Глава 45

Дарен

— Как быстро ты сможешь приготовить противоядие? — строго спросила принцесса Аглая, едва только странная процессия из заключённого в тюремной робе, скромной целительницы и трёх гвардейцев оказалась под сводами королевского дворца Лорна.

— Оно состоит из двух частей, ваше высочество, — чуть хрипло ответил тьер Мортенс, которому не приходилось разговаривать уже несколько дней. — Заклинание и зелье, то и другое с участием некромантской магии. Если у дворцового алхимика или аптекаря отыщется всё нужное, то это займет несколько часов.

— У нас есть эти несколько часов?

— Будем надеяться. Прежде всего я должен увидеть пациента. Отведите меня к королю!

…Дарен не сразу понял, что произошло, когда в его камеру ворвалась охрана. В первый миг он решил, что ошибся в расчётах и день его казни на самом деле не завтра, а сегодня. Однако его вывели наружу и сопроводили к стоящей на дороге карете. Без наручников, без антимагического браслета.

Тесса не смогла скрыть чувств, расплакалась прямо при принцессе, припав к его груди. Дарен и сам едва сдерживал слёзы: он уже не чаял увидеть любимую жену. Аглая держалась молодцом, ведь теперь у неё появилась надежда на спасение короля, но и она заметно нервничала всю дорогу.

— Позвольте и мне пойти с вами? — взмолилась Тесса, не в силах выпустить руку Дарена.

Принцесса слегка кивнула и пошла впереди, показывая дорогу. Тьер Мортенс прислушивался к дару. Усыплённая пустотным шпатом в камере, его магия сейчас заново пробуждалась, словно закипала в крови. Все чувства некроманта обострились, он остро ощущал присутствие каждой жизни и каждого неживого объекта.

Рассеянно озираясь по сторонам, он пропускал через себя образы всего, что наполняло это величественное строение. Древние стены из прочного камня, которому всё нипочём. Старинные гобелены и картины, чьи творцы давно обратились в прах. Невесомое присутствие заплутавшего духа — безобидного привидения, изредка пугавшего слуг по ночам.

Люди и животные виделись Дарену яркими сгустками живой энергии — сейчас они мало интересовали некроманта. Дворцовая охрана, придворные со скорбными лицами, пушистая кошка на подоконнике галереи и мышь, грызущая сухарик за плинтусом, — все они горели жизнью, будто фонари в ночи. Между тем по дворцу уже разливалась никому не видимая тьма.

«Ты почувствуешь близость смерти, как и любой некромант, — рассказывал Дарену старенький тьер Эверет. — Мы стоим на границе миров и видим обе стороны. Этот цветок-проклятие, прахоцвет, тоже непрост. Его яд попадает в живое тело и медленно убивает его, чтобы потом на могиле жертвы вырос и распустился новый цветок».

Чем ближе были покои короля, тем явственнее Дарен ощущал холод и страх человека, находящегося на пороге кончины. В этой части дворца даже воздух был другим: насыщенный испарениями от лекарств, эликсиров и снадобий, он оставлял на языке сладковатую горечь.

— Папа! Как ты себя чувствуешь? — Принцесса бросилась к просторной кровати под балдахином, где, обложенный подушками, полусидел король Альдорес.

Помимо правителя в покоях находились два престарелых лекаря и их молодой помощник, двери охраняли гвардейцы. Здесь и вовсе было нечем дышать: окна зачем-то занавесили тяжёлыми гардинами, на столике у кровати дымились благовонные травы. Неужели эти горе-эскулапы надеются отогнать смерть дымом сгорающей соломы? Дарен был в недоумении, но вида не подал.

— Мне лучше, моя дорогая Аглая. — Король приложил все усилия, чтобы выпрямить спину и не выглядеть перед дочерью умирающим стариком. — Правда лучше, но вот в ногах слабость.

— Его величество отказывается принимать вытяжку из зелёных жуков и птичьего горца, говорит, что на яд это никак не действует, но ослабляет мышцы, — доложил лекарь принцессе.

— Я привела тебе нового целителя, папа! Познакомься, его зовут Дарен Мортенс!

Только теперь все взоры присутствующих обратились на необычного гостя. Тьер Мортенс и Тереза подошли чуть ближе к ложу короля Альдореса, склонили перед ним головы. Лекарь, что говорил перед этим, не удержался и громко фыркнул.

— Где вы взяли этого оборванца, ваше высочество? У него же на лице написано, что он шарлатан и висельник. Я не позволю ему даже приближаться к пациенту!

— Зато я позволю, — твёрдо сказала принцесса Аглая и взмахнула рукой. — Выйдите все вон. Сейчас!

Лекари, помощник и охрана скрылись за дверями.

Король Альдорес тем временем встретился глазами с Дареном — несмотря на смертельное отравление, взгляд правителя оставался ясным и осмысленным. Тьер Мортенс понимал, что его внешний вид не внушает и малейшего доверия. Одно только лицо, снова заросшее чёрной щетиной, чего стоило.

— Ты тот самый некромант? — спросил король не с отвращением, а с любопытством. — Советник Флоренс упоминал твоё имя, да и в газетах о тебе, кажется, писали.

— Да, ваше величество.

— Откуда тебе известно про этот редкий яд? Все самые прославленные лекари Лорна утверждают, что спасения от него нет.

— Я обязательно расскажу вам позже, ваше величество. Давайте не будем терять время и приступим?

Принцесса Аглая промокнула вспотевший лоб отца платочком и по-деловому посмотрела на Дарена.

— Скажи, что тебе потребуется, и я прикажу доставить это сюда немедленно!

— У Тессы мой блокнот, она вам все скажет. — И он подбадривающе кивнул жене. — А я пока проведу диагностику.

Привычными движениями Дарен очистил руки заклинанием стерильности, склонился над королём и помог ему лечь ровно, отбросив часть ненужных подушек. Ночное платье правителя всё пропиталось потом, острый запах целебных трав и летучего эфира бил в нос.

Тьер Мортенс вдруг заволновался: а не слишком ли они с Тессой самонадеянны? Да, они знают нужное заклинание и рецепт антидота, но у них не было ни малейшей возможности попрактиковаться. А на кону стоит жизнь самого короля! «Другого средства всё равно не существует», — сурово сказал себе Дарен и развернул диагностическое заклинание.

Яд, словно спрут с сотней тонких чёрных щупалец, проник во все жизненно важные органы пациента. Цветок прахоцвет прочно укоренился в организме, готовя себе будущую почву. Неудивительно, что очищающие желудок и печень, мочегонные и прочие средства не давали никакого эффекта.

— Ты хмуришься, некромант, — заметил король. — Скажи мне правду. Сколько мне осталось?

— Если не попытаться вывести яд, то день, максимум — два. Но если позволите, я буду вас лечить.

— Его жена говорит, что в больнице его прозвали Последним Шансом, — сказала принцесса. — Решайся, папа, ты ведь сам видишь, что все эти именитые целители ничего не могут сделать!

— Разве моё лицо не выражает решимость? — усмехнулся король. — Делай всё, что нужно, некромант. Докажи, что я не зря позволил вам работать целителями!

Тесса, которая слегка растерялась в присутствии правителя, теперь взяла себя в руки и вытащила из сумочки блокнот. Пока Дарен готовил заклинание, которое временно остановит действие яда, нужно достать всё для создания зелья, чтобы нейтрализовать отраву окончательно.

— Я надеюсь, во дворце всё это есть, — сказала Тесса Аглае, переписав на листок перечень ингредиентов.

Та приняла список и пробежала его глазами. Тут же приказала привести к ней главного дворцового алхимика и познакомила его с Дареном.

— Предоставь этому человеку всё, что он попросит. Лучшее оборудование, лабораторную посуду, помощников. Зелье нужно приготовить быстро, у нас всего несколько часов.

— Ваше высочество, у меня почти всё есть, я лишь боюсь, что найти перо феникса будет непросто. В наших краях фениксы не водятся. Нельзя ли его заменить чем-нибудь другим, тьер Мортенс? Есть перья гарпий, снежных орланов, золотистой кряквы, но феникса нет…

— Заменить нельзя, — мотнул головой Дарен и посмотрел на Тессу. — И те два пера, что были у нас в больнице, уже давно истрачены. А дон Фламир, он ведь прилетал на суд? Может, найти его?

— Он улетел в тот же день! — с горечью воскликнула Тереза. — Какая я глупая, нужно было попросить у него пару пёрышек. Хотя…

— Одно перо есть в коллекции у Милены! — вспомнил Дарен. — Его будет достаточно.

— Возьми мою карету и поторопись, — приказала Тессе принцесса, а сама присела рядом с отцом.

Дарен принялся сплетать хитроумное некромантское заклинание, которому научил его тьер Эверет. Оно должно было остановить смертельное распространение яда по организму, прижечь чёрные щупальца, проникающие во все органы и системы. Так можно было выиграть время для приготовления антидота. Король застонал, заметался в постели, и принцесса вскрикнула, испугавшись, что это может быть агония.

— Не бойтесь, — шепнул Дарен не то королю, не то принцессе, не то сам себе. — Сейчас станет легче.

Он понятия не имел, что будет дальше, но как целитель прекрасно знал, что успокаивающее слово иногда творит не меньшие чудеса, чем сильнодействующее снадобье. Король Альдорес угомонился, но дышал тяжело, на его щеках вспыхнул румянец. Тело наливалось жаром.

— Я горю, — прохрипел он. — Моя кровь как раскалённая лава.

Принцесса ухватила тьера Мортенса за руки, заставила поднять голову.

— Что происходит? Он умирает?!

— Организм борется с отравой, поэтому поднялась температура. Это временно.

Спустя полчаса дыхание короля выровнялось, он заснул. Дарен проверил — чёрные щупальца яда остановили своё движение по тканям и сосудам. Осталось напоить пациента антидотом, а дальше исход дела решит только время. Всё это тьер Мортенс объяснил Аглае, которая сидела в кресле, сцепив руки в замок и не сводя глаз с отца.

— Я буду молиться, чтобы твой способ подействовал, — проговорила принцесса. — И ты молись, некромант. На кону ведь и твоя жизнь, верно?

— Да, ваше высочество, — кивнул Дарен. — А теперь надо заняться зельем. Прошу вас, прикажите открыть здесь окна, пациенту нужен свежий воздух.