Глава 18
В дилерском центре все снова вошло в свою колею. Вернулся Журавлев и тут же развил бурную деятельность. Удалось ли ему выполнить свою затею с похоронами бывшей жены, Варя не спрашивала, по судя по тому, что у Олега Викторовича преобладало скверное настроение, против могущественного свекра в Питере у него, скорее всего, не нашлось достаточных аргументов.
Телефон не умолкал, новые задания сыпались на Варю, словно из рога изобилия, и на время это помогало забыть о том, что ее сердце принадлежит Герману Кулагину. Они ни разу не виделись, у него были свои заботы. Варе было мучительно больно от того, что у них с Кулагиным не может быть продолжения. Она приходила с работы, падала на диван, укрывалась с головой, и ей совсем не хотелось подниматься. Когда-то она выходила замуж за Алика, и ей казалось, что она любит его. Боже, как же она ошибалась на самом деле! По сравнению с тем, что она чувствовала сейчас к Герману, ее отношение к Алику даже нельзя было назвать привязанностью.
В пятницу Кулагин, наконец, появился в дилерском центре. Варе стало только хуже. Знать, что Герман здесь, рядом, но к нему нельзя прикоснуться — что может быть ужаснее?
Она старалась не показываться из своего кабинета. В этот день было много отчетности по результатам очередного обучения менеджеров, и ей некогда было болтаться по центру. Варя поняла, что наступил вечер, только когда в кабинете стало совсем темно.
Ей не хотелось включать свет. Она подошла к окну и выглянула вниз, на освещенную фонарями парковку. Черная машина Германа все еще стояла на своем месте. Значит, он не уехал. Ей стало тоскливо. Она скучала по его теплым объятиям.
Скрипнула дверь. Вздрогнув, она оторвалась от окна и различила мужской силуэт на входе.
— Ты что в темноте сидишь? — услышала она голос Кулагина, и сердце вмиг ушло в пятки.
— Думаю. — Теперь сердце стучало в висках, и сердце готово было вот-вот выскочить наружу.
Герман подошел к окну и тихо встал за ее спиной.
— Я скучаю по тебе. Очень, — признался он, и его руки, забравшись под ее синий пиджак от костюма, притянули Варю к себе.
Варя замерла и не двигалась. Она не могла поверить своему счастью — Герман прижимает ее к себе в темноте, и она может с наслаждением вдыхать аромат его одеколона и чувствовать тепло его рук. Ей казалось, сердце вот-вот совсем выпрыгнет из груди.
— Оказывается, для счастья так мало надо, — закрыв глаза, прошептала она. — Ни денег, ни роскоши. Всего лишь слышать твой голос и чувствовать тепло твоих рук.
— Без тебя все скверно, — хрипло бормотал он в ответ. — Очень скверно, Варя. Я не могу спокойно спать по ночам. Мне совершенно не интересно, чем живет моя гражданская жена. Она стала что-то подозревать и теперь изводит меня вопросами.
— Герман, я не хотела… — Варя повернулась к нему лицом и коснулась ладонями его колючих щек. — Честное слово, не хотела вставать между вами. Если ты думаешь, что я сплю спокойно, то ты ошибаешься. Мне теперь дышать больно каждый раз, когда тебя вспоминаю. Знаешь, я даже перестала бояться Алика. Мне не снятся кошмары с его участием, и если я засыпаю, то тяжелым сном без сновидений, для того, чтобы утром снова проснуться и идти на работу с осознанием того, что тебя не будет рядом.
— Прости меня, — уткнувшись ей в шею, глухо проговорил он. — Прости за то, что обрекаю тебя на это. Именно сейчас я не могу тебе ничего обещать. Бизнес, он завязан и на деньгах Маши, понимаешь? Здесь, в дилерском центре, треть доли — ее. Конечно, она не является владельцем, но в самом начале, когда мы только начинали, с легкой руки Олега она дала нам недостающую сумму. Теперь, спустя два года, доходы выросли настолько, что без материальных потерь вернуть ей деньги будет невозможно.
— Оставим все, как есть, — отстранилась от него Варя.
— Варя!
— Уходи, Герман. Мне будет проще переболеть тобой, чем с надеждой выглядывать в окно, в ожидании того, когда и мне перепадут крохи твоего внимания.
Он с горечью смотрел на нее в полумраке и все не решался уйти.
— Пожалуйста, уходи. — Ее голос дрогнул.
Он коснулся ее щеки. Его взгляд был исполнен отчаяния.
— Прости меня.
— Ты повторяешься! Ни к чему просить прощения. Мне кажется, мы с тобой договорились еще в Сочи: продолжения не будет.
Герман посмотрел на нее, а потом развернулся и медленно вышел.
Варя закусила губу до крови, до боли и, не сумев справиться с отчаянием, всхлипнула. Она обрекала себя на одиночество, но знать, что Герман обнимает ее, а потом идет к другой женщине, было еще хуже.
В субботу Варя обнаружила в электронной почте письмо от мужа. Странно, на этот раз она не испугалась. Только достала из сумочки нож, который украла у Германа, и крепче сжала его в ладони.
«Варя, на кого ты работаешь? Ты хоть понимаешь, во что вляпалась?! Они же от тебя мокрого места не оставят, если сделаешь что-то не так! Ты знаешь, кто такой этот Кулагин, который подвозит тебя домой на машине? Ему даже ничего не надо делать — просто нажать одну кнопку в телефоне, и ты исчезнешь, и никто не найдет твое тело. Поверь, я знаю, о чем говорю. Я наводил про него справки. Увольняйся и возвращайся домой, Варя. У нас с тобой еще есть шанс начать все с начала. Я постараюсь смириться с твоими изменами и неадекватным поведением, списав его на потерю нашего ребенка. Мне жаль, что он погиб. В его смерти ты виновата не меньше меня».
— Какой же ты подонок! — зажмурившись, прошептала Варя. Сердце колотилось где-то глубоко-глубоко, и в горле встал колючий ком. Читать письмо дальше не хотелось до тошноты, но она щелкнула кнопкой на складном ноже, погладила лезвие и снова впилась глазами в экран.
«Давай встретимся, Варя. Нам необходимо обсудить очень важные вещи. Прячась от меня за спины бандитов, ты ничего не добьешься. Помни: твой муж — я, а они — никто. Просто начальство, которое в любой момент могут посадить в тюрьму за превышение полномочий. Сегодня в шесть часов вечера я жду тебя в торговом центре. Там есть небольшая кофейня на первом этаже. Приходи одна. Тебе нечего бояться».
Варя встала из-за стола и подошла к окну. Погода совсем испортилась. Дул порывистый ветер, и ей вообще не хотелось выходить куда-либо.
«Но ведь… если я не встречусь с ним, я никогда не решу свою проблему, — продолжая поглаживать дрожащими пальцами лезвие ножа, размышляла она. А моя самая главная проблема — Алик Морозов. Надо покончить с ним раз и навсегда».
«Я приду», — написала она короткий ответ и почти сразу же позвонила Свете.
— Я пойду с тобой, — решительно произнесла подруга. — Я спрячусь с другой стороны и буду снимать вас на видео.
— Тогда в пять встречаемся у меня. Возьмем с собой пистолет и нож. Пистолет будет у тебя, а нож я возьму с собой. Если он попробует мне угрожать, живой я не сдамся.
— Пистолет стреляет настоящими пулями? — уточнила Света.
— Нет, холостыми. Если что, стреляй прямо по ногам. Чтобы бежать за мной не мог.
— Ладно, попробую, — ухмыльнулась подруга. — Чего-чего, а снисхождения Алик точно не заслуживает.
Ровно в пять часов вечера Варя стояла на улице и боролась с порывами ледяного ветра, безжалостно трепавшего ее волосы. У нее в сумочке лежал пистолет, а в кармане светлого пальто она уверенно сжимала тактический нож. Мысль, о том, что нож хранит частичку Кулагина, грела ее сердце. Если бы не чувство к нему, так неосторожно вспыхнувшее в самый неподходящий момент, Варя до сих пор бы дрожала и пряталась от Алика. Но теперь ей было все равно. Душевную боль в данный момент ей причиняло только отчаяние от осознания того, что они с Германом никогда не будут вместе. А муж… ей казалось, если будет нужно, она, не задумываясь, всадит в него нож.
Подъехало такси, и оттуда выглянула Света — все такая же, с рыжими кудряшками, яркой помадой и в красной кожаной курточке, надетой поверх черного шерстяного платья.
— Варя, садись! — махнула рукой подруга, и вскоре такси везло их в сторону торгового центра.
В машине Варя включила сотовый телефон и молча показала Свете письмо от Алика.
— Сука! — быстро пробежавшись глазами по тексту, выругалась подруга. — Может, мне не ждать, пока он на тебя бросится, а сразу выстрелить в голову?
— Лучше подождем, — покачала головой Варя.
Они вышли у торгового центра. Расплатившись с таксистом, быстро побежали в дамскую комнату. Там Варя передала Свете «Макаров» — на случай, если что-то пойдет не так.
— Я сяду за столик в кафе-мороженом рядом с кофейней, так, чтобы Алик был ко мне спиной, — доставая из красной дамской сумочки черную вязаную шапочку и натягивая ее на свои рыжие волосы, говорила Света. — Телефон все время будет включен на видеозапись. Конечно, слова я слышать не смогу, но все его действия будут записаны. Давай договоримся, какой знак ты подашь, если что-то пойдет не так.
— Я взмахну рукой и потяну себя за волосы, будто поправляю их. Вот так. — Варя взяла в руку копну распущенных волос (теперь она все время носила их распущенными и тщательно вытянутыми утюжком) и дернула.
— Хорошо. — Света спрятала волосы под шапку. — Я пойду первой. Вокруг бродит много народу, Алик меня не заметит. Если он уже там, позвоню тебе. Жди здесь.
— Договорились.
— Ну, с Богом! — Света посмотрела на Варю.
— Смотри, пистолет заряжен. Не нажми на курок, — предупредила та.
— Буду следить за этим.
Света подмигнула ей и вышла. Варя осталась стоять в дамской комнате. Она подошла к зеркалу и включила воду. Руки противно дрожали. В её огромных серых глазах плескалась тревога. Что она задумала? Надо было позвонить Журавлеву, кому-нибудь из охраны. А Варя вместо этого сама пошла на встречу с садистом Аликом, да еще и подругу с собой потянула. А если у Алика тоже есть нож?
Вибрирующий сотовый телефон выдернул ее из хаоса тревожных мыслей.
— Он здесь, Варь. Сидит за столиком, заказал кофе и сэндвич. Вокруг много людей, так что давай сюда. Не бойся, если что — он у меня под прицелом. Так ему и говори. Он под прицелом, и если посмеет тебя коснуться, я буду стрелять на поражение. Патроны холостые, но Алику это знать не обязательно.
— Иду, — чувствуя, как дрожит подбородок от напряжения, отпрянула от зеркала Варя.
Сжимая в кармане нож, она уверенно шла в сторону кофейни. Каблучки новых кожаных сапожек громко стучали по кафелю, и Варе казалось, что на нее все смотрят. Как будто она несла в кармане не нож, а гранату, и все вокруг знали, что граната вот-вот взорвется.
Вот и Алик, сидит за столиком. Он все такой же, со стильной рыжей бородкой и глубоко посаженными карими глазами. Преуспевающий адвокат, мужчина-мечта. Жестокий садист, избивший ее ногами только за то, что кто-то сделал ей комплимент.
Низ живота свело болью, но Варя приказала себе терпеть.
Муж заметил ее и услужливо поднялся навстречу.
— Варя, привет. Ну, наконец-то мне удалось до тебя достучаться. — Заискивающе улыбаясь, он отодвинул для неё стул.
Она же сжимала нож, с трудом подавляя желание всадить его ему прямо в сердце и одним ударом лишить его жизни, так же, как и он лишил жизни их ребенка. Она больше не испытывала страха — только дикое напряжение, от которого трясло все тело.
Подошел официант.
— «Эспрессо», — механически произнесла Варя, и официант удалился.
— Где ты живешь, милая? — Алик потянулся рукой, чтобы коснуться ее щеки, но она отшатнулась.
— В «Юг-Авто-Драйв», — отрезала Варя.
— Ночуешь у этих бандитов? — скривился Алик.
— Ночую. Своего дома в Краснодаре у меня нет.
— Варь, возвращайся домой. — Он смотрел на нее ласково и дружелюбно. — Не место приличной женщине среди бандитов. Мне без тебя плохо, а из-за того, что случилось с нашим ребенком, и вовсе хочется на себя наложить руки. Давай начнем все с начала. Слетаем куда-нибудь за границу, отдохнем. Обещаю, я больше никогда тебя не обижу. У нас будут еще дети. Все наладится, вот увидишь.
— Это ты постарался, чтобы дело пропало? — пропустив мимо ушей его сладкие речи, глухо спросила Варя. Дрожь в теле никак не хотела отпускать, и ей казалось, что от напряжения у нее стучат зубы.
— А как ты хотела, милая? Чтобы партнеры отца узнали ту же грязную историю, что и он? Чтобы образ нашего с тобой идеального союза померк и от «Цезаря» отвернулись партнеры?
Она посмотрела на него и в отчаянии покачала головой. Сердце бешено колотилось, и у неё даже не находилось слов, чтобы высказать возмущение и отчаяние, накрывшее ее темной волной.
— Возвращайся. У нас все будет хорошо. — Алик осторожно накрыл ее руку своей.
Варя вздрогнула.
— Нет, — убирая свою руку, проговорила она. — После того, что ты сделал со мной там, на Кипре, у нас с тобой нет будущего.
— Ты… ты не можешь решать за нас двоих! — Алик в отчаянии снова схватил ее за руку. — У нас семья! Ее надо сохранить!
— Еще как могу! — Она выдернула руку обратно. — Нашу семью ждет бракоразводный процесс.
— Я никогда не дам тебе развод! — Алик подскочил на своем месте. — Приди в себя, Варя! Ты работаешь на бандитов, живешь у бандитов! Возвращайся домой. Нечего тебе делать рядом с ними!
Она заглянула ему в глаза.
— Я люблю другого.
— Ты не можешь! Ты выходила замуж за меня!
Он хотел схватить ее за плечи, но она резко встала со своего места и бросилась к выходу.
— Варя! Постой же, Варя! — Алик хотел бежать за ней следом, но его остановил охранник.
— Вы не оплатили счет. — Приветливо улыбаясь, он подтолкнул Вариного мужа к кассе кофейни.
Когда счет был оплачен, Алик бросился вниз по лестнице, но Варя уже растворилась в толпе.