Глава 19

Машина на воздушной подушке зависла в воздухе.

Мозг Данте словно онемел. О, а каждый нерв в теле словно ожил. Сердце колотилось так быстро, что он удивился, как этот мерзкий Пэлгрейв не включил сигнализацию. Чувства казались намного острее, чем когда-либо прежде. Данте видел дальше, чувствовал больше запахов. Даже слух, казалось, был на каких-то стероидах. Он заметил это, когда они выходили из «Клуба». Данте слышал разговоры шепотом на расстоянии нескольких ярдов. Все его чувства ожили в полную силу, но в центре души была пустота. Мертвое пространство.

Кайя оборвала их связь. Он больше не чувствовал ее. Он оцепенел, поэтому боль и паника его не одолевали.

Данте напряг зрение, пытаясь разглядеть что-либо сквозь густой туман, который окутывал все вокруг. Ему удалось разобрать название на здании. Пэлгрейв. Компании «Пэлгрейв Индастриз» принадлежали все верхние помещения. Данте взглянул на боковую стену здания. Двадцать третий. Черт. Они находились в нижнем квартале. Неудивительно, что он ничего не мог разглядеть. Ниже пятидесятого этажа видимость была крайне плохой. А ниже двадцатого были лишь неблагоустроенные квартиры. Туда запихивали бедняков, чтобы вампирам не приходилось на них смотреть.

У вампиров было больше общего со стаей Кайи, чем Данте предполагал.

– Вон она! – Вампирша Мег указала на маленькую вентиляционную шахту. Казалось, она была рада увидеть эту штуковину. – Там есть датчики, но они не работают. Уровень загрязнения здесь зашкаливает. В соседнем здании производят что-то, что отключает датчики. Наверное, тяжелые металлы. Мне удалось без проблем проникнуть в здание.

– И где же лаборатория? – уточнил Роан.

– Тридцать этажей вверх, – без промедления ответила Мег. – Нужно подняться на пятьдесят четвертый этаж и перейти на другую сторону. Первый же воздуховод, на который наткнетесь, ведет прямо в медицинскую лабораторию. Если ваш консорт и ее похитители там, вы их услышите.

Данте найдет Кайю, где бы она ни была, но дело было не в этом.

– Ты хочешь, чтобы я поднялся на тридцать этажей по вентиляционной шахте? Скажи-ка мне вот что, Мег. Там есть лестница?

Она закусила нижнюю губу, став похожей на свою человеческую копию, когда той приходилось говорить своему мужу-воину то, что ему не понравится.

– Не совсем. Хм… я всегда пользовалась воздушным подъемником. Забыла об этом упомянуть. У меня дома есть такой. Можем за ним сходить.

Кайя умирала. У Данте не было времени искать подъемник. Да и тот мог поднять только одного из них за раз.

Внезапно Данте понял. У него были силы, чтобы сделать это. Кайя дала ему их. У него хватит сил спасти ее.

– К черту все это. – Он распахнул двери машины на воздушной подушке. Даже с инерционными амортизаторами машина слегка покачнулась. Он потянул на себя крышку вентиляционной шахты. Та была достаточно большой, и он смог пролезть внутрь. Его глаза привыкли к темноте. Странно. Он видел в темноте. Более того, он чувствовал запах. Кайя. Она была здесь, в этом здании. Она держалась. – Роан, если не получится последовать за мной, тогда беги в полицию. Мне нужна пара минут, чтобы подняться туда и защитить ее, а ты отправляй копов сразу туда.

– О чем вы говорите? Вам не забраться туда без подъемника! Слушайте, у меня есть несколько защитных перчаток, с ними я поднимусь, но это долгий путь. – Роан шел прямо за ним. – Деллакорт, вы не подготовлены к подобному! Пропустите меня!

Может, Роан и был подготовлен, но он не любил Кайю. И в его жилах не текла кровь Кайи.

– Так вот, Роан, постарайся не отставать. – Проход был небольшим, но Данте почувствовал, как его конечности обрели странную грацию. Он перестал бороться со своими инстинктами. И позволил крови Кайи взять верх.

Когти вылезли из пальцев, но он был рад боли. Длиннее. Ему нужны были когти длиннее, и те протиснулись еще на дюйм, став больше, толще и ужасающе острыми. Они были созданы для того, чтобы рвать, но теперь с их помощью Данте мог перемещаться.

Он перепрыгнул несколько футов, которые вели к противоположной стороне шахты. Когти вонзились в металл, будто им там было самое место. На мгновение Данте повис, удерживая весь свой вес руками.

И он понял. Он справится. И он победит.

– Деллакорт? Вы с ума сошли?

Данте вытянул левую руку и подтянулся на правой. Он поднялся еще на пару футов и снова вцепился в металл. Проще простого. Он даже не запыхался.

– Нет. Я пью кровь оборотня. Кайе нравится, когда ее называют оборотнем. Я никогда не был таким сильным. Если ты со мной, то лучше поторопись.

Данте снова задвигался, пытаясь найти ритм.

Ничто не удержит его от встречи со своим консортом. Хотя он знал, что она разорвала связь, он все равно отправил ей сообщение.

Я здесь, Кай.

* * *

Кайя попыталась поднять голову, но она была так измождена. Боль была невыносимой. Теперь она ощущала ее постоянно. Она не могла припомнить времени, когда та не являлась частью ее тела. Казалось, прошли часы или дни с тех пор, как она чувствовала что-то еще, кроме боли.

Нет. Она познала наслаждение и страсть. Она познала, как глубоко погружался в нее Данте и как проникали в нее его клыки. Она знала, каково это – кормить его, любить его и быть любимой.

Кайя почувствовала, как к ней возвращаются силы. Выжить. Это все, что ей нужно было сделать. Об остальном позаботится Данте.

Кроме того, она хотела ему помочь. Быть рядом, когда эти люди умрут. А они обязательно умрут, потому что Данте не позволит им жить.

– Сколько еще она сможет вынести? – Тот, кого звали Пэлгрейв, снял пиджак. В руке он держал палку. Это была странная палка. Она была темного цвета, и из нее вырывался огонь. Он прикоснулся ею к Кайе, и та обожглась.

– Почему вы не оставите ее в покое? Она не обернется. – Аманда все это время стояла в стороне. Кайя почувствовала ее сострадание. Аманда даже прослезилась, но Кайе было все равно. Блондинка все еще стояла там. Ее слезы ни на секунду не избавили Кайю от боли. Не придали ей сил. Сострадание Аманды было бесполезной и слабой вещью. Аманда, очевидно, не понимала, чем обладала Кайя. Сострадание означало, что пришло время действовать.

Сострадание означало, что пришло время рискнуть.

Пэлгрейв вздохнул.

– Если она не желает делать то, что мы хотим, тогда, может, стоит немного изменить правила игры. У вас есть какие-нибудь соображения, доктор? Признаюсь, мне уже скучно смотреть, как она трясется.

Мужчина в белом халате внимательно посмотрел на Кайю. Она зарычала на него, довольная тем, что он слегка отшатнулся.

– Она взбешена из-за того, через что мы заставили ее пройти. Ее жизненные показатели по-прежнему невероятно высоки. Смотрите сюда. – Он жестом указал на небольшую панель в задней части клетки. На ней красным цветом высвечивались цифры.

– Она становится сильнее с каждым мгновением, когда не испытывает боли. Она восстанавливается с невероятной скоростью! – Пэлгрейв уставился на монитор. – Как вы думаете, что является причиной этого? Если мы выделим ген, который наделяет ее способностью к исцелению, то заработаем целое состояние! Вы хоть представляете, сколько заплатят за это простолюдины и члены королевских семей, у которых нет консорта?

– Нужно взять несколько образцов. Уверен, что смогу выделить ген, если постараться. – Мужчина в белом халате повернулся и начал собирать материалы. Кайя попыталась отпрянуть.

– Вы сохраните ей жизнь, верно? – голос Аманды звучал напряженно. Она прижалась к стене, будто не хотела приближаться к преступлению, в котором принимала участие.

Грудь Пэлгрейва надулась, и из его уст вырвался злобный смех.

– На какое-то время, хотя подозреваю, она будет жалеть, что не умерла.

– Деллакорты просто так не позволят забрать консорта Данте. – Аманда сложила руки на груди.

– Не сомневаюсь, они поблагодарят меня. Ты видела сегодняшние репортажи? Она уродка. Все только и говорят о том, что эта сучка всех позорит. Дональд Деллакорт, скорее всего, пожмет мне руку.

– Не думаю, что вы понимаете…

Глаза Пэлгрейва сузились.

– А ты понимаешь, простолюдинка?

Аманда напряглась.

– Ну, я достаточно хорошо знаю Данте, он этого так не оставит. Да, сначала у него был глупый план, но, в конце концов, он почти всегда поступает правильно. Он порвал со мной. Я, конечно, этого не ожидала. Зачем ему разрывать отношения со мной, если он намеревался бросить ее?

Губы Пэлгрейва исказились в жестокой усмешке.

– Думаю, ты переоцениваешь свое обаяние, дорогая. – он направился к ней.

Кайя начала рычать. Она чувствовала намерения Пэлгрейва, но у Аманды, похоже, не было таких же инстинктов. Она стояла на месте, когда огромный мужчина подошел к ней.

– Я ему нравилась! – запротестовала Аманда.

Кайя наблюдала, как Пэлгрейв обхватил голову женщины обеими руками. Он заключил ее лицо в ладони, изображая нежность.

– Разумеется, ты ему нравилась, дорогая. Каждому мужчине нравятся женщины, которые раздвигают перед ним ноги. Каждому мужчине нравится шлюха, пока она не отслужит свое.

Пэлгрейв взмахнул руками, и в помещении раздался громкий треск. Блондинка осела на пол, и ее взгляд потух.

– Доктор, у вас здесь есть морг? – Пэлгрейв задал вопрос таким безразличным тоном, словно говорил о погоде.

Кайю охватила ярость. Аманда была плохим человеком, но Пэлгрейв был еще хуже. Вот что он с ней сделает. Он воспользуется ею и избавится от нее.

Доктор оторвался от своей работы и взглянул на мертвое тело.

– Попрошу кого-нибудь отнести ее в отделение для извлечения органов. Всегда можно использовать органы. Могли бы предупредить, что планируете избавиться от нее. Теперь у нее можно взять только глаза, кожу и волосы. Вы уничтожили множество органов, которые могли бы принести компании прибыль.

Пэлгрейв отмахнулся.

– Я просто хотел, чтобы она перестала тявкать. И она, возможно, права насчет Деллакорта. Он придет за консортом хотя бы для того, чтобы сохранить лицо. К счастью, он понятия не имеет, что за всем этим стою я. Уверен, он думает, что это король Торин над ним издевается. У него завышенное чувство собственной значимости. А теперь давайте вернемся к этой маленькой сучке. В отличие от мертвой, она может принести немного денег.

И тут Кайя уловила чудесный аромат. Она прислушалась и почувствовала запах сандалового дерева и геля для волос. Пахло домом.

Данте был здесь. Он пришел за ней.

Годы одиночества улетучились в одно мгновение, и она поняла, что вся ее боль привела ее сюда. Если бы стая относилась к ней хоть с каплей доброты, она бы никогда не ушла. Она бы осталась и прожила лишь половину жизни, так и не поняв, что значит любить. Она бы убедила себя, что так устроен мир, и приняла бы то, что было дано.

Данте показал ей иной путь. Ее мир, ее любовь, ее душа – все это стоило того, чтобы за них бороться. Она видела себя глазами своего мужа, и она была прекрасна.

Она не могла больше сдерживаться ни секунды. Это чувство было у нее внутри, бурлило и просило выхода с того самого момента, как она встретила Данте. Брачный вой. Вой волка, обращенный к своей истинной паре.

Кайя запрокинула голову и завыла.

– Что это, черт возьми, такое? – закричал Пэлгрейв, закрывая уши руками.

Кайя открыла связь и ее заполнили сообщения Данте.

Еще пару минут, Кай. Я люблю тебя, детка.

Она почувствовала его намерение. Он услышал ее вой и тоже открыл связь. Может, он и не понял формальности этого воя, но понял его смысл.

Борись, Кай. Борись.

Она собрала все свои силы и бросилась на клетку. Прутья задрожали, но выдержали. Кайя рычала и лаяла на своих похитителей. Возможно, она и не сможет выбраться из клетки, но она выиграет время для Данте и даст ему преимущество в виде неожиданности.

– Проклятье, она сошла с ума! Как думаете, у нее бешенство? – Пэлгрейв сделал большой шаг назад. Он сунул руку в карман и вытащил небольшое устройство. Когда он включил его, тот запульсировал, и в нем вспыхнул синий огонек. – Это звуковой клинок, тупая сучка! Знаешь, что он с тобой сделает?

– По-моему, она достаточно хорошо понимает, что мы планируем с ней сделать. Вот почему лучше использовать животных, не умеющих рассуждать. Она понимает английский. Ее не отвлечешь лакомством, она сразу поймет, что мы отрежем ей одну из конечностей для изучения. – покачал головой доктор.

– Я могу заставить ее прекратить этот адский вой! Если это убьет ее, то, по крайней мере, наступит тишина!

Пэлгрейв щелкнул кнопкой, и вопль застрял у Кайи в горле. Боль стала еще сильнее, но голос Данте был рядом, он утешал ее, разделял страдания. Она чувствовала его. Он был близко, так близко. Связь между ними являлась крепкой веревкой, соединяющей ее с миром. Она почувствовала, что ее сердце бьется слишком быстро, но затем оно замедлилось, даже когда Данте принял на себя ее боль.

Притворись мертвой, Кай. Быстрее. Я больше не могу ждать.

Кайя упала на живот, и ее глаза затуманились и расфокусировались. Боль пронзила ее насквозь, но теперь уже была слабее. Как бы плохо ей ни было, Кайя не двигалась, потому что Данте нуждался в ней. Она подумала о том, чтобы снова прервать связь, но почувствовала, как по коже прокатилось низкое рычание. Оно исходило не от нее. Его прислал Данте. Это было предупреждение повиноваться ему.

Если она этого не послушает его, то получит самую сильную порку. Кайя перестала дышать.

Время пришло.

Аппарат отключился. Кайе потребовалась вся ее концентрация, чтобы сохранять неподвижность.

– Будь прокляты боги, док! Я не хотел смерти этой сучки! – Пэлгрейв все еще сжимал в руке устройство. Кайя слышала, как оно жужжало.

– Надеюсь, она мертва. Ни один из моих ассистентов не захотел бы к ней приближаться. Она слишком опасна. Теперь можно провести вскрытие и получить все, что мне нужно.

Раздался громкий треск, и Кайя открыла глаза. Он был здесь.

Данте выпал из дыры в потолке. Он приземлился на ноги и уставился на нее. Она чувствовала его ярость. Он понимал, что она в клетке, но при виде нее внутри него что-то словно взорвалось. Его глаза стали темно-зелеными, а когти стали заметно длиннее, чем раньше.

– Какого черта? – Пэлгрейв быстро вызвал охрану.

– Неужели ты думал, что сможешь забрать моего консорта, а я ее отпущу? – голос Данте был глубоким, а слова отрывистыми.

– Я думал, ты будешь бегать и выяснять, почему мерзавец Торин похитил твоего консорта!

С потолка упал кто-то еще. Кайя сразу узнала наемника, который похитил Данте и Мег. Он запыхался, но в руке у него было оружие. Это обнадеживало, похоже, он работал на Данте, а не против него.

– Боюсь, у меня появился новый друг, Пэлгрейв. – Данте даже не запыхался. Он стоял на месте, его фигура отбрасывала тень на все помещение. Роан подошел и встал рядом с ним. Казалось, ни один из них не замечал доктора позади них. Тот двигался тихо, держа в руке шприц.

Кайя предупреждающе рявкнула, но Данте оказался быстрее. Он двигался плавно и грациозно. Прежде чем доктор успел замахнуться шприцом, Данте схватил его за горло когтями и сжал, приподняв в воздух. Ноги мужчины в белом халате бесполезно болтались. Через мгновение он перестал двигаться, его лицо посинело, горло превратилось в месиво из крови и тканей.

Данте отшвырнул его, как тряпичную куклу.

– Что бы вы ни принимали, Деллакорт, это отлично работает! – Роан наблюдал за ним с явным одобрением.

Данте проигнорировал его, предпочитая смотреть на Пэлгрейва, на помощь к которому теперь прибежали три охранника. Каждый из них держал в руке электрошокер.

– Мне следовало тщательнее подготовиться, – сказал Роан. – Чувствую себя голым без своего снаряжения, но могу снять тех двух, что слева.

– Выпусти мою Кайю, и она их всех уложит. – Губы Данте изогнулись в улыбке, когда он посмотрел на нее. Она чувствовала его любовь и желание. – Кайя, когда ты выйдешь, то знай, что я освобождаю тебя от этого «нельзя убивать тех, кто разговаривает». Можешь убить любого недоумка здесь. Кроме этого. – Данте указал на Пэлгрейва. – Он мой.

– Можно подумать, ты меня победишь, – похвалился Пэлгрейв. – Ты никогда не умел драться, Деллакорт. Возможно, ты и справишься с таким легковесом, как доктор Уилсон, но сомневаюсь, что осилишь вампира королевской крови.

– Я убью тебя, не сомневайся. Ты прикоснулся к ней. Я бы просто убил тебя, если бы ты прикоснулся к ней с нежностью. Но разорву тебя на части за то, что ты применял к ней насилие.

Роан медленно приближался к ее клетке. Кайя приготовилась к прыжку.

Один из охранников прицелился и выстрелил в Данте из электрошокера. Воздух затрещал от электричества, но Данте увернулся, отклонившись назад с изяществом и точностью. Дротик вонзился в стену позади него. Данте выпрямился, и схватил трос, соединявший дротик с ручным устройством. Он дернул трос назад, и охранник полетел вслед за ним. Не успел он вскрикнуть, как уже стоял перед Данте. Быстрым движением кулака Данте повалил его на землю.

– Не слишком умно, Пэлгрейв, но я от тебя этого и ожидал. Никто из нас не убивал твоего брата, знаешь ли. – Данте перешагнул через бесчувственное тело охранника.

– Я знаю, что это сделал один из твоих кузенов! – выплюнул Пэлгрейв. – Я не дурак!

Роан был близко, очень близко. Данте, похоже, пытался отвлечь на себя внимание Пэлгрейва.

– У Торина в деревне была ведьма. Именно она вызвала твоего брата в мир беженцев.

– Ты лжешь! Но это не имеет значения. Я знаю то, что знаю! – Пэлгрейв встал в стойку и крепко сжал клинок.

Двое охранников позади него двинулись вперед.

Роан перепрыгнул через разделявшее их расстояние и потянулся к кнопке, открывавшей клетку. Оба охранника выстрелили и попали в Роана. Его тело дернулось от электрического тока. Борясь с болью, он протянул руку вперед. Роан стиснул зубы, но все же нажал на кнопку, и клетка открылась.

Воцарился хаос. Охранники выпустили дротики и перезарядили оружие. Пэлгрейв двинулся вперед, подняв звуковой клинок наизготовку. Роан упал, потеряв сознание. Кайя выпрыгнула из клетки. Ей было больно, но сейчас это не имело значения. Главное было вытащить Данте отсюда живым. Она напала на первого встречного. Охранник закричал, когда она вцепилась ему в горло. Он попытался включить электрошокер, но выронил его, когда Кайя вонзила в него зубы. Она почувствовала, как потекла кровь, и отпустила его. У нее не было времени возиться с ним.

Когда Кайя подняла взгляд, Данте поймал дротик второго охранника и обмотал трос вокруг его горла, но Пэлгрейв уже бросился на Данте. Не успела Кайя отпрыгнуть, как Пэлгрейв вонзил клинок ему в спину. Она почувствовала запах крови и ужасную боль, но выдержала. Данте смог вывернуться и блокировать следующий удар. Он размахнулся и ударил Пэлгрейва в подбородок.

Кайя бросилась вперед. Она вскочила, пытаясь вцепиться Пэлгрейву в горло, но он оказался проворнее и зацепил ее ногу клинком, отчего Кайя упала.

– Кайя! – выкрикнул Данте, но она скорее почувствовала, чем услышала его.

Он поднялся на ноги и столкнулся лицом к лицу с Пэлгрейвом.

– Сдавайся, Деллакорт! У меня на подходе подкрепление! Тебе не победить!

– Ты не выйдешь отсюда живым. – Данте был безоружен, но не отступал. – Кайя, встань позади меня!

Прихрамывая, она подошла к нему и встала рядом.

Он посмотрел на нее.

– Да, здесь твое место. Я люблю тебя, Кай. Никогда никого раньше не любил. Ты половина моей души и все мое сердце. Что бы ни случилось, я хочу, чтобы ты была в безопасности. Когда придет время, беги и не оглядывайся.

Она слышала эти слова, но не прислушивалась к ним. Она никогда не оставит его. Если это конец для Данте, то она убьет всех, кого сможет, и последует за ним. Она не знала, что ждет ее после этой жизни, но она последует за ним.

Пэлгрейв бросился на Данте, выхватив нож. Он ударил Данте со всей силы, и оба мужчины упали. Они покатились по полу, а затем Данте вскочил на ноги. Его снова ударили, на этот раз в живот. Пэлгрейв двинулся в обход Данте. Кайя зарычала и приготовилась к прыжку.

– Я сам, Кайя! Это мое убийство! – Данте обнажил свои великолепные клыки.

– Ты никого не убьешь, Деллакорт! Ты истекаешь кровью! Ты такой чертовски слабый, что на этот раз даже напрягаться не придется! – усмехнулся Пэлгрейв.

Данте был слаб. Кайя чувствовала это. Она вспомнила, как самки во время охоты иногда посылали энергию своим самцам. Она глубоко вздохнула и направила всю оставшуюся энергию, которая у нее была, в его сторону. Ее тело обмякло, она не могла больше стоять ни секунды. Силы покинули ее. Если Данте умрет, она умрет с ним. Она крепко держалась за невидимую нить, связывавшую их. Если он умрет, то заберет ее, и они будут вместе.

– Этого не случится, детка. – Данте прочитал ее мысли. Он выпрямился, его кожа практически светилась. – Я вытащу тебя отсюда.

Пэлгрейв побежал вперед, и Данте бросился ему навстречу. Они встретились посередине, и раздался ужасный треск, когда Данте ударил Пэлгрейва в грудь. Кайе удалось поднять голову, когда на лице Пэлгрейва появилось испуганное, отсутствующее выражение.

Данте вытащил руку из груди противника, держа в ней сердце Пэлгрейва.

– Это за моего консорта! – Данте держал сердце, пока оно не превратилось в пыль, а сам Чален Пэлгрейв стал кучей месива на полу.

Данте повернулся и бросился к Кайе, опустившись перед ней на колени.

– Детка! Боги, малышка, скажи, что с тобой все в порядке!

Она устала. Так устала. Она чувствовала, что ее тело слабеет, но все было в порядке, потому что Данте был в безопасности. Данте был цел. Энергия, которую она послала ему, исцелила и спасла его. Ей хотелось обнять его двумя руками. Собрав последние силы, которые у нее были, Кайя обернулась. Она подняла руки, чтобы коснуться его прекрасного лица. Он был ее великолепным зверем.

Она услышала, как Данте выругался. Когда она подняла взгляд, его глаза все еще были темно-зелеными, но в них блестели слезы. Он прижал ее к себе одной рукой, а другую поднес ко рту.

– Не оставляй меня, Кай. Надеюсь, это работает в обоих направлениях.

Он прокусил кожу, и потекла кровь. Данте поднес запястье к ее рту.

– Пей, детка. Я полон тобой. Твоей кровью, твоей энергией, твоей силой. Возьми все свое обратно. Пожалуйста. Ты нужна мне.

Кайя почувствовала, как ее рот наполнился кровью. И тут же ощутила, как началось исцеление.

– Правильно, детка. Возьми все. Я справлюсь. Пей. – Данте прижал запястье к ее губам, поддерживая ее голову.

Кайя откинулась назад, как только поняла, что с ней все будет в порядке. Она услышала, как вдалеке застонал Роан. Она лежала поверх Данте и чувствовала, как его душа тянется к ней, касается ее. Они живы.

Но Данте ведь до мозга костей был вампиром. Он вытащил свой телефон.

– Привет, Сьюзи. Да. Начинай поглощение компании Пэлгрейва. Нет. Он не против. Почему? Потому что я только что вырвал его сердце. Да, серьезно. Я хочу половину.

Данте отбросил телефон и, встав, прижал Кайю к себе.

– С тобой все в порядке, Кайя?

Ей удалось кивнуть. Она была цела и счастлива, что осталась жива.