Эпилог

Настя

Спустя один год, три месяца и семь дней

Столько времени прошло, а я всё никак не могу перестать считать каждый день, проведённый с ним. Каждое утро просыпаюсь и вспоминаю тот “разлитый сок” в палате и свою мокрую туфлю, вспоминаю наш первый ужин и тот момент, как я едва не упустила своё счастье. Как потом я открыла дверь и увидела его на пороге с пакетом лекарств и виноватой улыбкой. Глупо, наверное. Взрослая женщина, врач, а веду себя как молодая влюблённая девчонка, которая считает минуты до следующей встречи.

Но я ничего не могу с собой поделать.

Сначала счастье казалось таким туманным, надуманным и даже наигранным. Я боялась, что это сон, что в любой момент я проснусь в своей старой квартире, одна, и снова пойду на нелюбимую работу, где Елена Викторовна будет меня пилить за каждое опоздание. Я боялась, что Максим одумается, что поймёт, что ошибся, и просто исчезнет из моей жизни так же внезапно, как и появился.

Но он не исчез.

Чем дольше мы были вместе, тем сильнее понимали, что друг без друга уже не можем. Словно две половинки одного целого, которые блуждали по свету слишком долго и наконец нашли друг друга.

Спустя три месяца я уволилась из больницы и мы покинули этот город. Переехали в его большой дом, с высокими потолками и огромным двором, где сразу же почувствовал себя королём наш Граф. Он ворвался в новую жизнь с таким энтузиазмом, что я сначала испугалась, а вдруг он разнесёт и этот дом? Но Максим только смеялся и говорил, что пёс имеет полное право на свою территорию.

Граф был в восторге от двора. Он часами носился по газону, гонял птиц, валялся в траве, а его любимым развлечением стало старое колесо, которое Максим притащил неизвестно откуда и подвесил на дереве. Пёс мог висеть на нём, держась зубами, и раскачиваться, как на качелях, и оторвать его от этого занятия было невозможно.

Я устроилась в новую больницу с современным оборудованием и прекрасными специалистами. Коллектив оказался настолько душевным, что я сначала не поверила, что так бывает. Никто не пилил меня за минутное опоздание, никто не делал замечаний по поводу того, как я выгляжу. Меня ценили как врача. Как профессионала. И я наконец полюбила свою работу ещё сильнее, потому что знала, что это моё призвание, а вечером меня ждёт дома любимый мужчина.

Сегодня у меня выходной, и утром я проснулась от выворачивающей наизнанку тошноты. В ванной я прислонилась к холодному кафелю лбом и пыталась вспомнить, что такого странного я съела на ужин, а потом меня осенило.

Тошнота по утрам. Головокружения. Постоянная усталость. И задержка — я вдруг поняла, что считала уже не только дни с Максимом, но и дни своего цикла, и он опаздывал почти на две недели.

Дрожащими руками я достала из аптечки тест, который купила ещё месяц назад «на всякий случай», и затаила дыхание.

Ожидание показалось вечностью.

А потом я увидела две полоски. Яркие, чёткие, не оставляющие сомнений.

Я сделала ещё один тест. Потом ещё. Все три показали одно и то же.

Я стояла посреди ванной, сжимая в руках три теста, и не могла поверить. У меня будет малыш. Мой. Его. Наш!

Весь день я ходила как в тумане. Руки дрожали, мысли путались, а на губах сама собой появлялась глупая счастливая улыбка. Я хотела позвонить Максиму сразу же, но потом передумала. Это нужно сделать правильно. Красиво. Чтобы он запомнил этот момент навсегда.

С трудом дождавшись вечера, я приготовила его любимый ужин — мясо по-французски, овощной салат и шоколадный торт. Накрыла на стол в большой гостиной, достала из шкафа вазу, и поставила в неё свежие цветы. Зажгла свечи.

Граф всё это время наблюдал за мной, сидя на диване и склонив голову набок. Казалось, он тоже что-то чувствовал. Он не носился, не лаял, не требовал внимания как обычно. Просто смотрел своими умными глазами и изредка вздыхал.

Когда пришёл Максим, у меня сердце колотилось так сильно, что я боялась, что он услышит. Он поцеловал меня в губы, как делал всегда, и я едва сдержалась, чтобы не разреветься прямо там.

Мы сели за стол. Ужинали, говорили о работе, о планах на выходные, о том, что пора бы поменять масло в машине. Я кивала, улыбалась, но внутри всё кипело.

А потом я не выдержала…

— У нас будет малыш, — сказала, отложив вилку и с колотящимся сердцем уставилась в его глаза.

Максим замер. Вилка застыла в его руке на полпути ко рту. Он смотрел на меня так, будто я сказала что-то на иностранном языке, который он не понимает.

Секунда. Другая. Третья.

Внутри меня всё оборвалось от страха, но потом его лицо изменилось. Уронив вилку, он вскочил из-за стола так резко, что стул чуть не упал, подошёл ко мне, взял за руку и, притянув к себе, поцеловал.

Я обняла его за шею и заплакала. Сквозь слёзы засмеялась, потому что до сих пор не могла поверить, что это происходит со мной.

Граф спрыгнул с дивана, подбежал к нам и принялся кружиться вокруг, радостно гавкая. Он не понимал, что происходит, но чувствовал наше счастье и хотел быть частью этого момента.

Максим отстранился и заглянул в мои глаза.

— Ты серьёзно? — прошептал он хриплым от эмоций голосом.

Я кивнула, вытирая слёзы. И тишину разбил громкий и счастливый смех.

Он смеялся так заразительно, что и я не выдержала.

— Господи, Настенька, — выдохнул Макс и подхватив меня на руки, закружил. — Я люблю тебя, — прошептал он в мои губы. — Знаешь?

— Знаю, — ответила я. — И я тебя люблю.

Опустив меня на пол, притянул к себе ещё ближе.

— Спасибо тебе, родная. За всё. Ты сделала меня самым счастливым человеком на свете.

Я прильнула к нему, чувствуя, как его сердце бьётся в унисон с моим.

За окном темнело, на кухне догорали свечи, а на полу, положив голову на лапы, лежал Граф и довольно поскуливал во сне.

В моей жизни наконец-то наступил покой. Счастье, которого я так долго ждала и боялась, что никогда не встречу, пришло так неожиданно. А большего мне не нужно…