Глава 15

В незнакомке не было ничего странного. Никакого третьего глаза во лбу, лишних пальцев на руках и тому подобного. Просто женщина средних лет с невыразительным лицом, светлыми волосами, выбивающимися из-под платка, и равнодушным взглядом карих глаз. На ней было платье из грубой коричневой ткани и пожелтевший от времени фартук.

Она ловко выкрутила полотенце и бросила его в корзину.

— Хорошего вечера, — кивнула женщина. —Откуда вы, госпожа?

Я боялась этого вопроса. С другой стороны, я обрадовалась, что вообще могу с ней общаться. Возможно, в этом помог браслет Адэра.

— Заблудилась, — неопределенно махнув рукой в сторону леса, ответила я. — Не подскажете, как называется ваша деревня? И нельзя ли у вас переночевать?

Женщина молчала, глядя куда-то мимо меня.

— Ты странная, — наконец, ответила она. — Здесь редко появляются люди. Как тебя зовут?

— Э… - замялась я, но потом все же ответила,— Лиза.

— Элиза? — по-своему поняла женщина. — Красивое имя. Видать, ты из благородных. Мое имя Мирчи. А насчет ночлега, будешь договариваться с моим мужем. Пойдем.

Без усилий подняв тяжелую корзину, Мирчи стала подниматься по тропинке, ведущей к поселку. Я последовала за ней, внимательно глядя по сторонам.

Ничего примечательного в деревушке не было. Навстречу нам выбежали двое детей, одетых в какие-то лохмотья. Они замерли на месте, при виде меня, а затем бросились к Мирчи с вопросами:

— Тетя, кто это?

— Брысь, — женщина наградила мальчика звонким подзатыльником, — вы закончили разбирать крупу? Скоро приду и проверю.

Дети, понурившись, побрели к старому сараю. Я проводила их печальным взглядом. Такие маленькие, а уже работают. Всё, как в России, пару веков назад.

Мирчи остановилась перед домом с высоким, хоть и покосившимся, крыльцом. Опустила на землю тяжелую корзину и крикнула:

— Лорм!

Половицы заскрипели под тяжелыми шагами. Спустя несколько секунд во двор вышел крепкий мужчина среднего роста. Одет он был в клетчатую рубаху, выгоревшую на солнце, и серые брюки, украшенные парой заплат.

— Что случилось, Мирчи? —недовольно спросил он. Потом заметил меня, и его маленькие глазки в удивлении расширились. — Это еще кто?

— Её зовут Элиза, — заявила его жена, не дав мне сказать и слова. — Она пришла из леса. Говорит, что заблудилась. Просит разрешения переночевать.

Мужик недовольно крякнул.

— Чего? У нас тут не гостиница! Пусть проваливает, откуда пришла.

Я только вздохнула. Похоже, моя судьба — спать под деревьями. Хорошо, хоть ночи сейчас теплые.

Но, не успела я повернуться и уйти, как Мирчи подскочила к мужу, что-то шепча ему на ухо. Тот слушал, сначала нахмурившись, но затем его некрасивое лицо озарила тень улыбки.

— Ты права, — коротко бросил он. — Эй, ты, постой!

— Меня зовут Элиза, — сказала я, рассердившись от его бесцеремонности.

— Конечно, извини, — он произнес так быстро, что я едва расслышала. — Я погорячился. Можешь зайти в дом и отдохнуть. Мирчи устроит тебя на ночлег.

Лорм казался человеком грубым и неуступчивым, и то, как резко он поменял свое решение, меня удивило.

Я перевела взгляд на Мирчи. Женщина довольно улыбалась.

— Пойдем.

Мое правое запястье кольнуло. Кажется, артефакту не понравилась ни деревня, ни живущие в ней люди. Но я слишком устала и проголодалась, чтобы провести вторую ночь под открытым небом.

Что плохого случиться, если я отдохну в доме Лорма? Может, узнаю, что-то об этом мире, и о том, где искать Адэра.

Я поднялась по скрипучим ступеням вслед за Мирчи, и, пройдя темный коридор, оказалась в комнате с низким потолком. Сквозь узкие, находящиеся почти на уровне земли, оконца, проникало мало света. Грубо сколоченный деревянный стол у окна был заставлен посудой. В углу находилась кровать, застеленная лоскутным одеялом.

Мирчи усадила меня на лавку, прикрытую тканевым ковриком.

— Есть хочешь?

Я кивнула. Ягоды, которыми я питалась в лесу, плохо утоляли голод.

— Подожди немного, — она принялась собирать со стола посуду, потом остановилась и громко крикнула: — Рута! Где ты, ленивая девчонка?

Послышались торопливые шаги, и в комнату вбежала девушка. Ей было не больше двадцати лет. Среднего роста, стройная, она казалась хрупкой в темном платье и белом переднике. Из-под косынки выбивались золотистые волосы, глаза, окруженные черными ресницами, скромно опущены.

Рута казалась бы красавицей, если бы не слезинка, скатившаяся по щеке, и какое-то несчастное выражение лица. Словно у девушки огромное горе.

— Да, матушка, — едва слышно, сказала она.

— Собери грязную посуду и отнеси на кухню. Почемув доме не прибрала? Не видишь, у нас гости.

Взгляд Руты скользнул по мне, но в нем не появилось ни удивления, ни радости.

— Конечно, матушка, — она быстро собрала посуду, потом вытерла стол мокрой тряпкой.