Маргариту сковало ощущение полнейшей безнадёжности. Постепенно приходило осознание всего произошедшего, как будто переставал действовать наркоз. Там в доме у Доброславского она жила на адреналине, не расслабляясь ни на секунду и не чувствуя ничего. А теперь до неё начинало доходить, что она чудом осталась жива и не покалечена. Если бы не Денис… Чтобы её вытащить, он согласился на все условия своего врага. Она это поняла по его решительному виду. Его лицо так и стояло перед глазами. Быть может, это была их последняя встреча. Кто знает, жив ли он ещё…

У Маргариты возникало ощущение, что всё это происходит не с ней. Как будто тело выполняло по инерции все функции, а душа и разум находились далеко. Только когда Матвей звонил, немного оживлялась. А после разговора с ним снова рыдала. То ли раньше так не бросалось в глаза это его сходство с Денисом, то ли он именно с возрастом настолько сильно стал на него походить. Но сын был повторением отца. До мурашек. Вспоминала жесты, мимику, которую невозможно скопировать, и ещё больнее становилось. Хотя куда может быть больнее? Если она больше не увидит его, рядом всегда будет его копия.

Маргарита даже в церковь пошла. Поставила свечу за здравие Дениса. И от этого немного полегчало.

Ваня нашёл квартиру, но очень надеялся, что ею не придётся воспользоваться. Он видел, что Маргарита мучается, думает о Светлове. Пошли уже вторые сутки после того, как они уехали от Доброславского. Марго упорно звонила, но его телефон был выключен.

Когда немного пришла в себя, то тут же решила ехать в полицию и заявлять о пропаже человека. Но кого искать? Светлов Денис Аркадьевич погиб в плену. По новым документам она искать его боялась. Удачная мысль озарила неожиданно. У неё где-то был телефон генерал-майора Журина, который больше года назад сообщил ей страшную весть о гибели Дениса. Кажется, он тогда упомянул, что они учились вместе. Наверное, потому и звонил лично, а не поручил это какому-нибудь адъютанту. Нужно обратиться к нему! Денис, всё-таки, бывший военный, и ему обязаны помочь!

Номер телефона действительно нашёлся. Но Журин не отвечал. А когда всё же поднял трубку, долго слушать её объяснения не мог. Она лишь успела представиться и сказать, что звонит на счёт Дениса Аркадьевича Светлова. И что он жив.

– Приезжайте ко мне, будем разбираться.

– Я боюсь, что тянуть нельзя. Он в беде.

– Приезжайте сегодня, и мы сейчас же решим, что делать.

Она уже собиралась ехать, собрала все документы Дениса, какие только смогла найти, включая новый паспорт на чужое имя и медицинские справки. Но неожиданно позвонил Гончаров. Спрашивал что-то по работе, а Марго отвечала невпопад, ничего толком не соображая.

– У тебя что-то случилось, Рита? – прямо спросил он.

– Да, кое-что произошло. Я сейчас не могу говорить. Спешу.

– Куда?

– Не важно.

– Говори, а то сам приеду, – строго сказал Владимир Александрович.

Она вздохнула, нервно поглядывая на часы.

– Мне надо к генерал-майору Журину.

На том конце повисла вопросительная пауза.

– Это по поводу одного моего знакомого. Ему нужна помощь, – пояснила Маргарита.

– Так. Я сейчас заеду. Расскажешь всё по пути. Ты ж не сама собралась ехать? У тебя голос дрожит. Ты и так ездишь не очень хорошо, а в подобном состоянии тем более. Говори, куда ехать.

Марго сдалась. Перечить Гончарову было бессмысленно. Тем более что он может помочь, а в её ситуации любая поддержка ценна.

Они с Владимиром Александровичем сели сзади. Впереди рядом с водителем разместился охранник. Марго коротко, без лишних подробностей, рассказала Гончарову историю Дениса и, конечно, он был глубоко поражён. А ей после этого сделалось спокойнее. Напряжение понемногу спадало. Наконец-то она была не одна и могла на кого-то положиться. Пусть это ничего не означало, не гарантировало, что Денис ещё жив и что его спасут. Но морально было гораздо проще, когда не ты сама решаешь, что делать, а кто-то умнее, старше и влиятельнее. Она даже задремала ненадолго.

– Только разговаривать с Журиным буду я сама, хорошо? – попросила Маргарита, когда поднимались по ступеням на второй этаж.

В приёмной генерал-майора сидели две женщины. Одна – ухоженная брюнетка чуть старше Марго, вторая полновата, на вид примерно около пятидесяти лет. Обе с любопытством уставились на неё и её спутника. Хрупкая, элегантная Маргарита и представительный Гончаров приковывали к себе взгляды.

Маргарита сообщила секретарю о своём приезде и о том, что Журин её ждёт. Девушка попросила посидеть, взяла со стола какие-то папки, и изящно стуча каблучками, скрылась за дверью кабинета с табличкой «Журин Виталий Константинович. Генерал-майор».

Марго опустилась на стул возле одной из женщин – более старшей по возрасту.

– Вы тоже по поводу мужа? – спросила та.

Маргарита растерялась, не зная, что ответить. Потом коротко, едва заметно кивнула.

– И я. Всё никак тело получить не могу. Уже три месяца, как погиб.

– У меня никто не погиб, – поспешила сказать Марго. – Мне нужна помощь в его…

– В плену он, что ли? – задала вопрос вторая из двух незнакомок.

– Вроде того.

Маргарита вздохнула и чуть не заплакала под их сочувствующими взглядами.

– Главное, чтоб живой был. По вам заметно, что очень переживаете. Прям сама не своя. Видно, он вам очень близкий человек. Так часто бывает, когда связь сильная, когда чувства, мысли только о нём. Держитесь. Всё хорошо будет. Верьте! Главное, что живой. Я мужа похоронила восемь лет назад. Он тогда добровольцем ушёл и тоже в плен попал. Так что я ваши чувства очень хорошо понимаю. В вас сейчас живут одновременно боль, страх, отчаяние и непонимание, что и как дальше. Мне о гибели мужа сообщил его сослуживец. Они вместе уходили. И вот он вернулся, чтобы передать мне его вещи. Чтобы выплеснуть эмоции, он вывозил меня за город, подальше от людей, и я там стреляла из автомата с такой злостью, что словами не передать! Я кричала и ревела, как медведь и говорила такие фразы, что у взрослых мужиков кровь в жилах стыла. Но боль уходила потихоньку. А все вот эти походы со свечами по церквям – они не помогают. Единственное, если прям верите, сходите к батюшке на исповедь. Хороший разговор по душам вам очень нужен. Душевная беседа – тоже лекарство. Иногда больше ничего не остаётся.

– Мы с мужем давно вместе не жили, – заговорила вторая. – А тут как сообщили, что он погиб, я чуть с ума не сошла. На днях увидела мужчину вдалеке, одетого так же, и телосложение похожее. У меня земля ушла из-под ног. Спасибо прохожим, вовремя в чувства привели. Эта боль невосполнима. Ругаю себя, что не смогли мы с ним общий язык найти, всё грызлись, как кошка с собакой. А ведь столько хорошего между нами было! Сын растёт общий. Сейчас мне бы его похоронить по-человечески…

Маргарите от этого разговора ещё горше стало. Показалось, что душно здесь до тошноты, до боли в висках. Она чувствовала, что задыхается. Хотелось скорее выскочить на улицу и глотнуть свежего воздуха. Марго облегчённо вздохнула, когда внимание собеседниц переключилось с неё на Журина. Первой в кабинет вошла старшая посетительница, затем та, что помладше. И, наконец, секретарь сказала Маргарите, что генерал-майор ждёт её.