Глава 8 Леди, у вас новый ухажёр?!

Спускаясь в Большой бальный зал в сопровождении Люси, я постоянно касалась пальчиками крупного бриллианта, аккуратно лежащего чуть выше ложбинки между грудей. Огромный прозрачный как слеза камень источал странное тепло. Манил и, чего уж там, просто гипнотизировал. Рука все тянулась к нему. И такая нега обволакивала душу. Странная, непонятная, но не тревожащая.

— Леди Гимера, внимательнее, — проворчала в который раз Люси.

— Да что с тобой, милая? — выдохнула, не понимая ее столь хмурого настроения.

— Со мной ничего, а вот вы... Слов приличных нет. Простота вы и наивность, леди!

Не ожидая такого, я слегка запнулась на ступеньке и уставилась на нее.

— Это почему? Люси, родная, ну что ты злишься-то так? — прищурившись, развела руками и снова цапнула подвеску, потеребив ее.

— Мне по статусу не положено перечить лорду Хелиодоро, леди, — запричитала она. — Даже сейчас с вами выхожу за рамки дозволенного. Но вы-то! Вы! Почему не забрали у графа список с перечнем наборов, переданных вашей матушкой, и не сверились? О чем только думали? Как он шкатулку открыл, так все — поплыла девочка. А он словно знал!

— Да что не так? — я и вовсе остановилась.

— Все не так! — фыркнула пожилая служанка. — Не было в списке никакой подвески с бриллиантом! У вас всего заявлено четыре бальных платья и под них комплекты — с сапфирами, рубинами, аквамарином и яшмой. Все. А то, что он вам принес... Да это же целая сокровищница!

Я вдумалась в ее слова и пожала плечами.

— Ну и зачем ему подсовывать мне чужие украшения, Люси?

— Ну почему же чужие, — она забавно фыркнула и задрала подбородок, — они похоже его. А вот зачем, думайте сами. Голова у вас светлая.

Хм... Я снова коснулась гладкого теплого камня. Да какая разница, зачем он мне его выдал? Это же бриллиант. Этим все сказано. Что я там перебирать буду? Мне сказали — надевай, так чего сопротивляться?Ну какая леди в здравом уме выберет яшму вместо бриллианта?

Если такая дурочка и есть, то это точно не я.

Лично меня все устраивало: и подвеска, и аккуратные золотые сережки, усыпанные камешками, и широкий литой браслет. Тяжелый такой, и все с теми же бриллиантами, правда, не столь крупными.

Только вот Люси непонятно чего фыркала...

... Спустившись с последней ступеньки, я пристроилась в длинную очередь из претенденток драконьего отбора. Двери с фанфарами распахнулись. Через широкий проем где-то там в конце зала на помосте разглядела два изящных кованых трона, украшенных грозными бронзовыми ящерами, которые словно придерживали широкие подбитые бархатом сидения. Красиво, конечно, громоздко, достойно. Перед ними стояла королевская чета. Правитель в золотом сюртуке, расшитом нитями так, что создавалось впечатление будто это драконья чешуя, а не ткань. Королева в пышном платье. Да все того же цвета темного золота. Мой наряд уже не казался ярким. Кажется, Люси, подобрала верную расцветку.

Со стороны двери заиграла музыка, и монархи, в приветствии слегка склонив голову, уселись.

И снова грянули фанфары.

Герольд с узкими усиками, развернув перед собой длинный, украшенный вензелями список, принялся зачитывать имена и титулы девушек, а также лордов, которым они оказали честь станцевать первый танец, открывающий бал — полонез. Я покосилась на свою карточку, висящую на запястье. С трудом припоминала, кто там вписан под номером один. Все равно имя джентльмена мне ни о чем не говорило.Над головой герольда продолжали плясать музыкальные инструменты, а мужчина приглашал претенденток одну за другой.

— Найнела Дергю герцогиня де Морбэ, — услышала я и, не удержавшись, выглянула.

Моя вражина лебедушкой вплыла в зал и остановилась.

— Рауль Хелиодоро граф Наварро!

После этих слов распорядителя я невольно схватилась за сердце. Из моих уст вырвался нервный вздох. Не может быть! Как же так? Почему он открывает бал не со мной? Только спустя несколько мгновений я напомнила себе, что и не было графа в моей карточке под номером один. Но этот факт не отменял того, что Рауль... Мой Рауль! Танцевать будет с этой!

Да с кем угодно, но не с ней. Хотя вообще ни с кем кроме меня!Ревность? От удивления я распахнула глаза.

Боги Всемогущие, я ревновала этого несносного лорда дознавателя к противной, тощей, глупой герцогине де Морбэ?

Какой позор. И ничего этот граф не мой!

Фыркнув, выпрямилась и принялась ждать своей очереди, нервно отбивая туфелькой по паркету...

... И наконец, когда все пары стояли в Большом зале, раздалось долгожданное:

— Мирабель Гимера виконтесса Лодоса, — устав ждать, я уже не стала изображать грацию и парить голубкой. Вошла в зал вполне себе армейским шагом.

Глашатай взглянул на меня, весело улыбнулся и огласил имя лорда, с которым я буду отплясывать полонез:

— Дункан Рамирье принц Альманца!

По залу пролетел легкий ропот. Я же, сглотнув, кажется, застыла изваянием.

— Леди, — подоспевший ко мне невысокий мужчина в темном бархатном сюртуке галантно склонился и, сообразив, что я слегка в этом... в шоке, сам схватил мою руку и пристроил на свой локоток.

Моргнув, я, все еще находясь в тяжелом недоумении, ловко поймала свою танцевальную карточку и уставилась в нее.

— Да, я слегка подкорректировал ваш список, леди Гимера, — усмехнулся принц Дункан. — Открывать вечер вы будете со мной. Ну и вальс никто не отменял.

— Два танца?! — я приподняла бровь.

— Два, — он кивнул и, не удержавшись, улыбнулся, демонстрируя мне эту милую щербинку. — Еще никогда леди не изображала такую муку на лице при мысли о близости со мной.

— Близости, принц?! — вот теперь у меня просто отвисла челюсть.

Он громко засмеялся. Открыто так, по-мальчишечьи.

— Танцы, леди Гимера, — пояснил он. — Пока я говорю только о танцах.

На деревянных ногах я пошла дальше.

Пристроившись в шеренгу последними, мы замерли, ожидая пока его Величество произнесет длинную и нудную вступительную речь. Я вдруг вспомнила, что должна была поклониться кавалеру. А теперь как исправлять оплошность? Будет совсем уж по-дурацки выглядеть, если я начну отвешивать поклоны сейчас. Нервно передернув плечами, схватилась за кулон. Бриллиант стал еще теплее.

Мой жест не укрылся от внимательного взора принца. Повернувшись, он рассмотрел украшение.

— Ну Рауль, ну хитрец. Подстраховался значит, — мужчина покачал головой, а в теплых глазах искорки заплясали.

— Вы о чем, ваше Высочество? — облизнув губы, уточнила, ожидая очередной подставы.

— О нашем, леди, о мужском, — хмыкнул он и вновь уставился в сторону короля. Немного так постоял и тяжело вздохнул. — Хочу признаться, леди, в предстоящем правлении это пугает меня более всего.

— Что именно ваше Высочество? Балы? — не удержала я вмиг очнувшегося любопытства.

— Нет, речей, — придвинувшись, шепнул он мне практически на ухо. — Я просто не способен стоять на месте так долго и на одном дыхании выдавать столько слов подряд не запинаясь.

— Хм, ваше Высочество, это вы еще настенный гобелен не расшивали цветными шелковыми нитями, — с серьезным видом заявила я. — А попробуйте-ка год гаргульей нависать над тканью и вышивать одну и ту же картину часами. Вам эти десятиминутные речи сказкой покажутся.

— А вы вышивали? — в его взгляде скользнул интерес.

— Честно? — я скептически приподняла бровь. — Боюсь, не гожусь я вам в невесты, ваше Высочество, у меня в приданом ни одного гобелена. Максимум там носовой платочек с вышитыми ромашками.

Он снова засмеялся. Открыто так, заразительно.

И мне стало как-то легче. Ну, милейший же мужчина.

— Леди Гимера, что-то я уже жалею, что сдал Раулю третий вальс, — не стесняясь быть услышанным, признался он.

— Не стоит, ваше Высочество. Приличия нужно соблюдать, так написано в учебнике для юных аристократок за авторством леди Буфе.

— Прямо так и написано? — поддел он меня.

— Да, ваше Высочество, на первой же странице красными чернилами.

— Дункан, — его голос стал тише, а лицо серьезным. — Леди Бель, вы можете называть меня — принц Дункан.

— Боюсь, что все же не могу, — я покачала головой.

— Поверьте, леди, можете, — он склонил голову и заглянул мне в глаза.

Сглотнув, от волнения поджала губы.

Но спасение пришло, откуда не ждали...

Над небольшой сценой вспорхнули уже известные мне музыкальные инструменты и грянули первые ноты полонеза.

***

Выстроившись в две шеренги в начале большого богато украшенного в золотые тона зала, мы ждали начала шествия, ориентируясь на первую пару. Вдруг я сообразила, что там, в самом начале должен был бы стоять принц и возглавлять этот танец, как того требовало его положение.

Но почему же он тогда со мной? Да еще и пятнадцатый.

Повернув голову, украдкой взглянула на мужчину и тут же попала в плен его странных глаз. Карие с вкраплением бордового. Это выглядело столь необычно. И почему я посчитала его некрасивым? Хм... Тряхнув головой, сообразила, что мысли ведут меня куда-то не туда.

Принц Дункан улыбнулся и склонил голову.

— Вы обладаете уникальной способностью противостоять обаянию дракона, леди Гимера, — услышала я тихое от его Высочества. — Это делает вас просто бесценной.

— Почему? — не сдержалась я.

— Любому мужчине хочется, чтобы его любили не по принуждению. Не потому, что силе драконьей крови сопротивляться неспособны, а за то, какой он есть.

— Я не знала о такой особенности драконьего рода, ваше Высочество.

— Да, это закрытая информация, — он кивнул, — но думаю, вам нелишним будет о ней знать.

А музыка все гремела. Герольд непостижимым образом перебивал ее, разъясняя, зачем мы здесь все собрались.

— Почему нелишним? — мое любопытство лезло вперед здравого смысла, и я все не могла прикусить свой длинный язык.

— Потому что на вас положили глаз сразу два дракона, леди Гимера, а может, и больше. В этом зале собрались все молодые представители нашей, увы, малочисленной расы. Да Рауль обладает яркой внешностью, женщины никогда не могли устоять перед ним, я же беру другим.

— Вы харизматичны и невероятно обаятельны, — согласилась я, выглядывая впереди лорда дознавателя.

— Да, Бель, вот только с тобой это не работает. Что делает ситуацию куда интереснее и острее.

— Не понимаю вас, ваше Высочество, — поджав губы, отчеканила, прекрасно представляя к чему приведет его пристальное внимание.

Ну хотя бы к тому, что вскроется, что я вообще ни разу не наследница графства Лодоса.

Покрутив головой, с досадой отметила — толпящиеся у стен приглашённые на торжество не сводят с нашей пары взглядов и шушукаются.

Вот гадство, а!

Наконец, герольд умолк, а музыка стала громче. Принц Дункан протянул мне правую руку, в его глазах заплясали смешинки. Словно ему вся эта ситуация в целом казалась крайне забавной. Не сдержав вздоха, я слегка коснулась его ладони пальчиками. Но куда там, он сцапал руку, и еще и крепко сжал.

— Ваше Высочество, вспомните о приличиях! — не удержалась я.

— А да, — он изобразил глубокую задумчивость. — Точно. Учебник для юных аристократок за авторством леди Буфе. Красными чернилами, — закивал он. — Помню-помню.

И ничего... Как держал мою ладонь, так и отпускать не собирался.Вот же наглая королевская физиономия.

Процессия началась. Первая пара двинулась в центр зала, за ней стройными рядами потянулись и все остальные, ориентируясь на них. Развернувшись лицом по направлению движения, я подобралась и развернула плечи. Выпятила грудь и лебедем белокрылым поплыла, да так грациозно, что мои учителя танцев в пансионатах для юных дев прослезились бы от гордости.

Движения неспешны и сдержаны.

Глиссе правой ножкой, небольшое приседание. Шажок на полупальцы левой ножки. И все повторить. Какими же добрыми словами я вспоминала сейчас папеньку и тех несчастных танцмейстеров, которые пытались гвоздями со шляпкою вбить в меня грацию и умение не просто слушать, а слышать музыку. Что же, не зря на их головах появлялись седые волоски. Успеха они таки добились.

Я плыла по начищенному до блеска паркету, ничуть не уступая остальным.

И не скажешь, что не аристократка, а особа с криминальным досье за плечами.

Так стройными рядами мы прошли по зале. Девушки, грациозно вытянув руки, источали улыбки направо и налево. Шажок, шажок, шажок. Поворот. Растянули губы. Послали кокетливый взгляд кавалеру из соседней шеренги. Шажок, шажок, шажок и покрутились.

Как же я ненавидела полонез.

Улыбка.

Вот именно из-за этого притворного счастья на лице. Щеки аж трещали от натуги.

Присев передо мной на одно колено, принц поиграл бровями и позволил мне лебедушкой скользнуть вокруг него. Замерев на мгновение, я склонила голову и заметила странное выражение на его лице. Словно тоска или глубокая печаль. Но опомнившись, он снова просиял и грациозно повел меня в танце.

Дойдя до стены, пары, начиная с первой, стали расходиться. Лорды налево, дамы, придерживая яркие подолы платьев, направо. Принц с явной неохотой выпустил мою ладонь и позволил мне ненадолго ускользнуть от него.

Смотря в спину Рикая, я следовала четко за ней. Улыбалась и все соображала, во что же я вляпалась. И уже никакая трость с рубином душу не грела. Протанцевав до конца зала, повернула голову и снова поймала на себе задумчивый взгляд принца Дункана. Невеселый, пристальный, даже чуточку жестокий. И меня это насторожило еще больше. Протянув мне руку, он прищурил и без того узкие глаза. Что мне оставалось — я вложила свою ладонь в его.

Он кивнул, одобряя мои действия. По его тонким губам скользнула жесткая улыбка.

— Принц? — всполошилась я. — Что-то не так?

— Все так и не так одновременно, Бель. Вы спутали мои планы, прелестная леди. И пока я не знаю, что с этим делать.

Я выжала из себя очередную улыбку.

Мы снова двинулись к центру зала. Легкости танца не чувствовала, скорее он начинал меня тяготить. На нас смотрели с восхищением. Особо пристальное внимание я ловила на себе со стороны королевской четы, что и вовсе вводило в некий ужас.

Тем временем лорд и леди первой пары остановились и поклонились друг другу. Я и не заметила, как началась следующая фигура танца. Мысленно дав себе затрещину, уже внимательнее следила за движениями.Еще не хватало опозориться.

По очереди пары разошлись в две линии. Пришагивая и приседая в плие, я не могла отделаться от чувства, что нахожусь в центре внимания. И дело было даже не в этом странном цепком взгляде принца. Нет. Было что-то иное. Наконец, я поймала себя на мысли, что хочу схватить и сжать этот непривычно горячий бриллиант, который покоился в ложбинке между грудей.

Что-то здесь было не так, но размышлять об этом было не время и не место.

Моргнув, сообразила, что мимо меня уже скользят по паркету зала вновь воссоединившиеся пары. Натянув улыбку, шагнула к принцу, присела в поклоне и подала ему руку.

— Вы выглядите напряженной, Бель, — шепнул он. — Возвращаю вам ваш вопрос — что-то не так?

— Ничего, ваше Высочество.

— Не люблю, когда мне лгут, — он поморщился. — Это обижает.

— Это не ложь, а простая вежливость.

— И все же...

— Пристальное внимание, — вынужденно созналась. — Оно мне непривычно. Я предпочитаю быть в тени.

Принц Дункан тихо засмеялся.

— Верится с трудом, леди. Вы слишком яркая, чтобы скромно теребить шелковый платочек в уголке зала.

Улыбнувшись, решила принять комплимент. В уголках глаз принца появились лучики-смешинки, которые совсем не портили его. И вообще, чем больше я находилась в обществе этого необычного мужчины, тем отчетливее понимала — внешность его крайне обманчива. Не высок и не широкоплеч, зато гибок и статен. Некрасив, но харизматичен, обаятелен. Трудно устоять перед таким.

И дело тут было не в магии его крови. Нет!

Сделав круг по зале, я повернула голову и кокетливо улыбнулась. Мой взгляд поймал не кто иной, как граф Хелиодоро. Веселым он не выглядел. Хмурился, сдвигал брови, откровенно злясь.

Герцогиня де Морбэ что-то тихо ему говорила, он кивал, но будто бы не слышал ее. Все его внимание было приковано к нашей паре. Бриллиант на моей груди стал еще горячее.

— Да, леди Гимера, вы именно та женщина, что способна вбить клин между лучшими друзьями, — негромко произнес принц, заметив интерес графа. — Простой формальный отбор стал вдруг таким пикантным и непредсказуемым, ведь принцу не отказывают. Вам ведь это известно?

Он усмехнулся, а мне вдруг стало совсем нехорошо. Ну хоть в обморок срочно падай и прямиком через забор беги домой. К папочке!

***

Я не знаю, как выдержала полонез! Это было настоящее испытание меня на прочность. Но стоило музыке смолкнуть, как попыталась улизнуть. Но, куда там! Мои пальчики были мгновенно взяты в плен.

— И все же я сражен вашей красотой, леди Гимера, — прошептал с придыханием принц Дункан, притягивая меня ближе к себе. — Вы ведь помните — последний вальс за мной.

«Да уж забудешь такое!» — рыкнул мой внутренний голос.

Тяжело дыша, я не знала, как выкрутиться из столь щекотливого положения. Что было в новинку для меня, всегда такой находчивой и скользкой. На нас глазели все! Не удивлюсь, если даже мыши из-под полов выглянули, чтобы все внимательнее рассмотреть, расслышать, а потом в норках за чашечкой чая обсудить.

— Ваше Высочество, — от улыбки у меня настолько свело щеки, что я натурально демонстрировала клыки. — Я буду с нетерпением ждать завершения этого прекрасного бала.

— По вам видно, леди, — рассмеялся он. — Но позвольте мне еще немного вольностей. — Подняв мою, зажатую в его руке, ладонь, он мягко коснулся губами костяшек пальцев. В его теплых очах вспыхнула магия и тут же погасла, стоило этому потомку драконов моргнуть.

Во рту вмиг пересохло.

Я бегло прошлась взглядом по толпе и натолкнулась на полные ненависти глаза де Морбэ. О-хо-хо! Представляю, с каким упоением сейчас в своих самых потаенных мечтах графиня душила меня голыми руками, давая в последний момент сделать маленький глоток воздуха, чтобы продлить мою агонию. А рядом с ней стоял столбом граф Хелиодоро. Пошатнувшись, он как-то распрямил плечи, отстегнул прикрепленную к поясу трость и двинулся в нашу сторону. И стоило мне взглянуть на его лицо, сразу поняла — де Морбэ посрамлена. Вот это гнев! Вот это эмоции! Какие яркие чешуйки проступили на его гладковыбритом подбородке, острых высоких скулах, над густыми бровями. Того и гляди, моргнет граф и перевоплотиться в древнего ящера.

— Хм... — принц придвинулся ко мне еще ближе. — Ой, как же мне не стыдно. Рауль даже ребенком не любил, когда брали его игрушки, вы ведь это помните, леди Гимера?

— Что помню? — моргнув, непонимающе взглянула на него.

— Ну как же, милая Мирабель. Вы не помните, как мы детьми играли в детской комнате и вы, малышкой, схватили его калейдоскоп? — принц приподнял бровь и впился в меня внимательным взглядом.

Не просто настораживающим, а пугающим.

Сглотнув, мысленно послала крепкое такое забористое проклятие в сторону той самой Академии Магии, где спряталась та самая... Мирабель, чтобы ей сейчас крепко икнулось!

— Нет, ваше Высочество, — выдавила из себя, решив, что ложь в данном случае может оказаться губительной. — Боюсь, я почти не помню детства.

— Да? — принц картинно схватился за сердце. — Как же так, прекрасная леди Гимера? Вы же клялись, что выйдете за меня замуж!

Услышав такое — пошатнулась!

Все! Занавес!

Бестолково моргнув, продавила ком, застрявший в горле, и нагло выдернула руку из королевского захвата.

Нет ну... Как?

Мирабель — кошка драная! Чего она там наобещала и когда успела?!

— Леди, — принц, впитывая мои эмоции, склонил голову набок. — Неужто не помните те пылкие слова?

— Знаете ли, ваше Высочество, — прошипела, ощущая, как на горле сжимается незримая «удавка», — неприлично указывать леди на ее недостатки!

— Это когда же я указывал? — он так искренне удивился.

— Мгновение назад! Да мало ли чего я там не от большого ума с куклой в руках в коротком платьице лепетала, — мой праведный гнев рвался наружу. — Я, чтобы вы знали, вообще не собираюсь участвовать в таких сомнительных мероприятиях, как совершение таинства брака. И не выйду замуж за вас...

— Леди Бель, — раздалось яростное за моей спиной.

— И за вас, лорд дознаватель! — обернулась, припечатала и второго подоспевшего ухажера. — Я вообще в храм идти не намерена! Ни с кем!

— Леди Гимера, тише, — в глазах принца засветились смешинки. — Это все же свадебный отбор.

— Я знаю, ваше Высочество, куда меня нелегкая принесла! Вот и отбирайте, но не меня. А вальс... — махнув рукой на все приличия и осторожность, сделала два шага вперед и искусно сымитировала вывих стопы. Вроде как споткнулась об подол платья. Картинно присев, застонала, хлопнула ресничками и выдала: — Как же так, лорды, оступилась! Ох, уж эти каблучки. Вы не одолжите? — Выдернув из руки поспешившего ко мне графа трость, оперлась на нее. — Боюсь, придется все вальсы пропустить, а заодно мазурику, менуэт и гросфатер. Пойду лучше поищу иное развлечение.

— Бель, — граф попытался взять меня под руку, но я, фыркнув, не позволила ему такие вольности.

— Простите, лорд Хелиодоро, но я тоже не люблю, когда без спроса хватают не только мои вещи, но и меня саму. Прошу меня простить, лорды.

Громко цокая тростью, украшенной огромным рубином, двинулась по направлению к небольшим комнаткам для развлечений.

А в душе клокотала злость.

Я себя какой-то дурочкой чувствовала. Получается, эта несносная моя копия прекрасно знакома и с принцем, и с лордом дознавателем. То-то Рауль ко мне такой добренький. То-то таскает шкатулки с драгоценностями.Замуж она там выйти обещала? Вот пусть и катиться сюда из своей академии и спасает положение.

А я... А я... А я влипла по самую морковку! Ведь прекрасно понимала — пропади я сейчас, начнут искать. Сначала Мирабель, а когда поймут, что не могла она быть при дворе в это время, и меня.

И все бы ничего, но я посмела морочить голову принцу! А это уже серьёзнее будет простой никем не замеченной подмены на отборе.

Заметив небольшое помещение с установленными столиками для шахмат, поспешила туда. Хоть как-то отвлечься от той грозовой тучи проблем, что нависла сейчас, извергая молнии, над моей головой.

***

Присев на свободный стул с краю, сложила руки на коленях и уставилась на трость. Ха! Так просто я еще ни одну драгоценность не уводила. Вот сейчас бы в сад, там через забор и в родной особняк на Портовой улице. То-то папочка бы удивился, оценил.

«А потом еще больше изумился, когда бы к нам королевские гвардейцы нагрянули» — шепнул мне ехидненько внутренний голосок.

Нет, я, конечно, и дерзкая, и смелая, и ловкая, но не дура же так подставится.

Тяжело вздохнув, смирилась с тем, что придется мне эту красоту лорду дознавателю все же вернуть.

— Шах и мат! — воскликнули в комнате.

Подняв голову, взглянула на ближайший шахматный стол. Там разыграли партию. Белый король лежал на доске, поверженный в честном бою. Забыв на мгновение о своих проблемах, я придвинулась ближе к этому изящному, резному, деревянному столику. Он сам по себе являлся произведением искусства. Ножки, выполненные под вид пешек.

На столешнице, помимо привычного шахматного поля, изображены драконы и силы стихий — огонь, вода, воздух. Поняв, что никого тут не отвлекает присутствие женщины, я пересела еще поближе.Проигравший поднялся из-за столика и его место занял очередной лорд.Фигуры расставили по клеткам, и началась новая партия.

Прищурившись, я пыталась сообразить, какой дебют будет разыгран. Но, увы, мужчины меня не впечатлили. Серия ходов и очень быстрый и легкий шах и мат. Скривившись, принялась ждать новой игры, надеясь, что она будет хоть сколько-нибудь захватывающей.

Сама я играла, сколько себя помнила. Наверное, шахматные фигуры стали первыми моими игрушками. Отец подсовывал мне их, объясняя, что такое ладья, слон, пешка. Рассказывая, как они ходят и где на доске располагаются. Папочка вообще был сторонником умных игрушек, наверное, поэтому у меня было до обидного мало кукол и много пазлов и головоломок. Свою первую честную победу без поддавков я одержала в семь лет, сыграв с другом семьи.Нет, конечно, непревзойденным мастером я не стала, но партии с папой по вечерам здорово скрашивали нашу жизнь.

— Играете, Бель? — услышав знакомый голос, вздрогнула и обернулась.

Рядом со мной непонятно откуда взялся Рауль. Улыбнувшись, он осторожно забрал из моей ладони свою трость.

— Да, вам она нужнее, — не сдержавшись, съехидничала.

— Принц Дункан вас чем-то сильно огорчил?

— Да. Прямо сказал, что я обещала ему свою руку. Вот только в упор не помню, чтобы я, да в здравом уме и при своей памяти согласилась на такое мероприятие, как брак! Да четвертуйте лучше!

— Даже так, — он странно хмыкнул. — Чем же плоха мысль выйти замуж?

— И стать марионеткой в руках мужа? Скатиться до удобной утробы? Нет! Брак — это цепь с камнем на шею женщины.

— Так сразу и цепь?

— Лорд Хелиодоро, вы ведь сами все прекрасно понимаете. Вы позволите своей жене быть равной вам? Развиваться? Да хотя бы учиться? Вот представьте, девушка мечтает стать боевым магом, — я вдруг вспомнила Мирабель. — Она учится, стремится к своей мечте, и на тебе — приглашение на отбор. А там уже ее никто не спросит — хочет или нет. Потому что слово мужчины неоспоримо, особенно если он принц. Потому что она когда-то ребенком сболтнула лишнее.

— Осторожнее, Бель, эмоции опасны. Лучше в вашем случае молчать, — его слова озадачили.

Прищурившись, я пыталась правильно понять их смысл. Ничего лишнего я не сболтнула, ничем себя не выдала. Вопросительно приподняв бровь, взглянула на лорда дознавателя.

— Не знал, что ты мечтаешь учиться, — он легко перевел тему, так и не объяснившись.

Я снова призадумалась. Просто сказать «нет» — это означало солгать. И даже не Раулю, а самой себе. Хотела ли я стать кем-то больше, чем просто единственная дочь ночного короля? Конечно. И где-то в глубине души понимала — без образования этого не добиться. Но выворачивать душу перед этим, по сути, чужим и опасным для меня мужчиной тоже не дело.

— Вы ничего обо мне не знаете, лорд, — проворчала в ответ, наблюдая за очередной шахматной партией. — Ни-че-го!

— Ошибаешься, Бель, — выдохнул он.

— Это вряд ли, граф. Если вам донесли, когда я родилась и в какой школе для юных аристократок училась, то это ни о чем не говорит.

— Ты зла на меня, Бель, — тихо произнес Рауль. — Почему? Что я сделал — спрашивать бесполезно. Лучше скажи, что мне сделать, чтобы ты простила и станцевала со мной вальс.

— Увы, граф, я подвернула ногу, — проворчала, не оборачиваясь к нему. — К тому же будет жутким оскорблением, если я соглашусь на танец с вами и проигнорирую принца Дункана. А я и без того наломала дров.

— Это несправедливо, Бель, я желал этого танца. Ты разобьешь мне сердце.

— Не драматизируйте, — не удержавшись, я закатила глаза. — Я действительно когда-то брала ваш калейдоскоп?

Вот зачем спросила? Зачем! Подставляюсь же.

— Ты была еще малышкой и не помнишь этого, — его голос стал сухим и отрешенным.

— И я действительно обещала его Высочеству выйти за него замуж?

— Не место, Бель. Разговор не для этого вечера.

Прикрыв рот, снова уставилась на шахматный стол. Обиделась ли я на Рауля? Нет, он просто стал жертвой моей несдержанности и дурного настроения. По сути, сейчас я была зла только на одного человека — Мирабель. Она же, коза такая, успела рассказать мне о планах матушки пристроить ее к принцу, вот только уточнить забыла, что она там свою руку направо и налево раздать успела.

Подставила меня по самое не балуй. О чем она только думала? Или цель была — добраться до Академии, а там хоть восстание умертвий, хоть возрождение древних драконов.

Выкручусь, найду ее и попинаю как следует, мерзавку. А сейчас спасать нас надо и держать свои эмоции в узде.

— Что же, граф, хотите мира — выиграйте битву. Предлагаю вам партию в шахматы.

— Что достается победителю? — с ходу уточнил он главное.

— Выбирайте что угодно, кроме танцев, — пожав плечами, я понадеялась, что предложить что-то возмутительное ему воспитание не позволит.

— Отлично, — граф склонился надо мной и тихо шепнул мне на ушко: — тогда поцелуй, Бель.

— ЧТО? — у меня глаза, наверное, вдвое увеличились.

— Выиграю я — поцелуй, выиграешь ты — выбирай.

— Ваша трость, — я указала на вожделенный предмет.

— Идет, — легко согласился он.

— Шах и мат! — воскликнули за ближайшим столом.

***

Наверное, чтобы я не передумала, Рауль галантно протянул мне руку и стоило вложить свою ладонь в его, как граф тут же крепко сжал мои пальчики.

— Пройдем к дальнему столику, чтобы никто нам не мешал.

— Боитесь, что все узнают о вашем проигрыше, лорд? Это так позорно проиграть леди?

— Ну что ты, Бель, — он хищно улыбнулся. — Я подумал, что тебе будет неприятно сложить своего короля у всех на глазах.

— Так уверены в себе, граф?

— Не менее чем ты в себе, моя несравненная виконтесса.

Усмехнувшись, я все же последовала за ним.

Что же, место Рауль действительно выбрал не столь шумное. Вся основная компания мужчин предпочитала сидеть за первыми столиками. Отодвинув мне стул, граф помог устроиться поудобнее, после занял свое место напротив меня.

Состряпав важное лицо, я все же не удержалась и с любопытством взглянула на столешницу. Какая красота. Столь необычно ярко раскрашенное полотно. Ящеры, да не классические — четыре лапы, наглая морда и хвост — а походили они на змей. Длинные, обвивающие поле с черно-белыми квадратами. И судя по цвету, каждый из них представлял свою стихию: оранжевый с чуть раскосыми глазами — огонь; голубой с длинными толстыми усами похожими на щупальца — воду; и наконец белый и полупрозрачными крыльями — воздух. Улыбнувшись, я провела по нему ладонью. Этот все же мой, родной.

Оторвав взгляд от столешницы, покосилась на слишком серьезного графа. Он доставал из выдвижного ящика коробочку с шахматными фигурами.

Словно почувствовав, что я на него смотрю, поднял голову.

— Эти ящеры, — я обвела пальцем белого легендарного зверя, — они странные.

— Духи стихии в традиционном их изображении. Они же и держат наш столик.

Поджав губы, я под веселым взглядом своего соперника все же взглянула вниз. Ножки, вырезанные в форме драконов. Золотая чешуя, черные морды и даже клыки видно.

— Тебе нравятся красивые вещи, Бель, я заметил это. И я сейчас не только о драгоценностях.

— Ваша правда, граф, — не стала я упираться. — Но найдите мне женщину, которой они не нравятся.

Он рассмеялся.

— Хорошо, моя дорогая, я по-иному выскажу свою мысль, — он прищурился. — Ты не скрываешь своих искренних эмоций — радость, любопытство, гнев. Это твое и достоинство, и в то же время слабое место. Тебя легко читать.

— Глупости, — фыркнула в ответ.

Граф покачал головой и взял из коробки две изящные пешки — черную и белую.

— Будем разыгрывать право первого хода, Бель?

— Нет, — потянувшись, вынула черного короля. — Предпочитаю играть за эту армию. Темная сторона — мое все!

— Ожидаемо, — Рауль поставил пешки на полотно. — Считаешь, на светлой стороне скучно?

— Я не считаю, а знаю, — моя рука потянулась за черной королевой. — В детстве она была моей любимицей. Не поверите, я ей даже наряды шила. Платья.

— Шахматной королеве? - он забавно приподнял бровь.

— Не просто шахматной, а черной королеве! — немного возмущенно поправила его.

— И кто же был жених? Король?

— Это банально, лорд Хелиодоро. Король — папа. А жених, хм... — я тихо засмеялась, — белый король.

— Неожиданная партия, а как насчет... — Рауль запустил руку в небольшую резную коробочку и вытащил очередную фигуру, — ...как насчет коня? Не годится черной королеве в женихи?

— Почему именно конь? — мне стало любопытно. — И почему белый?

— Ну как же, — лорд дознаватель поставил коня посредине игрового поля. — Ты разве не знаешь, Бель, что именно он является самой опасной фигурой в шахматах. Особенно, если он стоит посередине.

— А как же ферзь? — я приподняла бровь.

— Нет, моя темная принцесса. Конь!

Хм... Что же спорить не стала. Вместо этого быстренько расставила фигуры на доске.

— Ваш ход, граф. Белые вперед, — я царственно повела ладонью, словно делая милость.

Он кивнул и ничем не удивил, поставив пешку на «е4».

Поморщившись, собезьянничала, повторив его ход. Рауль лишь усмехнулся, и, сжав своего коня двумя пальцами, переставил его на «Ф3».Откинувшись на стульчике, он поднял на меня взгляд. Высокомерно задрав подбородок, положил на стол трость рубином в мою сторону. Видимо, подогревая интерес к игре. Что же это сработало.

Я кивнула и призадумалась, вспоминая, началом какого дебюта является этот ход.

Прищурившись, взяла своего коня и передвинула его на клетку «С6».Рауль улыбнулся. По-хорошему так, одобрительно.

— Почему именно трость, Бель? - задал он неожиданный вопрос, застав меня врасплох. -  Ты ведь могла попросить что угодно.

— Я и попросила, граф. Ваш ход.

— Но почему трость? — не сдавался он.

— Она символична, — решила я смиловаться. — Говорят, в спорах вы часто ставите ее на кон и никогда не проигрываете. Потерять эту трость для вас равносильно поражению, ну а тот, кто ее заполучит — может считать себя везунчиком.

— Ты очень любопытно мыслишь, Бель. Нестандартно, — его белая пешка шагнула на «Д4».

Моя тут же съела ее. Но не успела я убрать руку, как конь Рауля взял уже мою пешку.

Я нахмурилась, граф тихо рассмеялся.

— Ты сказала, что хочешь учиться, как насчет Королевской военной академии?

Услышав такое, лишь моргнула. Я? Королева воров столицы! И вдруг в...

Снова хлопнув ресницами, уставилась на лорда дознавателя.

— Получишь диплом, устроишься в...

Я подняла палец, прося его не продолжать эту странную мысль. Да что там странную? Бредовую! Меня еще при поступлении на раз пробьют. Его же люди. И будет мне не работа в тайном сыске, а каторга на рудниках на весь учебный период.

Взяв своего коня, я смела с доски его. Словно в отместку. Поверженная фигура упала справа от игрового поля.

Рауль вмиг стал серьезным. Отчего-то мое нежелание продолжать столь странный диалог его задело.

Его королева взяла моего коня...

...Лежачих фигур прибавлялось.

Я же задумчиво поджимала губы и методично стучала пальчиком по столешнице.

— Бель? — Рауль не сводил с меня взгляд.

— Вы просчитали каждый мой шаг, — словно обвиняя его, проворчала, прикидывая возможные ходы.

— Не факт, ты вообще умеешь преподносить сюрпризы.

Высокомерно задрав нос, шагнула своей королевой на «Ф6».

Рауль, смотря мне в глаза, передвинул белую пешку на «Е5».

Черная королева ступила на «Б6»

И он без колебаний взял ее.

Она упала поверженной рядом с белым конем.

Открыв рот я, кажется, подавилась собственным дыханием.

— Кто бы ни учил тебя играть, моя прелестница, он непременно мастер, — Рауль поднял черную королеву и зажал ее между указательным и средним пальцами. — Но, кажется, я все же завоевал тебя.

— Рановато еще об этом судить! — выдохнула, откровенно вскипая от злости. - Теперь мой ход.

Глумливо растянув губы, я пешкой взяла его королеву. В ответ он сделал ход конем.

— Как я говорил — вот она самая опасная фигура в шахматном сражении, Бель.

Мои эмоции взыграли.

Проиграть?

Ему!

Дознавателю!

Уступить!

Сложить голову!

Схватив слона, я передвинула его на «Б4».

— Ну, Бель, ты снова совершаешь эту ошибку. Умей оставаться хладнокровной. Твои чувства затмевают разум.

— Вам какое дело, лорд?

— Я люблю яростные битвы. А если ты не соберешься сейчас, то поцелуй мне достанется уж очень легко, — он быстрым движением переместил слона на «Д2».

Я тут же шагнула пешкой на «Ф6».

Рауль покачал головой и потянулся за своим треклятым конем...

... — Шах, Бель!

Зажмурившись, я не желала признавать, что для черных фигур все кончено.

В каком-то детском порыве все же сдвинула своего короля.Но Рауль тут же настиг его, загнав в угол.

— Шах и мат!

Я замерла.

Проиграла...

Я ему проиграла!

В душе бушевал ураган. Хотелось призвать свою стихию и разметать все фигуры по этой комнате, засадив этому ухмыляющемуся умнику в лоб его всемогущим конем.

Но вместо этого я тяжело выдохнула и пальчиком повалила своего короля на доску.

— Что же поцелуй ваш, — я старалась, чтобы мой голос звучал как можно холоднее.

— Злишься, — он странно качнул головой. — А ведь за последние несколько лет — это лучшая партия, в которую я сыграл. Ты оказалась действительно сильным противником.

— Я проиграла, — фыркнула и отвернулась.

— Бель, так мне все проигрывают и уже очень много лет подряд, — Рауль, тихо хохотнул. - Я первый гроссмейстер нашего королевства, да и положа руку на сердце — соседних двух.

— Что? — я своим ушам не поверила.

— Вот тебе второй урок, милая: не садись играть с "черными лошадками" ни в карты, ни в шахматы. Разве тебя этому никто не учил?

"Учил!" — простонала про себя.

Папа это мне твердил очень много раз.

Ну как я так? Хотя, слава богам, что хоть поцелуй проиграла, могла и чего более масштабного лишиться.

— Как и когда будете забирать приз, лорд Хелиодоро?

— Еще не придумал, — он подался вперед. — Ты теперь моя должница. Когда захочу, тогда и стребую свое.

— Годится, лорд! — с неким пафосом ответила и поднялась, чтобы удалиться.

Никто ни за кем здесь уже не следил, а значит, можно легко незаметно исчезнуть.

Этот бал и без того уже вылез мне боком.