Глава 74. Есть один способ

Но чуда не произошло. Губы Леогарда не дрогнули под волной моей любви к нему. Не было генералу дела и до моих слез, что окропили его щеки. Он всё ещё дышал, но не открывал глаз.

Я оторвалась от его лица и не понимала: что же мне делать?

Обхватила одной рукой ладонь Лео, а вторую положила ему на грудь, в то место, откуда ещё недавно прорастали ядовитые кустарники. Я не смела терять надежды. Моё сердце наполнялось одним лишь желанием: помочь мужу. И эта сила засияла магическим светом, который с теплотой вливался в тело Леогарда.

— Давай же, Лео, – умоляла я. – Вернись ко мне.

Огонь в камине дрогнул сильнее, едва разгорелся, но всё ещё мог вот-вот угаснуть.

Я же ощущала, как мои силы перетекают в тело генерала, напитывая его живительной энергией.

— Дома нас ждёт Престон. Мы должны вернуться к нему. Мы оба.

На моменте, когда прозвучало имя сына, в камине раздался треск несуществующих дров. Будто огонь попытался найти опору, чтобы схватиться и усилить жар. Но… ничего не получалось.

Я вливала магию снова и снова. Связывающая нас нить натягивалась, не разрываясь. Моя ладонь, которая была вся в крови, начала двигаться в такт массажу для оказания помощи при остановке сердца.

Снова и снова. Я просила, молила, лечила. И видимые раны затягивались, даже какие-то старые шрамы поддались мне. Но он не просыпался.

Глаза застилали слезы, когда я поняла, что магия начинает меркнуть. Она просто закончилась. И я уже не знала: что ещё мне сделать?

Чем меньше энергии я вливала в грудь Лео, тем слабее становился огонь в камине, дыхание замедлялось, стук сердца звучал всё более глухо.

— Нет, нет, нет, – в панике закричала я и попыталась растормошить мужа. – Лео, ты не можешь умереть! Ты не можешь бросить нас! Очнись, ну же!

Я бегло осмотрелась.

— Маркиз! Ты здесь?! Что мне делать?!

Неожиданно позади, возле входа в гостиную, раздался другой голос. Спокойный, женский, мягкий, но уверенный. Отдаленно знакомый, но потерявшийся в моей памяти.

— Боюсь, здесь уже ничем не помочь…

Я резко обернулась, не выпуская руки мужа из ладоней. В комнате беззвучно появилась старая женщина в белом одеянии. Она напоминала медсестру милосердия, отдавшую долгие годы жизни своему делу. Лицо её, тронутое морщинами, казалось добродушным, но в глазах отражалась сложно уловимая холодность и даже жесткость. Она смотрела на меня с сочувствием, но едва перевела взгляд на моего генерала, как тот стал куда менее нежным.

— Что это значит? Он ведь жив, и я здесь. Пожалуйста, позвольте мне помочь…

— Ты уже не можешь ему помочь, Виктория, – перебила меня незнакомка тоном, который дал понять: она здесь не гостья, а властвующая фигура. – Уже слишком поздно. Душа генерала закрепилась здесь. Теперь его путь – пройти через суд и отправиться в уготованное ему место.

Все эти жестокие слова звучали, но я не хотела их слышать. Не хотела верить. Я еле сдерживалась, чтобы не закрыть уши, не зажмуриться и не начать кричать. Паника охватывала всё тело и сжимала грудь. Я не верила, что всё может закончиться именно так.

— За что? – нервно выкрикнула я, не контролируя слезы. – Что мы такого ужасного сделали? Мы ведь просто хотим быть вместе. Разве это так много?

Я не сдержала звучный всхлип и припала к груди Леогарда. Вцепилась в него как раненная львица над телом своего льва. Готовая отгонять всех жалких шакалов, если они только посмеют к нему приблизиться.

Я была вне себя от горя и не понимала, что творю.

— Это не наказание, – спокойно говорила женщина сквозь мои рыдания. – Смерть – это лишь логичное завершение одного из этапов. Да, она пугает. Но когда закрывается одна дверь, открывается другая.

— Но я ведь не просто так появилась в его жизни! – я говорила это, а сама вжималась в еле приподнимающуюся грудь и вслушивалась в тихое биение сердца. – Неужели моя душа проделала путь обратно на Землю, появилась в чужом теле, чтобы мы вот так расстались, почти не вкусив счастья?! Это несправедливо!

— Ты сделала больше, чем думаешь, Виктория. Ты очистила Леогарда от греховного уныния. Дала ему силы перебороть жалость к себе. Теперь судьба его души не так однозначна. Возможно, вы встретитесь позже…

— Я не хочу ждать! – перебила я криком. – И не могу! Он нужен мне. Он нужен своему сыну!

— Именно для этого мальчика ты должна быть сильной, смириться с потерей и уйти, пока твоя душа не стала частью этого места. Тебя не должно здесь быть. Это ужасное преступление, за которое кое-кто ещё ответит. Но если ты хочешь вернуться – тебе пора.

Я приподняла голову и заглянула в лицо Леогарду. На его щеки вновь начали капать мои слезы, которые текли по царапинам и окропляли те соленой болью. Но это было ничто по сравнению с черной дырой, разрастающейся внутри моей груди. Казалось, она засасывает в себя все внутренние органы, отчего они сжимаются и болят. Каждая клеточка моего тела дрожала и кричала от осознания потери.

— Нет. Я… я не могу уйти без него, – продолжила я иступлено твердить, ведь разум попросту не мог взять верх над воплем разбитого сердца.

За спиной раздался вздох. Усталый, даже болезненный. Эта женщина смотрела на меня, как на одну из многих душ, что не хотят смириться с судьбой. Она не сочувствовала мне. Я не могла её разжалобить. И всё же по какой-то причине она произнесла:

— Есть один способ, который позволит Леогарду вернуться.

— Какой?! – я вскрикнула со всей готовностью и небывалым остервенением, дрогнула и резко повернулась. В моих глазах сейчас явно можно было прочесть гремучую смесь надежды, боли и безумия.

— Он доступен лишь твоей душе, ведь ты уже должна была закончить свой путь.

— Я сделаю всё, что нужно!

Старушка помедлила, прежде чем горестно, но твердо произнести:

— Ты можешь остаться здесь вместо него.