Глава 4

Оставшись наконец в тишине, я налил себе кружку чая, сел за стол и с наслаждением вытянул гудящие ноги. День выдался таким, что впечатлений хватило бы на пару лет вперед.

Я сделал глоток, поставил кружку на столешницу и обратился к вредному помощнику в голове.

— Система, давай показывай, что ты там мне предлагаешь на выбор за пятый уровень.

Текст послушно возник прямо в воздухе перед глазами.

[СИСТЕМНАЯ ПОДСКАЗКА: У вас имеется одно нераспределенное очко активных навыков. Вы можете потратить его на улучшение уже имеющихся умений до второго уровня, либо изучить новые.

УЛУЧШЕНИЯ:

«Зоркий глаз» (Уровень 2). Навык не только подсвечивает контуры противника оранжевым цветом, но и выделяет красным цветом критические уязвимые зоны на теле цели, поражение которых наносит максимальный урон или приводит к мгновенной смерти.

«Малое исцеление» переходит в навык «Исцеление» (Уровень 2). Эффективность регенерации тканей значительно возрастает. Навык способен сращивать несложные переломы и останавливать внутренние кровотечения. Внимание: время базовой перезарядки навыка увеличивается до шести часов. Пассивные сокращения с ростом уровня также будут учитываться.

«Друг зверей» (Уровень 2). Навык позволяет не только понимать речь существ, но и считывать их базовую мотивацию в данный момент времени (страх, голод, защита потомства, болезнь, агрессия), что позволит лучше наладить связь и понять, как вести диалог, и стоит ли его вести вовсе.

НОВЫЕ НАВЫКИ:

«Чутье лесника» (Пассивный). Выдающаяся интуиция, которая предупреждает владельца о скрытой угрозе, засаде или нападении из слепой зоны за несколько секунд до события в виде легкого покалывания на затылке.

«Тень тайги» (Активный). Время действия — 2 минуты. Базовая перезарядка — 3 часа. Владелец может передвигаться абсолютно бесшумно. Навык полностью скрывает физические следы на любых поверхностях и полностью блокирует естественный запах тела.]

Я откинулся на спинку стула и принялся вдумчиво читать каждую строчку. Выбор был действительно богатым, и заставлял крепко задуматься.

Например, улучшения. Зоркий глаз с подсветкой уязвимостей — это просто мечта любого стрелка. С такой штукой можно валить тварей из Разлома с одного выстрела, точно зная, где у них находится мозг или сердце, если они вообще имеются.

«Исцеление» второго уровня выглядело солидно, но увеличение времени отката до шести часов немного отталкивало. Нога еще не зажила до конца, и мне было куда выгоднее применять слабое лечение каждые три с половиной часа, чем ждать шесть ради одного использования, чтобы затем забыть о нем надолго.

Секундочку…

— А второй уровень навыка исцеление все также запрещает его использовать на других разумных существах? Ну то есть я не могу его применять на Наире, например, или Бу?

[СИСТЕМНАЯ ПОДСКАЗКА: Можно.]

А вот это уже интереснее. Если малое исцеление я могу применять только на себе, то вот просто исцеление в таком ключе выглядит супер круто. Но на данный момент все равно неактуально.

Второй уровень «Друга зверей» для меня, как для старого егеря, тоже представлял огромную ценность. Знать причину поведения животного крайне важно и полезно просто для выживания в дикой среде. Одно дело, когда медведь прет на тебя от голода, и совершенно другое, если ты случайно забрел к медведице с медвежатами. Подходы к решению проблемы разнятся, ведь во втором случае достаточно просто отойти от их территории, а в первом… в первом или бежать быстрее, чем бежит медведь, что очень трудно выполнимая задача, либо вступать с ним в перепалку, из которой выйти живым вероятность близка к нулевой.

Но вот новые навыки…

«Чутье лесника» напоминало обычную интуицию, которая спасает жизнь, когда в тебя целятся из кустов. А «Тень тайги» вообще выглядела как мечта любого шпиона. Две минуты абсолютной незаметности: ни хруста снега, ни запаха, ни следов. Если нужно срочно разорвать дистанцию, уйти от погони или, наоборот, подобраться вплотную к браконьерам — лучше не придумаешь. Крайне заманчиво, но узкоприменимо.

Я потер щетину на подбородке, взвешивая все «за» и «против». Мне очень хотелось взять скрытность прямо сейчас, но жизненный опыт настойчиво шептал не торопиться.

— Система, ответь на один вопрос, — произнес я вслух. — Я могу распределить это свободное очко в любой момент? Например, если на меня нападут, я смогу активировать меню и мгновенно выучить нужный навык прямо во время боя?

[СИСТЕМНАЯ ПОДСКАЗКА: Вы можете распределить очко навыков в любой момент по вашему желанию. Процесс изучения происходит мгновенно.]

— Вот и славно, — я довольно кивнул. — Тогда пусть оно пока полежит в запасе.

Мне казалось, что это было самым благоразумным решением, потому что я не знаю, с чем мне придется столкнуться завтра или послезавтра. Вдруг мне экстренно понадобится вылечить сломанную ногу, или Наиру кабан на клыки поднимет? Козырь всегда лучше, чем потраченный впустую ресурс.

Я закрыл системный интерфейс, допил остывший чай и отправился спать.

Ночь прошла на удивление спокойно. Я проспал часов шесть без воя сирен, ломящихся в дверь незваных гостей и рычания монстров, и такой отдых показался просто подарком небес.

Оказывается, как мало человеку нужно для счастья, а?

Утром я проснулся сам.

Первым делом я сел на краю кровати и активировал «Малое исцеление». Знакомое тепло окутало голень, после чего я осмотрел рану. Рубцы стали еще светлее, кожа вокруг них приобрела нормальный цвет, а остатки синяков почти полностью исчезли.

Я встал босиком на бетонный пол и перенес вес на правую ногу, отметив, что боли практически нет. Присел пару раз. Связки слегка потянуло, но это была нормальная реакция после долгого бездействия мышц.

Сделав легкую разминку для всего тела — помахал руками, покрутил корпусом, поприседал и остался полностью доволен результатом.

Завтрак состоял из разогретой тушенки и черных сухарей, которые я запил чаем. Булыжник стоял в коридоре и молча наблюдал за процессом приема пищи. Ночес лениво валялся на стуле напротив, вывернувшись пузом к верху, и я в очередной раз удивился тому, что кот не просит ни еды, ни воды. Интересно, чем это чудаковатое существо питается?

После завтрака пришло время рутины.

Я тепло оделся, взял автомат и вышел на улицу, неторопливо шагая по своему сектору вдоль Разлома, внимательно читая следы на снегу, но ничего кардинально нового не заметил. Следы птиц, пару заячьих цепочек и мышей.

Вернувшись к бункеру, я решил заняться техникой, которая после двух прорывов явно требовала не только заправки патронов, но и обслуживания. В последний прорыв правая турель заглохла в самый неподходящий момент, и я подозревал, что дело было либо в перегреве, либо в забитом подающем механизме.

Я смел снег с металлического корпуса, открыл сервисные люки и принялся за работу. Вычистил остатки сгоревшего пороха из ствольной коробки специальной щеткой и шомполом, проверил лентопротяжный тракт, щедро смазал все подвижные детали оружейным маслом, которое не замерзает на морозе. То же самое я проделал и со второй турелью, чтобы исключить сюрпризы в будущем.

Бу все это время находился рядом, просто осматриваясь и наблюдая за тем, как я ковыряюсь в железе.

И вот это его молчание начало меня напрягать.

Я отложил ветошь, закрыл люк турели и посмотрел на пришельца. Вчера он засыпал меня вопросами по любому поводу. Ему было интересно все, от устройства моего организма до концепции социальных норм. А сейчас он бродит по территории, где стоит гигантская дыра в земле, из которой валит черный дым, где установлены смертоносные машины, плюющиеся огнем, и не задает ни единого вопроса.

Если бы я оказался в чужом мире и увидел подобный пейзаж, я бы первым делом спросил: «Егор, а что это за дыра? А что за черная дрянь из нее лезет? А зачем тебе эти железные штуки на постаментах?».

Но Бу молчал. Он смотрел на Разлом так, словно видел его каждый день.

Он что-то знает? Или просто не придает значения таким мелочам в силу своей инопланетной природы? Надо будет обязательно вывести его на разговор об этом, но чуть позже. У меня было обещание, которое следовало выполнить.

Или, может, он просто обиделся, что я вчера их обоих отчитал за глупые поступки? И вообще… известна ли ему концепция обиды?

— Пойдем, — обратился я к камню и направился в техническое помещение, где хранились боеприпасы. Включив свет, я пошел вдоль стеллажей. Помимо мин и патронов, я выудил в памяти, что здесь должен был быть хозяйственный инвентарь, который прежний Егор видел, но не пользовался.

В самом дальнем углу действительно нашелся небольшой металлический шкаф. Открыв его, я обнаружил то, что искал: молоток с деревянной ручкой, набор отверток, плоскогубцы, пластиковую банку с гвоздями и коробку строительных саморезов. Рядом лежал старый, сбитый из досок ящик с ручкой сверху, которым обычно пользовались плотники в допотопные времена в качестве переноски.

Я сложил весь найденный инструмент в этот ящик, проверил, чтобы ничего не вываливалось, подхватил его за ручку и пошел к эльфам.

— Давай наведаемся к нашей соседке, мы ей обещали кое-что подлатать.

— Мы идем в гости? — спросил Бу, впервые не добавив любимую слово-приставку.

— Можно сказать и так.

До эльфийского поста мы добрались без приключений. Лес стоял тихий, морозный, лишь снег сухо скрипел под ботинками да ветер изредка гонял по насту белую поземку.

Мы подошли к крыльцу эльфийского бункера, я поднялся по ступенькам и громко постучал кулаком в дверь.

Ждать пришлось недолго. Замки внутри щелкнули, сработала пневматика, и створка тяжело пошла на меня.

В лицо мне тут же ударило жаром, словно я открыл дверцу натопленной духовки. Казалось, что Наира решила устроить внутри настоящую сухую баню и печку топила, не жалея дров.

Она стояла на пороге в облегающей черной майке и штанах.

— Впустишь? — уточнил я, перехватывая удобнее деревянный ящик с инструментами.

Она смерила меня оценивающим взглядом, затем перевела глаза на стоящего рядом Булыжника.

— Не знаю, не знаю, — ответила она, хитро прищурив глаза и облокотившись плечом о дверной косяк. — А что, от вас есть какая-то польза?

Честное слово, вот лучше бы она этого не говорила и не смотрела на меня так.

Потому что гормоны молодого тела, помноженные на три года абсолютного воздержания предыдущего хозяина, ударили мне в голову с такой силой, что в мозгу мгновенно возникли самые живописные и пошлые картинки из старых эротических фильмов, которые в девяностых ходили по рукам.

Классический сюжет: мускулистый сантехник с ящиком инструментов заходит в квартиру к красивой, ладно сложенной девушке, чтобы исправить ей капающий кран. Он все чинит, затягивает гайки, а потом выясняется, что бедной девушке совершенно нечем расплатиться за услуги мастера. Вот же беда. И как же ей, несчастной, выкручиваться из такого сложного финансового положения?

Так, отставить вожделение, Егор Дмитро-Палыч! А ну возьми себя в руки немедленно, чай не юнец сопливый! Ты сюда пришел полки вешать? Вот и вешай полки, а не на передок отвлекайся. Инструмент в зубы и работать.

Я тряхнул головой, отгоняя наваждение, и изобразил на лице полнейшее равнодушие.

— Не, ну можешь сама полки вешать, — я пожал плечами, демонстративно приподнял и показал ей ящик с молотком и отвертками, после чего стал было разворачиваться.

— Стой-стой-стой, я пошутила! — тут же спохватилась она, отлепляясь от косяка.

Я повернул голову вполоборота и посмотрел на нее, хитро прищурившись.

— Не смотри на меня так, — ответила она, поежившись от морозного воздуха, который начал затягивать в тамбур. — И заходи уже давай, у меня сиськи мерзнуть начинают, а улицу отапливать дорогое, знаешь ли, удовольствие! Сам потом мне дрова рубить будешь!

Я зашел внутрь, пропустив вперед Бу. Как только дверь за нами закрылась, я тут же стянул с себя куртку и откинул ее в сторону. Жара в бункере стояла действительно знатная.

Оставив Булыжника изучать коридор, я прошел в главную комнату и принялся оценивать масштаб вчерашнего погрома с профессиональной точки зрения. Деревянные полки валялись в углу. Я подошел к стене и осмотрел отверстия. Бетонная кладка выдержала, а вот пластиковые дюбели и саморезы вырвало с корнем.

Работа предстояла нехитрая. Я достал из ящика плоскогубцы, вытащил из досок погнутые старые саморезы, затем подобрал в своем запасе новые, более толстые и длинные шурупы, вбил в старые отверстия в бетоне деревянные чопики для надежности и начал собирать конструкцию обратно.

Тяжесть молотка в руке, скрип самореза по дереву, да и простая работа успокаивала. Я всегда любил работать руками, потому что в такие моменты все мысли уходят прочь, позволяя отвлечься. Берешь сломанную вещь, прикладываешь усилия, и она снова становится целой и полезной.

Вернув полки на законное место и намертво притянув их к стене, я проверил конструкцию на прочность, навалившись на нее всем весом. Держит намертво, но надо будет сказать, чтобы всяким эльфам по ним снова скакать не разрешала.

Следом я перебрался в тамбур, где на полу валялась металлическая вешалка для верхней одежды, которую вчера снесли выбегающие рейнджеры. Полоса металла был согнута дугой, а крепежные ушки вывернуты наизнанку.

Я положил вешалку на бетонный пол, взял плоскогубцы и принялся отгибать металл в исходное положение. Затем вооружился молотком и начал короткими и точными ударами выстукивать лист, выпрямляя вмятины. Звон металла разносился по всему бункеру, но я не обращал внимания, полностью сосредоточившись на процессе. Выровняв крепления, я приложил вешалку к стене и закрутил новые саморезы.

Закончив с ремонтом, я взял в углу веник и подмел бетонную пыль и мелкую стружку, чтобы не оставлять после себя грязи, потому что хороший мастер всегда убирает свое рабочее место. Я когда молодым в цеху на смене работал, всегда так заведено было. Смену закончил? Убери за собой и передай следующим все в чистоте и порядке, а иначе каждый вот так срач оставит, и что потом? А ничего, никакой работы не будет.

Наира все это время возилась на кухне. Оттуда доносились звуки переставляемой посуды и просто одуряющий запах печеного теста. Она не видела, что именно я делаю в комнате и тамбуре, и сомневаюсь, что даже слышала.

Я забросил инструмент обратно в ящик, вытер руки о штаны и направился к кухонному проему.

— Принимай работу, хозяйка! — громко позвал я.

Эльфийка тут же выглянула из кухни. Поверх облегающей майки на ней теперь красовался светлый фартук. На правой скуле у нее отчетливо белело пятно муки, придавая ей какой-то невероятно уютный и домашний вид. Она вытерла руки о полотенце и вышла в главную комнату.

Ее взгляд скользнул по стене, где вновь висели полки. Она подошла ближе, замерла и прямо ахнула, прикрыв рот ладонью.

— Ты… ты правда ЭТО ВСЕ сам сделал⁈ СВОИМИ РУКАМИ? — она повернулась ко мне с таким видом, словно я только что воду в вино превратил, а не просто полки повесил на место.

Я тяжело вздохнул, чтобы сдержаться и случайно не озвучить любимую нецензурную поговорку нашего бригадира времен институтских стройотрядов про то, что руки у меня не под этот самый заточены, и чем именно делается плохая работа, а чем хорошая.

— А как, по-твоему, я это еще мог сделать, если не руками? — я усмехнулся. — Ногами, что ль?

— Поверить не могу… нет, ты серьезно? — она подошла к полкам вплотную и провела кончиками пальцев по ровной доске, словно проверяя, не иллюзия ли это. — Может, ты волшебник какой-нибудь, а?

— Ловкость мужских рук и никакого мошенничества, — ответил я, скрестив руки на груди и чувствуя вполне заслуженную гордость.

Наира прошлась вдоль полок, проверила крепления, а затем ее взгляд упал на коридор, ведущий в тамбур. Она быстро шагнула туда и замерла перед стеной.

— Ты и вешалку починил! И выпрямил ее! — ее голос зазвенел от восторга.

— Угу, — я подошел следом и критически осмотрел свою работу. — Правда, у меня нет болгарки или напильника, чтобы ее отшлифовать и закрасить. Она выглядит слегка помято после выпрямления, следы от молотка и плоскогубцев остались на краске, но… думаю, и так сойдет за неимением ничего лучше. Куртки держать уж точно будет.

— Да ты шутишь что ли⁈ Она как новая! — Наира повернулась ко мне, и ее глаза буквально сияли.

Как новая… Кажется, для эльфийки совершенно не имели значения мелкие следы от молотка, царапины от губок плоскогубцев и то, что металлическое крепление, мягко говоря, выглядело не ахти, словно его какое-то лесное чудовище пожевало и выплюнуло.

— Рад, что тебе нравится, — я слегка поклонился, принимая похвалу.

Наира повернулась ко мне полностью, приложив руки к груди. От тепла духовки и суеты на кухне ее лицо слегка разрумянилось, и сейчас она выглядела настолько искренней, что у меня внутри что-то екнуло.

— Спасибо большое, — она мило улыбнулась, и эта улыбка была по-настоящему теплой. — Ну что, — сказала Наира, чуть склонив голову набок. — Дать тебе попробовать мой пирожок?

В бункере повисла тишина.

Двойной смысл фразы нокаутировал мозг напрочь, выключив его на несколько секунд.

«ГОРМОНЫ, МОЛЧАТЬ! ФУ! МЕСТО! СИДЕТЬ, Я СКАЗАЛ! ОТСТАВИТЬ ПОШЛОСТИ!» — яростно рявкнул я где-то в недрах своего разума, изо всех сил стараясь сохранить на лице максимально непринужденное и спокойное выражение.

Но перед глазами…

Фуф…

Молодое, полное сил тело и три года воздержания для мужчины — это, мягко говоря, то еще испытание на прочность. А когда перед тобой стоит красивая девушка в фартуке на голое тело — майка не в счет — так и подавно.

— Что, вспомнила рецептик? — осведомился я, продолжая сохранять лицо.

— Ага, — она завела руки за спину, и, улыбаясь, покачивалась с пяток на носки и обратно. — Идем?

Я подошел к ней в упор, от чего она замерла на месте, потому что мне покоя не давало это пятно муки на ее скуле.

— Ты… ты чего… — спросила она, заикаясь, когда я поднес правую руку к щеке. Уши эльфийки мгновенно вспыхнули красным, а сама она застыла. Я посмотрел в ее голубые глаза и с внутренней ухмылкой понаблюдал за реакцией, после чего большим пальцем убрал муку и сделал шаг назад.

Наира продолжала стоять на месте как вкопанная.

— У тебя мука была на щеке, — сказал я, мягко улыбнувшись и разворачиваясь в сторону кухни. — Пойдем уже, давай свой пирожок.