Глава 6

Я подхватил Рида с рук Селесты, кивнул ей на прощание и шагнул в кабинет вслед за Кэмэлом.

Старик опустился за широкий стол и махнул мне на кресло напротив. Я сел, а кот устроился у меня на коленях и принялся вылизывать лапу, всем видом показывая, что великие подвиги позади и теперь полагается отдых.

Кэмэл выудил откуда-то из-под стола увесистый мешок и положил передо мной.

— Девять с половиной тысяч кристаллов, — обронил он. — Десять, что ставил младший Краулсан, минус мои пять процентов как поручителя. Всё по уговору.

Я взвесил мешок в руке, слушая приятное перестукивание внутри. Ссыпать его содержимое в перстень при чужих обычно не стал бы, но тут лишних глаз не водилось, так что я отправил кристаллы в кольцо и откинулся в кресле.

— Благодарю, старший.

— Не за что, — Кэмэл сцепил пальцы и оглядел меня поверх них. — До меня дошли кое-какие слухи, юный Винтерскай. Поговаривают, ты связался с домом Дайл, а тот сейчас гол как сокол. Да к тому же испортил финансовое положение твоей семьи: долги, аресты, утопленные корабли да опечатанные склады. Из чего я делаю вывод, что для восстановления бизнеса в наших краях деньги сейчас тебе будут совсем не лишние.

Ага, вот и начинается, отметил я про себя и подобрался.

Дед явно подводил разговор к сделке, и в голове сама собой нарисовалось предположение: владелец арены, чьи звери дохнут на песке пачками, прознал про мой бульон и желает закупать его бочками. Лучшего клиента и придумать сложно, иные же причины подбирались с трудом.

— Допустим, — спокойно приподнял я бровь. — У вас, я так понимаю, есть для меня выгодное предложение.

— Есть, — Кэмэл широко улыбнулся, однако улыбка эта выглядела хищно. — Я хочу купить твоего кота. Дам за него один миллион духовных кристаллов.

Рид перестал вылизывать лапу.

— Благодарю за щедрость, но нет, — отрезал я, не раздумывая ни секунды. — Кот не продаётся.

Брови Кэмэла сошлись к переносице. Воздух в кабинете отяжелел, придавил мне плечи, напоминая, кто здесь старший по культивации.

— Подумай как следует, младший, — голос его потяжелел. — Миллион кристаллов на дороге не валяется. С такими деньгами ты выкупишь свои здания, расплатишься с долгами Дайла и ещё на новые корабли останется. Я ведь знаю, как туго тебе сейчас приходится. — Он помолчал и добавил веско: — Три миллиона. Последнее слово.

Хм. Цена подскочила втрое. Целая треть от той суммы, которая мне нужна для прохождения в наследие в вулканическом кратере.

По настоящему баснословная сумма, но старик даже бровью не повёл, словно торговался за пучок зелени на рынке. Стало быть, Рид нужен ему позарез, и причина тут посерьёзнее, чем блажь богача пополнить коллекцию зверья.

Неужто он знает, что-то ценное про Рида?

Достоверно что у него на уме, я не знал и, признаться, знать не хотел. Какая мне разница, какой там у него скрытый интерес, если мой ответ от этого не меняется.

— Дело не в деньгах, старший, — я провёл ладонью по загривку кота, и тот выгнул спину, уставившись на Кэмэла недобро. — Назовите хоть десять миллионов, хоть сто. Этот кот мне друг и товарищ, он не раз вытаскивал меня из такой задницы, из какой никакими деньгами не выкупишься. А друзей я не продаю и не предаю.

Рид утробно зашипел, прижав уши.

— Тихо, мохнатый, — я успокоил его ладонью, и кот смолк, но опасного взгляда со старика не свёл.

Кэмэл молчал. Он смотрел на меня долго, оценивающе, будто читал что-то у меня внутри.

Я выдержал этот взгляд.

А потом давление спало, старик откинулся в кресле, и на лице его проступила довольная улыбка.

— Достойный ответ, — кивнул он. — Принимаю. Не каждый устоит, когда перед носом машут такими деньгами. Хорошо. Очень хорошо.

Он побарабанил пальцами по столу и сменил тему.

— Раз ты одолел чемпиона, дорога на следующий турнир тебе открыта. Захочешь участвовать, подробности узнаешь на стойке регистрации. — Кэмэл качнул головой в сторону двери. — Ну а если больше вопросов ко мне нет, не смею задерживать.

Намёк был прозрачнее некуда: разговор окончен, парень, выметайся. Я уже было поднялся, но тут же опустился обратно.

А вот шиш тебе, старый. Раз уж я в кабинете владельца арены, грех не выжать из встречи ещё немного пользы.

— Вообще-то, старший, у меня к вам тоже есть предложение, — обронил я.

Кэмэл приподнял бровь от такой наглости. Ведь этот сопляк не унёсся прочь по первому слову. Но меня, закалённого годами ресторанного бизнеса этими дешёвыми трюками было не пронять. Вижу цель — не вижу препятствий.

— Что ж, выкладывай. Послушаю.

— Вы видели на песке, как мой бульон поднял волка Касьяна, — начал я. — Зверь подыхал, каналы выжжены, ваши лекари развели руками, потому что любое сильное зелье его бы только добило. А мой концентрат наполнил её силами, вытащил с кромки и помог запустить естественную регенерацию. И за сегодняшний день таких случаев уже не один, а два.

— Допустим, — Кэмэл прищурился, и в его глазах я заметил блеск заинтересованности.

— Я варю такие бульоны и концентраты постоянно. Готов поставлять их вам на регулярной основе. Бойцов и зверей будете вытаскивать с того света между раундами, а обойдётся это куда дешевле алхимических зелий, что нынче подскочили в цене.

Кэмэл огладил бороду, разглядывая меня так, словно я предложил ему купить мост.

— А ты не из робких, — усмехнулся он наконец. — Только начал новое дело с нищим партнером, а уже сватаешь арене свой товар. Молодость и дерзость, надо же. По душе мне это, признаться.

Он выдвинул ящик, достал чистый бланк и обмакнул перо.

— Возьмём для начала пятьдесят литров, — сказал он, выводя строку. — Покажешь себя на деле, поглядим, как пойдёт, и докупим по нужде. Зверья у меня хватает, а лекари и зелья сейчас и правда дороги.

— Договорились.

Перо заскрипело по бумаге, мы прошлись по срокам и условиям, и под конец каждый поставил свою подпись. Я спрятал свой экземпляр в перстень, поднялся и кивнул на прощание.

Посадил на плечо Рида и направился к выходу с таким лёгким сердцем, какого давно за собой не помнил. Ещё один крупный клиент в копилку, да какой — сама арена. Кристаллы для входа в наследие Колосса будто придвинулись на шаг ближе.

Когда дверь за гостем закрылась, Кэмэл остался сидеть, постукивая пальцами по подписанному бланку. Затем дёрнул шнур у стены, и в кабинет скользнул помощник.

— Звали, хозяин?

— Винтерскай. Молодой повар, что нынче уделал чемпиона, — обронил Кэмэл, не смотря на вошедшего. — Собери о нём всё, до последней крошки. Кот, семья, откуда явился, с кем водится. Особенно кот.

Помощник поклонился и исчез так же, как и возник.

Старик подошёл к окну, заложил руки за спину и уставился вниз, на опустевший песок, где слуги догребали следы вечерних боёв.

В глазах стоял образ кота, когда он сражался в бою против волка Касьяна. Прямо внутри той снежной пелены, которая была не видна обычным зрителям, но Кэмэл прекрасно видел то, что происходило тогда внутри.

И кот там выглядел далеко не мелким домашним зверенышем, он был размером со снежного барса, и хвосты развевались от ярости. ХВОСТЫ!

Три хвоста!

Явный знак древней родословной с потенциалом развития до ступени небесного практика. За три с лишним сотни лет своей жизни он перевидал всякое, но подобную кровь встречал от силы пару раз, да и то в руках старейшин секты, что тряслись над своими зверьми пуще, чем над собственными ядрами. А тут какой-то мальчишка таскает этакое сокровище на плече и кормит с руки, и зверь идёт за ним сам, без цепи и принуждения.

Где сопляк раздобыл такого питомца и чем заслужил подобную верность, оставалось загадкой. А загадок Кэмэл не любил, они требовали ответов.

В фойе народ уже редел, бои отгремели, и публика растекалась по выходам, перемалывая ставки и победителей. У дальней колонны я высмотрел знакомые лица: Инга привалилась к мрамору, скрестив руки, а рядом топтался Ронан, протирая очки.

— Где Адриан? — спросил я, подходя.

— Отлучился по делам, подойдёт позже, — Инга оттолкнулась от колонны. — Велел тебя с котом тут караулить. Ну что, разбогател?

— Сейчас и проверим, — хмыкнул я. — Идёмте к букмекеру, заберу выигрыш, и тогда отметим как полагается.

Очередь у окошек уже схлынула, и я без помех шагнул к стойке, выудил из перстня расписку и положил перед служащим.

Букмекер взял её, повертел, сверился с журналом, и физиономия его пошла пятнами.

— Эээ… господин, тут такое дело, — он замялся. — Сумма больно крупная. А у нас нынче инкассация прошла, касса пустая. Не могу я вам столько выдать.

Чего? Я что, ослышался?

Рид уловил, как у меня внутри ёкнуло, перетёк к окошку и продемонстрировал букмекеру полный набор клыков.

Тот побледнел и вжался в стену своей конурки.

— Уберите, умоляю, уберите кота! — пискнул он. — Я ж не отказываю, я объясняю!

— Тихо, мохнатый, человек при исполнении, — я погладил Рида, и кот убрал клыки, но усы продолжал топорщить. — Ладно, объясняй. Какие у меня варианты и как мне всё-таки получить мои деньги?

Букмекер сглотнул, косясь на кота.

— Сейф после инкассации заперт, — затараторил он. — Такую сумму я при всём желании не отсчитаю. Только завтра, по предварительной заявке, как заведено.

Завтра, значит. А сегодня погуляй, парень.

— Я только что от старшего Кэмэла, — я подался к окошку. — Он на месте, в кабинете. Вопрос нужно решить сейчас, а не завтра.

Букмекер замотал головой и залепетал про порядок и правила, и тогда я выложил на стойку свежий договор поставок с гербовой печатью арены.

— Видишь это? Я теперь поставщик арены, твоего же начальства, — я постучал пальцем по бумаге. — И если ты не сделаешь свою работу прямо сейчас, я вернусь к старшему Кэмэлу и расскажу, как его новый партнёр битый час топчется у пустой кассы. Думаешь, ему понравится?

Краска окончательно сошла с лица мужичка.

— Не нужно старшего, всё сделаю, всё решу, — затараторил он и вскочил. — Подождите буквально пару минут, я мигом!

Я отошёл к друзьям, и на наших глазах букмекер захлопнул окошко, выскочил из будки и припустил по галерее так, что только пятки засверкали.

Инга с Ронаном проводили его одинаково круглыми глазами.

— Винтерскай, ты чего ему сказал? — Ронан поправил очки. — Мужик от тебя дунул, как ошпаренный.

— Да ничего особенного, — я пожал плечами. — Возникли у него небольшие сложности с выдачей моей награды, вот он и побежал их улаживать. Подождём, вернётся.

— Подождём так подождём, — Инга плюхнулась на банкетку у колонны. — Только чур, пока ждём, решаем, где гудим в честь твоей победы. Грех такой бой не обмыть.

А вот это дело. Город я толком ещё не распробовал, знаю разве что доки да ремесленный квартал, так что куда податься вечером — ума не приложу.

— Командуйте, — я развёл руками. — Я тут без году неделя, где у вас веселятся, понятия не имею. Вам и карты в руки.

— «Хмельной вьюн»! — выпалил Ронан. — Лучшее жаркое в городе, и эль там такой, что после второй кружки сам собой запоёшь.

— Фу, забегаловка для грузчиков, — Инга сморщила нос. — Я тебя в приличное место зову. «Серебряная лютня», там живая музыка и танцовщицы.

— На твою лютню никаких призовых не хватит, — фыркнул Ронан. — Да и скучища там, сидишь и слушаешь, как тренькают.

— Это тебе скучно, потому что культуры на грош, — парировала она.

Спор у них завязался такой, будто решалась судьба региона, а не вечерний кабак. Каждый тянул одеяло на себя и сходиться они явно не собирались.

— А я знаю местечко получше любого из ваших, — раздался сзади голос Адриана.

Он вынырнул из толпы, поправляя манжету, и от давешней хмурости не осталось и следа.

— «Полночный сад», закрытый клуб у Звёздного провала, — объявил он. — Лучшая шоу-программа в городе, танцовщицы, живые огни и кухня, какой больше нигде не сыщешь. Меня там знают, проведу всех без вопросов. Вот где празднуют победу. — Он огляделся и нахмурился. — А где букмекер? Ты что, ещё не забрал выигрыш?

— Забираю, — хмыкнул я. — Процесс, как видишь, немного затянулся.

И тут, лёгок на помине, в дальнем конце галереи показался наш беглец.

Букмекер вернулся запыхавшийся, красный, прижимая что-то к груди. Он подлетел ко мне, выдохнул и протянул на ладони крохотную коробочку, не больше спичечного коробка.

Кто-то из зевак за спиной прыснул.

— Это и есть вознаграждение? — хохотнул чей-то голос. — Да тут на один зуб, на что ты ставил приятель?

Смешки покатились по фойе, народ оборачивался и тыкал пальцами, прикидывая, не надули ли залётного выскочку с его хвалёным выигрышем.

Букмекер кашлянул, призывая к тишине, и, дождавшись, пока гомон стихнет, заговорил во весь голос, играя на публику.

— За всю историю Арены ещё никто не срывал такой ставки на победу, — объявил он. — Господин Ив Винтерскай поставил рекорд. По такому случаю заведение жалует победителю особый артефакт для хранения и переноски средств.

Он присел, поставил коробочку на пол и влил в неё струйку энергии.

Коробок дрогнул и пошёл расти. Он раздавался вширь и ввысь, пока не обернулся добротным сундуком мне по пояс, а на крышке его проступила, сияя, цифра: пятьдесят тысяч.

В фойе повисла тишина, а потом зал взорвался гулом.

— Пятьдесят тысяч⁈ С одной ставки⁈

— Да быть не может, тут жульничество!

— Какое жульничество, один к десяти на кота!

Народ заспорил, прикидывая на пальцах, сходится ли выигрыш и правда ли я поставил целых десять тысяч на себя, и пихая друг друга локтями.

— Надо было ставить больше, а-а-а! — простонал Адриан, схватившись за голову. — Зачем я поставил всего лишь сотню? Зачем⁈

— Я предупреждал, — понимающе кивнул я.

— Знал бы наперёд, заложил бы всё, что имею, до последней нитки, — Ронан смотрел на сундук с таким лицом, будто у него на глазах уплывала единственная любовь всей жизни. — И дом, и жетон, и очки в придачу, и портки бы снял. Озолотился бы.

— Тебе бы это не помогло, — Инга похлопала его по плечу. — Ты бы свой куш спустил за неделю, а то и за вечер и остался бы не только без денег, но и без портков… Знаю я тебя.

— Зато на дело бы спустил, — Ронан задрал нос. — Купил бы зверя с уникальной родословной и пошёл в чемпионы арены. Вот моя мечта, между прочим.

— С твоими деньгами тебе пока светит боевой таракан, — отозвалась Инга. — И тот дохлый.

Фойе грохнуло хохотом, и даже Ронан, поборовшись с собой, фыркнул и махнул рукой.

Я закинул сундук в перстень и кивнул компании.

— Ну что, идёмте в твой «Полночный сад». Праздновать так праздновать.