Глава 43

Яся

Я застыла, глядя на Кайла. Будто каменела изнутри. Его предположение выбило из меня воздух, лишило голоса. А его взгляд… Боги, этот взгляд! Он смотрел на меня так, как я боялась больше всего на свете. Словно видел впервые. Словно не узнавал. Словно я была не Яся, а кто-то чужой, опасный.

Я онемела. Слезы подступали жгучей, предательской волной. Слова застряли глубоко в груди. Мне хотелось кричать, отрицать, но из меня вырвался лишь сдавленный всхлип. Тело задрожало мелкой, неконтролируемой дрожью — от ужаса, от боли, от этого взгляда…

Я не была двоедушницей! Но… Но я и не человек.

Зря я прогнала Тео. Зря решила, что справлюсь одна. Зря боялась, что Кайл убьет меня. Один этот взгляд сжигал меня сильнее любого огня. В глазах потемнело, и я, кажется, снова всхлипнула, чувствуя, как по щекам катятся горячие слезы.

— Яся, я идиот. Прости меня.

Половицы скрипнули под его тяжелым шагом, и прежде чем я успела понять что-либо, он был уже рядом. Сильные руки обхватили меня, прижали к твердой груди так крепко, словно пытались защитить от всего мира.

— Прости, пожалуйста, прости, — шептал он прямо в волосы, дыхание обжигало кожу на шее. — Со всеми этими событиями у меня крыша, кажется, совсем поехала. Какой же я дурак…

Я не сопротивлялась. Уткнулась лицом в грубую ткань его одежды, в запах костра, древесины и чего-то глубоко, неизменно его — теплого, земного, успокаивающего. В этом запахе была безопасность, умиротворение, спокойствие.

— Прости, — снова выдохнул он, слегка отстранившись, но не отпуская.

Его шершавые пальцы нежно коснулись моих щек, смахнули мокрые дорожки. Он заглянул мне в глаза, и в его взгляде теперь не было ни капли той ужасной отстраненности — только раскаяние и нежность.

— Как мне только могло прийти в голову такое? Ты же моя Яся. Моя добрая. Моя нежная. Ну какой из тебя двоедушник?

Он говорил ласково, стирая новые слезы, но от его слов внутри все сжималось в тугой, болезненный узел. Паника, вместо того чтобы отступить, накатила с новой, удушающей силой. Он не знал… Он не знал, о чем говорил…

— Моя любимая, — произнес он тихо, но так четко, что слова, казалось, отпечатались в воздухе.

Мир замер. Звуки ушли, осталось только бешеное биение сердца в ушах. Я перестала дышать, просто вглядываясь в его глаза.

— Лю… любимая? — прошептала я, и его же слово сорвалось на полуслове, превратившись в едва слышный выдох.

— Любимая, моя любимая Яся, — повторил он с нежностью и искренностью, которых я была недостойна.

А потом во мне что-то треснуло. Словно плотина, сдерживавшая правду годами, прорвалась от буйства реки. Я сделала резкий шаг назад. Кайл попытался удержать — но слишком нежно, против моей внезапной решимости и… злости. Я злилась. Не на него. На себя.

— Яся…

— Я не твоя Яся! — голос прозвучал хрипло, но твердо. — Я не нежная и не добрая. Я врунья, Кайл! Я врала тебе. Я прятала кулон, потому что… потому что серебро обжигает мою кожу.

Я видела, как менялось его выражение лица — от растерянности к настороженности. Сердце бешено колотилось, подгоняя слова.

— Это не ты должен прощения просить, а я! Потому что ты… ты добрый. Искренний. Ты лучшее, что было со мной. Но я совсем не та! Мне так стыдно… Я не та. Я не человек.

Сказав это, я словно переступила через край. Все, что удерживало, сломалось. Рука сама потянулась к шее, и я резко сорвала амулет.

На этот раз я сразу же кинула взгляд в зеркало. Я хотела убедиться, что теперь — все. И конечно же, я увидела… Берегиню.

Сильную, с ярко-зелеными глазами и хищными, острыми чертами лица. Вот только даже ее испортила моя слабость — заплаканные глаза, красные щеки, дрожь в плечах…

Я медленно повернулась к Кайлу, боясь увидеть в его глазах ужас или отвращение.

Он смотрел. Молча. В его взгляде не было ни того, ни другого. Было что-то иное, сложное, что я не могла прочесть. Мгновение длилось вечность.

— Ты… берегиня, — наконец сказал он, и голос его был странно ровным. И от этого его спокойствия становилось еще… страшнее.

Все это казалось сном. Неправдой. Я так долго к этому шла. А теперь мы в этой точке, с которой должны были начать.

— Я… я хотела тебе сказать, — прошептала я, и голос снова предательски дрогнул.

— Но… не сказала… Почему? — вопрос прозвучал как удар под дых. Я облизнула губы. Это его спокойствие… Ни удивления, ни жесткости, ни отвращения… О чем он думал сейчас? Что для него все это значило? Я бы так хотела это знать…

— Я… — мой голос дрогнул. — Я очень боялась.

— Боялась? Кого? – Кайл заглянул в глаза и, казалось, прочитал в них ответ. – Меня.

— Нет… Кайл… Я боялась… др… драконов, — сбивчиво пыталась объяснить я.

— Драконов, — повторил Кайл, и вот теперь в его голосе скользнуло удивление.

Он не мог понять… Я должна была объяснить.

— Когда границу переносили… драконы сожгли озеро, а рядом — мою маму, моего папу. И бабушку — ее тоже убили драконы. Понимаешь?

Внутри был целый подготовленный рассказ, долгий, с объяснениями. Я так тщательно его планировала, подбирала слова, боялась, что он заметит раньше времени… А теперь просто выпаливала обрывки, все, на что хватало сил.

Кайл замер… Он явно обдумывал сказанное мной, не давил, не задавал вопросов, просто думал — настоящий генерал дракон. Уверенный, спокойный… А я рядом с ним казалась себе маленькой букашкой, которую сейчас придавят сапогом.

Кайл сделал шаг, не такой большой, как раньше, маленький, но он стал ближе. Вот только это так не ощущалось. Между нами лежала целая пропасть. Ведь он — дракон. А я… Я больше не деревенская знахарка. Я просто лгунья, которая осмелилась его полюбить.

Он застыл в сантиметре, и в его глазах боролись десятки эмоций. И это была не злость. Не ненависть. Что-то другое… Понять бы только, что?

— Яся, — тихо произнес он. — Ты… боишься меня?

Я отрицательно качнула головой, уже не в силах говорить сквозь непрекращающиеся слезы.

— Боялась. Но сейчас… Я боюсь, что ты уйдешь, — вырвалось у меня сдавленно и честно. — Что я больше не… не любимая.

Всего один маленький шаг, прежде чем последняя дистанция рухнула. Кайл подался вперед, а его руки снова обхватили меня, прижали к себе. Но теперь — иначе. Это ощущалось в сто раз сильнее. Ведь теперь он обнимал меня. Настоящую. Со всеми моими страхами, обманом, с моей магией. Теперь он прижимал именно меня, гладил по спине меня, он говорил… со мной!

— Я не знаю, что у тебя в голове, я совсем запутался, Яся, — его голос прозвучал прямо над ухом, низко и твердо. — Но я клянусь, что никогда не причиню тебе вреда. Я клянусь тебе всем, что у меня есть, Яся. Никогда. Ты веришь мне?

Он слегка отстранился, заглянул в мои глаза, и я почувствовала… сначала его ауру, такую сильную, мощную, потом магию, а потом… на меня обрушилась лавина его чувств.

Я затаила дыхание, боясь, что не успею поймать… Но чувства нахлынули с такой силой, что не дали бы мне и шанса упустить хоть что-то.

Я почувствовала нежность, почувствовала заботу, почувствовала… любовь. Это было такое сильное чувство! Знакомое волнение, щемящее желание прикоснуться… Все такое же, как у меня, и другое одновременно. Но все это… все это было таким знакомым.

И не было в нем ничего, чего я так боялась. Не было лжи. Не было презрения, не было ненависти. Только эта любовь. Он любил меня! Меня настоящую. Это чувство обволакивало, словно кокон, который оградил меня от всех бед, от страхов, от предрассудков.

Он любил меня! МЕНЯ! А я любила его.

И это желание прикоснуться, стать ближе… Почувствовать его кожу под своими пальцами, ощутить… вкус его губ.

Я сама сделала этот шаг, не думая о последствиях… просто повинуясь общему желанию. Я… поцеловала его…

Это был миг — всего один легкий шаг, всего одно неловкое, неумелое касание, от которого разряды молний прошлись по коже, от которого я забыла дышать, а ноги стали ватными.

Я отстранилась, замерла, осознавая, что именно сделала.

И Кайл осознал. Он замер, его глаза сверкнули, а после он накрыл мои губы своими. Это был другой поцелуй — умелый, жадный, такой, что стирал все вокруг.

Наши чувства сплелись. Я не разбирала, где его желания, а где мои, где его дыхание, а где мое собственное. Все это было не нужно. Мы дышали друг другом.

Резкая боль стала чем-то неправильным, я слегка вскрикнула, убирая руку. Его кулон обжег мою ладонь. Это словно отрезвило нас обоих на миг. Я подняла глаза на Кайла. А он… Он резко снял с себя его, а после сделал шаг вперед и нежно взял мою руку.

Кожа уже зажила, она делала это быстро… Но чувство… Это чувство заставило на миг вспомнить, кто мы.

Я подняла глаза и столкнулась с его взглядом.

— Я люблю тебя, — сказал он, и эти три слова заставили меня всхлипнуть. — Яся…

— И я тебя люблю! Я так сильно тебя люблю, что не верю… Не верю, что все вокруг настоящее, что это не сон.

Кайл улыбнулся, он потянулся и поцеловал мою ладонь.

— Чувствуешь? — спросил он. И я чувствовала. Кажется, любое его касание сводило с ума, отдавалось волной… бурей чувств по коже. — Это настоящее.

Я кивнула.

Кайл слегка подался вперед, коснулся губами моей шеи, и я замерла.

— Это тоже… настоящее, — прошептал он в ухо, и от горячего дыхания по коже пошли мурашки. — И это…

Кайл приложил руку к своей груди, где билось сердце.

— Оно бьется ради тебя… Каждый стук… О том, что я люблю тебя. Слышишь?

И я слышала. Всей кожей, каждой частицей своего магического существа. Я чувствовала его — его силу, его тепло, его страх потерять меня, переплетенный с моим собственным.

Он снова прикоснулся губами к моим, я закрыла глаза, наслаждаясь этим нежным касанием. Но этого было так мало… Я чувствовала, что мало… Руки сами скользнули на его плечи, прижимая себя ближе…

— Яся, — хрипло простонал он. Вместо того чтобы ответить на мой поцелуй, прижать, он слегка отстранился. — Яся, я ведь… еще шаг, и я не смогу остановиться. Ты уверена…?

— Ты клянешься, что всегда будешь со мной? — спросила я дрожащим, хриплым, совершенно не своим голосом.

— Клянусь, — твердо ответил он. — Даю тебе генеральскую клятву.

— И я… — сказала я сквозь улыбку. — Я тоже клянусь.

А потом мир сжался до точки. До пространства между нашими телами, до жара кожи, до сбившегося дыхания. Его руки скользнули по моим бокам. Я ответила, вцепившись в его плечи, теряя опору и находя ее только в нем. Кайл приподнял меня, и я обвила его ногами, чувствуя, как каждое движение, каждый вздох становятся общими.

Страх испарился, растворился в этом огне. Осталась только жажда — быть ближе, раствориться, стать частью друг друга. Он целовал мою шею, плечи, и каждый поцелуй оставлял на коже незримый след. Я стонала, но тут же глушила звук в его губах, вбирая в себя его стон, его вкус, его суть — всего его.

Это было похоже на танец, но в нем соединялись не только тела — наши души тоже переплетались. Я чувствовала его эмоции, они сливались с моими, и мне хотелось принадлежать ему не только физически, а полностью. В каждом касании, в каждом поцелуе, когда он шептал мое имя, я отдавала ему не тело. Я отдавала душу. И в ответ чувствовала, что он делает то же самое…

Мы перевернули страницу, перешли границу, и теперь, за этой гранью, больше не существовало ни Берегини, ни Дракона, не было даже Кайла и Яси. Существовала только огромная волна чувств, сплетение душ, удовольствие и любовь…

Наша любовь — страстная, нежная, искренняя и настолько всеобъемлющая, что стирала все возможные границы. Мы нашли друг друга, и сейчас это казалось самым правильным в этом мире. Теперь, когда барьеры рухнули, осталась только эта простая, невероятная правда: он — мой. Я — его. И всем своим магическим существом я ощущала и знала то, что знали мы вдвоем, то, что чувствовали в каждом стоне и каждом вдохе. Никакая сила в этом мире больше не сможет нас разлучить.