Глава 43

Ауримант смотрит на меня с недоверием, хмуря брови. Согласна, звучит очень странно, но что поделать.

- Брат? – переспрашивает недоверчиво. – Ты хочешь сказать, твой брат живёт у какого-то гончара в Варругене?

- Дальний родственник, - начинаю придумывать на ходу, ощущая, как внутри всё леденеет. – По материнской линии. Мальчик. Пропал несколько лет назад, а недавно в твоём замке я увидела тарелку с улиткой. Он такие же рисовал.

- И как он очутился у старого гончара? – слышен скепсис в голосе генерала.

- Я не знаю, но должна встретиться с ним!

- Отчего-то мне кажется, будто ты мне лжёшь, Ивэльда, - прищуривает глаза, а внутри меня сердце бегает из угла в угол, как шайба в настольном хоккее. – Лучше скажи правду. Ты задумала меня убить?

- Что? – ахаю. – Конечно нет. Это и есть правда, Ауримант.

- Ладно, - пожимает плечами. - Завтра выясним, - говорит, прикрывая зевок рукой. – Пожалуй, я слишком устал, чтобы вести ночные беседы. И потом предстоит много дел.

- Я не хочу делить с тобой постель, - желаю, чтобы он знал это.

- Не прошу, чтобы ты хотела, - сухо отвечает он. - Но других комнат сегодня для тебя нет. Они пыльные и не протопленные. Потому, если не намерена спать на полу, добро пожаловать на кровать. А если хочешь усложнять себе жизнь – отправляйся обследовать дом, но обратно не возвращайся, потому что больше всего на свете я ненавижу, когда нарушают мой сон.

- А я больше всего на свете ненавижу, когда мужчина желает взять женщину силой.

- Если бы у меня было такое желание, я бы не говорил с тобой на подобные темы. Я беру то, что хочу и когда хочу, надеюсь, ты это усвоишь.

Получается, меня он не желает?

Вальт поднимается с места, а потом начинает неторопливо раздеваться. Бросает дублет на стул, затем снимает сапоги.

- У тебя есть пара минут, чтобы решить, что делать, - предлагает быстро подумать. – Потом я буду спать.

- И меня не тронешь?

- Не сегодня.

Мне просто необходимо знать, что рядом мужчина, который больше не обидит. Который не просто потащит меня к алтарю, потому что так велели боги, а станет для меня верным плечом и опорой. А потому я должна ему доверять. Только возможно ли это?

Связь под кожей тихо откликается: то ли на его слова, то ли на его усталость. И я вдруг понимаю: он сегодня действительно на грани.

Стук в дверь заставляет обернуться. Служанка снова показывается, кланяется, а потом забирает посуду.

- Принеси ночную рубаху для моей невесты, - велит ей Ауримант, и она кивает. Когда возвращается, помогает мне переодеться за ширмой, которая стоит в углу, а потом уходит.

Ложусь на самый край кровати, ожидая, что будет дальше.

Матрас мягкий, запах подушки чистый, с лёгкими нотками горьких трав. Позади - тяжёлый вдох. Кровать пружинит, когда Ауримант ложится рядом со мной.

Секунда. Другая. Третья.

И внезапно рука скользит к моей талии, осторожно, как будто спрашивая разрешения, а потом он подтягивает меня ближе, перехватив за живот, а я не сопротивляюсь. Пока. Тёплая грудь за спиной, горячее дыхание у шеи. Его нос касается ямки под моим затылком, и генерал замирает.

Жду намёка, пошлости, привычного властного «ты теперь моя».

Но он не двигается. Руки лежат спокойно: одна на моём предплечье, другая - на талии, без движения, без давления.

Связь внутри нас постепенно стихает, словно тоже укладывается спать. Его дыхание становится глубже, и я осознаю: он не притворяется, а действительно уснул.

Думаю о том, что уже завтра увижу Ванечку. От этой мысли становится и радостно, и тревожно одновременно. Пока я не познакомилась с подмастерьем гончара, у меня есть надежда, что это мой сын. Кто знает, может, я выдаю желаемое за действительное, и на самом деле это совсем другой мальчик.

Не замечаю, в какой момент тревога растворяется, уступая место тяжёлому, обволакивающему сну, и я уплываю в грёзы.