Глава 9

Холодная вода с такой силой стряхнула паутину с разума Киана Финна, что у него заныли зубы. Он глубоко вздохнул и погрузился под воду. По коже побежали мурашки.

Ему нужно было мыслить здраво. Нельзя было поддаваться хаосу.

В последнее время это было почти невозможно. Мысли в голове появлялись и исчезали, словно порхающие бабочки. Он не мог поймать их и удержать. Они были слишком быстрыми. Приходила мысль, и он возбуждался. Доводил дело до логического конца, а потом стоял и думал, как до этого докатился.

Киан не мог поговорить об этом со своим братом. У Бека были свои проблемы. Ему нельзя было волноваться о том, что у его младшего брата отказывал мозг, но это уже невозможно было скрыть. Даже если бы Киан попытался умолчать о своей проблеме, он бы забыл, что пытался сделать. Ему было легче, когда Бек был рядом. Тогда Киан сосредотачивался на более длительные периоды времени.

Он всплыл на поверхность воды. Где он? Почему так холодно? Киан не понимал, где находится. Он был не в постели. Стоп. Он глубоко вздохнул и прогнал страх. Страхом проблему не решить. Это лишь выставит его дураком, и тогда отец рассердится на него.

Судя по всему, Киан купался.

А где его сестра? Брон любила плавать, но ей не разрешали ходить на озеро одной. Поскольку Бек всегда тренировался и следовал примеру отца, Киан был единственным, кто водил сестру купаться. Куда подевалась Брон? Он должен был присматривать за ней.

Нет. Он плавал в пруду, а его отец был мертв. Бронвин была мертва, и их мать тоже. Их уже давно нет в живых. Дядя Торин убил их и занял трон. Киан и Бек стали изгоями. Да, он помнил это. Он больше не был ребенком. Он был мужчиной. И должен был вести себя соответствующе.

Киан посмотрел на мыло в своей руке и решил, что раз уж он здесь, то должен привести себя в порядок. Он чувствовал себя грязным. Он пролежал в постели долгое время. Ему это казалось разумным. Большая кровать была знакомым местом. Он всегда знал, где находится. Даже если Киан терялся в воспоминаниях, кровать была зоной безопасности. Голос всегда шептал ему, что в кровати приятно находиться. Это лучше, чем есть или стоять на ногах. В кровати можно было расслабиться.

Он успел намылить волосы, прежде чем его сознание снова переключилось и он забыл, что должен был сделать. К тому времени Киан уже привык к прохладе пруда. Он просто плавал на спине и смотрел на небо.

Оно было ярко-голубым. Пушистые белые облака принимали различные формы и очертания. Некоторые из них напоминали уравнения. Их можно было описать математически. Киан всегда хотел изучать математику. Отец обещал, что, когда братьям исполнится девятнадцать лет, они смогут пожить некоторое время у тети в мире вампиров. Бек хотел изучить их боевые приемы и наладить политические контакты. Киан планировал поступить в университет и учиться. Это было бы чудесно. Ему не терпелось познакомиться с другими студентами и поговорить с профессорами. Он не ходил бы в ту же школу, что и его кузен, но они были бы рядом. Он бы окружил себя книгами.

И Киан бы сбежал из душного старого королевского двора. Там за ним всегда кто-то наблюдал, ожидая, что он оплошает и нарушит правила. Он не умел следовать протоколам и вести себя так, как подобает принцу королевства. Отец постоянно придирался к нему, упрекая в том, что он сильно позорил брата и его невесту.

Но в вампирском мире Киан был бы свободен. Он бы познакомился с девушками, которые не смотрели бы на него как на дурачка. И не сравнивали бы его со старшим братом, ища недостатки.

О чем только думал его отец? Марис была праведной стервой и холодно относилась к каждому встречному. Как он вообще планировал набираться решимости заняться с ней сексом? Киан думал, что Бек тоже не хотел Марис. Они всегда были так вежливы друг с другом. Между ними не было ни капли страсти. Разве он не должен был хотеть заниматься сексом с женщиной, с которой ему предстояло провести остаток своей жизни?

О-о-о, а это облако было похоже на белку.

– Беккет Финн! – раздался женский голос. – Что ты там делаешь? Вылезай оттуда. Ты, наверное, замерз!

Киан развернулся всем телом и нащупал ногами дно пруда. Он увидел светловолосую женщину, грациозно устремившуюся к нему. Она была высокой и стройной, с прямыми золотистыми волосами, которые ниспадали по спине, касаясь бедер. Юбки развевались вокруг длинных ног, едва заметно намекая на красиво очерченные лодыжки. Ее лицо было прекрасным. У нее были пухлые губки и небесно-голубые глаза. Она выглядела идеальной леди Фейри.

Ее Киан тоже не хотел, но он внезапно вспомнил, что Бек уже с ней спал, спит и, вероятно, снова будет спать.

– Лиадан, – вспомнил Киан ее имя. Это было хорошо. У него был хороший день. Он сосредоточился и вытащил из мозга необходимую информацию.

Лиадан О'Нил была молодой вдовой. Она сбежала из Тир-на-Ног до того, как закрыли мир. Ее муж погиб несколько лет назад в результате несчастного случая на охоте. Бек наведывался к ней в постель уже около года. Он надеялся, что Киан и Лиадан поладят. Беку нравилось делить женщин с Кианом, но Киан не выносил ее вида. Она была холодна. Он понятия не имел, почему Бек не замечал, насколько Лиадан расчетлива.

Ее милое личико вытянулось. В голосе прозвучало глубокое отвращение и разочарование, и Киан вспомнил, что тоже ей не нравится. Этакое общество взаимного неодобрения.

– Где Беккет? Я слышала от троллей, что он вернулся с охоты. Они видели, как он выезжал из леса.

Она уперла руки в бока, и все попытки придать образу безупречность сошли на нет. Лиадан не хотела тратить на Киана силы. О троллях она упомянула с большой неприязнью. Она была сидхе и считала, что все остальные существа Фейри ниже ее.

– Не знаю, – совершенно искренне ответил Киан. В кои-то веки его пустой разум оказался благословением. Впрочем, это давало ему вескую причину здесь находиться. Бек уехал, а потом вернулся. Скорее всего, старший брат, взглянув на него, приказал ему искупаться.

Это все объясняло. Киан все еще понимал логику. Прекрасно.

– Ну разве это не удивительно? – Идеальные черты лица Лиадан сложились в идеальную усмешку. – Ты совершенно ни на что не годен. Понятия не имею, как твой брат тебя терпит.

– И я не понимаю, как он может трогать тебя и испытывать оргазм, – парировал Киан, направляясь к краю пруда, волоча ноги по грязи. Мыло, похоже, уплыло.

Почему он находился здесь?

– Я прекрасно о нем забочусь. – Лиадан стояла и смотрела на него, уперев руку в бедро. Она, казалось, была абсолютно уверена в своей привлекательности. – Он любит меня, ты же знаешь.

– Нет, не любит. – У Киана не было никаких сомнений по этому поводу. Если Бек был влюблен, то из этого следовало, что Киан тоже должен быть влюблен. Лиадан никогда не понимала связи между симбиотическими близнецами. Она относилась к ним как к абсолютно разным существам, хотя на самом деле это было не так. Если бы сердце Бека было занято, то Киан ничего не смог бы с собой поделать. Он бы тоже влюбился. Он покачал головой. Почему имя Мегги внезапно всплыло у него в голове? Он не знал никакой Мегги. В деревне не было никого с таким именем. Или кто-то был?

Лиадан бросила полотенце в его сторону.

– Ты слишком глуп и не помнишь. Мы с Беком скоро поженимся.

Киан вышел из пруда, обернулся полотенцем и направился обратно к дому. По крайней мере, он все еще помнил, где живет. Он не забрал одежду, которую принес с собой. Ему было на нее наплевать.

– Он не женится на тебе. Между вами нет связи.

Лиадан не отставала.

– Он любит меня, а других вариантов, с кем можно создать связь, нет. Ему нужно жениться. И ему нужны дети. Ты знаешь, что это правда. Он слишком важен, чтобы томиться здесь, в этом жалком подобии мира. Он слишком долго позволял тебе сдерживать его.

Сердце Киана сжалось при мысли о детях. Он думал, что к этому времени у него уже будет несколько. Он любил детей, и они всегда любили его. Когда они с Беком поселились в этой деревне, он открыл небольшую школу. Не прошло и нескольких дней, как вокруг бывших наследников образовалась целая община Фейри-иммигрантов. Они привозили с собой детей или усыновляли сирот, которых находили по дороге. Эти дети нуждались в образовании. Киан помнил, как смотрел на их маленькие личики. Ему нравилось учить их.

Разве он не должен быть в школе? Тогда следует одеться.

– Где я?

Лиадан тяжело выдохнула.

– Ты реально спятил, да? Ты и через пять минут ничего не вспомнишь из того, что я скажу, ты, жалкое оправдание королевского рода! Ляг в постель, Киан. Тебе лучше умереть. Мир станет лучше, если ты исчезнешь!

Взгляд Киана затуманился. Он слышал это раньше. Слышал этот голос, когда время от времени думал о том, чтобы встать. Любопытство побуждало его встать с постели, но потом этот голос возвращался. Беку будет лучше, если он умрет. Иногда Киан просыпался, а Лиадан сидела у его постели и шептала эти слова снова и снова, пока он не поверил в них. Во время этих эпизодов всегда присутствовал какой-то дым. Киан всегда чувствовал себя хуже, когда вдыхал этот дым.

– Возвращайся в постель, Киан, – властным тоном произнесла Лиадан. – Пришло время умереть. Ты будешь счастливее, и Беккет тоже. – Голос вдруг стал успокаивающим. Киан почувствовал ее холодные руки на своих плечах. – Будет здорово. Поедешь куда-нибудь в теплое место. Снова сможешь быть с мамой и сестрой. Ты скучаешь по ним, да?

– О да. – В сознании Киана возник образ сестры. Они всегда вместе играли. Бек был слишком серьезен для игр. Он постоянно проводил время с отцом на каких-нибудь важных встречах, даже когда они были маленькими детьми. Бронвин же носилась по дворцовым залам, визжа от смеха. Именно она ходила с Кианом на реку и подшучивала над ним, когда он начал обращать внимание на девушек.

Бронвин умерла у него на руках.

Киана затошнило от слез. Да, лучше всего было бы умереть. Он ничем не поможет Беку. Он слаб. У Бека будет больше шансов, если Киана не станет.

Он равнодушно направился к дому и услышал довольный вздох Лии, но не обратил на это внимания. Он шел мимо сарая с одной мыслью в голове. Он ляжет и уже больше не встанет. Он будет непоколебим. Он умрет, и мир станет лучше. Киан обошел вокруг дома. Он заколотит все двери, и никто его не остановит.

– Бек?

От выполнения задуманного его отвлек другой женский голос, но он его не узнал. Киан увидел миниатюрную, соблазнительную женщину с копной волнистых каштановых волос с вкраплениями рыжих и светлых прядей. Великолепный цвет. Светлые пряди переливались в свете позднего полудня. Это было красиво и немного необычно. Настоящая леди Фейри никогда бы не ходила с такими растрепанными волосами. Ее одежда была походной, и ее тоже нельзя было назвать идеально подходящей. Незнакомка оставила воротник расстегнутым. Киан был очарован ее кремовой кожей и мягким изгибом грудей.

Она была прекрасна.

– Нет, милая, – поправил ее очень знакомый голос. Данте. Его кузен появился вчера вечером на своем летательном аппарате. Киан любил кататься на нем. Данте, правда, взбесился, когда тот попытался его разобрать. – Это не Бек.

– Оставь меня в покое, – сказал Киан, пытаясь отвести взгляд от прекрасной женщины, стоявшей перед ним. В этой женщине не было ничего холодного. Ее карие глаза смотрели на него с большой заботой. Они притягивали его. Тем не менее Киан услышал, как разговаривает со своим кузеном. – Уходи, Данте. Мне нужно в постель. Я устал.

Вздох Данте свидетельствовал о том, что его утомила эта тема.

– Начинается.

Женщина протянула руку и положила Киану на грудь. Ее кожа была теплой после прохлады пруда.

– Нет, Киан. Тебе нужно обсохнуть, а мне – расчесать твои волосы. Похоже, их не расчесывали уже несколько недель.

Ее маленькие ручки внезапно зарылись в его волосы. Она ласково играла с ними, и ему это нравилось. Ее руки ощущались как трепет крыльев феи. Как давно к нему не прикасались нежные руки?

– Как тебя зовут? – спросил Киан, удивленно посмотрев на нее. Она была такой красивой. Она была прекрасной сиреной, отвлекающей его от выполнения долга. Ему нужно было что-то сделать, но он предпочел бы остаться здесь, с ней.

Она улыбнулась, и на ее лице отразились все свет и тепло в мире.

– Я Мегги.

При звуке этого имени его захлестнула волна эмоций. Мегги. Он притянул ее к себе и обнял со всей силой, которая у него оставалась. Через мгновение она обвила руками его грудь и прижалась к нему. Он не знал, почему испытывал такие чувства, но знал, что она его от чего-то спасла. В его одурманенном мозгу промелькнуло слово, которым можно было бы описать ее. Это была единственная ясная мысль в его голове.

– Жена, – прошептал он ей на ухо.

Это прозвучало словно молитва.

* * *

Мег осторожно провела расческой по длинным полуночно-черным волосам Киана. Кое-где они были спутаны.

– Скажи, если я сделаю тебе больно.

– Все в порядке. Приятно быть в тепле, – пробормотал Киан, глубоко вздохнув. – Холодная нынче зима.

Но на дворе была вовсе не зима.

Мег оглянулась на Данте, который пожал плечами.

– Он не всегда помнит, где находится или какой сейчас год, – тихо объяснил Данте.

Данте сидел на диване, видавшем лучшие времена. Все в маленьком доме было потертым и изношенным. Тем не менее в нем было тепло и уютно. В нем было гораздо больше характера, чем в ее квартире в Форт-Уэрте.

Мег была так далеко от того места. Она даже не осознавала насколько. Очевидно, она была далеко от той жизни, которую вела.

Сколько времени пройдет, прежде чем та жизнь станет похожа на сон?

Киан казался реальным. Его волосы были шелковисто-гладкими и красивыми. Ну, они будут шелковисто-гладкими, когда она их причешет.

– Я давно не видел его таким спокойным. – Данте откинулся на спинку стула. – Одно лишь твое присутствие уже помогает.

– Она мне нравится, Данте, – сказал Киан. Он слегка повернул голову, и Мег увидела на его лице живую улыбку.

О, эта улыбка могла осветить комнату. Ее сердце странно затрепетало, но ей пришлось вспомнить, что у Киана были проблемы.

Странно было находиться в комнате с человеком, который выглядел точно так же, как Бек, но при этом был совершенно другим. Бек был стабильным, а Киан казался пугающе переменчивым. Потребовалось время, чтобы завести его в дом. Он хотел показать ей кое-что. Сначала – сад. Судя по всему, он решил, что посадил клубнику, и хотел поделиться ею с ней. Потом он попытался отвезти ее во дворец, чтобы она познакомилась с его матерью и сестрой.

Он был таким потерянным, и она не была уверена, что его можно будет найти снова.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил Данте.

Напуганной. Питающей надежду. И опять напуганной. Тот факт, что она некоторое время не видела Бека, определенно был пугающим фактором.

– Нахожусь между обманыванием самой себя, что это все еще какой-то странный сон, от которого я пробужусь, и ощущением, что мое место, как ни странно, здесь.

Это была чистая правда. После первоначального шока Меган немного успокоилась и внимательно изучила это место. Свет здесь был каким-то мягким и манящим. Она не знала, как это объяснить, но здесь были те тепло и покой, которые можно обрести, если она захочет и откроется новому.

Возможно, здесь будет и любовь, если Мег будет достаточно смелой.

Она сомневалась насчет всей этой истории с двумя половинами, но Киан казался ей скорее ребенком, чем кем-то еще. Может, она не до конца понимала ситуацию. Может, Киан был просто членом семьи, о котором нужно заботиться. А «брак» для него был всего лишь ярлыком.

– Твое место действительно здесь. – Киан поднял руку и поймал руку Мег. – Твое место – рядом с нами.

Если бы это сказал Бек, то он по-хозяйски взял бы ее за руку и она почувствовала бы его желание. В Киане не было ничего темного. Он был добр к ней. Он был прекрасным, милым отражением того мужчины, которого она узнала.

– Разумеется. – Свободной рукой Мег похлопала Киана по плечу, и он снова вздохнул с удовлетворением, отвернувшись к огню и позволив ей заниматься своим делом.

На мгновение они замолчали, в комнате раздавалось лишь успокаивающее потрескивание огня. Киан, казалось, был совершенно доволен тем, что она распутывала и расчесывала его волосы, пока те не стали гладкими.

– Ну вот, – сказала она, и ее охватило необъяснимое чувство выполненного долга. – Так намного лучше.

Киан повернулся, и Мег с трудом перевела дыхание. Он был невероятно красив, его лицо сочетало в себе четкие линии и чувственные плоскости. Свет костра смягчал его, а может, это была просто особенность самого Киана.

– Спасибо вам, леди. Вы очень щедры. Если я могу как-то отплатить за вашу доброту, только сообщите мне об этом.

Мысль о том, что Киан был ребенком, улетучилась при виде выражения его лица. Он потянулся и, взяв ее руку в свою, поднес к губам. На секунду ей показалось, что он вежливо поцелует тыльную сторону ее ладони, что было бы вполне благородным жестом. Вместо этого Киан перевернул ее руку и поцеловал ладонь, и Мег почувствовала, как по всему телу разлилась глубокая чувственность.

Нет. Он вовсе не ребенок.

Его губы изогнулись в улыбке, а взгляд стал жарче огня.

– Я знаю несколько способов выразить свою признательность.

– Все в порядке. Я была рада сделать это, – ответила Мег. Ее привлекли его глаза. Они сияли, словно изумруды.

– Я буду счастлив отблагодарить тебя. Давай вернемся в мою комнату? Здесь недалеко. Я попрошу слуг принести вина, и мы узнаем друг друга получше, – сказал Киан с душераздирающе сексуальной улыбкой.

– Как интересно. – Сарказм Данте разрушил чары, и Мег убрала руку. – Все согласны, что я не буду играть роль слуги?

Выражение лица Киана стало растерянным, и он посмотрел на своего кузена.

– Что ты здесь делаешь? Я думал, ты в мире вампиров. Где Бек?

Безумие снова вернулось.

– Готовит ужин.

По ее мнению, это означало, что Бек на самом деле убивал ужин. Она весь день просила разрешения ему помочь, но была счастлива, что он отказал.

Киан, похоже, был доволен услышанным.

– Отлично. Тогда есть время вздремнуть. Чувствую, что очень устал. Прилягу ненадолго.

Он свернулся калачиком и улегся прямо на пол, положив голову Мег на колени. Он прижался к ней, как большой великолепный кот, жаждущий тепла, и через несколько секунд его дыхание выровнялось.

– Это его суперспособность. – Данте закинул ногу на ногу и расслабился, будто устраивался поудобнее. – Он всегда засыпает где угодно и когда угодно. Хотя сейчас он практически только и делает, что спит. Тебе придется отучить его от этого. Киан бывает ленивым. Хорошо, что ему достались гены послушания. Не все, конечно. Оба брата упрямы, но правильный человек может повести Киана за собой, в отличие от Бека. Киан гораздо более покладистый.

Мег сомневалась, что все будет легко.

– Он ленится, потому что Бек, судя по всему, не разрешает ему ничего делать.

– Нет, милая, – усмехнулся Данте. – Это будет относиться только к тебе. Думаю, ты поймешь, что Бек рассчитывает, что Киан будет работать так же усердно, как и он сам. Он оставит своему брату четкие инструкции обо всем, что тот должен делать. Не то чтобы он всегда выполнял свои обязанности, поэтому сад находится в таком состоянии. Киану обычно нравится заниматься сельским хозяйством и работать с растениями. И он любит детей. Надеюсь, школа не в такой запущенности, как сад.

– Ну, похоже, он очень болен, так что ему, наверное, не стоит пока работать. – Киан был гораздо худее своего брата, хотя в его фигуре все еще чувствовалась сила. Мег погладила его по волосам. Не смогла удержаться.

– Труд поможет ему, – объяснил Данте. – Думаю, теперь, когда ты здесь, ему станет легче. Как только вы сблизитесь, проблем не будет. Вот увидишь.

Мег все еще не понимала, что такое связь, хотя у нее была связь с Беком. Неужели связь с Кианом принесет двойное разочарование?

– Посмотрим.

Данте сел, наклонившись к ней.

– Звучит не очень оптимистично. Что случилось с женщиной, которая с радостью уложила на лопатки своего мужчину?

– Она никуда не делась, – покачала головой Мег. – Просто начинаю понимать, что это будет сложнее, чем я думала.

– Переживаешь о том, как справиться с двумя мужчинами? Не стоит. С Кианом будет легко. Сейчас с ним не все в порядке, но ты будешь его обожать. Все его обожают, и как раз поэтому сложнее придется с Беком. Представь, каково всегда быть плохим парнем. Люди всегда тянутся к Киану, потому что именно он излучает свет.

– А Бек – тьму. – Насколько обособленным он был? Она знала, каково быть неизбранной, чувствовать, что недостаточно хороша. Каково было бы расти с другой женщиной, которая, наоборот, достаточно хороша?

И все же Бек, похоже, любил своего брата. Это кое-что о нем говорило.

Дверь открылась, и на пороге появился Бек с большой корзиной в руках. Он вошел в дом, и тот внезапно показался намного меньше.

– Прости, что так долго. Ходил в деревню проведать наших стариков. С Кианом все в порядке?

Возможно, ему и досталась темная сторона души, которую он делил с братом, но в ней все еще оставалась доброта.

– Я расчесала ему волосы, и он заснул.

Глаза Бека расширились.

– Ты… Он… – Казалось, он заставил себя успокоиться. – Ну разумеется, любимая. Как любезно с твоей стороны. Я буду на кухне. Скоро поужинаем.

Бек вышел из маленькой комнаты.

Мег снова смутилась и посмотрела на вампира.

– А сейчас что я сделала не так?

Данте едва сдерживал смех.

– Все из-за волос. Это очень интимный акт для Фейри. Он совершается только между влюбленными. Бек приревновал, ведь ты еще не расчесывала ему волосы.

– Ну, Бек уже переспал с ней, так что у него все еще впереди, – пробормотал Киан и крепче обнял Мег, словно не желая отпускать.

Он снова замолчал, и Мег задумалась, в какую беду она попала.

* * *

После ужина Бек откинулся на спинку стула с чувством умиротворения, которого давно не испытывал. Перед ним пылал огонь, наполняя дом теплом. Мег покачивалась в кресле рядом.

Все казалось правильным.

– Я не знала про волосы, – тихо произнесла Мег, не отрывая взгляда от огня. – Не знала, что это настолько интимно.

Бек справился с ситуацией не так хорошо, как следовало бы. Он был поражен тем, какой милой выглядела Мег, когда Киан спал, положив голову ей на колени. Он испытывал глубокое чувство признательности, потому что знал, что вернет своего брата и будет благодарить за это Мег.

А потом понял, что этот паршивец заставил ее расчесать ему волосы. В итоге Бек не сдержал крошечную вспышку ревности.

– Я повел себя как осел. Не думай, что мы будем обращаться с тобой как две собаки, дерущиеся за кость.

Мег слегка повернула голову, и на ее губах расцвела улыбка, полная любопытства.

– Ты правда считаешь, что расчесывание волос – эротично?

Она была прекрасна в свете камина. Она была прекрасна в любое время, но было что-то интимное в том, чтобы сидеть здесь с ней. Все наладится, как только она сблизится с Кианом. Как только Мег соединит их души, возможно, Бек не будет таким ненормальным. Возможно, он станет тем мужчиной, который ей нужен.

– Я считаю это очень эротичным и буду требовать от тебя этого, жена.

И возможно, ему не придется так часто употреблять слово «требовать».

– Думаю, я справлюсь с этим, муж. – Мег села поудобнее.

Беку понравилось, как она произнесла это слово. Он хотел быть хорошим для нее. Лучше, чем тот жалкий первый муж, которого она встретила на Земле.

– Я в этом не сомневаюсь. У тебя прекрасно все получилось с Кианом.

Мег была совершенно довольна тем, что сидела в гостиной, пока Киан спал. Бек готовил ужин, а Данте развлекал Мег рассказами о том, как устроен вампирский мир. Ее смех был музыкой, звучавшей в бруге и превращавшей его в настоящий дом.

Это все, чего хотел Бек. Его семья довольна и счастлива.

– Что с ним не так? – спросила Мег.

– С Кианом? То же, что и со мной, – тихо ответил Бек. – Он не в себе. Связь нужно было установить пять лет назад. У меня это вылилось в ярость. А Киан растворился в мысленном хаосе. Все гораздо печальней, чем я думал. Ему лучше, когда я рядом. Я понятия не имел, что у него бывают эпизоды, когда он забывает годы нашей жизни.

Эту новость Беку сообщил Данте. Сразу после ужина он отозвал его в сторону для долгого разговора. И объяснил, что Киан едва помнил, где находился, когда Данте беседовал с ним накануне вечером. Киан был сбит с толку и слегка напуган, когда Данте разбудил его. Вампиру приходилось объяснять сидхе ситуацию каждый раз, когда тот просыпался.

– Чем скорее ты с ним сблизишься, тем лучше. Сегодня отдыхай, но завтра связь нужно сформировать, – трезво рассудил Бек.

После событий предыдущего дня и тяжелого путешествия Мег нуждалась в отдыхе. Связь будет сильной. То, что сказал Беку Данте, вызывало беспокойство. Киан сходил с ума и мог подвергнуть Мег опасности, но потом Бек вспомнил, с какой любовью Киан обнимал ее, прежде чем отправиться спать. Брат мог не помнить, где находился, но он знал, насколько важна была Мег. Он не причинит ей вреда. Он отключится, если не сможет себя контролировать.

И Бек был не против. Если Киан перейдет черту, они пожертвуют собой, чтобы спасти ее. Мег была важна.

Он вдруг остро осознал, что остался наедине с женой. Киан спал, а Данте ушел после их разговора, объяснив, что ему нужно кое с кем встретиться. Это была полная чушь. Данте собирался в таверну. Вернется он не раньше утра, если вообще вернется. Но это не имело значения. Бек получил от Данте то, что ему было нужно. Он воспользовался устройством связи, чтобы поговорить со Сьюзен. Она пообещала Беку хорошее жалованье за расчистку туннелей в последнем горнодобывающем проекте «Деллакорп». Они были полны каких-то чудовищных летучих мышей. Забавно, что великие и могучие вампиры со всеми их технологиями смертельно боялись летающих грызунов. Бек не жаловался. Их фобии означали золото в его кармане. Золото, которое он использует, чтобы отремонтировать дом и сделать жизнь Мег более комфортной.

Бек не стал говорить жене о предстоящей поездке. Не хотел разрушать то счастливое время, которое они обрели сегодня вечером. Им нужно было несколько часов покоя.

Мег встала со своего места и опустилась на пол рядом с Беком. Она положила голову ему на колени, и он почувствовал нарастающую эрекцию. Она увеличилась до болезненных размеров. Сегодня ночью Бек будет медленно любить Мег. Желание заняться с ней любовью изводило его, но он заставил себя расслабиться. Казалось, прошла целая вечность, но за день до этого Бек дважды брал ее. Он хотел показать ей, что не будет животным, которое набрасывается на нее при каждом удобном случае, даже если ему приспичит. Бек был ее мужем. Мег была любезна и нежна с Кианом, и следовало отплатить ей тем же.

Он запрокинул голову на деревянную спинку кресла-качалки. Сегодня был тяжелый день. Утренняя встреча с келпи и болезненный разговор с Лиадан после обеда вымотали его до предела. Бек не хотел причинять боль вдове, но пришлось дать ей понять, что они больше не встретятся. Лиадан восприняла новость о его женитьбе со слезами на глазах, но вела себя как леди. И обещала помочь Мег адаптироваться.

– За ужином Киан выглядел лучше, – пробормотала Мег.

Она практически замурлыкала, когда он погладил ее по волосам. Она была такой милой и отзывчивой. Беку стало интересно, возбудилась ли она. Эрекция снова шевельнулась в брюках. Тот простой факт, что Мег находилась так близко, вызывал у него страстное желание повалить ее на пол и войти в ее мягкое, гостеприимное тело.

– Твое присутствие имеет огромное значение. – Бек поиграл пальцами с волосами на ее затылке. – Я почувствовал это сразу, как только встретил тебя. Еще до того, как мы связались, я стал спокойнее, сосредоточеннее.

Мег уставилась на него широко раскрытыми красивыми глазами.

– Мне нужно переспать с ним, чтобы сформировать связь?

– Нет. – В ее вопросе было много нерешительности, и это Бека встревожило. Вероятно, воспитание в человеческом мире не подготовило ее к тому, что ей придется иметь двух мужей. – Киан может сформировать связь без полового акта. Я тоже мог бы. Просто потерял голову. И заставил тебя.

– Не извиняйся снова, пожалуйста, – вздохнула Мег. – У меня остались приятные воспоминания о рынке и арене, даже если у тебя их нет. – Бек не знал, что на это ответить, но Мег продолжила без объяснений. – Я просто не уверена, как относиться к тому, чтобы спать с двумя мужчинами, даже если они действительно очень похожи.

Бек хмыкнул.

– Мы одинаковые. Сейчас Киан худее меня, но это изменится. Он снова начнет есть, теперь у него имеется на то причина. Наша собственная мать с трудом различала нас, пока мы не открывали рот.

Мег сморщила милый маленький носик.

– На первый взгляд вы одинаковые, но потом становятся заметны различия. – Она устроилась у Бека на коленях и обхватила ладонями его лицо. – У тебя маленький шрам вот здесь. – Мег наклонилась и запечатлела легкий поцелуй над его левым глазом. – А твой рот, – сказала она, слегка поцеловав его в губы, – чуть шире, чем у Киана.

– А сейчас? – Сердце Бека начало бешено колотиться. Кровь устремилась от мозга к паху. Губы Мег были мягкими, словно лепестки цветов. Все в его Мегги было мягким и сладким. Боги, как получилось, что она стала так необходима ему за столь короткое время?

Мег провела рукой по его волосам.

– Волосы Киана чуть длиннее твоих, а его глаза на тон темнее.

– Вряд ли это кто-то замечал. – Бек пытался сосредоточиться на том, что Мег говорила. Это было трудно, потому что на ней была одна из его старых рубашек в качестве ночной сорочки и он видел очертания девичьей груди. Если Мег слегка сдвинется вправо, он, возможно, увидит ее сосок. Беку нравилось, что на ней было что-то из его одежды. Это обозначало ее как его жену, его любовницу.

Мег страдальчески нахмурилась.

– Вы разные люди, Бек. Вы братья. Там, откуда я родом, ни одна женщина не спит с двумя братьями. Это считается изменой, и большинство мужчин подобного не потерпят.

Настал черед Бека хмуриться. Как заставить ее понять?

– Но мы не разные. Может, есть небольшие различия во внешности, но мы симбиотические близнецы. У нас общая душа. Он – вторая моя половина. Ты должна понять, что мы женаты, а это значит, что ты также замужем и за Кианом. Я не буду толкать тебя к нему в постель. И он никогда не будет принуждать тебя, но, если ты не сможешь принять его, будет тяжело. Мы никогда не изменим. Киан не ляжет с другой женщиной, пока женат на тебе.

– Мне просто нужно немного времени. Я сделаю все возможное, чтобы Киан выздоровел. – Мег поерзала у Бека на коленях, по-видимому пытаясь найти удобное положение, но каждое движение ее бедер направлялось прямо к его твердому естеству. – Еще я хочу изучить наши отношения. Там, откуда я родом, молодожены проводят вместе отпуск. Это называется «медовый месяц». Пара уезжает от всего, расслабляется и проводит много времени вдвоем. Так они по-настоящему узнают друг друга.

Бек сжал ее бедро рукой. Сможет ли он взять Мег на полу, не причинив ей боли? Можно сделать это перед камином, чтобы она не замерзла. Он укутает ее одеялами и на этот раз будет контролировать свои низменные инстинкты. Он очень нежно займется с ней любовью.

– Дорогая, – успокаивающе произнес Бек, – по-моему, это блестящая идея. Я очень хочу узнать, что доставляет тебе удовольствие.

– Мне нравится, когда ты меня целуешь, – призналась Мег.

Это запросто. Бек притянул Мег к себе и приблизился к ее лицу.

– Дай мне свои губы, a chumann[11].

Мег послушно подняла голову. Он попросит Киана научить ее гэльскому. Хотя почти все теперь говорили на языке вампиров, Беку нравились старые традиции. Он хотел сказать ей, что любит ее, на своем родном языке. Он хотел, чтобы Меган знала, что она его любимая.

Ей было сладко в его объятиях. Она прильнула к нему и позволила контролировать поцелуй. От этого должно было стать легче, но каждый раз, когда Бек чувствовал, что Мег смягчалась, его желание разгоралось, словно лесной пожар. Он хотел, чтобы поцелуй был нежным, был обещанием того, как пройдет их занятие любовью этим вечером. Мег была такой мягкой под ним, что его доминирующие инстинкты прорвались сквозь защиту.

Она принадлежала ему.

Он сражался за нее, проливал кровь, чтобы обладать ею. Бек крепче сжал ее предплечья. Он углубил поцелуй, настойчиво показывая языком, что жаждал сделать с Мегги в постели. Он проник в ее рот, скользя языком по губам. Мег не сопротивлялась. Она сдалась и обняла его. Вздохами и стонами она говорила Беку, что принадлежит ему и счастлива быть с ним.

Он будет оберегать ее, защищать, заботиться о том, чтобы она была счастлива. Что плохого в том, что ему нужно? Он запустил руки в ее волосы. Ему нравилось удерживать ее. Он хотел связать Мег, чтобы она была абсолютно беспомощна и отдана на его милость. Но Бек не станет этого делать. Он доведет ее до блаженства, пока она не начнет умолять, а потом доведет еще много раз. Меган будет полностью принадлежать ему, когда он с ней закончит. Она никогда не узнает, что вся власть в ее руках и что Бек готов на все, чтобы сделать ее счастливой.

Он спустил ее на пол со своих колен. Мег посмотрела на него снизу вверх, ее губы покраснели и распухли от его поцелуев. Ее глаза были доверчивыми и открытыми. Он хотел съесть ее прямо здесь и сейчас, поэтому уложил ее на твердый пол и оказался на ней сверху, прежде чем она успела вздохнуть. Бек прижался пахом к ее лону, но мешала его одежда. Дурацкая одежда. Бек хотел притормозить. Хотел попросить Мег раздеть его. Она бы нежно сняла с него одежду, а затем и свою. Он мог бы снова сесть на стул и приказать ей взять его в рот. Он бы держал ее за голову, а Мег бы приняла его, не пропустив ни капли.

Да, именно так он и поступит. Но позже. Сейчас у него не хватало терпения. Бек должен был оказаться в ней.

Он прижался к Меган, и она сладко застонала, отчего он почувствовал себя выше на десять футов. Мег обняла его и запрокинула голову. Бек буквально упал на нее, пожирая губами ее мягкую плоть. Она была так хороша на вкус. Он разомкнул связь между ними и влил в нее свою волю. Он хотел, чтобы она была мягкой и покорной под ним, готовой исполнить любое его темное и отвратительное желание. Бек накрыл ладонью ее грудь. Он хотел устроить из Мег настоящий пир. Она была единственной пищей, в которой он нуждался.

Он посмотрел на нее сверху вниз. Ее лицо, ее прекрасное лицо было полно желания. Мег хотела его.

«Мы нужны им, сынок, – давным-давно объяснял ему отец. Теперь эти слова снова преследовали его. – Они полностью зависят от нас. Ты думаешь, они этого не знают? Тебе же хуже, потому что однажды ты станешь королем. Женщины сделают все, чтобы доставить тебе удовольствие. Твой священный долг – не использовать их в своих интересах».

А Бек снова за свое.

Он с трудом поднялся на ноги, пытаясь освободить жену от своего веса. Он прижимал Мег к холодному, твердому полу, не постелив даже одеяла, чтобы согреть ее. Его руки дрожали. Он слез с нее и сел, откинувшись на спинку стула.

– Что случилось, Бек? – Голос Мег звучал мягко и ранимо.

Она не просто казалась уязвимой. Она и была уязвима. Ее вырвали из земного мира и заставили выйти замуж, чего она, возможно, не хотела. А потом он навязал ей себя.

– Бек? – Он услышал неуверенность в ее голосе, когда запустил ладони в волосы и отчаянно попытался взять себя в руки.

– Все нормально. – Он глубоко вздохнул и отправил свои собственные потребности прямиком в Ад. – Иди спать. Можешь лечь с Кианом.

Мег встала на колени. Выражение ее лица сразу стало возмущенным. Она вцепилась в ткань рубашки, которая была на ней надета.

– Я не хочу спать с Кианом. Я хочу спать со своим мужем.

– Он твой муж, – заметил Бек. И не причинит тебе вреда.

– Это просто смешно. – Поправив одежду, Мег наклонилась к нему. – Я хочу тебя, Бек. Я хочу тебя всего. Тебя настоящего. Я не хочу, чтобы ты вежливо спрашивал, можно ли заняться со мной любовью. Значит, так. Я тебе разрешаю. Возьми меня. Наклони, поверни, отшлепай, пока ягодицы не покраснеют. Если после этого ты меня возьмешь, я буду счастлива. Я не сломаюсь. Мне это понравится. Я хочу, чтобы ты контролировал ситуацию во время секса. У тебя нет проблем с контролем в остальное время. Так почему же ты не можешь сделать это в тот единственный раз, когда это несомненно доставит мне удовольствие? И раз уж мы заговорили о связи, то свяжи меня, наконец!

Бек отвернулся. Он не мог смотреть на нее, опасаясь, что она заглянет ему в душу. Он жаждал видеть ее связанной ради его удовольствия. Но это станет ужасной ошибкой. Именно об этом предупреждал его отец.

– Ни в коем случае.

Мег будет беспомощна, если он свяжет ее. Если ее руки и ноги привязать к кровати, она не сможет бороться с ним, остановить, когда он потеряет контроль над собой. Бек снова возбудился при воспоминании о Мег на рынке. Она была так прекрасна со скованными над головой руками. Он хотел лишь одного: взять ее вот так. Если они пойдут по этому пути, он уже не сможет остановиться. Мег понятия не имела, о чем просила. Бек обязан был прекратить это здесь и сейчас.

– Мегги, – сказал он, поворачиваясь к ней лицом. Он должен стоять на своем, иначе потеряет контроль, и расплачиваться за это придется ей. – Надеюсь, ты будешь вести себя как леди. Знаю, что ты не из этого мира, и, возможно, у мужчин в вашем мире нет чести, но здесь мы относимся к нашим женщинам с уважением. И ожидаем, что они будут вести себя подобающим образом.

Мег приподняла подбородок и направилась прямо к нему. Ей пришлось вытянуть шею, чтобы посмотреть на него, но они стояли лицом к лицу.

– Что ты хочешь сказать, Бек? Как я себя веду?

– Как… – Какой-то примитивный инстинкт самосохранения взял верх, и Бек закрыл рот. Женщинам не нравилось это слово.

– Думаю, он хотел сказать «шлюха», – услужливо подсказал Киан с порога спальни.

Когда, черт возьми, он появился? Бек быстро ответил на собственный вопрос. Киан почувствовал, когда Бек начал заниматься любовью с Мег. Они ощущали сильную физическую реакцию друг друга, когда находились в непосредственной близости.

– Да, – прямодушно согласилась Мег. – Так я и подумала.

Она подняла колено и с гулким стуком ударила Бека в пах.

Из легких Бека вышел весь воздух, и он упал на колени. Он посмотрел на свою жену, которая, казалось, не испытывала ни малейшего сожаления. Скорее она выглядела так, словно хотела сделать это снова.

– Проклятье! Я этого не говорил!

– Ну, все твердят, что у тебя одна душа в двух телах, – ехидно напомнила она ему. – Твоя вторая половина была счастлива вступиться за тебя.

– Теперь я этому не рад. – Киан обхватил себя руками, широко раскрыв глаза.

Бек был удовлетворен тем, что, по крайней мере, Киану досталась часть боли. Он выплеснул ее наружу через связь, и его близнецу тоже досталось.

– Так тебе и надо, любопытный паршивец! Не стоило открывать свой рот.

Беку удалось выпрямиться. Он старался игнорировать пульсирующую боль между ног.

– Не понимаю, в чем проблема, – закатила глаза Мег. – Непохоже, что ты планировал использовать свое хозяйство для чего-то интересного.

Прилив ярости захлестнул Бека, смывая боль. Он схватил жену за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза.

– Перегибаешь палку, Мегги.

Ее взгляд был твердым и решительным. В нем не было и намека на страх.

– Да, и буду перегибать, пока не получу желаемое. Я не ребенок. Я женщина, и я знаю, чего хочу!

Беку пришлось отвернуться. Было слишком заманчиво проверить, действительно ли она говорила правду. Он направился к входной двери.

– Посплю в сарае.

Дверь за ним захлопнулась, и Бек задумался, переживет ли он свой брак.

* * *

– Негодяй! – выругалась Мег, когда ее трусливый муж выбежал из дома.

Мег сжимала и разжимала кулаки, пытаясь справиться с охватившим ее гневом. Бек обращался с ней как с идиоткой, которая не знала, чего хочет. Она почувствовала его желание. Оно накатывало на него волнами. Он хотел доминировать над ней, и она тоже хотела этого. Почему он ей не доверял? Почему не доверял себе?

– Я не считаю тебя шлюхой, – тихо произнес Киан.

Она повернулась и вспомнила, что осталась наедине со своим слегка безумным вторым мужем. Это просто взрыв мозга. Она ответила единственное, что пришло ей в голову:

– Спасибо.

Лицо Киана было милым. Трудно было поверить, что люди путали его с Беком.

– У Бека всегда была заноза в одном месте, когда дело касалось секса. Тебе придется простить его. Пожалуйста, больше не бей его между ног. Мне тоже больно.

Она не подозревала, что это затронет и Киана. Она просто была в ярости.

– Прости.

Он пожал своими широкими плечами.

– Все в порядке. Бек это заслужил. Пора ложиться спать. Ты со мной? Холодно спать одному.

Она сомневалась. Мег не знала Киана по-настоящему. Или знала? Был ли он действительно другой стороной того мужчины, в которого она начала влюбляться?

– Обещаю, что не буду связывать тебя, пока сама не попросишь, – невинно сказал Киан, отчего Мег рассмеялась.

Она взяла его за руку. Киан был прав. Ночью прохладно. Бек будет рад, если она переночует в тепле, пока он будет спать с цыплятами.

Киан взглянул на Мег.

– Я Киан. А как тебя зовут?

Мег направилась прямиком в спальню, спрятала лицо в подушку и закричала.

* * *

Глубокой ночью Лиадан наблюдала, как Бек прошел через двор и захлопнул дверь сарая. Лиа улыбнулась. Похоже, в раю уже начинались проблемы. Она не удивилась. Девушка была человеком. Женщина, на которой женился Бек, возможно, и обладала всем необходимым для того, чтобы быть парой, но она не была этому обучена.

Лиадан подумала о проклятиях, которые могла бы наложить на рыжеволосую. Ей доставило бы огромное удовольствие наблюдать, как у новобрачной короля выпадают волосы или увядает кожа. Много времени не потребуется. Человеческая женщина плохо подготовлена к жизни в этом мире. Скорее всего, у нее не было никакой защиты от искусно созданного заклинания. Это было заманчиво, но существовали способы отследить заклинание до его создателя. Следует быть осторожней с магией. В конце концов, Лиадан должна быть простой леди-Фейри, а не ведьмой, обладающей огромной силой. Она убила бы Киана Финна много лет назад, если бы могла по-настоящему использовать свои способности, не опасаясь возмездия.

Уму непостижимо, что Бек предпочел ей эту человечишку. Лиадан была прекрасна. Она убедилась в этом, когда приступила к заданию. Она выбрала идеальную внешность. Лиадан О'Нил была элегантной леди Фейри до мозга костей и являлась идеальной приманкой. Ее внешности и манер должно было быть достаточно, чтобы близнецы влюбились в нее. Но этого не случилось. Прошло немало времени, прежде чем Бек лег в ее постель, а Киан вообще ее избегал.

Она не понимала, что связывало эту женщину и Бека. По какой-то причине он не спал со своей новой женой. Но не сможет долго сопротивляться. Он уже разорвал свои отношения с Лиадан. Бек не терял времени даром. Днем он постучал в ее дверь и отказался войти. Сообщил, что женился и больше с ней не увидится. Он старался быть любезным, но во всем разговоре чувствовалось пренебрежение, которое привело Лиадан в ярость.

Она задумчиво смотрела на сарай и гадала, упоминал ли король о ней своей жене. Скорее всего, нет. Возможно, завтра она навестит человечишку и представится. В конце концов, они были соседями.

Напевая, Лиадан направилась обратно через поля к своему дому.