Глава 65. Неожиданная почта

Дом гремел из-за сборов и предстоящего переезда. Каждый день начинался с новых поручений, неожиданно всплывающих неотложных дел и прочих неурядиц. Но все хлопоты казались приятными, когда знаешь, что всё делается ради чудесной, семейной цели. И хоть многие слуги были опечалены нашем отъездом, в остальном всю неделю стояла приятная атмосфера продуктивности.

— Какие планы на сегодня? – спросил Лео, когда мы все вместе завтракали в столовой.

— Хочу навестить семью Дженкинсов. Они живут недалеко.

— Мне казалось, ты не очень ладишь с нашими соседями, – удивился генерал. Престон тоже навострил ушки, дожевывая свой бутерброд с маслицем.

— Да, но я услышала, что им нужна гувернантка. Бекка не сможет поехать с нами и оставить матушку, а она очень много сделала для меня. Я хотела бы попытаться устроить ей новое местечко. Уверена, при личной встрече у меня лучше получится убедить миссис Дженкинс.

Из слуг с нами собирались переехать лишь Дерби и Роуз. Для первого мы были самыми близкими людьми, других у него не было. А семья Роуз и без того жила далеко. С переездом в столицу ей будет даже сподручнее до них добираться.

— Благое дело, – одобрительно кивнул Лео.

Только вспомнишь солнце – выглядывает лучик. В столовую неожиданно вошла Бекка, которая с улыбкой доложила:

— Почту принесли.

У меня внутри появилось неприятное покалывание. Я всё ждала письмо от родителей, где они ответили бы на мою весьма печальную финансовую новость. Но уже сколько времени они молчали, хотя до их поселения всего день пути. И вот сегодня эта бомба будет на меня сброшена.

— Это вам, – Бекка протянула заветный конверт и тоскливо улыбнулась. – А это всё ваше, мистер Рэгланд.

Генерал забрал счета, письма и прочие бумаги и встал из-за стола. Теперь делами дома заведовал он сам как истинный хозяин.

— Я буду у себя в кабинете. Кстати, какие у нас планы на следующие выходные?

— А что у нас в следующие выходные? – я лукаво улыбнулась, подняв на мужа хитрый взгляд. Впереди предстоял праздник – день рождение Леогарда. Однако я надеялась организовать сюрприз, поэтому не собиралась раскрывать карты.

Думаю, муж всё понял. Он покачал головой, улыбнулся мне в ответ и с усмешкой произнес:

— Да так, ничего.

Лео ушёл, а Престон взволнованно прошептал:

— У него ведь день рождения.

— Да? – я тихонько посмеялась, раскрывая конверт. – А я и забыла.

Кажется, Престон не до конца понял, что я шучу. Однако я быстро отвлеклась на пришедшее письмо, ведь оно было… весьма необычного содержания. Писала Герда. Она сообщала, что они с Матисом всё понимают и будущее внука стоит для них на первом месте. Расспрашивала, когда мы поедем с Престоном смотреть школу и уточняла, чем они могут нам помочь.

«Что же касательно наших финансов, не беспокойся, моя милая. Мы взрослые люди и что-нибудь придумаем. С любовью, твои мама и папа», – так заканчивалось письмо. И право дело, я перечитала эти строки несколько раз, прежде чем в них поверила.

— Ну ничего себе, – шепнула я себе под нос. К этому моменту Престон уже доел, и я осталась в столовой одна. От неверия решила пойти и рассказать Леогарду, пусть он тоже посмотрит на письмо. Вдруг меня обманывают глаза.

В кабинет мужа я вошла по-простому и без стука. Тем более дверь была приоткрыта. В этот момент я всё бегала глазами по буквам и с нервным смешком проговорила, не отрываясь от письма:

— Ты не поверишь, что мне написали родители…

Ответа не последовало, и я подняла взгляд. Леогард сидел за столом над каким-то конвертом. Он весь побледнел и казалось, что муж сжимает челюсти столь сильно, что вот-вот послышится скрип зубов.

— Лео, ты чего? – я взволнованно поспешила приблизиться, но муж тут же встал со стула столь резко, что тот с грохотом упал на пол.

— Лучше стой на месте, Эва, – с невероятной и необъяснимой злобой рыкнул он на меня, чем заставил окончательно потерять связь с реальностью.

— Что… что произошло?

Леогард швырнул на стол письмо, которое успел смять в руке. Сделал это таким грубым жестом, будто кидал кость надоедливой собаке.

Я вся задрожала…

Неужели какой-то из секретов Эванджелины настиг меня в момент, когда всё только начало налаживаться?

— Мне… прочесть? – растерянно спросила, стараясь не терять лица.

Генерал удушливо, болезненно усмехнулся. Я видела, как подрагивают его губы в тысяче ругательств, которые он хотел выплюнуть в мою сторону, да только не мог подобрать нужного.

— Там ничего для тебя нового, Лина.

Ядовитое обращение пробило меня стрелой осознания. После того как Престон начал называть меня мамой, подобное сокращение использовал лишь один человек.

Но он не мог…

Я не знала, что сказать. Лишь подшагнула ближе к столу и взяла письмо. Однако моё молчание было для Леогарда красноречивее любых признаний.

— Так это правда? – хрипло выдавил он из себя, будто его легкие горели изнутри. – Пока я был слеп и всё равно с уважением относился к нашему браку, хоть в нём и не было близости, ты прямо под моим носом спала с любовником?

Я не верила, что всё это происходит. Какой-то плохой сон, просто кошмар. Я сейчас проснусь в поту и с облегчением пойму, что Лео спит рядом и у нас всё хорошо.

Письмо в руках задрожало. Оно было длинным. Болезненным. Взгляд рвано цеплялся за слова: «Роман длился долго», «Она клялась мне в любви», «Мы оставались наедине, когда вы покидали дом ночью», «Я узнал, что вы здоровы и решил признаться, ведь теперь у вас есть шанс найти новую, настоящую любовь».

Боже мой, Артур…

Как он мог?

— СКАЖИ УЖЕ ЧТО-НИБУДЬ?! – рявкнул Леогард так громко, что я ощутила, как на глаза наворачиваются слезы.

Я подняла на него взгляд, полный раскаяния, хватала ртом воздух, пыталась найти слова, но… но ничего не приходило в голову, когда на меня с такой яростью смотрели глаза, в которых ещё недавно плескалось столько любви!

— Лео, это всё не я, – попыталась пролепетать хоть что-то. – Я изменилась. Я уже другая. Совсем!

— Ты даже не отрицаешь, – лицо генерала превратилось в гримасу злобного пренебрежения. Будто он смотрел на самое мерзкое, что только можно увидеть на Земле.

— Лео, всё не так…

А как? Как? Что я могу сказать? Что лишь притворяюсь Эванджелиной? Что это та, другая ему изменяла. А я вообще оказалась здесь случайно. В столь жуткой ситуации это казалось ещё большим бредом, чем обычно.

— Он учил моего сына…

Лео оперся ладонью о стол и так сильно сжал его край, что древесина буквально треснула. Мне кажется, в таком состоянии он бы убил Ферча, если бы тот подвернулся ему под руку. Свернул шею и даже не заметил бы. Я и сама была рада придушить мерзавца.

Зачем обещать мне хранить тайну и вот так втыкать нож в спину?

— Престон, конечно же, ничего не знал. Никто не знал. Это было просто мимолетное увлечение…

— Увлечение?! Ты спала с ним в моём доме! С учителем моего сына! Пока я слепой был привязан к тебе как собака на поводке этого проклятого лекарства. Ты выставила меня из кухни из-за какого-то супа. Стыдила, что я мешаю. А сама… с ним. Всё ради свободы лобызаться с другим мужиком, где хочется?!

— Лео, но всё ведь изменилось! Я ведь старалась…

— Видимо, Ферч в какой-то момент наскучил тебе, и ты решила поиграть в добрую жену, – генерал был на грани гневного срыва. – Или ты пораскинула мозгами и поняла, что бедная жизнь с учителем не для тебя?

По моим щекам не переставая текли слезы. Я чувствовала себя самым несчастным человеком на свете, которого перемолола и выплюнула жестокая мясорубка судьбы. Всё естество превратилось в сплошную дыру бесконечной боли.

— Нет, я искренне… искренне люблю тебя, Лео, – в сердцах прошептала, потому что громче сказать эти слова не получалось.

Однако нежность, которую раньше генерал принимал с ответной теплотой, сейчас ранила его сильнее самого острого ножа. В одно мгновение его гнев сменился самым жутким страданием. С таким лицом не встречают даже смерть…

— Уходи, Эва, – произнес он холодно и тихо, и я поняла, что лучше бы слушала крики. – Уходи, иначе я могу совершить нечто ужасное…

— Но зачем? Куда? – я нервно всхлипнула.

— Мне плевать, – генерал попросту отвернулся. – Сегодня ты умерла для меня. Теперь я вдовец. Уходи. Чтобы я никогда, слышишь? Никогда больше не видел это лицо мерзкой изменщицы…