Глава 2. Пробуждение. 2.

Айвен распахнул глаза.

Сердце гулко стучало. Далеко за окном кричали дикие птицы. Им вторили на своём загадочном языке огромные моллюски, оккупировавшие побережье.

Рука сама собой поползла к груди, раздвигая складки шёлка. Кожа была цела. Никакой боли. Никаких следов от ожога.

- Стража! – крикнул он, и командир караула тут же оказался в комнате с алебардой наготове, - привести ко мне южанина. Вчерашний ужин, - добавил он, видя недоумение на лице солдата.

Капитан отсалютовал орудием и исчез в коридоре.

Минуты тянулись мучительно долго, бились в голове, будто вода о вершину сталактита.

Айвен медленно успокаивался. Ночной кошмар отступал, хотя чёрные щупальца его всё ещё роились где-то в темноте, обычно казавшейся ему домом.

Наконец, южанин показался на пороге. Руки его были связаны, как и прежде, литые мышцы поблёскивали в полумраке, но сейчас Айвена это не интересовало.

- На колени, - приказал он, и мужчина покорно опустился на пол у кровати, - все вон.

Стража исчезла, а Айвен спустил ноги вниз, затем сгрёб волосы мужчины в кулак и оттянул назад, заставляя посмотреть себе в лицо.

- Как твоё имя? – бросил он, вглядываясь в чёрные глаза.

- Лиам, - ответил мужчина. Он не лгал. Айвен знал, что под этим взглядом не посмеет лгать никто.

- Ты колдун? – задал Айвен новый вопрос.

Мужчина колебался.

- Нет, - сказал он.

- Но в тебе есть магия?

Мужчина отвёл глаза. Интересно.

- Ты властен над снами?

Лишь взгляд в сторону

- Говори! – Айвен рванул волосы пленника, показывая, что может причинить боль.

Мужчина повернулся к нему и несколько секунд смотрел в голубые глаза наместника.

- Позволь мне тебе служить.

Айвен на секунду опешил от такой наглости. Он отпустил волосы пленника и отшвырнул того в сторону, так что не имея возможности спружинить руками, Лиам полетел на каменный пол и больно ударился плечом.

- Моя армия не нуждается в людях. Тем более в полукровках. Или ты думаешь, что я могу тебя обратить?

Мужчина молчал.

Айвен чуть откинулся назад, опираясь на локти. Да, в таком варианте был смысл. Бродяга-авантюрист является к нему в замок, в надежде вызвать интерес. И это ему удаётся – проклятый сон затронул что-то глубоко внутри Айвена, напугав его так, как не пугали самые свирепые противники. Но именно поэтому теперь он не знал, что было бы опаснее – оставить пленника рядом или избавиться от него.

Айвен взял со стола обрывок бумаги и, обмакнув перо в чернильницу, начертил на белом листе свастику.

- Тебе знаком этот символ? – он ткнул рисунком в лицо южанину. Тот вздрогнул и подался назад. В глазах его мелькнуло узнавание. Айвен аккуратно опустил листок на стол. Снова взял пленника за волосы и подтащив поближе к себе, сам склонился к нему, вплотную вглядываясь в глаза.

- Ты боишься? – спросил он мягко, позволяя кровавым всполохам вплестись в свою речь. - Чего?

Мужчина облизнул губы. Айвену показалось, что гипноз подействовал, но не до конца. И всё же пленник ответил:

- Это знак Церкви. Любой, в ком течёт чёрная кровь, отшатнётся от него.

Слова Лиама были похожи на правду. Вот только откуда жалкий полукровка мог знать о временах, которые закончились задолго до его рождения?

- Откуда ты? – спросил Айвен, не ослабляя хватки.

Мужчина помешкал.

- Кучук-Кале.

- Лжёшь, - Айвен сильнее натянул его волосы, но на лице Лиама не дрогнула ни одна мышца, - Кучук-Кале погиб…

- Более двухсот лет назад, - закончил Лиам за него.

- Бессмертный… - произнёс Айвен задумчиво, - впервые слышу, чтобы кровь демонов дарила бессмертие.

Мужчина не ответил, но это и не был вопрос. И всё же бессмертный мог знать о церкви – долгие годы заставляют обращаться к весьма странным знаниям.

- Тебе знакомо имя Габриэль?

Айвену показалось, что мужчина вздрогнул, и пальцы вампира невольно напряглись в его волосах. Их взгляды встретились, но глаза Лиама были непроницаемы.

- Позволь мне тебе служить, - повторил он настойчиво.

Айвен задумчиво смотрел в лицо пленника. Волевое. Высокие скулы. Чуть изогнутый нос. Вайд был прав – Айвену не просто нравились такие… Ему нравились именно такие. Никогда ещё Айвен не видел никого более похожего на те образы, что видел в своих детских мечтах много, много лет назад. И пусть он был человеком… Запах опасности, исходивший от него, пьянил, как молодое вино.

Айвен подтянул лицо южанина ближе к себе и, заставив запрокинуть голову вбок, приник к шее и сделал два крупных глотка. Куда лучше, чем варвары. Хоть благородным это вино и не назовёшь – всё же, двойная кровь.

Отстранился и снова вгляделся в лицо мужчины, взгляд которого слегка затуманился.

- Как твоё имя? – повторил Айвен самый первый вопрос.

- Лиам… - выдохнул пленник.

- Чего ты хочешь?

- Служить тебе.

Айвен отпустил волосы южанина. Он щёлкнул пальцами, развеивая дурман. Мужчина стремительно замотал головой.

- На что ты готов, чтобы я принял тебя?

Мужчина мешкал лишь секунду.

- Я уже сказал… Всё, что ты захочешь.

Айвен поднял босую ногу и поставил её на плечо пленнику.

- Ты можешь стать моим рабом. Но я ничего не обещаю. Я не обращу тебя, если не захочу. И никогда не подниму выше своих колен, если таково будет моё желание. Если согласен – поцелуй.

Мужчина закрыл глаза на секунду.

Затем наклонил голову и неловко поцеловал предложенную ступню. Напряжённое лицо его мгновенно разгладилось, и он коснулся Айвена губами ещё раз, медленно продвигаясь к щиколотке.

Айвен зачаровано смотрел, как язык Лиама играет с острой косточкой. Он не мог бы сказать, что любит унижения, но именно этот раб, стоящий на коленях, вызывал у него голод, с которым не сравнилась бы даже вечная жажда вампира.

- Хватит, - сказал он внезапно осипшим голосом, - развлеки меня.

Южанин открыл глаза, с недоумением глядя на господина.

Айвен наклонился и рванул на себя набедренную повязку – всё, что осталось от одежды пленника после всех обысков. Вампир чуть прикусил губу, когда тусклый свет луны упал на напряжённую плоть в окружении чёрных завитков.

- Там, в тумбочке – коробка. Принеси сюда. С колен не вставай.

Лиам послушно подполз к тумбе и только тут Айвен понял, что руки раба всё ещё связаны. Он уже собирался наклониться и освободить того от пут, но замешкался, с любопытством наблюдая, что станет делать пленник. Тот же размышлял не дольше секунды. Наклонившись, он зубами зацепился за ручку и потянув её на себя, открыл ящик. Так же зубами он попытался ухватиться за тканный короб, и некоторое время Айвен наблюдал за его попытками, чувствуя непривычное удовлетворение. Он ещё поразился тому, какую непривычную гамму чувств будет в нём полукровка – давно забытое любопытство, сладкое нетерпение, даже нечто похожее на восхищение… и главное, странную ледяную злобу, какой он не испытывал даже к владыке Вод.

- Достаточно, - сжалился он, наконец, и, достав из-под подушки нож, одним молниеносным движением распорол верёвки.

Руки пленника рванулись друг к другу, в нетерпеливой попытке разогнать кровь, но он тут же опомнился, достал короб и вернулся вместе с ним к ногам Айвена.

Наместник повертел в руках кинжал.

- Тебя когда-нибудь касался раскалённый металл? – спросил он задумчиво, и стальное лезвие в его руках начало медленно наполняться жаром.

- Один раз, - признал Лиам охрипшим голосом, от которого по венам Айвена пробежало незнакомое тепло. Это был голос из сна. Айвен не сомневался. Но что значил этот сон – понять не мог. И всё же кто-то должен был ответить за тот ужас, который наместнику с трудом удалось прогнать.

- Дай руку, - сказал он и, поколебавшись, Лиам протянул ему ладонь. Глаза вампира и его жертвы пересеклись, и рука Лиама дрогнула в миллиметре от загорелой кожи. – Коснётся, - сказал он, вместо того, чтобы закончить задуманное, - если ты меня разозлишь.

Лиам понимающе кивнул.

- Спасибо, - сказал он, и в голосе пленника Айвен не заметил издёвки.

- Открывай короб, - приказал Айвен.

Лиам выполнил приказ и замер, с недоумением глядя то на хранившиеся там приспособления, то на господина. Айвен усмехнулся, поняв, что мужчина не может поверить в то, что от него хотят.

- Ты всё понял правильно. Сегодня у тебя будет выбор. Ложись на спину и начинай готовить себя, а я буду смотреть.

Лицо мужчины побледнело, или это лишь бледный свет луны накрыл его по-новому.

Лиам взял из короба флакончик с маслом и самый маленький из деревянных предметов, изображавших орган мужчины. Нерешительно опустился на спину, смазал пальцы в масле и коснулся своих ягодиц. Он явно не знал, как лучше подступиться к делу.

- Начни спереди, - распорядился Айвен, - возбуди себя немного, а то совсем опал от страха.

Лиам принялся выполнять распоряжение, стараясь не смотреть на своего мучителя. Стыд заливал краской лицо. Он уже жалел о своём решении, но назад пути не было, и он знал, что не может просто так уйти, встретив его теперь.

Сильно сжимая ствол, он несколько раз прошёлся ладонью вдоль своего члена.

Айвен закусил губу. Хотя ласка была грубой, и пленник совсем не умел устраивать из этого представление, именно эта честная мужская грация заставила кровь бежать по венам быстрей.

- Хорошо, теперь переходи к главному.

Лиам опустил ладонь ниже, ненароком скользнул блестящими пальцами по яичкам и вошёл внутрь – резко и сильно, двумя пальцами, не жалея себя.

Айвен с трудом сдержал резкий выдох, наблюдая, как мерно проникают внутрь мужчины широкие пальцы и так же не спеша выходят назад. На секунду оторвавшись от завораживающего зрелища, он увидел, что губа пленника так же закушена и на миг захотел поймать её в свои губы, лаская мягкую плоть.

- Раздвинь бёдра шире, - приказал он вместо этого, снова опуская взгляд, и чуть улыбнулся, когда мускулистые ноги поползли в стороны, открывая лучший обзор. Сейчас перед ним было всё, что только мог прятать мужчина, и всё это манило к себе. Но ещё больше привлекала сладкая мысль о том, каким униженным сейчас ощущает себя пленник. – Теперь оближи это.

Айвен подобрал с пола фаллос и бросил его мужчине на грудь.

Тот взял предмет свободной рукой и принялся обрабатывать его языком. Айвен просто не верил, что такой непокорный на первый взгляд пленник готов зайти так далеко. Он по-прежнему не понимал – ради чего?

- Теперь вставляй в себя. Сегодня можешь сделать это так медленно, как тебе нравится.

Лиам поднёс фаллос к своему заднему проходу, и, убрав пальцы, начал медленно вводить.

- Посмотри на меня, - приказал Айвен. Лиам решился выполнить приказ не сразу, а когда поймал взгляд голубых глаз, понял, что отвернуться уже не может. – Разве мужчины из Кучук-Кале не гордятся своей непокорностью.

- Это так, - мужчина снова прикусил губу. Айвен видел, что по виску его бежит прозрачная капелька пота.

- Так ради чего ты делаешь всё это?

Мужчина смотрел на него. Лицо его оставалось напряжённым, но в глазах появилось нечто новое, будто сняли занавеси с души.

- Ради тебя, - сказал он тихо и та же дрожь, что слабо коснулась тела Айвена при первом взгляде на южанина, прошлась по его спине с новой силой. Он смотрел в глаза, полные боли и… чего-то ещё, чему Айвен не знал названия и понимал, что боль больше не приносит ему удовлетворения. Она мешала сосредоточиться на том, неизмеримо большем, что застилало взгляд раба.

- Хватит, - сказал Айвен тихо, - убери и подойди за наградой.

Лиам с облегчением убрал ненавистный предмет, снова поднялся на колени и подполз к постели.

Айвен широко расставил ноги и развёл в стороны полы ночного одеяния.

Лиам не задавал вопросов. Он бережно, будто величайшей драгоценности, коснулся губами поднявшейся плоти вампира, будто целуя её. Потом прошёлся настоящими, жадными поцелуями к основанию и вернувшись к головке, обвёл её языком.

Айвен откинулся на локти, позволяя себе расслабиться и продолжил наблюдать за движениями рта южанина. Губы быстро и ласково скользили сверху вниз, пленник и не думал бунтовать. Он несколько раз пощекотал языком маленькое отверстие на кончике члена Айвена, каждый раз вызывая сладкую дрожь во всём теле, а затем, будто почувствовав приближение оргазма, заглотил член вампира до самого основания и принял в себя всё до капли.

Несколько секунд Айвен полулежал, расслабленно откинувшись на локти, пока пленник вылизывал ещё горячую плоть, а затем Лиам отстранился и холодный воздух неожиданно неприятно прошёлся по нежной коже, приводя Айвена в чувство.

- Ты простил меня? – спросил Лиам, и Айвен вздрогнул. Почему-то вопрос казался ему неизмеримо правильным, вот только смысла его осознать он никак не мог.

- Я не злился, - сказал он, хотя чувствовал, что это ложь.

Лиам долго смотрел на него.

- Хорошо, - сказал он, наконец, - спасибо.

Айвен вгляделся в глаза мужчине, всё ещё не веря в искренность его слов.

- Стража, - позвал он, наконец, - убрать. И принесите свечи. Я собираюсь работать до утра.