Глава 19

Постепенно сознание стало заволакивать вязким маревом. Я не уснула, но в какой-то момент отключилась. Перед тем, как утратить связь с реальностью, чувствовала нарастающее жжение в груди, в том месте, куда попал неизвестный камешек, брошенный в меня Ашрафом. Бороться не получалось, воздействие оказалось сильнее меня.

В первый раз открыла глаза, когда вокруг царила кромешная тьма. Судя по покачиванию, меня куда-то везли. Попробовала было шевельнуться, но ни ноги, ни руки не слушались. Сильнейшее онемение не позволяло пошевелить даже пальцем. В голове тоже царил вязкий туман, мысли ворочались медленно, неохотно. Я даже не сразу смогла вспомнить события, предшествующие моему плачевному состоянию.

Наверное, снова уснула или впала в забытье, потому что, открыв глаза в следующий раз, видела яркий свет за окном кареты. Дернулась, застонав. Все тело болело и не слушалось. Даже стало страшно, не паралич ли это. Сил было настолько мало, что я даже не смогла свалиться с лавки, на которой и лежала в не самой удобной позе.

Голова раскалывалась от боли. Но, кроме боли, гораздо более тревожила неизвестность. Что со мной? Куда меня везут? Ашраф! — вспомнила не сразу. Это он.

Оставаться в сознании долго снова не вышло. Вязкое марево заволокло, спутало мысли. Подкатили тошнота, озноб… Попыталась шевельнуться, но все, чего добилась — жжение в груди и стремительно накрывающая тьма.

Я приходила в себя еще несколько раз, отмечая смену дня и ночи. Ни разу меня не кормили и не поили. Естественные потребности словно заморозились, уснули вместе со всем организмом.

По моим подсчетам путешествие длилось не менее нескольких дней. В одно из пробуждений я уже не была уверена, не сон ли все, что случилось со мной в последние месяцы. Другой мир, даргары, невероятные способности… все стало казаться нереальным. В итоге, я даже на какое-то время уверилась, что лежу в коме.

Все перемешалось. Прежняя жизнь, новая, больница, коллеги, нерожденный ребенок, Денис — бывший муж, Бурхан, Ашраф, Жозеуст, Малыш…

Именно образ Малыша окончательно уверил меня, что все, что подкидывает сознание — просто бред. Ну надо же, динозавр — лучший друг!

Однако, открывая глаза, я видела не белый потолок и лампочки, а потолок кареты. Размытый из-за неясного, нарушенного зрения.

Слабость становилась только сильнее. Организм испытывал стресс и от неизвестного воздействия, и от обезвоживания и голода. Время бодрствования раз от раза сокращалось. Темнота утягивала все быстрее, не позволяя никаким мыслям пробиться сквозь завесу вязкого марева.

— Она точно в порядке? — услышала чей-то голос, но даже не сразу смогла определить, мужской он или женский. Смысл фразы тоже дался с трудом. Все силы уходили на то, чтобы бороться с туманом в голове. — Похоже, живая, — произнес тот же голос, пиная меня по ребрам.

Боли… почти не было. Я почувствовала толчок, но организм никак не отреагировал на такое варварское отношение.

— Ты поосторожнее, Фаиз! — услышала еще один голос. — Кто знает, на что этот демон способен?

— Да ладно тебе, девка и есть девка, — рассмеялся первый голос.

— Девка или нет, а только инструкции никто не отменял. Контакта с демоном не допускать, не разговаривать, следить, чтобы не сбежал.

— Куда она сбежит? Едва дышит.

— Вот и ладненько. Авось сама подохнет, так только лучше всем будет, попроще.

— Арх вроде не хочет, чтобы она окочурилась, живой собирается в Аракшар доставить.

— Так и не окочурилась пока, — меня снова пнули по ребрам, и я снова почти ничего не почувствовала.

Голоса стали глуше, и вскоре меня снова поглотила тьма.

Уже потом, гораздо позднее я поняла, что мой организм защищал меня, а еще боролся с воздействием. Все силы отдавал на это.

Артефакт, который я приняла за камешек, тот самый, что Ашраф бросил в меня, должен был полностью подавить мою волю. Поработить сознание, заставить слышать только хозяина. Подчиняться беспрекословно.

Этого, к счастью, не случилось. Я оказалась сильнее. Только в одном случае это могло быть возможно, если моя Сила больше Силы того, кто и напитал тот самый артефакт.

Но все это стало мне известно значительно позже, пока же я «наслаждалась» путешествием в столицу.

Момент прибытия я позорно пропустила. Окончательно пришла в себя на куцем тюфяке в сыром помещении с крохотным окошком под потолком. Окошком, забранным решеткой.

Очнувшись, я еще какое-то время просто лежала, восстанавливая последние события, которые остались в памяти.

Слабость. Голод. Сухость во рту. Тошнота.

Холод. Он пришел с небольшим запозданием, но именно холод заставил очнуться окончательно.

Глаза держала открытыми не без труда. Сесть тоже смогла, пусть и не сразу, но тут же закружилась голова и приступ тошноты стал сильнее. Осмотрелась мутным взглядом. Каменный мешок два на два. Холодный, неприветливый. Неподалеку от тюфяка, брошенного прямо на пол, обнаружила миску с водой и кусок лепешки.

Потянулась к воде, едва не упав. Миска дрожала в утративших силу руках.

Воду отпила маленькими глотками, буквально заставляя себя остановиться и не пить всю. Холодная, но чистая, вкусная вода чуть прояснила сознание. Отщипнула черствой лепешки, положила в рот. Жевать и глотать не спешила, рассасывала первую за явно много дней еду.

Желудок даже на воду отозвался резями, про черствое тесто и говорить нечего.

Попыталась замкнуть тепловой контур, чтобы хоть немного согреться и не смогла. Сила не просто не отзывалась, она вообще не чувствовалась, сколько бы я ни взывала к внутреннему источнику.

Позднее, чуть придя в себя, заметила на лодыжке «украшение», которого раньше на мне не было. Тонкая, почти не ощутимая цепочка с бледным желтоватым камешком, тронув который меня прошило разрядом, похожим на электрический. Кажется, именно этот кристалл блокирует мою Силу.

Да уж, Ирина, вот теперь ты точно попала! — стараясь не поддаваться панике, сообщила сама себе. Похоже, мне все же выпала «честь» узнать истинное отношение орхартенцев к демонам.