Глава 6

Вниз я спустилась только после того, как привела себя в порядок. Помогала мне в этом Глория. Надеюсь, у Эллингтона стальное терпение, так как провозились мы явно больше сорока минут.

— Доброе утро, господин капитан, — поздоровалась я, входя в гостиную, где меня и дожидался Теодор. — Вы уже завтракали? — спросила, глянув мельком в сторону окна. Сегодня на улице было пасмурно, так что казалось, будто день так и не наступил до конца, зависнув на отметки сумрачное утро.

— Увы, не успел, — отозвался тот, вставая и приветствуя меня. — Вы сегодня, как всегда прекрасны, миледи.

— Благодарю вас, — я улыбнулась и аккуратно села на угол дивана, поближе к горящему камину. Казалось, из-за дождя, шедшего, как сказала Глория, всю ночь, сырость смогла пробраться даже сюда. — Тогда, может быть вы составите мне компанию? Через пятнадцать минут в столовой накроют на стол.

— С большим удовольствием, — ответил Эллингтон.

До завтрака мы беседовали об испортившейся погоде и об одном местном цветке, который распускался только в дождь. Благодаря памяти Брианы, я могла говорить о цветах бесконечно. Не знаю, насколько такая тема была интересна капитану, но он не выказывал нетерпения или раздражительности, слушая заинтересованно и даже задавая время от времени вопросы.

Судя по тому, что он не стал переходить на более интересную тему, разговор, скорее всего, должен был затянуться более чем на пятнадцать минут. Во время завтрака мы и вовсе предпочли не разговаривать, негласно решив скорее закончить и перейти к самому интересному.

— Итак, — начала я, когда мы насытились и снова переместились в гостиную, — что вы хотели мне сказать, господин капитан? — спросила, стараясь сесть так, чтобы было как можно более удобно. Жаль, но откинуться на спинку, как это сделал Эллингтон я не могула.

— Надеюсь, вы помните наш разговор, после того, как на вас было совершено покушение?

— Конечно, — я кивнула, заинтересовываясь еще больше.

— Вы тогда назвали мне одно имя, — начала капитан и замолчал, будто дожидаясь от меня чего-то.

— Я называла вам несколько имен, но только на одном акцентировала особо внимание. Делора Плампли, — сказала я, глядя на Эллингтона вопросительно. — Или вы имеет в виду кого-то другого?

— Нет, — капитан сложил руки на животе и слегка улыбнулся. — Именно об этой мисс и пойдет речь.

— Неужели вашему человеку удалось что-то отыскать? — я чуть сместилась, бросив взгляд на камин. А ведь Глория предлагала мне накинуть пелерину на плечи, но мне показалось, что это будет лишним.

— Верно, — Эллингтон как-то удовлетворенно кивнул. — Ваш отец нанял мисс Плампли после трагического случая, произошедшего на одной из деревообрабатывающих фабрик, принадлежащих вашей семье.

— И что же там случилось?

— Фабрика полностью сгорела, а вместе с ней погибло восемнадцать человек. Среди них был отец мисс Плампли, ее брат и жених.

Я замерла, чувствуя, как встает ком в горле.

— Но ведь…

— Результат проверки выявил халатность рабочих, — торопливо добавил Эллингтон.

— Но, видимо, мисс Плампли так не считала, — сказала я тихо, размышляя о том, что на месте Делоры ощущала бы я.

— Видимо, так и есть. Ваш отец постарался помочь семьям погибших. Кому-то оплатил учебу, кого-то устроил на работу, кому-то открыл небольшой счет в банке. Делору Плампли устроил к себе в качестве служаки, предварительно оплатив счет за лечение.

— Лечение? Она чем-то болела? — задала я вопрос, подумав, что Кадмус был милосерден ко всем, кроме своей дочери. Впрочем, Бриана в финансовом плане никогда ни в чем не нуждалась. А отцовская любовь… Что ж, не всем с ней везет.

— Болела ее мать. После лечения женщина прожила еще десять лет. Кроме этого лечилась и сама мисс Плампли.

— Отчего же? — спросила нетерпеливо, подаваясь чуть вперед.

— Ее организм подвергся серьезной нагрузке. Она была беременна. Ранние сроки, но даже так едва не погибла из-за потери ребенка.

— Неужели вы всё это узнали в каком-то архиве? — усомнилась я, подумав, что даже в моем прошлом мире полиции пришлось бы долго копаться, чтобы отыскать столько информации. А ведь прошло уже лет сорок, все документы могли давно выбросить за давностью лет.

— Конечно, — Эллингтон кинул. — В архиве подобные документы сохраняются в течение двадцати лет в неизменном виде, потом переносятся в магические носители. С любого документа снимается копия, которая отправляется в архив. Кроме этого там храниться полная подборка Столичного Вестника, начиная с самой первой газеты и заканчивая той, что вышла в этот понедельник.

— Скажите, господин капитан, — начала я, после недолго молчания, — а все ли имеют доступ в этот архив?

— Все, — ответил Эллингтон и едва уловимо прищурился. — Только у всех разный уровень доступа.

Ну ясно. Кому не положено, то много знать не сможет, а вот те, у кого есть, образно выражаясь, корочки, тот может получить намного больше.

— Всё равно не понимаю, — я качнула головой, решив, что данной капитаном информации по поводу доступа в архив достаточно. Выводы я свои сделала, мне на данный момент хватит. — Почему Делора решилась отыграться на мне? У нее до моего рождения было больше пятнадцати лет, чтобы отомстить. Если она, конечно, хотела этого.

— А вот об этом, я надеюсь, она расскажет нам сама.

— Вы хотите допросить ее? — я немного удивилась. — Разве этим не должна заниматься служба порядка?

— Должна и будет, — Эллингтон кивнул. — На самом деле я отправил людей за вашими слугами еще в тот день, когда на вас напали. Так что вскоре мы с вами будем точно знать, зачем, почему, как и кому.

— Кому?

— Вы ведь сами подозревали, что ваша служанка действует не самостоятельно. Вот мы и узнаем, кто именно за ней стоит. Или, — капитан слегка наклонился голову, — вы подозреваете кого-то конкретного?

— Нет, — ответила, решив, что мои домыслы могут быть неправильно истолкованы. Например, так, словно я хочу оболгать уважаемых людей ради своей личной выгоды. Если расследование уже началось, значит, капитан и сам вскоре всё узнает.

— Госпожа, прошу прощения, — прервала нас Агнес. Она дождалась, пока мы обратим на нее внимания и вошла в гостиную.

— Что случилось? — спросила, подумав, что мы с капитаном, оставаясь столь долго наедине, грубо нарушаем этикет.

— Там прибыли мистер Атчесон и с мистером Фергюсоном, — доложила она, наклоняя голову. При этом мне показалось, что служанка как-то слишком сильно побледнела.

Хм, я ведь приглашала только к обеду. Наверное, у них тоже есть какие-то новости, которыми они и спешат поделиться.

— Проведи их сюда, — попросила я, более внимательно оглядывая девушку. Интересно, чего или кого именно она так испугалась?

— Хорошо, госпожа, — ответила та, и вышла, не поднимая головы.

Я глянула на Эллингтона, замечая, как внимательно он наблюдает за поспешным уходом служанки. В его взгляде я не заметила мужского любопытства, скорее, интерес был вызван немного странным поведением Агнес.

Спустя пару минут в гостиную вошли управляющий с адвокатом. По словам управляющего мистер Фергюсон подготавливает документы по наследству. Почему-то мне казалось, что этим должны заниматься сами наследники, а заверять все у нотариуса. Наверное, адвокаты в этом мире занимаются всеми подобными делами. Не удивлюсь, если отец Брианы хорошо платил этому человеку, чтобы самому не отвлекаться на бумажную волокиту.

Расселись мы только после того, как провели обязательный ритуал, который положен здесь при встрече. Я о целовании рук и легких ни к чему не обязывающих комплиментах.

— Желаете чего-нибудь выпить? — спросила я, а потом передала дожидающейся указаний служанке заказ от мужчин. Себе я попросила принести чашку чая.

Во время приветствия я внимательно наблюдала не только за управляющим, но и за адвокатом. И если первый был весьма доволен чем-то, то второй слегка нервничал, время от времени вытирая платком вспотевший лоб.

Стивен Фергюсон оказался несколько полным, но довольно приятным на лицо мужчиной. Черные волосы он собирал в низкий хвост, открывая полностью высокий лоб. Небольшая борода без единого седого волоса (хотя возраст мужчины явно перевалил за пятьдесят) была аккуратно подстрижена. На носу поблескивали крохотные очки в позолоченной оправе и со свисающей до подбородка цепочкой.

— Итак, господа, какие у нас новости? — спросила, отпив крохотный глоток пахнущего жасмином чая. — Мистер Атчесон? Может быть, мы начнем с вас?

— Да, конечно, — управляющий слегка засуетился, раскрывая принесенную с собой папку с какими-то бумагами. Порывшись немного, он протянул мне лист.

— Что это? — задала я вопрос, ставя чашку на стол и забирая из его рук бумагу.

— Это, миледи, документ, из которого следует, что у Кадмуса на самом деле был заключен договор с банком.

— Позвольте, — попросил капитан, вставая и подходя ближе. Забирать документ у меня он не стал, лишь наклонился, обдавая меня приятным запахом, отчего я на миг перестала дышать. Замерев, я не знала, как именно мне поступить: то ли отодвинуться, то ли не обращать внимания. Впрочем, как-то отреагировать не успела — капитан тихо хмыкнул и отодвинулся. — И много отдали, мистер Атчесон, за эту бумагу? — спросил он, отодвигаясь и возвращаясь в кресло, в котором он до этого сидел.

Атчесон на эти слова вспыхнул, возмущенно открыв рот.

— Да как вы?..

— Мистер Атчесон, — прервала я его, решив, что не стоит никому из нас пока ругаться. — Большое спасибо, вы меня очень выручили. А деньги — не главное.

После этих моих слов управляющий весь сдулся, а потом довольно улыбнулся. Ясно, значит, отдать пришлось за эту бумажку много. Что ж, репутация всё равно дороже Я даже представлять не хочу, как могла подобная деятельность потрепать имя Валентайнов. Не удивлюсь, если эту сумму потом вычтут из моего наследства.

— Ну а вы, мистер Фергюсон, чем нас порадуете? — спросила я, покосившись на Эллингтона. Наверное, не стоило его посвящать в столь личные дела, но капитан имел поразительное умение — он влезал в происходящее с таким видом, словно все это касалось непосредственно его. Это слегка настораживало, но, странное дело, почти не раздражало.

— Боюсь, миледи, я, в отличие от мистера Атчесона, порадовать вас ничем не могу, — пробормотал Кормак, снова вытирая лоб платком.

— Что-то случилось? — я встревожилась.

— Случилось. Заранее прошу прощения. Я и представить не мог, что может произойти нечто подобное. Будьте уверены, я ее уволил сразу же, как только узнал.

— Подождите, мистер Фергюсон, — остановила я адвоката. — Давайте вы начнете с самого начала и расскажете нам, что и когда случилось. А мы уже потом будем думать, как это исправить.

— Хорошо, — кивнул Кормак. — Началось все с того момента, как умер ваш отец — Кадмус Валентайн.

Запнувшись на полуслове, Кормак состроил на лице скорбное выражение.

— Это такая потеря. Я вам соболезную, — сказал он.

— Спасибо, мистер Фергюсон, — я вздохнула и прикрыла глаза. Подождав некоторое время, снова заговорила: — Но всё-таки, давайте продолжим.

— Да, конечно, — Кормак слегка нервно скомкал платок в руке. — Когда Кадмус ушел от нас, я начал собирать документы, понимая, что вскоре все будет перераспределено между наследниками. Вот тогда-то и выяснилось, что бумаги, указывающие на ваше с Кадмусом родство куда-то задевалась.

— Прошу прощения, — перебила я адвоката, кое о чем вспомнив. — Мистер Атчесон, — обратилась я к управляющему. — Скажите, вы говорили, что завещание и контракт вы получили от мистера Фергюсона. Это так?

— Верно, — Стивен кивнул, явно не понимая, зачем я снова вспомнила об этом.

— Не понимаю, — я нахмурилась. — Значит, чтение завещания прошло без моего участия? — только сказав это, я подумала, что здесь (в этом мире), возможно, все не так.

Фергюсон схватился пальцами за ворот и принялся ослаблять его. Весь его вид говорил, что ему душно и явно не по себе. Управляющий непонимающе уставился на Кормака, молчаливо требуя ответ. Капитан с любопытством за всем наблюдал, и вид у него был такой, словно все происходящее доставляет ему крайнее удовольствие. Не понимаю я его. Чему тут можно радоваться? Судя по виду адвоката, процедура чтения завещания была проведена с нарушениями. Осталось только понять: почему так произошло.

— Понимаете, мисс, мы с вашим отцом обсуждали этот момент. Он ведь последнее завещание составил буквально за полгода до своей смерти, — начала Фергюсон, взяв себя в руки. — Это было его распоряжение, — закончил он быстро.

— То есть, мой отец сказал вам, что в случае его смерти на чтение можно приглашать моего брата и сестру, но не меня? — честно говоря, я усомнилась в подобном. — Он объяснял причину?

— Он сказал… кхм… — закашлялся Кормак, мельком глядя на меня. — Прошу прощения, миледи. Он сказал, что толку звать вас нет никакого, что вы все равно ничего не поймете. Когда ко мне после смерти Кадмуса приехали ваши брат и сестра, то я вспомнил его слова… Да и мистер Валентайн — ваш брат — настаивал не задерживать их… Они спешили, вот и… Да, все было именно так.

Взгляд Фергюсона стал виноватым. Управляющий чему-то кивнул, а капитан глянул на меня с явным интересом.

— Очень неожиданно, — сказала я, мысленно ругнувшись. Я так понимаю, они тут все были друзьями и о том, что в таких вещах стоит следовать букве закона как-то позабыли.

— Я тоже не совсем понимаю сейчас, — признался Кормак. — Ваш отец всегда описывал вас, как нежную особу, которой — не поймите меня неправильно, миледи — нет дела до реальности, — произнес Фергюсон, явно стараясь оправдаться в моих глазах.

— Да, все верно, — поддакнул управляющий. — Я и сам вчера удивился, когда увидел вас. Вы, несомненно, обворожительны, миледи, но совсем не похоже на то оторванное от мира создание, каким всегда описывал вас наш друг.

Взгляд капитана стал еще более заинтересованным. Взглянув на него неодобрительно, я подумала, что этому человеку сейчас не хватает только попкорна.

— Господа, последний раз я видела своего отца в девять лет, — сказала я холодно, непроизвольно распрямляя плечи сильнее. — За все эти годы он ни разу не приехал ко мне. Откуда он мог знать, какая я на самом деле?

— Но… — Фергюсон нахмурился, торопливо вытирая лоб, — он всегда рассказывал о вас так, будто…

— Знал все с точностью, — закончил за него управляющий.

— Если он к вам не приезжал, значит, ему кто-то рассказывал, — подвел итог капитан. — И, видимо, качественно искажал реальную картину мира, точно так же как и с миниатюрами. Кстати о них, — достав из кармана небольшую коробочку, похожую на портсигар, Эллингтон открыл ее и передал мне.

Внутри коробочки можно было увидеть мой портрет. На этот раз, на нем действительно была запечатлена Бриана. И теперь я понимаю, почему капитан при первой встрече не узнал меня. Я на изображенное создание походила мало. Бриана действительно выглядела неземной и эфемерной. Мечтательный и слегка отсутствующий взгляд, мягкое выражение лица, низко опущенные плечи, чарующая полуулыбка, едва уловимый наклон головы, почему-то дарующий образу загадочность. Светлые оттенки в одежде только подчеркивали это неземное впечатление, как и цветы, окружающие тонкую фигуру.

Я смотрела и понимала, что никогда не смогла бы стать вот такой — нежной, беззащитной, мягкой и словно воздушной. Бриана была на самом деле красивой. И дело не во внешность, а в наполненности. Она словно светилась вся, излучала спокойствие и умиротворенность.

— Этой мой портрет, — оторвав взгляд от миниатюры, я посмотрела на Эллингтона. — Вот только я не помню, чтобы кто-то просил меня написать его, — качнув головой, я нахмурилась. В памяти Брианы действительно не было такого эпизода.

— Это тоже довольно подозрительно. Если вы не помните, это может означать только то, что художник писал вас по памяти. Вероятно, он увидел вас в подобном состоянии, — капитан кивнул на миниатюру, — и вдохновился. Но я хотел сказать вовсе не об этом. Вчера, когда я показывал вам портрет вашей матери, который мы нашли в кабинете, то на картине внизу была подпись.

Я кивнула, а потом опустила взгляд. Портрет был маленьким, к тому же по краям рисунок украшали цветы, поэтому надпись я как и в прошлый раз я заметила не сразу.

— Это писал один и тот же человек, — сказала я, подумав, что почерк один в один, как на портрете Джоселин. — И, насколько я помню, вы сказали, что эта миниатюра попала вам в руки от моего жениха. Или вы имели в виду другой портрет?

— Нет, — Эллингтон слегка качнул головой. — Я говорил именно об этом вашем изображении. Настораживающий факт, не так ли? — вкрадчиво поинтересовался он, явно на что-то намекая.

— Узнать бы, откуда у моего жениха эта миниатюра, — произнесла я, заметив, как в глазах Эллингтона на короткий миг скользнуло разочарование, но почти сразу исчезло. Отдав капитану портрет, я перевела взгляд на адвоката. — Я не совсем понимаю вас, ведь вы должны были, несмотря на личные убеждения, действовать согласно закону, но пока оставим это. А сейчас, давайте мы уже перейдем к тому, что вас так сегодня встревожило.

— Конечно, — кивнул Кормак, выдохнув. Он опасливо глянул в сторону капитана, но вскоре вернул взгляд ко мне. — Полгода назад, когда мы составляли завещание, Кадмус принес мне оригинал вашего свидетельства о рождении и документ, удостоверяющий вашу личность. Я еще тогда удивился, что такие важные бумаги находятся у него, а не у вас. На мой вопрос, Кадмус снова поведал о том, что вы сами не в состоянии понять важность таких бумаг и вполне можете… кхм… например, потерять их или каким-либо образом испортить, поэтому он решил, что ему стоит хранить их у себя. Я не стал спорить, просто положил их в сейф и забыл. Вспомнил я о них только недавно, когда начал после смерти Кадмуса формировать пакеты документов. — Кормак тяжело вздохнул. — Тогда-то и обнаружилась пропажа.

Он замолчал, состроив скорбное выражение на лице. Фергюсон всем своим видом давал понять, что не хочет говорить об этом, но под нашими взглядами всё-таки продолжил:

— Я ведь точно помнил, что Кадмус отдал мне их. Но в сейфе этих бумаг не было. Тогда я решил, что отдал их вашему отцу, но забыл, поэтому пошел к Стивену. Но совсем недавно я узнал правду. Мисс Булман всегда казалась мне такой ответственной, исполнительной, поэтому, когда застал ее роящейся в сейфе, то в первое мгновение не поверил своим глазам. Конечно, я тут же вызвал сотрудников службы порядка, — Фергюсон воинственно блеснул очками, хмуро глядя на нас. — Они ее допросили, и тогда я узнал, что эта женщина, польстившись на деньги, пошла на должностное преступление! Она выкрала документы, отдала их неизвестному лицу и получила за это деньги, — закончил он убито.

— А мисс Булман у нас кто? — заинтересовался капитан.

— Моя секретарша, конечно же, — ответил моментально Фергюсон. — А снова в сейф она полезла за оригиналом завещания Кадмуса.

— Странно, что его сразу не выкрали, — произнесла я тихо.

— Да потому что я хранил его в другом месте, — сказал Кормак и в его голосе слышалось облегчение. — Конечно, я уволил мисс Булман и ее увели служители порядка. Но если это станет известно широкой общественности, то моей репутации конец, — Фергюсон нервно вытер лоб и мотнул головой.

— Неприятная история, — проворчал управляющий, суетливо проверяя карманы. Достав ключи, он торопливо пересчитал их, но это явно не успокоило его.

— Так, — я встала и прошлась по комнате. — Скажите, мистер Фергюсон, какие последствия могут быть у всего этого? Я ведь не смогу вступить в наследство без этих документов? А они, я уверена, давно уже уничтожены.

— Не сможете, это верно, — лицо Кормака приобрело сосредоточенное выражение. Его взгляд замер на одной точке. — В Ремротеме есть архив, мы можем получить копии. Это существенно упростит задачу по восстановлению утерянных документов. От вас потребует заявление, а дальше я сам. Последствия? Если никто не станет чинить препятствия, то вы сможете вступить в наследство, только немного позже.

— Заявление? Я могу написать его прямо сейчас, и вы сегодня уже сможете попасть в архив, — произнесла я, возвращаясь на диван.

— Это отличная идея, миледи! — воскликнул Фергюсон и принялся доставать из своего небольшого чемодана, который он принес с собой, бумаги. — Признаться, когда Стивен сказал, что вы в столице, я испытал небывалый подъем сил, ведь теперь мы с вами может устранить без сильных потрясений тот ущерб, что нанесла нам с вами мисс Булман. Поразительно, и этой женщине я доверял почти десять лет. Вот, возьмите, — Фергюсон оглядел стол, на котором стояли пустые чашки и бокалы из-под напитков.

— Думаю, нам необходимо пройти в кабинет.

— Хорошая идея, — согласился почему-то капитан, а потом взглянул в сторону двери. Я тоже посмотрела, заметив там мелькнувшую юбку. Кажется, это была Агнес. — Миледи, надеюсь, вы будете не против, если я ненадолго оставлю вас?

Я перевела взгляд с двери на капитана, а потом обратно.

— Конечно, господин капитан, — ответила я, направляясь к выходу. Выходя в коридор, огляделась, но служанки уже нигде не было видно. Подслушивала? Или хотела что-то сказать, но не решилась?

Уже в кабинете я отчего-то ощутила легкое недовольство. Я даже не поняла, отчего мое настроение немного упало. Впрочем, я постаралась отогнать мрачные мысли и сосредоточилась на действительно важных проблемах.

Я едва успела дописать последние строчки и поставить подпись, как Фергюсон забрал лист и торопливо распрощался, стремясь как можно скорее попасть в архив. Управляющий ушел вместе с ним, отговорившись тем, что ему срочно нужно проверить все бумаги.

Шумно выдохнув, я упала спиной на спинку кресла и расслабилась, прикрывая глаза. Да уж, как попала в этот мир, так ни минуты покоя. С одной стороны, это даже хорошо, так как нет времени на рефлексию. А с другой стороны, немного страшно, что все мои трепыхания в итоге так ни к чему и не приведут.

— Устали, миледи?

Я резко открыла глаза, выпрямляясь и садясь как всегда ровно. Взгляд остановился на Эллингтоне. Он стоял в дверях и смотрел на меня со слегка странным выражением на лице.

— Все в порядке, — отозвалась я, поднимаясь. — Вы поговорили с… кем хотели?

— Мисс Агнес. Я разговаривал с вашей служанкой, — пояснил капитан, не делая попыток войти в кабинет. И верно, последнее время мы с ним и так постоянно нарушаем этикет, оставаясь наедине.

— Она рассказала вам что-то интересное? — спросила, подходя к двери. Эллингтон почему-то не сдвинулся с места, рассматривая меня.

— Интересное, да, — тихо сказал он. При этом выглядел он слегка заторможено.

— Господин капитан, с вами все в порядке? — поинтересовалась я чуть встревожено. Вид у Теодора был довольно необычный.

— Да, конечно, все в порядке, — отмерев, ответил он. — Просто задумался, простите, миледи.

— Ничего страшного, — я улыбнулась, продолжая вопросительно на него смотреть. Судя по виду Эллингтона, мой последний вопрос он прослушал. — Так вы узнали что-нибудь у служанки?

— Узнал, — кивнул он, а потом отошел, наконец-то, в сторону, давая мне выйти из кабинета. — Не знаю, почувствовали ли вы, но когда мы вошли первый раз в кабинет, то в нем слегка пахло чем-то жженым.

— Почувствовала, — кивнула я, шагая медленно по коридору рядом с Эллингтоном. Спешить никуда не хотелось.

— Я тоже обратил на это внимание. Запах был пусть и слабым, но всё еще отчетливым, значит, в кабинете что-то жгли уже после мистера Валентайна. Поначалу я подумал, что это ваш брат или сестра, побывав в этом доме после похорон, что-то уничтожили в кабинете. Потом мне показалось подозрительным поведение местной служанки.

— И вы решили допросить ее.

— Право слово, допросить — громко сказано. Просто задал пару вопросов.

— И она вам рассказала? — спросила я, глянув на Эллингтона. Тот перехватил взгляд, слегка улыбнулся и кивнул.

— Рассказала. Ваш брат с сестрой на самом деле были в этом доме, но к жженому запаху в кабинете они не имеют никакого отношения. Все гораздо проще. У мисс Агнес есть младший брат. Не так давно он сильно простудился и слег с воспалением. Для его лечения понадобились деньги. Накоплений у семьи не оказалось, поэтому мисс Агнес пошла к вашему отцу с просьбой о помощи. Мистер Валентайн не отказал — дал необходимую сумму. Отдавать все сразу он не требовал, просто удерживая из заплаты каждый месяц небольшую часть. Мальчика вылечили, вроде бы все хорошо, но мистер Валентайн умер.

— И мисс Агнес посчитала, что отдавать остальное не обязана, не так ли? — задала я вопрос, качнув головой.

— Верно, — Эллингтон улыбнулся. — Когда мистер Валентайн выдавал ей деньги, то она написала расписку. Но потом он скончался и все закрутилось. Похороны, хлопоты, тревожные мысли о будущем. В общем, вспоминать об одолженных деньгах было решительно некогда. Но когда пришел мистер Атчесон, сказав, что ему нужны кое-какие бумаги, то она почему-то подумала, что речь идет о ее расписке, — капитан хмыкнул. — О том, что она заняла денег у вашего отца, знала миссис Кэролл. Мисс Агнес в слезах смогла убедить няню мистера Валентайна помочь ей. Та по каким-то своим причинам не отказалась.

— И в итоге миссис Кэролл несколько часов удерживала мистера Атчесона в гостиной, плача и не пуская его далеко от себя, дожидаясь пока Агнес отыщет свою расписку и уничтожит ее, — закончила я.

— Все так, — Эллингтон кивнул. — А потом прибыли вы, а на следующий день еще и адвокат. Мисс Агнес занервничала сильнее, решила подслушать, чтобы узнать, что нам всем здесь понадобилось.

— Значит, она не имеет никакого отношения ни к убийцам, ни к тому, кто знал о моей магии и всеми силами старался не дать ей раскрыться.

— Что вы имеет в виду? — спросил капитан, заинтересованно глянув на меня. И почему-то мне вдруг показалось, что он совсем не удивлен, что врагов у меня чуть больше, чем один.

Я не стала ничего ему на это говорить, просто расписала все свои умозаключения по поводу всего происходящего. Эллингтон слушал внимательно, кивал и по-прежнему не выглядел удивленным. Кажется, он пришел к похожим выводам.

Во время разговора мы успели добраться до гостиной. Я снова села поближе к камину, подавляя желание вытянуть руки к огню.

— Мистеру Ботрайту придется подождать еще немного, — сказала я, спустя некоторое время. — Если вы спешите, то я не стану вас задерживать.

— Нет, миледи, я никуда не спешу, — Эллингтон сложил руки на животе и улыбнулся слегка умиротворенной улыбкой. Казалось, он был чем-то крайне доволен. — После вашего рассказа я тем более не могу оставить вас в одиночестве. Мне бы не хотелось, чтобы единственный маг крови, появившийся в Соулдреме за последние несколько сотен лет, погиб.

Меня так и подмывало спросить: неужели причина только в этом? Но я сдержалась, слегка прикусив себе язык для надежности. Лишь глянула пытливо, но спустя несколько секунд отвела взгляд, посмотрев на огонь.8c847c

Чтобы не думать о странностях, происходящий со мной в последние дни, я решила обдумать свои дальнейшие планы.

Для начала надо дождаться восстановление документов. Потом вступить в наследство. Надо будет узнать, через какое время это происходит. Насколько я помню, в моем прошлом мире должно было пройти полгода. Хорошо, если не придется ждать. А что делать, если всё-таки потребуется какое-то время? На что мне потратить это время? Поехать к жениху, чтобы уговорить его отложить свадьбу, ведь мне по закону требуется обучение? А если он тот, кто пытался всеми силами сдержать мою магию, что делать тогда? В любом случае прятаться от него я не могу. Нужно узнать как можно больше о контракте, вдруг есть возможность разорвать его.

— Расскажите мне об академии, — попросила я, решив, что для начала надо закончить дела с наследством, все точно узнать, расспросить о контракте, а уже после составлять более продуманный план дальнейших действий. — Мне ведь положено обучение, не так ли?

— Всё верно, только, боюсь, что в академии вас не смогут ничему научить, — Эллингтон чуть нахмурился.

— Почему? — удивилась я.

— Магов крови давно не было. Вас попросту некому учить. Материалы по магии крови давно уже изъяли из академии. Там вы сможете ходить только на общие лекции. Это пустая трата времени, ведь ту же историю магии вы можете узнать, прочитав пару книг. К сожалению, с вашим даром вам придется обучаться самостоятельно.

— Почему это пустая трата времени? — я недовольно качнула головой. — Даже теория очень важна. Я уверена, что академия может значительно углубить мои познания окружающего мира. К тому же, немаловажную роль играют знакомства. В данный момент я практически никого не знаю, тем более среди магического населения Соулдрема.

Эллингтон почему-то едва уловимо нахмурился, но спустя пару секунд его лицо озарилось догадкой.

— Вы хотите потянуть время, не так ли, миледи? — спросил он, чуть наклоняясь вперед.

— Ничего подобного, — притворно оскорбилась я. — Вы ведь сами говорили, что магию нужно развивать, иначе, это может навредить мне. К тому же, не будете же вы, господин капитан, отрицать, что обучение в академии полезно и в другом плане.

— Не буду, — согласился Эллингтон, а потом чуть задумчиво прищурился. — Этот набор давно закончен, но, как мне кажется, ректор с удовольствием сделает исключение ради мага крови. Но на вашем месте я бы не торопился с поступление. Понимаю, что это отличная возможность потянуть время. Вот только когда все узнают, что у вас за магия, то, боюсь, некоторых может и не удержать ваш брачный контракт.

— Что вы имеете в виду? — Я едва сдержалась, чтобы не передернуть плечами — почему-то мне вдруг на миг стало очень холодно. Эллингтон посмотрел на меня оценивающе, словно сомневался, что стоит отвечать.

— Вас могут похитить и удерживать где-нибудь силой. Могут и вовсе увезти в другую страну. Я надеюсь, вы понимаете, зачем? Мало кто откажется усилить свой род такой кровью.

— Вы хотите сказать?.. — я запнулась, чувствуя, как сердце ускоряется.

— Да, миледи. Дети от вас усилят любой род. Конечно, перед этим надо проверить вектор совместимости, ведь при низкой совместимости шансы на зачатие резко понижаются. А если ее (совместимости) вообще нет, то смысла тратить время на похищение нет никакого. Вот только во всем этом есть ещё одна нехорошая деталь.

— Какая?

— Брачные контракты магов заверяются самой магией. Мистер Ботрайт — маг. Есть большая вероятность, что ваш контракт имеет магическую силу. А это значит, что рождение ребенка от другого мужчины если не убьет вас, то значительно подточит ваше здоровье. Магия не прощает подобного. А учитывая, что ваши похитители вряд ли ограничатся одним ребенком, то ваша смерть в ближайшие годы имеет сто процентную вероятность.

— Вы говорите ужасные вещи, — я вздохнула, зябко поежившись.

— Я говорю вам ничем неприкрытую правду, так как мне кажется, вы способны принять ее, осмыслить и сделать верные выводы, — резко сказал капитан. — Понимаю, вы пока плохо осознаете, какую ценность представляете для магов…

— И для вас? — спросила я и тут же прикусила язык, испугавшись слов, невольно вырвавшихся у меня.

Эллингтон молчал несколько долгих, томительных секунд, а потом заговорил:

— И для меня, — ответил он, а у меня почему-то от этих слов сердце подпрыгнуло до самого горла. — У нас с вами прекрасная совместимость, — сказал он, а я заметила, как взгляд капитана слегка потемнел. — Да, я успел проверить. Мне было интересно. Но мы сейчас не об этом, — он улыбнулся и странная атмосфера почти мгновенно улетучилась, позволив вздохнуть мне свободнее.

— Что же… — я отвернулась от капитана, стараясь взять себя в руки. Почему-то этот короткий эпизод выбил меня из колеи. — Что же тогда мне делать?

— У меня есть кое-какие мысли. Вы позволите мне их озвучить?

— Да, пожалуйста, — попросила я, возвращая взгляд к Эллингтону и сосредотачиваясь.

Выбросив из головы лишние мысли, я сосредоточилась на словах капитана. Обо всем только что произошедшем я подумаю позже, когда буду одна. Сейчас не время и не место.