Глава 11

Я мысленно нажал «Принять», чувствуя, как внутри разливается холодная уверенность. Пять дней, с одной стороны, очень мало, а с другой, при должной подготовке, с хорошими продуктами и моральной поддержкой — у меня обязательно всё получится. Иного и быть не должно.

— Ну что, рыжий, — произнёс я, сходя с крыльца гильдии на мостовую, — скоро у нас конкурс, и я уже знаю, чего ждать. Никаких своих специй туда не пронесёшь. Даже выращенного своими руками перца. Только нож и все навыки из двух миров. Вроде звучит неплохо, как думаешь?

Бекон коротко мяукнул, и в его зелёных глазах промелькнуло согласие, густо замешенное на азарте. Потом сел передо мной и начал внимательно слушать.

— Думаю, ты прекрасно понимаешь, что я не собираюсь выезжать на той же самой ванили или перце? — продолжал я, и мой голос зазвучал твёрже. — Мне нужно только мои руки. И ману добавлять тоже не буду, а то нечестно. Сам же настаивал на одинаковых условиях. Хочу победить честно. Да и потом, я же лучше всего готовлю, как ты считаешь?

Кот посмотрел на меня с выражением «я всегда это знал», с явным прикрыл глаза и дёрнул хвостом, словно ставил печать под моими словами.

— Подготовка в обычном смысле тут бессмысленна, — я поправил котомку на плече и двинулся через площадь. — Не буду же все это время сидеть на кухне и перебирать рецепты. Бесполезно же! Но это не значит, что я буду сидеть сложа руки. Пока есть время, схожу к тем, кто в моей победе заинтересован больше всех. Больше тебе скажу, — я доверительно понизил голос, — в первую очередь я пойду к своим поставщикам. Если их предупредить заранее, то они смогут свой товар на столы участникам и поставить. Это и мою, и их репутацию повысит. Глядишь, и скидку побольше выбью.

— Мряв, — подтвердил кот с такой серьёзной интонацией, будто он был моим бухгалтером и только что одобрил годовой отчёт.

— Ты только учти, я тебе этого не говорил, — со всей серьёзностью добавил я и погладил Бекона.

Мы уже подходили к рыночной площади, когда я вспомнил про жаровню. Давно же хотел купить, или хотя бы взять в аренду, чтобы каждый раз не просить у соседей по прилавку. Вроде какой-то гном всё зазывал меня и обещал скидку. Вот только я никак не мог вспомнить, где его лавка находилась. Пройдя по одной и той же улице два раза, я сообразил посмотреть за угол одного из домов. И, наконец-то, нашёл, что искал. Скромная вывеска гласила, что здесь продают жаровни от дядюшки Ли. Странное имя для гнома.

Пожав плечами, я вошёл внутрь и оказался среди десятка разномастных жаровен. У меня даже глаза разбежались от такого количества. Кот тоже с любопытством оглядывался. Он знал, что если есть такая штука, то на ней должна быть еда. И когда не нашёл, разочарованно фыркнул.

— Добро пожаловать в лавку дядюшки Ли, — из-за прилавка на меня смотрел гном с густыми волосами, собранными в хвост.

— Добрый, — я удивлённо его разглядывал, но быстро нашёлся. — Вы расхваливали свои жаровни и одну из них давали мне. Хотел сказать спасибо.

— Погодите-ка, ваше имя Винтер! Мне про вас племянник рассказывал. И про судака и оладьи. Я только сегодня приехал из другого города, а тут столько всего произошло.

— Так вы тот самый дядюшка Ли?

— Конечно! Лучшие жаровни в нашем городе. Какую вы желаете? Выбор у меня большой.

В этот момент я растерялся, потому что понятия не имел, какие бывают жаровни. Моё изумлённое лицо дядюшка Ли воспринял, как сигнал к действию, и следующие полчаса я познавал новый для себя мир. Потом ещё столько же времени выбирал под чутким руководством хозяина. Цены кусались настолько, что я боялся остаться без денег. И когда уже почти победил свою жадность, дверь в лавку открылась и вошёл гном, которого я и видел на рынке.

— Вот так сюрприз, — произнёс он. — Давно ждал вас здесь. Уже выбрали жаровню?

Теперь на меня смотрели две пары глаз, и в них светился только один вопрос: когда же я решусь и что-нибудь куплю. А я всё считал в уме, сколько монет у меня осталось.

— Как мне помнится, — я повернулся к ним, — мне обещали скидку.

В этот момент Бекон важно мявкнул и запрыгнул на прилавок, явно желая поучаствовать в разговоре.

— Эх! — картинно расстроился гном и подмигнул дяде. — Я надеялся, что он не вспомнит. Но, раз я обещал, то будет тебе скидка!

Несколько минут мы торговались под довольные усмешки дядюшки Ли. В итоге сошлись на том, что мне её продадут одну всего за два серебра, с условием, что на жаровне будет выбита табличка с названием их лавки, и я буду должен готовить только на ней. Отказываться не стал, за такую смешную сумму я был готов даже на прилавок прибить табличку с их именами!

— От сердца отрываю! — сказал дядюшка Ли, заворачивая мне покупку. — Служить будет долго! Готовь почаще и с удовольствием.

Поблагодарив их, я решил заглянуть и к Корнею. Надо предупредить его, что сегодня не собираюсь готовить. Площадь давно гудела привычными звуками торговли. У знакомого прилавка Корней отгонял от выпечки ос, довольно улыбаясь.

— Винтер! — крикнул он издалека. — Что сегодня будешь жарить? У меня уже спрашивали!

— Извини, Корней, — ответил я подходя. — Сегодня не смогу, дел очень много.

— Дела у него, — беззлобно проворчал торговец. — Народ вчера весь день спрашивал, когда ещё ждать твоих оладий. Слухи-то расходятся быстро, теперь каждая собака на рынке знает, что ты тут такое устраиваешь. Ждут тебя с нетерпением.

— Пусть ждут, — усмехнулся я. — Скоро повод будет особенный. А пока дай-ка мне твоих булок, штук десять сразу.

Корней удивлённо поднял брови и быстро переложил товар в холщовый мешок. Я отсчитывал медяки, давно уже заметив, что к прилавку, осторожно огибая телеги, приближается знакомый пацанёнок в кепке, сдвинутой на затылок. И что ему было нужно? Каролина послала или сам хотел что-то спросить? Сейчас он заметно нервничал, но в глазах у него горела решимость.

— Смотри, Марк, — Корней проследил за моим взглядом и хмыкнул, — дашь им булку, а они тебе руку по локоть откусят.

— Не откусят, — ответил я спокойно. — Кто ж кусает руку, которая их кормит?

Я поманил пацана пальцем. Тот подошёл ближе и остановился в паре шагов, опасливо поглядывая на кота, который сверлил его пристальным взглядом с моего плеча.

— Как тебя зовут-то? — спросил я. — А то виделись уже, а имени не знаю.

— Прохор, — ответил пацан, шмыгнув носом. — Я это… спросить хотел. У вас еды какой-нибудь нет? Мы давно доели, что вы давали, а сегодня нам ещё ничего не перепало.

— Сегодня не готовлю, Прохор, — я развёл руками. — Но могу с тобой поделиться.

Я протянул ему одну из булок, и парнишка принял её с чуть ли не с поклоном. И при этом он не отрывал взгляд от мешка с выпечкой, который я держал в руках. Впрочем, просить добавки он не решался.

— Спасибо, — пробормотал он и тут же жадно вгрызся в булку зубами. — Слушайте… — промычал он с набитым ртом и, прожевав, добавил, — там Каролина вас видеть хотела. Говорит, есть разговор.

Я озадаченно переглянулся с Беконом, который вовсю принюхивался к пакету с выпечкой. Интересный поворот, неужели есть какие-то новости?

— Веди, — коротко сказал я.

Прохор развернулся и шустро засеменил между рядами, лавируя между телегами. Мы прошли через весь рынок, свернули в узкий проулок, где воняло рыбой, и оказались в маленьком тупичке, скрытом от посторонних глаз. Там-то нас и ждала Каролина, сидя на перевёрнутой бочке. Её волосы пылали на солнце, а кошачьи уши стояли торчком, ловя каждый звук. Хвост сейчас лениво обвивал лодыжку, но я заметил, что он подрагивает. Нервничает? Любопытно. Двое других пацанят сидели возле неё и внимательно на неё смотрели.

— Наконец-то, — произнесла Каролина вместо приветствия. — Долго ты там с этим толстяком в Гильдии любезничал. Прохор уже успел проголодаться, пока тебя ждал. Я уж думала, ты там на обед остался.

— Он уже получил свою булку, — ответил я, кидая пакет с выпечкой на колени девчонке. — А это вам. Делите по-честному, а то мне показалось, что в прошлый раз Прохору досталось меньше всех. Готовил не я, но в качестве уверен.

— Ему всегда меньше всех достаётся, потому что он младший, — пояснила Каролина, ловко развернула пакет и раздала каждому по булке. — Это тебе, Ерёма, а это тебе Рыжий.

Рыжий выхватил свою порцию и сразу же привалился спиной к стене, жадно откусывая ароматную сдобу. Обладатель драной шапки последовал его примеру, и вскоре оба сидели с набитыми щеками, не произнося ни звука. Бекон, который до этого внимательно следил за распределением еды, спрыгнул с моего плеча, подошёл к рыжему и уселся напротив, не сводя с него пристального взгляда. Рыжий даже жевать перестал и замер с открытым ртом, не понимая, чего от него хочет кот.

— Он просто смотрит, — успокоил я пацана. — Пока ты всё не съешь, кот от тебя не отстанет.

Рыжий нервно сглотнул и закивал, а Бекон, словно подтверждая мои слова, громко мявкнул и лениво облизнулся. Пацанята захихикали, Каролина закатила глаза, а я мысленно поставил галочку, что атмосфера разрядилась. Теперь можно было переходить к делу. Однако первой заговорила Каролина. Она подалась чуть вперёд, и её голос зазвенел недовольством.

— Про ткань твою, — Каролина достала из-за пазухи обрывок и с негодованием бросила его на бочонок. — Я ничего про неё не узнала. Плащей из такой шерсти в Бешале нет. Значит, либо приезжий, либо кто-то из очень богатых, кто не светится в городе.

— А среди княжеских? — спросил я.

— Среди княжеских — тем более. У Свиридова люди ходят в серых плащах из грубого сукна, так что твой поджигатель — или одиночка, или специально оделся не по форме.

Я поморщился и спрятал ткань обратно. Ещё один тупик.

— К слову о князе, — она подалась вперёд. — Он за неделю скупил три лавки в мясном ряду и одну в молочном. Кто не хочет отдавать добровольно, сразу об этом жалеет. Теперь всему городу приходится покупать мясо через него.

— Про молочный слышу впервые, — я вскинул брови.

— Он там воюет с одним. Сметанников его фамилия. Его ферма на восточном выезде. Князь ему пошлину поднял, подъезды перекрыл. Теперь молочник сидит без денег, но не сдаётся, надеется на что-то.

Она сделала паузу, и хвост хлестнул воздух.

— Этот Сметанников из тех, кто лучше сдохнет, чем продаст всё Свиридову. Князю он враг, а тебе будет союзником.

Я смотрел на неё с растущим уважением. Девчонка с кошачьими ушами не просто слухи собирала — она уже понимала, кому они могут пригодиться.

— Ты уже знала, что мне нужны поставщики, — сказал я.

Каролина отмахнулась:

— Ты же трактир собираешься открывать, и я это прекрасно понимаю.

— Что ещё? — теперь уже я навострил уши.

Она на мгновение задумалась и глянула в сторону рынка.

— С гномами, слышала, договорился. Это хорошо. Про охотников забудь, они с рук князя едят и не морщатся. И вот ещё, послушай: в дальнем конце овощного ряда есть некий Мраков. Вредный, что рядом с ним молоко скисает. Он собирается в столицу и скидывает весь товар. Князь к нему сунулся, но тот наотрез отказался. Вот теперь чахнет над златом. Так что возьмёшь за дёшево.

— А вот за эти сведения спасибо, — сказал я.

— Знала, что понравится, — кивнула Каролина. — Так что плати.

Я выложил на край бочки три медяка. Она быстро их спрятала, словно их и не было. Бекон перевёл взгляд на неё и одобрительно мяукнул.

— Теперь к моим новостям, — начал я. — Через пять дней на главной площади будет проходить конкурс поваров, как раз на ярмарке.

Каролина дёрнула хвостом и с любопытством посмотрела на меня. Мне даже показалось, что в её глазах замелькали знаки долларов, и это с учётом того, что их здесь даже не водилось.

— Конкурс, — протянула она. — И ты хочешь, чтобы об этом узнали люди?

— Именно, что нужные, — я голосом выделил это слово, — а не всё сразу. Мельник Кузьма и гномы из артели должны услышать первыми. Они должны понять, что я ценю их поддержку.

Каролина помолчала, а потом по-кошачьи усмехнулась.

— Значит, не просто трепаться, а донести информацию до нужных ушей. И ты думаешь, это горстки оладий стоит?

В этот момент за спиной Каролины раздался громкий шлёпок. Это кто кому подзатыльник отвесил⁈ Судя по хохоту Прохора, это был он. А вот Рыжий поперхнулся, закашлялся и выронил остатки булки на штаны Ерёме. Тот от неожиданности отскочил и задел бочонок. Бекон оторвался от вылизывания лапы и смерил их снисходительным взглядом.

— Мряв! — добавил кот.

Каролина прикрыла глаза:

— Вот таких красавцев я и должна в люди выводить.

— Оладьи только начало, — ответил я. — Мы уже работали — еда и деньги за честную работу.

— Честная работа — таскать мешки, — перебила она, хвост дёрнулся. — А тут моя репутация, и если ты на конкурсе опозоришься, то и мы тоже. Такого допустить нельзя, поэтому и цена будет другая.

— Какая?

— Серебро. Мои ребята рискуют, а на эти деньги я буду их кормить целый месяц. Если согласен, то давай поговорим. В ином случае, не задерживаю.

Повисла напряжённая тишина. Даже пацанята замерли с булками, переводя взгляды с меня на Каролину и обратно. Ерёма приоткрыл рот, из которого вывалилась крошка, а Рыжий затаил дыхание, ожидая, что я отвечу их главарю.

Бекон уселся ровно между нами в роли арбитра. Хвост подрагивал, уши торчком.

— Хорошо, — сказал я. — Деньги так деньги, но условия мои. Мне нужно, чтобы те, кто готов пойти против князя и поддержать меня, знали про конкурс. Так что никаких баек про магию или что-то такое. Люди уже знают, что я готовлю хорошо, так что твои ребята лишь должны им про это напомнить.

— Разумно.

— И второе. Я хочу знать, к кому именно попала эта информация, чтобы зайти к ним после конкурса.

Каролина прищурилась, так, что от глаз остались одни щёлочки.

— Это мои каналы!

— Нет. Ты работаешь, а я оплачиваю. Исполнитель всегда отчитывается, как в любом другом деле, — я не дал ей себя перебить. — Если не согласна, то сделки не будет.

Она вспыхнула, прижав уши к голове.

— Я не твоя рабыня!

— Я и не прошу полного отчёта, а прозрачности. Ты получаешь деньги, они, — я кивнул на пацанят, — еду. А мне останутся имена. Равноценный обмен.

Она ещё несколько минут сверлила меня взглядом. Бекон громко мяукнул и принялся вылизывать лапу, сделав вид, что его все наши разговоры до одного места.

И Каролина сдалась.

— Ладно, ты прав, будут тебе имена, но только тех, кто сам разрешит. Остальные — нет. Это моё последнее слово.

— По рукам, — кивнул я.

— Тогда слушай порядок, — она понизила голос. — Сначала Кузьма и гномы. Они получат сведения от твоего имени. С молочником и Мраковым договаривайся сам, я тебе уже про них всё сказала. Корней узнает последним, но так, будто случайно. С этим понятно.

Я посмотрел на неё с новым уважением. Она уже всё продумала.

— Ты далеко пойдёшь.

— Я уже далеко, — фыркнула она, но уши чуть порозовели.

Бекон громко мяукнул и перевернулся на спину. Рыжий осмелел, почесал его за ухом, и кот довольно заурчал.

— И за всё это цена в три серебряных, — припечатала Каролина.

В этот момент из-за угла вывалился пьяный мужик с корзиной засохших кренделей, выкрикивая: «Кому хлеба? С пылу с жару!». Бекон моментально вздыбил шерсть и зашипел. Торговец испуганно дёрнулся и свернул в сторону, бормоча проклятия.

Каролина проводила его взглядом и поморщилась.

— Ходят тут всякие. Вернёмся к нашему разговору. Значит, одну монету сейчас, а две — когда люди начнут обсуждать. И не смотри на меня так! Ты платишь не за болтовню. А за то, чтобы каждый узнал вовремя и нужные сведения.

Я бросил серебряный, и она поймала.

— По рукам.

— И последнее, — Каролина вдруг посерьёзнела. — Вчера к Сметанникову наведались княжеские люди. Избили его, перевернули всё, давили и требовали подчиниться, но он отказался. Если хочешь его заполучить — поезжай сейчас. Завтра может быть поздно.

Я сжал кулаки, опять время начало поджимать.

— Спасибо. Ты уже заработала свои три.

Она кивнула, и на её губах промелькнула колючая, но уже почти дружеская усмешка:

— Не за что, Винтер. Береги себя. И своего кота. Вы оба ещё не отдали долги.

— Погоди, совсем забыл, — сказал я, когда Каролина уже взялась за край мешка с булками. — Ты не забыла про мага? Я просил тебя узнать.

— Так вот, про твоего мага… — зло сказала она. — Не нашла я твоего мага. Во все щели залезла! Никто ничего не видел и не знает. Хочешь свои деньги обратно? Бери.

Она вытащила из-за пазухи мою собственную монету и бросила её на землю. Монета звякнула и покатилась к моим ногам. Бекон, сидевший рядом, лениво придержал её лапой, но брать не стал, лишь озадаченно посмотрел на меня.

— Не надо, — я не стал поднимать монету. — Ты отработала, даже если ничего не нашла. Сведения о том, что ни один маг в округе не замешан, — это тоже сведения. Значит, искать дальше.

Каролина дёрнула плечом, и её хвост расслабился, но уши всё ещё не хотели подниматься.

— Не люблю проигрывать, — буркнула она.

— А ты и не проиграла. Слушай дальше, — я внимательно на неё посмотрел, — но может быть, всё же что-то есть?

Она помолчала, кусая губу. Потом выплюнула сквозь зубы:

— Не про мага, а про князя. Один человек, который у него служит, проболтался под хмельком. Сказал, что его хозяин боится кого-то в лесу, чуть ли не до дрожи в коленках. Хотя это не мешает ему посылать туда своих людей. И самое важное, едва об этом заговаривают, то князь всех затыкает, говоря, что это не их дело. Думаю, что это как-то связано с тем, что ты ищешь.

Она замолчала и, наконец, подняла на меня глаза. В них я прочитал злое: «Ну что, доволен?»

— Маг не связан с князем, — медленно проговорил я, обдумывая услышанное. — Наоборот, князь его боится. Значит, Свиридов не заказчик.

— Этого я не знаю, — отрезала Каролина. — Человек дальше болтать не стал и язык прикусил. Но если князь кого-то боится — это уже новость. Он, конечно, тот ещё оригинал, но такого на моей памяти ещё не было.

Я кивнул, поднял монету и снова протянул ей. Она не взяла, тогда я положил её на край бочонка, на котором она сидела.

— Этого достаточно. Твои ребята молодцы, — я повернулся к ним, — обязательно вас накормлю, как встретимся в следующий раз.

Каролина фыркнула, но монету всё-таки забрала — быстро, будто ещё стыдясь своей слабости. Бекон, посчитав что его роль судьи завершена, уверенно зашагал прочь.

— Ладно, Винтер. Считай, что мы в расчёте. Как только твой маг всё-таки объявится, ты первый узнаешь. А теперь иди уже, не мешай мне булки делить.

Перед глазами возникло голубое окно системы:

Внимание!

Задание «Бегунки для 'Сытого Вепря» (поиск сведений о маге) выполнено частично

Цель: добыть сведения о неизвестном маге — выполнено (информация о страхе князя получена)

Награда: 20 опыта, +1 к репутации с бандой

Опыт: 390/400

Я усмехнулся, свернул окно Системы и отправился в сторону рыночной площади, мне нужно было срочно решить, к кому бежать первому: к Мракову или Сметанникову.

— Бекон, а ты как думаешь, к кому отправиться в первую очередь?

Кот внимательно на меня посмотрел, прищурился и с силой ударил лапой по мостовой.

— Жаль, что я не понимаю тебя, так что мне придётся решать самому.