Глава 33. Алита

Арису открылся вид на Айрендэл. С высоты полёта было видно, что горожане бегут из города. Дороги представляли собой освещённые факелами вереницы колясок и телег. Драконы, что направлялись на север, держали в лапах огромные бугрящиеся мешки с нажитым. Трещина в куполе стала больше. Намного больше, чем докладывали ночью. В утренних сумерках виднелась зелёная дымка, что струилась из сферы.

С королём поравнялся встречающий гвардеец.

— Ваше Величество, — обратился он. — Я адъютант командующего Западной гвардией. Мне приказали сопроводить вас к Соколиному клюву. В городе опасно. Стазис-сфера лопнет с минуты на минуту. Трещина выросла на несколько ярдов за какой-то час. И продолжает увеличиваться в размерах. В городе полным ходом идёт эвакуация.

— Я не полечу к Соколиному клюву, — возразил король. — Где командующий Западной гвардией, Вильгельм?

— Занял Астрономическую башню университета, — сообщил адъютант. — Завершает последние приготовления. Гвардия атакует нежить, как только купол падёт. Мы выплеснем на них весь огонь, который у нас есть.

Арис на секунду задумался.

— Нет, нельзя допустить этого. Это будет провалом, — наконец произнёс он и обратил к сопровождающим королевским гвардейцам. — Мы должны быстро лететь к университету.

Генерал Западной гвардии заканчивал инструктаж старших офицеров. Основную опасность он видел в том, чтобы гвардейцы не зацепили друг друга в воздухе, когда будут палить врага. В следующий момент, на широкую площадку башни влетел король, вмиг обернувшись.

— Ваше Величество, — склонились драконы Западной гвардии.

— Оставьте это, — сухо проговорил Арис, пока за его спиной один за другим оборачивались королевские гвардейцы. – Нельзя атаковать упырей, как только сфера исчезнет. Никто не должен приближаться к барьеру без особой команды. Сейчас все должны занять места для обороны.

— Но, Ваше Величество, на нашей стороне внезапность…

— В чём состоит внезапность? Они не знают, что купол скоро падёт? – спокойно спросил король.

Генерал замялся.

— Они ждут подкрепления с юга. Но их отряды сейчас сдерживаются гвардией.

— Раз подкрепления сдерживаются, то нет никаких проблем, — ответил Арис. — Я полагаю, что древний вампир не глуп. Он понимает, что находится в окружении. Деваться ему будет некуда. А значит, нас ждёт ловушка. Вы только взглянули на это зелёное марево над дворцом. Вы думаете, он там суп варит?

— Как скажите, Ваше Величество, — подчинился Вильгельм. И сразу обратился к своим офицерам. — Вы слышали. Живо, отменяйте атаки, пусть никто не приближается к куполу. Займите позиции обороны.

После обсуждения плана Арис распорядился, чтобы ему подали завтрак в Астрономическую башню. В полной тишине, доедая яичницу, он не сводил взгляд с трескавшегося, как яйцо, купола. Про себя дракон молился, чтобы Кристофер и Алита успели уничтожить убежище вампира до того, как сфера падёт.

Занималась заря, в то время, как главная трещина дала ещё несколько разломов.

— Не так быстро, — процедил Арис. — Алите и Кристоферу нужно время.

Но в этот момент самая большая трещина стала расходиться на глазах. Когда её край достиг земли, раздался звук, словно кто-то разбил стеклянную бутылку. По округе разнёсся треск и звон. Разлетевшиеся осколки таяли в воздухе. Над городом повисла давящая тишина, даже перестали щебетать птицы.

От сферы остался возвышавшийся над дворцом пузырь зелёного газа. Он сохранял форму лишь несколько секунд, а затем начал расползаться по улицам столицы. Арис резко вскочил с места, перевернув столик с едой. Через мгновение король, обратившись в чёрного дракона, уже стоял у края наблюдательной платформы, цепляясь лапами за серый камень. Его усиленное зрение ловило на улицах суматоху. Те из горожан, кто не захотели или не успели покинуть столицу, выбегали из домов. Покидая убежища, они не отдалялись от дверей и на десять ярдов, как начинали хвататься за горло и падать замертво.

Потоки ядовитого тумана стали закручиваться. Сначала еле заметно, а затем всё быстрее и быстрее. На месте разрушенного дворца образовывался смерч. Лишь на мгновение король уловил одинокую фигуру, находящуюся в самом центре бури. Септим стоял совершенно один, воздев руки к небу. И если бы Арис мог, то увидел, что древний вампир находился посередине огромной магической печати начертанной кровью своих подданных.

Потоки зелёного тумана скрыли фигуру, и по ним начали проходить молнии. Отступавшие гвардейцы поднимались в воздух, но тут же световая вспышка от вихря сбивала их. Разряды пронзали всё, что оказывалось в небе.

Арис понял, что смерч двинулся в сторону университета. Успеет ли он улететь прежде, чем вихрь приблизится на опасное расстояние? Молния прошла совсем рядом с Астрономической башней: кто-то на университетской площади попытался взлететь, и его тут же поразило разрядом. Король принял человеческую форму.

— Вниз! В подземелье! – скомандовал он гвардейцам.

— Но туман? — попытался возразить кто-то.

— Законопатим дверь. Не пройдёт, не должен. Надо переждать, — кинул Арис, уже стоя на первых ступенях лестницы.

Септим упивался силой. Его план, как всегда, оказался великолепен. Проклятые драконы заплатят за то, что заперли его под куполом на такой долгий срок.

Находясь в ловушке, древний вампир вспоминал Великую Ночь. Точно так же полторы тысячи лет назад Бедствие заперло его и тысячи других людей в Алтесских горах рядом с генератором Нитей Аэтеры. Пятьдесят лет… бесчисленное количество кровавых открытий, интриг и войн между цеплявшимися за жизнь бандами людей.

Когда над горами снова начало вставать блеклое солнце, в разрушенном городе осталось лишь восемь избранных. Восемь самых искусных, самых хитрых и самых злых. Новая раса человечества.

Они полагали, что остались последними на планете. Но вскоре узнали о тех, кому повезло больше. Кто встретил Бедствие рядом с морями и океанами. Кто смог не только выжить, но и обустроиться в мире после катастрофы. Но везение этих людей прошло. Они стали скотом, а восемь величайших магов, кто пять десятилетий совершенствовал свои знания и питался соплеменниками, их пастухами.

Именно эти, вызывавшие пьянящую ностальгию времена, вспомнил Септим, когда оказался заперт под куполом. Когда устроил битву на пепелище дворца. Он улыбался, когда бывшие соратники из его армии жрали друг друга, находясь внутри стазис-сферы.

В первые же сутки заточения древний вампир тщательно спланировал эту кровавую вакханалию, чтобы никто не вышел из-под контроля и не напал на него. Поэтому сначала в ход пошли многочисленные пешки, которых он искусно натравил на на самых сильных, потом были уничтожены самые умные. А потом оставалось лишь дробить отряды, пока не остался только один. Именно его кровью Септим и начертал эти руны. Тела его соратников превратились в удушающие миазмы. А вся ненависть, злоба и ярость, что сконцентрировалась в крови последнего выжившего, родили идеальный ураган.

Теперь его смерч разрушит Айрендэл и убьёт всех, кто встанет у него на пути. Идеальная месть для людишек и этих грязных химер, что зовут себя драконами. После этого о его мощи сложат легенды. Все будут дрожать перед его именем, ведь будут знать, что живут они лишь потому, что им позволил Септим — самый великодушный из восьми Великих Господ.

Древний вампир висел в центре бури, получая удовольствие от того, как мощь смерча подчиняется его воле. Как будто он физически стал центром всего мира, и тот вращался вокруг него. Но в следующее мгновение Септим почувствовал, что уже не один в этом пиршестве разрушения, и взглянул вниз. Четыре чёрных химеры летели к нему.

«Как они смогли прорваться сквозь стену вихря? Что ж, этот бой будет занятным».

Септим позволил нитям внутри потока больше не держать его на весу. Всё быстрее и быстрее древний вампир стал падать навстречу своему врагу, обнажая в падении клинок в форме языка пламени, вырывающегося изо рта стилизованного под череп эфеса.

***

Арис выдохнул огонь в летевшего ему навстречу Септима…

Перед глазами всё закружилось с невероятной скоростью: каменные стены, бледные лица гвардейцев, оранжевые огоньки… Окружение слилось в единое жёлто-коричневое размытое пятно. Во рту возник горьковатый вкус желчи, а корень языка свело. Вот-вот, и Алиту бы вывернуло, если бы эта безумная карусель не остановилась.

Неожиданно ступни встретились с жёстким полом, отчего сильная боль пронзила ноги до самых бёдер. Не удержавшись на месте, принцесса повалилась вперёд, ударившись коленями и ладонями. От ужаса сердце забилось с такой силой, что, казалось, сможет проломить рёбра. Она очутилась в кромешной темноте, а звенящая тишина давила на уши.

«Что произошло?» — началась паника. Нервная дрожь завладела всем телом. Зубы стучали, как от сильного мороза. На коже проступили капли пота, который моментально стал ледяным от царившего в помещении мороза.

— Где я? — шепнула драконица во мрак.

Тишина. Ни единого звука не донеслось до её чуткого слуха. Ни шороха, ни писка, ни треска… Ничего.

Алита села, тщетно пытаясь вглядеться во тьму. Пальцы нащупали какие-то странные борозды на полу. Страх уступил место любопытству, а несколько спокойных вздохов помогли принцессе прийти в себя и унять сердцебиение. На десятый выдох она сотворила магический огонёк. Он завис над ней, осветив каменные плиты со сложным узором, на которых сидела драконица.

— Что это? — задалась она вопросом, поднимаясь с места. Её движения гулким эхом разошлись по гроту.

Чтобы получше оглядеться, принцесса создала ещё несколько светло-голубых сфер. Наконец ей удалось рассмотреть помещение, в котором она находилась. Это была просторная высеченная в камне зала. Искусная работа мастера напомнила Алите Белый замок вырубленными в камне колоннами и барельефами. Только в отличие от «родового гнезда» ледяных драконов, весь пол был испещрён сложными руническими печатями. А в центре зала стояло нечто похожее на саркофаг. Единственный ход из грота был затянут мерцающим льдом.

Принцесса приблизилась, чтобы рассмотреть его.. Кажется, тот сделан из чистейшего обсидиана. В его поверхность было инкрустировано множество самоцветов, которые играли бликами на мраморном полу, а внутри торчали трубки и стальные иглы, от вида которых она поморщилась.

— Это и есть место, куда он переносится?! — Алита тронула рукой холодную поверхность. Она не представляла, каким образом им придётся уничтожить здесь всё. Наверно, только взорвать.

Принцесса посмотрела себе под ноги.

— Так вот как Леннард оказывался у своего хозяина. Ну конечно, он не мог обращаться в волка, а потому для него был сделан минипортал. А я наступила на него. Вот только как мне вернуться обратно? Здесь должен быть выход в пещеру!

К собственному огорчению, драконица не помнила, где была в тот момент, когда перенеслась, а потому принялась наступать на все печати. Она искала обратную руну, которая позволит ей вернуться, но все попытки окончились провалом.

— Ну же. Как же ты выбирался отсюда, Леннард? — вскинув руки к голове, Алита сделала оборот вокруг себя. — Наверно есть что-то на стенах... А если это какая-то головоломка? Если что-то нужно тронуть?

Принцесса с тревогой окинула взглядом помещение. Как же ей хотелось вернуться к гвардейцам, к Кристоферу. Там, в лесу, среди этих оживших деревьев, ей было страшно, но там она была не одна. А здесь? Одиночество и беспомощность тяжким грузом навалились на неё.

— Хорошо, что древнего вампира здесь пока нет, — пробурчала она, поглядев на саркофаг. — Так! Мне нужно вернуться к своим, — её взгляд упал на мерцающий лёд. — Если этот проход ведёт к выходу, то, если я пойду по нему, попаду в пещеру.

Алита подошла ко льду, который затягивал арку. Он красиво переливался на светудрагоценным каменем. Но когда она коснулась поверхности, то почувствовала жгучую боль. Будто сотни иголок впивались в ладонь до крови. Отдернув руку, драконица уставилась на кисть: никаких повреждений.

— Какой-то барьер? — нахмурилась она.

Увидев рядом с собой крошечный камень, принцесса подняла его и бросила в лёд. Тот пролетел насквозь, как будто никакой преграды не существовало.

— Барьер против живых…

Драконица принялась внимательно изучать изображенные у входа руны.

«Либо их нужно задействовать в особом порядке, либо только одну... Но какую? И что будет, если я ошибусь?» — она нерешительно потянулась к первой печати, показавшейся ей привлекательной. Потому как иначе сделать выбор не удавалось. Позади раздался хриплый басовитый голос.

— Не стоит этого делать.

Обернувшись, Алита сжалась от страха. Там, в саркофаге, стояло существо так похожее на древнего вампира, что она видела в храме Милестины. Усиленный импульс драконьего чутья... С губ сорвался полный отчаяния всхлип, когда принцесса поняла, что перед ней сам Септим — один их древних вампиров.

— Так-так... Да у нас тут последняя ледяная драконица, — его налитые кровью красные глаза смотрели на неё в упор через прорези шлема, а губы скривились в ухмылке.

Алита сглотнула, боясь пошевелиться. Взгляд упыря приковывал.

— Не думал, что заполучу в коллекцию последних ледяных драконов. У меня уже есть один. Ты будешь второй, — он шагнул к ней навстречу. — Два ледяных дракона в коллекции старого Септима. Я посмотрю на ваши любовные игрища.

Принцесса замерла статуей. «Это всё неправда. Это всё сон. Только сон. Ты спишь... Спишь в Громовом замке в своей постели…» — мысли диким вихрем вились в сознании.

В голове заговорил вкрадчивый голос. Ей так хотелось поверить этой речи. В эти ласковые шепчущие слова, этот нежный мужской голос, эти глаза… Красные… Они больше не казались ей злыми. «Тише, прекрасная принцесса...Переступать грань не страшно… Вечная жизнь ждёт тебя» — как пьянил голос, как завораживал. Никаких мучений, никакой боли, никаких переживаний. Только вечная услада, вечные удовольствия. Те, которые она так любила, но боялась это признать.

— Алита! — где-то, совершенно издалека, как будто через слой воды, до неё донесся голос Кристофера. — Алита!

Собственное имя вернуло к реальности очарованную магией вампира драконицу.

— Ничего ты не получишь! — принцесса вновь тронула руну, к которой потянулась изначально.

Возможно, это не тот символ, но на разгадывание загадки уже не было времени. Она вложила всю магию в замысловатый механизм рун. Печать под пальцами треснула. Энергия хлынула на соседние руны, заставляя их мерцать и ломаться. Каменные плиты под магическим рисунком вздыбились и задрожали. Грот сотряс толчок.

Алита упала на колени, замочив штанину в воде, что образовалась после воздействия магии. Тоннель свободен, и в нём можно было бы скрыться от врага, но драконица понимала, что далеко ей не уйти. Поэтому она коснулась ладонями жидкости, в момент сотворив ледяное копье.

Принцесса поднялась. К копью в руке прибавились ещё пара игл над головой. Движением руки драконица отправила их в сторону врага.

И наступил мрак... Алита испугалась, что ослепла. Что опять провалилась в очередной минипортал, оставленный Леннардом, и даже приготовилась к головокружительной карусели. В душе тлела искра надежды, что сейчас она очутится в пещере у выхода к «живому» лесу.

В темноте раздался смех…

— Разве можно кого-нибудь ранить этими зубочистками.

Принцесса почувствовала, как стальные пальцы сжали горло. Вампир поднял её над собой, и она ухватилась за его предплечье обеими руками, пытаясь не переложить весь вес на шею. Они снова оказались посреди залы. «Он притянул меня магией?»

— Скажи мне, дитя, ты вообще хоть один раз ранила кого-нибудь за свою никчёмную жизнь? На что ты надеялась?

— Дементия… — прохрипела она.

— Пф-ф… — прыснул Септим, в его глазах читалось веселье. Но затем он замер, словно прислушиваясь к себе. — Печать… разрушена... Неужели…

Левой рукой вампир перехватил Алиту за мундир на груди и отпустил шею. Он приблизил её лицо к своему, отчего на драконицу пахнуло смрадом.

— Ты убила Дементия?

— Алита!!! — раздался голос позади. Кристофер уже стоял в проходе. — Отпусти её, кровосос! — крикнул он.

— Не я, а он… — вложила всю свою ненависть в эти слова принцесса. — Сейчас и до тебя доберётся.

Септим снова рассмеялся.

— Дураки... Один раз повезло и возомнили себя всесильными? Когда я закончу, вы будете молить меня о смерти.

Древний вампир прислонил тыльную часть свободной кисти к голове Алиты. Лишь мельком она уловила перстень с гранённым чёрным камнем. Холодное украшение больно вдавилось в кожу на виске. Вмиг, оно раскалилось, и жгучая боль пронзила тело драконицы от головы до пят. Магия больше не подчинялась ей — упырь выжег блокирующую печать.

— Мразь! — Алита услышала голос Кристофера.

Испустив стон, Септим припал на одно колено. Затем, взревев как дикий зверь, он откинул драконицу в угол зала, словно тряпичную куклу.

Принцесса пролетела несколько футов и упала. Весь удар пришёлся на локоть, который тут же сковала нестерпимая боль. Брызнувшие слёзы застили глаза. Она принялась быстро моргать, чтобы прогнать пелену и разобрать, что происходит.

Из ноги Септима торчала ледяная игла, которую, видимо, вогнал левитацией Кристофер. Вампир развёл руки, совершив жест, как будто он прижимает что-то к полу, и зал снова погрузился во тьму.

— Я тебя всё равно вижу! — крик Кристофера сопровождался яркой вспышкой огня.

— Слишком медленно, щенок, — играючи ответил Септим. Его морок стал развеиваться. Вампир сместился на три ярда правее. — Ты и твоя брюхатая подружка заплатите сполна за уничтожение Дементия.

Новая вспышка. Но упырь, несмотря на тяжёлые доспехи, уже находился на два ярда левее.

— Ты будешь моим бессменным часовым, а эта кукла станет моей подопытной. Леннарда я поторопился обращать... Посмотрим, какие секреты скрывает живое тело…

Кристофер остановился. В руке у него разгорелся огненный хлыст. Он сверлил Септима ненавидящим взглядом. Его лицо исказила гримаса крайней ярости.

— Хочешь разозлить меня?

— А что? У меня плохо получается?

Сзади Алиту кто-то подхватил за подмышки и начал волочь к стене.

— Тихо… тихо… — раздался голос Герберта.

— Нам нужно ему помочь, — простонала принцесса.

— Он знает, что делает.

— Я разорву тебя на куски! — выкрикнул Кристофер.

— Ну, подходи, — подначивал Септим.

Драконица не сводила взгляд с возлюбленного. Его лицо из яростного вдруг сделалось сосредоточенным. Эмоции сошли с лтица, как вода. Гвардеец занёс руку с хлыстом, развернулся и ударил сзади себя по своей же тени. Вампир взревел. Стоявшая напротив Кристофера фигура рассыпалась на множество чёрных точек. На месте удара, как будто из воздуха возник Септим, хватающийся за горящую плеть, что обвилась вокруг его шеи.

— Твой смрад выдаёт тебя, упырь! — выкрикнул дракон. — Его не удастся подделать!

Кристофер резко дёрнул на себя, и вампир повалился, продолжая истошно орать. Из-под доспехов повалил зловонный пар. Вторая рука гвардейца коснулась огненного хлыста, и тот разгорелся с новой силой. Дракон ещё раз дёрнул, раздался треск, и голова врага отделилась от туловища.

— Всё, — выдохнул Герберт.

— Никто не живёт вечно, — выплюнул Кристофер, подойдя к распластавшемуся на полу врагу. Тело стало превращаться в ничто, оставляя после себя лишь пустой доспех.

Алита стояла на широком выступе горы, в недрах которой располагалось убежище Септима, и наслаждалась теплым осенним солнцем. Впереди холода. Неподалеку расположились гвардейцы. Кто лежал на траве, кто сидел на плоских валунах. Все отдыхали после задания.

Блокирующую магию печать Кристофер свёл огнём. Алита залечила ожог, но пока что там алел ужасный шрам, который, возможно, останется навсегда. Потом принцесса оказала каждому необходимую помощь, и сейчас отряд ждал подкрепления из столицы, за которым отправили «самого быстрого и самого здорового». Многих придётся перевозить.

Как выяснилось позже, после смерти древнего вампира, в дыру в стене за ней пошли Кристофер, Герберт и Кевин. Последний сломал ногу, угодив в каверзную ловушку вампиров. Сейчас он сидел на одном из валунов и что-то бурно обсуждал с соседом с перевязанной головой.

Придерживая больную руку в импровизированной косынке, на которую пошла рубашка Кристофера, принцесса улыбалась. «Ты и твоя брюхатая подружка», — снова прозвучало оскорбление Септима в голове. Вампир каким-то образом уловил, что она была беременна. Сразу после сведения печати она осмотрела себя. Это оказалось правдой.

— Беременна, — шепнула она, смутившись самого слова. Хотя сдержать счастливую улыбку не могла. Поэтому Алита любовалась раскинувшимся пейзажем и улыбалась. Улыбалась до боли в скулах, чувствуя себя невообразимо счастливой.

— Что ты тут стоишь так одиноко? — к ней подошел Кристофер и ласково коснулся плеча здоровой руки. — Тебе надо отдохнуть. Сосуды восстанавливаются медленно.

— Да-а... Но мне нравится тут стоять, — она радостно заглянула ему в глаза.

— Я подверг тебя такой опасности... У меня не идёт из головы его фраза…

— Про брюхатую подружку? – весело протянула она, и, увидев замешательство, призналась: — Да, я в положении…

— Как же так? Ты что не знала? — растерянно спросил он.

— Нет, — мотнула головой принцесса, но увидев, что супруг не поверил ей, добавила: — Неужели ты думаешь, что я осматриваю себя постоянно от нечего делать. И да, они ещё очень крошечные. Очень-очень, так что это… случилось совсем недавно.

— Они? — Кристофер побледнел. — Они?

Алита коварно улыбнулась. Она ещё не сказала самого главного.

— Да, они. Двое.

— Ка-а-ак двое? — Кристофер был так поражён, что даже заикнулся.

Принцесса хихикнула.

— Рожать двойню тяжело. Среди драконов такое случается довольно редко. Реже, чем у людей. Но я — ледяная драконица. У меня будет в помощь целый храм, а может и два, если получится восстановить храм в Вирентисе.

— Что? Нет, Алита, никакого восстановления храма. Не в твоём положение, — он замотал головой.

— О чём спор? — к ним подошёл Герберт.

— Крис не хочет, чтобы мы попробовали восстановить храм в Вирентисе. Ведь у нас остался тот хрусталь, — как ни в чём не бывало ответила принцесса.

— У нас будет двойня, — с нескрываемым ужасом произнёс Кристофер.

— Ну так поздравляю, — Герберт хлопнул друга по плечу. — А храм… Можно подождать, когда освободитесь от бремени и восстановить.

Супруги переглянулись.

— А ещё я могу попробовать сделать это сам, — предложил начальник гвардии.

— Мы можем, — с вызовом поддержал Герберт, взглянув на друга. — Странно, что беременность супруги тебя пугает больше, чем… — он сосредоточенно принялся что-то считать на пальцах, а затем махнул. — Ладно, я сбился со счёта, сколько раз ты рисковал своей жизнью. Вспомнить хотя бы гражданскую войну.

— Это другое, — Кристофер тревожно посмотрел на драконицу. Та заулыбалась ему. «Он такой милый, когда волнуется обо мне».

— Что ж, как по мне, будущий отец взволнован приятной новостью, — Герберт обворожительно улыбнулся обоим. — Я очень рад за вас. Когда на вас смотрю, даже самому хочется жениться. Как думаете, Ясмина ответит согласием на моё предложение? Там, в лесу, а потом и в тоннеле, я подумал, что если выживу, то обязательно сделаю что-нибудь такое.

— Конечно, согласится, — улыбнулась Алита. – Она же влюблена в тебя.