Глава 29. Алита

— Я слышала о твоём героизме на севере, — Марта с улыбкой расчёсывала длинные пряди приёмной дочери.

Сегодня, перед пиршеством, матушка предложила заплести Алите волосы, и та с радостью согласилась, зная, что это принесёт Марте удовольствие. В этом было что-то нежное и забытое, как будто с момента их расставания и отлёта в столицу прошло не восемь месяцев, а не менее десяти лет.

— Ну-у-у, — смущённо протянула принцесса, ощутив укол совести. Ей следовало самой рассказать обо всём Марте, но она была так увлечена с момента прибытия в Громовой замок, что не успела встретиться с ней, пока матушка сама её не нашла. Драконица беспокоилась, что теперь Марта могла держать обиду, считая, уж кому-кому, а ей приёмная дочь могла раскрыть истинную цель путешествия с самого начала.

— Я делала то, что надо. Лечить — это мой долг, ведь я — целительница. Да и не справилась бы без посторонней помощи. Без Кристофера, Милестины и других вряд ли бы что-нибудь получилось.

— Глен рассказал мне о демоне. Он теперь много времени проводит с гвардейцами. Не верится, что столько времени мы жили под такой опасностью. Демон… — матушка вздрогнула. — Наверно мне уже никогда не забыть тот хищный взгляд во̀рона.

Алита посмотрела в зеркало на испуганное лицо женщины,перехватив ее взгляд.

— Мне тоже не забыть.

— Как ты думаешь? Почему эта Серлейт не заявилась сюда? — задумчиво произнесла Марта.

— Не знаю, — протянула драконица. — Она начала меня преследовать тогда, когда я покинула замок. Оставила Вас… Анну… — принцесса резко подняла подбородок. — Ну, конечно же! Крис показывал мне книгу, где путешественник рассказывал о ребёнке, которого излечил дух Милестины рядом с храмом. Там была иллюстрация — портрет этого ребёнка. Она… эта девушка очень похожа на Анну. Возможно, из-за прикосновения Милестины, Анна влияла на демона, не давая приблизиться. Возможно, Серлейт её боялась.

Марта пожала плечами.

— Мы этого никогда не узнаем, — грустно проговорила она.

— Да, — снова опустила голову Алита. Ей вспомнилась добродушная милая Анна. Она могла спросить о её жизни Милестину, но дух больше не разговаривал с ними.

— Теперь всё вроде позади. Жизнь налаживается? — растерянно спросила матушка.

— Кристофер сказал, что ещё нужно решить вопрос со столицей. С куполом над Королевским дворцом. Если понадобится, то я вновь отправлюсь туда, где идёт война, чтобы исполнять свои обязанности, как целитель, — мягко ответила драконица.

— Я горжусь тобой, милая. Ты стала такой смелой.

Они улыбнулись друг другу через зеркало.

— Сегодня я хочу надеть то твоё любимое платье. Ажурное, с жемчугом и вышивкой.

— То, которое я шила для тебя на двадцать пять лет? — уточнила Марта.

— Да. Всё-таки надевала его лишь раз. Хочу теперь. Оно красивое, а мужская одежда сильно приелась мне за последние две недели.

— Но оно такое простое. На нём всего шесть жемчужин, да и ажура мы тогда не могли себе позволить много купить. Ты уверена? Разве пойдёт такое платье для принцессы? – нахмурилась Матушка.

— Принцессу принцессой делает не платье. В этом замке меня знают все, мне незачем надевать дорогое платье, чтобы меня признали.

— Ты стала не только смелой. Но и взрослой, — улыбнулась Марта.

Матушка помогла дочери собраться на вечернее пиршество. Наряд пришёлся впору. Как и четыре года назад он великолепно сидел на фигуре, а причёску украсила тиара. Та самая, что Арис подарил ей в день свадьбы.

— Ты прелестно выглядишь, — Марта обняла дочь. — Не будет ли тебе холодно?

— Не думаю, что замерзну.

Вместе с матерью Алита оставила покои и направилась в Обеденный зал, откуда уже доносились громкие разговоры и смех. Возле входа она встретилась с Кристофером. Он надел свой белый парадный мундир с золотистыми пуговицами, в котором принцесса видела его лишь раз: в день банкета, устроенного в её честь.

«Знает ли Крис, как превосходно выглядит в нём?» — улыбнулась она ему.

Марта обменялась с ним парой дежурных фраз и тут же скрылась внутри зала. «Мне кажется, или она его недолюбливает? И если да, то почему? Об этом надо будет поговорить с ней». Но мысль быстро улетучилась, когда супруг нежно взял её руку и погладил ладошку большим пальцем.

— Я успел отвыкнуть от твоих нарядов, — улыбнулся он.

— А мне надоели брюки. В платье привычнее, хотя у мужского костюма определённо есть свои плюсы, — она чуть подалась вперёд, чтобы следующие слова достигло только его ушей. — На драконе сидеть удобнее.

Кристофер тут же наклонился к ней и шепнул:

— На драконе лучше сидеть обнажённой.

«Теперь я покраснела, — кровь прилива к лицу. — Шея наверняка опять покрылась пятнами».

На протяжении всего вечера Алита всячески одаривала супруга знаками внимания. Он сидел рядом с ней, а потому она то ласково трогала пальцем тыльную сторону его ладони, то легонько толкала бедром ногу под столом. И, естественно, много улыбалась. Ответить себе на вопрос, что же на неё нашло сегодня вечером, драконица вряд ли могла. Чернявые с краснинкой волосы, белый мундир, приятный голос. Ей будто вспомнился тот далёкий вечер в Королевском саду и поцелуй на крыше, а потому, возвращаясь в покои, она спросила:

— А помнишь, как мы наслаждались видом на город? Ну, в тот день, когда в мою честь Арис устроил банкет, — с ностальгией в голосе произнесла она.

— Конечно помню. Я ещё предлагал, чтобы ты нарисовала его. Что ж, теперь уже не получится, — мягко ответил он.

— Да, немного жаль... Без тебя я не нашла в себе силы подняться на крышу второй раз.

— Ну, ничего… — они остановились возле двери в спальню. — Ещё мы договаривались, что ты нарисуешь водопады возле горы Эйр.

— Ах да, точно! Помню… — Алита насупилась. — Теперь наверно тоже не получится.

— Наверно, — кивнул Кристофер и толкнул дверь. — Но у меня возникла идея. Что, если нам, после того, как всё успокоится, отправиться в небольшое путешествие. Что думаешь? Вдвоём, только ты и я. Посетим много мест, а ты порисуешь. Если захочешь, конечно.

— Я бы хотела, — принцесса зашла в комнату. — Даже очень.

Как только дверь за ними закрылась по коже пробежались мурашки. Было в этом звуке запирающейся щеколды что-то запретное и неистовое. Что-то, что так будоражило фантазию драконицы.

Гвардеец подошёл к ней сзади.

— Признаться, я удивлён, — он не касался её, а только шептал, обжигая дыханием нежную кожу шеи. — Сегодня вы вели себя непристойно, Ваше Высочество. Разве может благовоспитанная принцесса уделять так много внимания гвардейцу. Это попросту неприлично.

— Крис, мы же женаты.

— И что? Это неприлично, — его голос прозвучал довольно холодно и осуждающе. — Стыдитесь, Ваше Высочество.

Принцесса нервно облизала губы. «Он серьёзно это говорит?» — перепуганная она повернулась к нему.

— Ну-у-у-у… я… я… не… хотела…. Я не думала.

Кристофер лукаво улыбался, а его пальцы скользили к застёжкам на мундире. Одна, вторая, третья, отворот, а вот показалась и поддетая рубашка. Это зрелище вернуло Алиту к тому возбуждённому состоянию, в котором она пребывала весь вечер.

— Ах ты, — драконица играючи толкнула его.

— Что я? — наигранно удивился он, схватив её за руки. — Не дерись.

— А я буду, — она попыталась освободиться, но ничего не вышло. — Ты меня не удержишь.

Гвардеец завёл руки ей за спину и притянул к себе. Их губы встретились в страстном поцелуе. Алите нравилась эта игра. Именно к ней она и подначивала мужа весь вечер. Он напористо целовал, а принцесса отвечала. На секунду они остановились, чтобы перевести дыхание.

— Ты сегодня очень красива, — выдохнул Кристофер, разжав пальцы.

— Не так, как ты, — ладони принцессы сразу же нырнули под полы распахнутого мундира и легли на грудь.

От супруга исходил жар, и каждый раз Алита испытывала невероятное блаженство, трогая ладонями проступающие мышцы на его теле. Она потянулась за очередным поцелуем, когда гвардеец нащупал пуговички платья. Жемчужные кругляшки легко поддавались его умелым движением. Наряд упал под ноги.

— Я не могу устоять перед тобой, — драконица провела дорожку из поцелуев от уголка губ до мочки уха. — Наверно, никогда не могла. Да. Точно. Никогда. Я бы ни за что не устояла перед тобой.

Оставшись в одной короткой сорочке и чулках, Алита вывернулась из страстных объятий крепких рук. Ей хотелось растаять в них, но чуть позже.

— Сядь на кровать, — она потянула его.

— Что ты делаешь? — Кристофер захотел стащить с себя мундир, но принцесса не позволила.

— Нет, — она издала кокетливый смешок и усадила любимого на край постели.

— Что ты…

Вопрос оборвался на полу слове. Принцесса грациозно опустилась перед ним на колени, вытащила рубашку из брюк, справилась с завязками и нежно коснулась горячей твёрдой плоти пальцами. Упершись руками позади себя, гвардеец издал вздох и слегка прикрыл глаза от удовольствия. Алита знала, что он наблюдает за ней. Чувствовала его томный, полный желания взгляд. Она подразнила его кончиком языка, а затем обхватила губами. Движения были медленными и скорее заигрывающими, нежели страстными. Выпуская изо рта, принцесса принималась целовать его, водить пальцами. Она видела, как ему нравится, и хотела дарить это наслаждение как можно дольше.

Кристофер стащил с себя мундир.

— Иди сюда, — он потянул Алиту за собой и улёгся на кровать.

Принцесса не спеша опустилась, испытывая удовольствие от глубокого проникновения. Мышцы сильно сократились от прилива блаженства, и она вцепилась пальцами в его плечи, чтобы удержаться. Волосы окончательно выбились из причёски, и прекрасная тиара улетела на подушки. Между грудей проступили капли пота, которые, щекоча, заскользили вниз.

Они прервались, чтобы сбросить с себя оставшуюся одежду. Теперь Кристофер был сверху. Он покрывал её тело поцелуями. Его руки дарили неистовые ласки. Проворные и настойчивые пальцы возлюбленного сводили Алиту с ума. Она не могла и предположить, как и почему он с такой точностью и своевременностью касался то поясницы, то изгиба талии, то вершинки груди.

Кристофер остановился, и, покинув её на короткий миг, перевернул на живот. Алита изогнула спину навстречу удовольствию. Сильная рука стиснула молочные пряди в хвост и потянула их вверх, обнажив шею и лопатки. Поцелуи, резкие движения и горячее дыхание довело до истомы. С пухлых губ сорвался громкий стон, а по телу красочным фейерверком растеклось долгое наслаждение.