Глава 32. Кристофер

План лететь к убежищу после прибытия разведчиков провалился. Ночью в Громовой замок пришли дурные вести: сфера над Королевским дворцом покрылась мелкими трещинами, а изнутри стал просачиваться зеленоватый свет. Южнее Айрендела собиралась орда нежити. Видимо, привлечённая зовом своего хозяина. Действовать приходилось незамедлительно.

Кристофер разбудил Алиту и поторопил со сборами. Несмотря на короткий сон, принцесса выглядела бодрой, собиралась энергично и даже перепроверила аптечку, которую брала с собой. Она заранее приготовила для каждого гвардейца порцию противоядия от лерцальского яда, разлив антидот по миниатюрным пузырькам. Запаса вполне хватит, чтобы доставить раненного в храм, где его можно будет отпоить снадобьем как следует.

Вместе с ними к убежищу отправлялись Герберт, Кевин, Фред и ещё семь гвардейцев — мтого: дюжина. Столько же отправлялось вместе с Арисом в столицу. Из членов королевской семьи проводить их вышла только Виктория. Её печально-встревоженное лицо бледной маской отпечаталось в памяти Кристофера, когда он покидал двор Громового замка. Как всегда, гвардеец больше беспокоился за тех, с кем приходится разлучаться, чем за свой отряд.

— Встретимся в столице, — Арис хлопнул его по плечу, пока они шли по склону к площадке.

— Разумеется, — ответил Кристофер.

— Удачи нам всем, — тихо проговорила Алита.

— Не волнуйся, сестрёнка. Держи настрой, — король подмигнул ей. Он хоть и старался выглядеть оптимистично, но всё равно выдавал себя задумчиво-грустными глазами.

Гвардеец вновь повёз супругу на себе, чтобы не рисковать лишний раз: принцесса ещё не очень хорошо держалась в воздухе и плохо маневрировала. Она устроилась на излюбленном месте в основании шеи и прильнула к нему всем телом, но не дремала.

— Почему Леннард сам не уничтожил убежище? — прозвучал вопрос, когда они уже поднялись в небо. — Почему он использует нас?

— Я думаю, он не может сделать это сам, — почти не раздумывая, ответил Кристофер.

— Значит, для него есть какая-то преграда... И мы с ней столкнемся…

— Определённо. Леннард не делится всем, что знает. И здесь играет роль не только осторожность. Я думал об этом... Что-то сломалось в нём за все эти годы. Он как будто помогает нам, преследуя свои цели, но… в тоже время, это походит на какую-то глупую и жестокую игру. При этом ставка — его жизнь. Я не понимаю, как можно быть таким сумасшедшим.

— Ясно… — Алита немного помолчала. – Он хочет либо умереть, либо стать королём... Всё или ничего?

— Скорее некое подобие извращённой лотереи.

— Как думаешь, зачем ему понадобился Рихард?

— Я не знаю. Возможно, он просто украл его, потому что мог. Возможно, ради еды. Возможно, им выгодно его обращение. Если он остался… жив, но стал упырём, я думаю, мы об этом узнаем.

— Мда… жуть… — поёжилась Алита. — Он, конечно, предатель и не самый приятный дракон, но я бы не желала ему такой участи.

— Хм… — только и произнёс Кристофер, подумав об ироничности её переживаний в свете своих. — Императрица Мариэтта жаловала Рихарду за убийство королевской семьи престол после своей смерти.

— Поверить трудно, — выдохнула принцесса.

— Может, — возразил гвардеец. — За твою смерть, Ариса, твоих сестёр, Вики и маленького Уильяма, Рихарду жаловался трон императора. После Мариэтты, разумеется.

— Но зачем ему это?

— Такие, как Рихард, спят и видят, чтобы сесть повыше. Их не мучает совесть, а значит огромная власть для них не бремя, а удовольствие. Но, я думаю, была и другая причина. После вашей смерти, его могли бы схватить остатки гвардии. Тогда бы он предъявил свои права на престол Империи, а значит, его бы не тронули. Убийство наследника расценивалось бы, как объявление войны, а значит, его отдали бы тётке.

— Но разве убийство королевской семьи…

— А кто бы его осудил? Справедливость — это не свойство природы, справедливость — это такой же признак цивилизации, как язык. Нужен тот, кто несёт справедливость, чтобы она свершилась. Без короля многие бы думали, что поглощение Империей неизбежно. А значит его бы скорее всего отпустили без вопросов под гарантии собственной безопасности.

— Ужас… — снова поёжилась Алита. — Но зачем это Мариэтте?

— Она пошла в ва-банк, как и Леннард, и Септим, как и Серлейт. При всей кажущейся для нас могущественности, они снедаемы внутренними противоречиями и близкими врагами. Они устали ждать. Септим — времени, когда вампиры снова будут безраздельно властвовать в Арувии, Серлейт — когда она сможет поквитаться со всеми драконами, Леннард — когда он обретёт истинную свободу. И я думаю, они понимают, что ответ на их чаяния — «никогда». Септим понимает, что величие древних вампиров уже не вернуть, поэтому, цепляясь за единственный шанс, рискнул, возглавив вторжение самолично, и попал в ловушку. Серлейт понимала, что никогда не сможет уничтожить не то, что всех драконов, но даже всех ледяных — они всё равно будут рождаться. Поэтому она так отчаянно хотела сцапать тебя после всех своих неудач, что позволила части своей силы покинуть храм, чтобы ты ни в коем случае не повернула назад. Леннард жаждет свободы, но в глубине души понимает, что истинной свободы никогда не получит, так как всегда будет испытывать жажду крови и его проблемы с башкой никуда не денутся. Поэтому он и затеял эту безумную игру, когда попал к нам в плен. Что касается Мариэтты… Её век подходит к концу. Она совершила много ошибок и исправить их не получится. Поэтому, цепляясь за идею остаться в истории Империи, как Мариэтт — завоевательница Арувийского Королевства, она готова отдать трон хоть глупцу, хоть упырю. По крайней мере, другого объяснения её поступка я не вижу.

— Такие вечные… и такие… — задумчиво произнесла принцесса.

— Дряхлые… — подсказал Крис. — Не тела… Их сердца… они дряхлые… вечность не дала им мудрости...

По мере приближения к заветной горе без названия, Кристофер всё больше беспокоился о том, почему им не повстречался отряд разведчиков, возвращавшихся с задания.

Впереди виднелся снежный пик самой высокой горы, что поднималась на горизонте. Западный склон раскалывался надвое, образуя из земной тверди длинную расщелину, которая тянулась к холму, где приземлился отряд. Её острые края нависали над дремучим дубовым лесом, что прятал вход в убежище Септима. Гд-то там, за пышными кронами, находилась пещера, ведущая под гору – в обитель древнего вампира. Теперь им предстояло пройти ногами, поскольку в образе дракона протиснуться между деревьями не представлялось возможным.

— Будьте бдительны и предельно осторожны, — напомнил Кристофер, сам напрягаясь до предела. Нигде не было видно даже следов разведывательного отряда.

Едва пробивавшийся сквозь перистые облака лунный свет не позволял разглядеть никаких признаков их недавнего присутствия, хотя они должны были приземлиться на этом холме и исследовать лес. Гвардеец допустил мысль: «Может, их тут не было? Нет, это место легко найти по карте. Наверно, тьма скрывает отпечатки драконьих лап. А они, должно быть, остановились где-то на ночлег и уже утром будут в Громовом замке».

Отряд вступил в чащу. Здесь лунный свет не мог пробиться сквозь сплетённые кроны. В ход пошли свободно парящие магические огоньки. Оранжевые сферы чёрных драконов оказались не способны пролететь и двух футов. Они сразу меркли, растягиваясь в пространстве и затем растворяясь в ночи. А миниатюрные светло-голубоватые огоньки принцессы сохраняли свою форму и силу.

Мягкий свет освещал чащобу. Тропы не было, но деревья росли так, что создавали тоннель с единственным направлением. Как будто кто-то специально высадил их рядком. Неистово пахло гнилью и сыростью. Дышать становилось труднее с каждым шагом. Казалось, что смрад превращается в болотную воду, которая прямо каплями висит в воздухе.

«Леннард завёл нас в ловушку». Кристофера обуревала злость. Внимательно осматриваясь по сторонам, он старался сдерживать эмоции. Начальник гвардии сам не заметил, как подхватил и с силой сжал тонкую кисть принцессы. Она дёрнула руку и с немым вопросом уставилась на него.

— Прости, — шепнул Кристофер.

Драконица раскрыла рот, чтобы что-то сказать, но её перебил шедший впереди гвардеец.

— Командир, тут рука, — он указал на висевшую оторванную конечность. Её укрывали лоскуты белого батиста и чёрного сукна с золотистой пуговицей. Сомнений быть не могло.

— Проклятье. Что же здесь произошло? — Кристофер вгляделся в зияющую черноту. — Уходим, нужно выжечь этот лес дотла прежде, чем идти дальше.

Как только прозвучал приказ, ветви зашевелились. Рука погибшего упала, издав отвратительный чавкающий звук из сырой земли. Начальник гвардии прижал Алиту к себе и воспользовался драконьем чутьём, но оно ничего не уловило. «Оживший лес? Это что-то новое».

— Нужно уходить, — он сделал шаг назад.

— А как же убежище Септима? Мы теряем время, — испуганно произнесла принцесса. Остальные хмуро посмотрели в её сторону.

— Этот лес опасен. Так мы не сможем добраться до убежища. Тут всё нужно сжечь, — ответил Кристофер. — Направь ещё один огонёк по дороге обратно.

Но драконица не успела этого сделать. Ближайшее к ним дерево задвигалось. Могучие ветви зашевелились, посыпалась листва, а по стволу заходили бугры, как будто он весь состоял из мышц. Дуб вытянулся, став тоньше, и тряхнул кроной, словно кот, на шерсть которому попала вода. В следующий миг ветвь хлестанула по непрошеным гостям. Один из гвардейцев попытался опалить огнём атакующее дерево. Но оранжевое пламя быстро потухло, а вот зависшая над драконом ветка резко ушла вниз, метя в голову. Сослуживец успел вытолкнуть товарища, и они оба избежали удара.

Кристофер и Герберт встали возле Алиты, наблюдая за хаотично двигающимися прутьями. Кривые узловатые сучья начали сплетаться между деревьев. Начальник гвардии дал команду отступать, и весь отряд попятился назад. Ветви хрустели и ломались над ними. Мелкие хворостины падали в грязь и шевелились, как отрубленные змеиные хвосты. Короткие всполохи огня быстро меркли во мраке дремучего леса. Лишь голубой огонь держался достаточно долго.

Проделав около десяти шагов, гвардейцы упёрлись в плотную «живую» стену, состоящую из сплетённых корней и сучьев. Отряд оказался в ловушке.

— Пали, — Кристофер указал драконице на «живую» изгородь, в которой продолжали шевелиться ветви. Синее пламя облизало кору. Пара суков вспыхнуло, но за ними были ещё. Снова попытка. Тщетно. «Раны» от синего пламени затягивались быстрее, чем принцесса наносила их. Стена оказалась такая толстая, что пробить насквозь было невозможно. В следующий момент над ними возникла толстая ветвь. Кристофер ухватил супругу за талию, и в последний миг они успели уйти от хлёсткого удара.

— Пали всё, что движется в нашу сторону! — крикнул он ей и сам принялся создавать тонкий огненный хлыст, чтобы рассекать сучья и жечь их огнём.

Принцесса тут же направила струю синего пламени на ближайший отросток, что уже изогнулся для удара. Огонь моментально объял кору. Раздался треск, как будто свежие поленья защёлкали в камине. Ветка обломилась. Не промедлив и секунды, драконица послала следующую струю в крону могучего дуба, чьи прутья зависли над головой Герберта. Лес озарился голубым светом, и Кристофер на пару секунд увидел сложную руну на ближайшем стволе.

— Зачарованный лес и против нашей магии, — начальник гвардии принялся искать взглядом лазейку.

Яркое голубое зарево вперемешку со слабым мерцанием оранжевых всполохов освещали мельтешившие ветви и листья. Кроме этого света больше ничего не было, хотя по времени уже должен заниматься рассвет.

С громкими хлёсткими звуками и треском «стена» начала надвигаться на обороняющийся отряд. Корни ближайшего дуба стали виться по земле. Трое гвардейцев упали навзничь. Длинная плеть со свистом ударила по ним. Лесной свод пронзили болезненные вопли. Одному задело руку в районе локтя и предплечье безжизненно повисло. Второму — грудь. Гвардеец зашёлся кашлем. Изо рта потекла кровь, а разодранная шинель обнажала окровавленную рану. Третьему удар пришёлся по ноге, поэтому самостоятельно встать он не мог. Ему на помощь пришёл Герберт.

Алита хотела броситься, чтобы излечить их, но Кристофер остановил её.

— Не время, — мотнул он головой, а затем, стараясь заглушить лесную какофонию, громко закричал. — Слушай мою команду! Позади преграда, нам уже не вернуться! Быстро двигаемся вперёд! Подхватите раненых!

Отряд перегруппировался и двинулся к подножию горы. Ожившие дубы продолжали хлестать, на голову валились жёлуди и мелкие сучья. Одна из ветвей больно стегнула Кристофера по левой руке, отчего клацнули челюсти, зубы ударились друг о друга, а дёсны свела немота. Он прижал к себе раненную руку, чувствуя, как льётся теплая жидкость. Рукав быстро пропитывался кровью.

Тонкий прут откуда-то сверху попытался обвиться вокруг шеи, но разозлённый предыдущим выпадом врага, Кристофер с яростным воплем успел схватить ветку. Вложив в огненную магию весь гнев, он всё-таки смог заставить её вспыхнуть, а через неё и сук, с которого та свешивалась. Воспользовавшись замешательством дракона, его тут же попыталось атаковать другое дерево, но мощная струя синего пламени объяла ствол до самой кроны. Вспышка была настолько яркая, что начальника гвардии на секунду ослепило.

— У тебя кровь, — испугалась Алита.

— Осмотришь, когда выберемся, — он мотнул головой. — Тебе придётся встать впереди и расчищать дорогу. Мы двигаемся слишком медленно.

Драконица кивнула, и возглавила отряд. «Кто бы мог подумать, что магия ледяного дракона окажется такой эффективной». На секунду Кристофер невольно почувствовал гордость за супругу. Раздавшийся грохот заставил его обернуться на звук. Широкий дуб, который остался справа от них и серьёзно пострадал от огня, упал. Толстый ствол тут же обхватили соседние ветки, создав тем самым ещё одну преграду. «Проклятье, так нас окружат».

— Надо торопиться! Вперёд! — прикрикнул он.

Принцесса обернулась к нему, но шедший рядом Кевин громко произнёс: «Не смотрите назад!». Отряд заспешил, петляя между могучими дубами, уворачиваясь от метких ударов и выжигая синим пламенем всё, что пыталось преградить путь.

Кристофер не знал, сколько времени ушло на дорогу до подножья горы, но за эти минуты возненавидел лес. Он мысленно поклялся вернуться сюда и сжечь каждую поганую тростинку. Впервые огненная драконья магия оказалась бессильной перед врагом. А сама ирония состояла в том, что противник был деревом. Что может гореть лучше?

Вход в пещеру возник так неожиданно, что гвардейцы толпой ввалились внутрь. Некоторые, уставшие и измученные, попадали на земляной пол. Тяжело раненных усадили возле стен, и целительница принялась оказывать им первую помощь. Отряд никого не потерял, но продолжать путь могла лишь половина: всего шесть драконов, включая Герберта, Кевина, Кристофера и Алиту.

— Оживший лес... Не припомню, чтобы такое даже в сказках встречалось, — отдуваясь, высказался Герберт.

— Кто-то из упырей заколдовал деревья специальными рунами. Я видел печать на одном дубе, — процедил сквозь зубы начальник гвардии, оставаясь у входа.

В чаще догорало синее пламя. Благодаря свету Кристоферу удалось разглядеть, что деревья замерли, прекратив любое движение. Лес снова прикинулся обыкновенным. Дракон посмотрел в то место, где должно быть небо, но из-за нависших скал, не смог увидеть его.

— Командир, — к нему подошёл Герберт и указал на лицо. Кристофер провёл перчаткой по щеке. Один из прутьев рассёк ему кожу и теперь, не переставая, по скуле текла кровь.

— А-а-а, — отмахнулся он, показав глубокую рану на левой руке.

Пока Алита оказывала первую помощь остальным гвардейцам, Кристофер медленно брел вдоль стен. Никаких проходов не было, поэтому он внимательно осматривал каждый выступ. Обойдя по кругу половину пути, у него возникла мысль: «А что, если мы зашли не в ту пещеру? Кто знает, сколько тут может быть входов?» От предположения, что им придётся выйти обратно, у Кристофера прошёл холодок по коже.

Кевин, Герберт и остальные, кто остался более-менее цел, так же принялись исследовать грот. Драконье чутьё ничего не улавливало и оставалось только гадать, что делать дальше.

Кристофер вновь и вновь вспоминал Леннарда, соединяя его имя с грязными ругательствами. «Мог бы дать пару подсказок о том, что нас здесь ждёт! Проклятый упырь. При следующей встрече я обязательно поймаю тебя...»

От мыслей, содержащих гневную тираду, его отвлёк потянувший по ногам холод. Начальник гвардии тут же присел и обнаружил, что в одной из стен зияет дыра. Он отправил туда магический огонёк и принялся следить за ним. Огненная сфера поплыла по воздуху, осветила узкий тоннель с подпорками.

Его находка привлекла внимание остальных.

— Что это за дыра? — наклонился Герберт.

— Туда может пролезть ребёнок, но взрослый? — нахмурился Кевин.

— Или волк! — подвёл итог Кристофер. — Здесь всё сделано так, чтобы только самые верные и преданные могли проникнуть к нему в убежище. Естественно, это были только вампиры. И проходили они в образе волков.

— Вполне вероятно, — кивнул Герберт.

— Но как же Леннард? — к ним подошла Алита, которая только что закончила делать перевязки. — Ведь он же кровавый дракон. Разве они могут превращаться в волков?

— Нет.

— Командир, мы ещё не все осмотрели. Возможно, есть ещё путь, — предположил Кевин, и остальные с ним согласились.

— Но сначала я должна вас подлечить и обработать раны, — заботливо произнесла принцесса. — Давайте по очереди, чтобы не прерывать поиски.

Первым за ней отправился Кевин. Они пошли в сторону утопленного в земле круглого камня, который служил в качестве импровизированного стола. На нём Алита разложила походный аптекарский набор.

Кристофер глянул на дыру в стене на уровне ног.

— Теоретически, можно пролезть через неё во время метаморфозы, — вслух произнёс он.

— Но, если застрянешь — помрёшь, — оценил идею Герберт.

— Леди Алита! — по гроту разнёсся вскрик Кевина.

Кристофер мгновенно обернулся. От холодящего душу ужаса в жилах застыла кровь. Он глядел по все глаза, но возлюбленный нигде не было. Драконица словно испарилась в воздухе...