Глава 33. Всё пошло не по плану

Наши вечера чтения с Престоном всегда проходили довольно оживленно и весело. Конечно, большую часть времени каждый сидел в своей книге, но мы часто прерывались, показывали друг другу интересные и забавные кусочки, обсуждали их. В этом и была прелесть подобного времяпровождения.

С Леогардом всё было по-другому…

У меня внутри на нервных струнах до сих пор поигрывали недавно сказанные слова Ферча. Я боялась, как бы Лео не заподозрил, что нанятый учитель подыскивал дом для побега с Эванджелиной.

Тем временем Престон не мог расслабиться в присутствие отца. Мне кажется, пропасть между ними разорвала тонкую ниточку семейного комфорта и легкости. Сейчас мальчик чувствовал лишь грубый авторитет, будто перед ним не его папа, а генерал, перед которым надо показать себя во всей красе и ни в коем случае не упасть лицом в грязь.

Сам же Леогард читал на ощупь с большим трудом. Я замечала, как он иногда сбивается, старается нащупать место в тексте, которое потерял, хмурится и сдерживает раздражение. Всё-таки я не профессионал в деле шрифта для слепых. Что-то у меня получалось криво или не слишком выпукло. Да и сам Лео не был мастером такого чтения.

Одно накладывалось на другое.

И вот наш вечер не был таким уютным, как я того ждала.

Тишина, в которой мы втроем пребывали, ощущалась напряженной, давящей. Мы не были настолько близки, чтобы комфортно молчать рядом друг с другом и получать от этого удовольствие. Каждого волновало что-то своё.

— Смотри, тётя Лина, это тот самый корабль, который я сегодня собирал, – не сдержал в какой-то момент восторга Престон, и показал мне картинку в своей книге. Для нас это было обычное дело. Я улыбнулась, разглядывая страницу.

— Да, здорово. Сможешь его покрасить также?

— Очень надеюсь. Профессор Ферч привез специальные краски по дереву, и мы…

— Можете не болтать, пожалуйста? – холодно вмешался вдруг Леогард, который сбился и нервно пытался найти пальцами нужную строку.

Мы с Престоном замерли, повернувшись к нему. Племянник быстро потупил взгляд, прижал к себе книгу и отодвинулся от меня.

— Прости, отец.

Я хотела возразить и попытаться объяснить, что общение и обсуждение книг – самое приятное, для чего мы и собираемся. Но поняла, что мы рассматривали картинку, которую Лео при всем желании не сможет увидеть. Возможно, это его расстроило?

Так или иначе, мы вернулись к своим историям. Время вновь потянулось в неловком молчании. Больше Престон сам не инициировал разговор, потому в какой-то момент я мягко спросила:

— В твоей книге исторические факты о морских сражениях?

Мельком взглянула на Лео. Он хмуро и сосредоточенно водил подушечками пальцев по страницам. Будто и не услышал. Я же надеялась, что он заинтересуется, всё-таки сын читает о военных действиях.

— Да, – бодро кивнул Престон. – Но тут ещё есть истории от лица моряков. Они более интересные. Если честно, всю скучную часть с датами и перечислением сражений я пропускаю.

— Это нормально. Читать о событиях, когда можешь погрузиться в атмосферу от лица героев куда увлекательнее.

— Мне ещё нравятся сами описания кораблей, – речь племянника становилась более оживленной, будто он ступал по минному полю, и раз не происходила взрыва отцовской реакции, его волнение постепенно утихало. – Я правда не понимаю большую часть каких-то сложных слов, но всё равно очень интересно.

Я улыбнулась, а сам Престон вскинул голову и посмотрел на отца. Губы мальчика разомкнулись в желании что-то спросить, но он резко осекся. Растерялся. В юной голове складывался целый конструкт, когда нужно было просто заговорить с родителем. И наверняка находилась тысяча причин не отвлекать Леогарда.

Однако я тихонько похлопала по плечу племянника и кивнула. Постаралась придать ему смелости для шага навстречу. Он взбодрился и набрался храбрости спросить:

— Отец, а что ты читаешь?

Рука Леогарда дрогнула. Он явно сбился. Сжал ладонь в кулак, и я поняла, что моя идея свернула куда-то не туда.

— Мы собрались читать или болтать? – тихим, но грубым тоном спросил генерал, не поднимая головы. – Не мешай мне, Престон.

Мальчишка стушевался. Взгляд растерянно забегал по комнате, а нижняя губа затряслась. Для Лео такой ответ был вполне обычным, но ребенка, который всё пытается подступиться к папе, но получает отказ, даже такая мелочь легко оттолкнула.

— Можно я пойду в свою комнату? – шепнул племянник совсем тихо-тихо, и поднял на меня взгляд, полный желания заплакать. Конечно, он этого не сделает, ведь в его голове наверняка гудит мысль: «ты же мужчина, нечего тут реветь!». Однако сердце у меня всё равно сжалось.

Я придвинулась к Престону и поцеловала его в голову. А затем кивнула. Он тут же спрыгнул с дивана и побежал к себе. Отдаляющие шаги заставили генерала недовольно произнести:

— Я думал, главная суть этой затеи, что Престон будет с нами. Сближение и всё такое. Так ты говорила?

Я вздохнула. Моя надежда на простой и уютный семейный вечер потонула. В ней всего несколькими фразами пробили дно, и вот мы захлебнулись в непонимании.

— Лео, ты был груб, – я сказала это спокойно, даже мягко.

Конечно, мне было очень тоскливо. Внутри я даже злилась на генерала. Но не давала эмоциям взять верх. Я понимала, что он это всё делал не из-за плохого умысла. Просто Леогарду очень некомфортно. «Уверенный в себе взрослый мужик не может даже нормально что-то прочесть», – наверняка думает он про себя. В то время рядом с сыном зрячий, здоровый учитель. Генерал ведь потому и запирается в темноте, потому что ему страшно не от своей слепоты, а от мысли, что он покажет кому-то себя в столь уязвимом положении.

И всё же когда этот лёд непонимания и напряжения между всеми нами тронется?..