Глава одиннадцатая. Невеста хозяина замка

…Наставники Сумеречной школы считают, что все жители Последнего мира являются Мастерами ключей, но это не так. Мастерами ключей становятся только истинные жители, те, чьи корни уходят в века, а кровь впитала в себя энергию жизни. Их очень мало на самом деле. Они живут обособленно, в родовых имениях. И они поклялись не осквернять себя браками с простолюдинами, чтобы магия крови не пресекалась. Из этого проистекали определенные сложности, найти невесту в условиях, когда родовые имения отстоят друг от друга иногда на сотни километров, очень нелегко. Тем более что по какому-то странному стечению обстоятельств, в семьях истинных Мастеров ключей чаще рождались мальчики…

– Как прозаично! – скривила нос Ася. – Так ты невесту с кем-то не поделил?

Лис открыл рот, но не нашелся, что ответить. По его высоко поднятым бровям Ася догадалась, что если и не угадала полностью, то была недалека от истины.

– А если я ее любил? – вдруг спросил он. Не с вызовом, не с иронией, которая обычно преобладала в его интонациях, а с едва скрываемым отчаянием. – Что если во всем этом мире… Во всех этих мирах одна она заставляла мое сердце биться чаще?

Лис, не глядя, махнул рукой в сторону гобеленов.

– Ты уже наверняка все здесь изучила. Замок Черная Сорока, это ее родовое имение. Наши родители еще до того, как ушли по мосту, договорились между собой, что она достанется мне в жены. Поэтому ее еще маленькой девочкой отдали на воспитание в наш дом. Мы росли вместе, зная, что вырастим и поженимся. Я хотел этого всем сердцем, думал, что и она тоже.

– Как ее звали?

– Не важно… Ее звали Зара. Этот яблоневый сад я посадил для нее… Зара говорила, что яблони в цвету – лучшее, что может быть на свете.

– Этим яблоням уже много лет. Опять обманываешь?

– Этим яблоням уже много лет. Да. Так же как и мне. Магия крови. Я могу быть любого возраста, какого захочу до тех пор, пока хотя бы раз в несколько лет буду возвращаться в мой мир.

Ася вспомнила Лиса – ребенка в Маге и вздохнула. Не обманывает, похоже.

– Яблони в цвету прекрасны. Жаль, что это длиться так недолго.

– Эти яблони всегда цветут…

Ася почувствовала, как сердце кольнуло сочувствие. Ей начинала нравиться эта история.

…Он постучал в двери замка в непогоду.

Там, снаружи, лютовала настоящая буря. Лис знал, что утром обнаружит много погибших деревьев, но за этими прочными стенами, насчитывающими уже не первую сотню лет, было безопасно. Слуг он уже отпустил спать, Зара тоже поднялась в свою башню, а он продолжал сидеть перед камином, в который раз думая о том, что не понимает, чего хочет от него невеста. Они должны были пожениться еще несколько месяцев назад, но Зара все тянула, отсрочивая день свадьбы, придумывая все новые причины и отговорки. Разве он не готов ради нее на все? Разве не посадил для нее чудесный яблоневый сад, добывая саженцы в разных мирах. Каждая яблонька – это знак его любви. Неужели она этого не видит?

И вот именно в этот момент его размышления были прерваны громким стуком в дверь. Лис удивился, но пошел открывать, не будить же слуг по таким пустякам. Бояться тоже было нечего, Мастер ключей сам мог справиться с любой опасностью.

На пороге стоял мокрый до последней нитки парень. Вода стекала с него потоком, синие глаза, встретившись с глазами Лиса, посмотрели с вызовом, но и с надеждой. «Только попробуй не впустить меня, – словно говорили они, – без боя не сдамся!» Лис улыбнулся и шагнул в сторону, опасности путник не представлял, места в замке хватит всем. Пусть поест, отдохнет, отогреется и идет по своим делам.

Незваный гость, осознав, что его не гонят, расслабленно опустил плечи.

– Церерис, – представился он, – Магистр Сумеречной школы! Не подскажешь, в каком я мире?

Лис удивленно присвистнул.

– Далеко же тебя занесло! Не представлял себе, что Отворяющие, даже Магистры, могут пройти этот путь? Как ты сюда попал?

– Через Интерим. Честно, дождь льет так, что я чуть не утонул. Так, где я?

– Последний мир, – Лис улыбнулся, увидев, как у собеседника вытянулось лицо. – Не ожидал? Могу я взглянуть на твой ключ? Так… Возникла одна догадка!

Церерис без опаски вытянул из-под рубашки цепочку с ключом цвета меди.

– Так и знал! – радостно воскликнул Лис. – Ключи запоминают дороги! А если они еще попадают в талантливые руки!

– Что? В чем дело?

– Этот ключ изготовил я! Приятно познакомиться, Отворяющий!

Рерис протянул руку.

– Мне тоже, Мастер.

Через какое-то время они уже сидели у камина. Рерис, закутанный в принесенное Лисом одеяло (одежда в это время, разложенная на скамейке, пододвинутой ближе к огню, исходила паром), пил согревающий напиток из смеси вина и трав и рассказывал Лису об исследованных им мирах. Лис слушал с интересом: им было что обсудить. Ведь он сам в последнее время любил побродить по другим мирам.

– Нет, ты не прав, Рерис, – покачал он головой, выслушав рассказ Магистра о лабиринтах Джанвы, – тебе просто повезло пройти мимо спящих джанв, не потревожив их. Иначе бы мы с тобой сейчас не разговаривали. Джанвы, вопреки расхожему мнению, не одурманиваются запахом роз. Я точно установил этот факт.

– Точно установил? – Рерис улыбнулся. – Как тебе это удалось?

Лис начал было объяснять, но взглянув на уставшего гостя, махнул рукой.

– Просто, я очень умный, – сказал он, нисколько не рисуясь, и стараясь, чтобы это прозвучало, как шутка.

В это время дверь, ведущая в правый коридор, открылась, и на пороге появилось неземное создание. Может быть фея, или ангел. Слегка затуманенное вином сознание Рериса не могло воспринять это прелестное существо, как девушку. Темные волосы волнами стекали на плечи, огромные карие глаза смотрели удивленно и слегка сердито. Она была одета в легкое светлое платье и зябко обнимала себя за обнаженные плечи. Хрупкая фигура была словно соткана из света и тени.

– Кто ты? – спросила она Рериса, нимало не смущаясь и глядя на гостя в упор.

Парень инстинктивно попытался встать, и тут же вынужден был ловить соскальзывающее одеяло.

– Солнышко, не смущай гостя, – смеясь, пожурил ее Лис, и. повернувшись к слегка зардевшемуся Рерису, пояснил:

– Это Зара. Моя невеста.

Зара с интересом разглядывала незнакомца.

– Ты не из нашего мира? – уточнила она. – Какой необычный у тебя цвет волос!

– Вполне обычный. Светло-русый, – опешил Рерис, оттянув, насколько это было возможно, прядь своих волос, и пытаясь рассмотреть ее на свет.

– Жители Последнего мира темноволосы, – пояснил Лис, и, поднявшись с кресла, протянул Заре руку, – посиди с нами, раз уж мы тебя все равно разбудили.

Девушка, подумав секунду, согласилась и, сев на предложенное место, с интересом продолжила разглядывать Рериса. А он поймал себя на том, что с удовольствием разглядывает будущую хозяйку замка.

Лис принес стул и уселся слева от невесты, напротив Рериса.

– Хочешь, я сыграю на флейте? – спросил он Зару, потом взглянул на гостя: – Ты не против?

– Нет, что ты, я с радостью послушаю!

Мелодия родилась нежная и чистая. Рерис мог поклясться, что уже где-то слышал ее. В его мире эта мелодия называлась Одинокая флейта? Свирель? Он не помнил. А через несколько секунд, забыл обо всем на свете. Была только музыка. Но она пела не об одиночестве, а о любви. «Люблю тебя… Люблю тебя…» – рефреном повторялись несколько музыкальных нот. Лис смотрел на Зару. Девушка сидела, задумчиво обхватив колени и глядя на огонь в камине. В глубине ее темных глаз вспыхивали и тут же гасли алые искры – отсветы пламени. А потом она вдруг посмотрела Рерису прямо в глаза, словно хотела о чем-то спросить. Но тут же отвернулась, промолчав.

Гостю постелили постель прямо в гостиной, рядом с камином. Лис и Зара, пожелав друг другу спокойной ночи, разошлись в разные стороны. Рерис почти мгновенно провалился в сон, ему показалось, что прошло всего несколько минут, прежде чем его разбудил какой-то шум. Парень открыл глаза и увидел служанку, которая, стараясь не шуметь, убирала со стола остатки вчерашнего ужина. Увидев, что гость открыл глаза, она смущенно улыбнулась и поспешила ретироваться, прижав к груди стопку тарелок. Но Рерис понял, что уже выспался. Он быстро натянул на себя высохшую за ночь одежду, потянулся, осматриваясь. Огонь давно прогорел, на дне камина тлели угольки. Рерис посмотрел на них и тут же вспомнил хрупкую фею с карими глазами. Конечно, это просто уставшее воображение создало такой волшебный образ. Ни одна девушка не может быть на самом деле столь прелестна.

– Привет, – сказал тихий голос позади него, – ты уже проснулся?

Рерис обернулся, и сердце дернулось: даже при свете дня Зара казалась ангелом, сошедшим с небес.

– Привет, – хрипло поздоровался он, прокашлялся, выравнивая голос, – проснулся. Где Лис?

Зара махнула рукой:

– Ушел спасать миры, – она произнесла это почему-то грустно, но тут же улыбнулась.

– Жаль! – искренне сказал Рерис. – Я хотел поблагодарить его за приют!

– А ты уже уходишь?

– Да… Наверное… Надо идти… – парень, сам не зная почему, понял, что ищет предлог, чтобы остаться. – Хочу немного осмотреться, если уж попал в этот мир. Это мало кому удавалось.

– Хочешь, я провожу тебя до стены, а заодно расскажу все, что знаю о нашем мире? – предложила девушка.

– Почему нет? – Рерис улыбнулся. – Буду рад, если ты составишь мне компанию!

Наскоро перекусив хлебом с сыром, принесенными молчаливой служанкой, Рерис и Зара были готовы отправиться на прогулку. Зара переоделась в брючный костюм, волосы скрутила в пучок и заправила их под берет, но, как вынужден был признать парень, не потеряла ни капли своего очарования.

Природа, излив вчера всю свою ярость, теперь старательно притворялась невинным ягненком: на ясном небе светило солнце, зелень, омытая дождем, сверкала, как драгоценные камни. С яблонь, правда, осыпались почти все лепестки, но Зара уверила Рериса, что через несколько дней они расцветут снова. Еще Рерис увидел флаги, развевающиеся на флагштоках, вчера, в темноте, он не успел их разглядеть. Флаги были разные, одни изображали фантастических существ, другие перекрещенное оружие, третьи – линии и геометрические рисунки.

– Это флаги разных семей Мастеров ключей, чья кровь объединена в Лисе. Это все его предки… Когда мы поженимся, здесь появиться мой флаг: флаг рода Черных Сорок.

Зара отчего-то нахмурилась на секунду, но тут же лицо ее разгладилось.

До стены они дошли довольно быстро. Девушка, как и обещала, всю дорогу рассказывала Рерису о Последнем мире. Он внимательно слушал, не перебивая. Оказывается, в Сумеречной школе очень многого не знали о Мастерах ключей.

Но постепенно Зара перешла от описания земель и обычаев к рассказу о себе и Лисе.

– Он уходит почти каждый день спасать кого-то… Думает, больше некому… Лис очень хороший, но слишком уверен в себе. Он уже говорил тебе, что очень умный?

– Говорил, – улыбнувшись, подтвердил Рерис.

– Узнаю Лиса. И так во всем! Я лучше знаю… Как я сказал, так и будет… Ты должна меня слушать… Знаешь, я ведь тоже мечтаю обо всех этих мирах. Но он ни разу никуда меня не взял! Говорит, что это слишком опасно! Я верю, что он пытается меня защитить, уберечь от всего, но совсем не замечает, что я задыхаюсь здесь!

Зара перевела дыхание и замолчала, почувствовав, что, наверное, перешла невидимую грань того, что можно доверить незнакомцу.

Они стояли уже у самой стены. Она продолжалась вправо и влево насколько хватало глаз, одним концом упираясь в пляж. Стена была сплошь исписана именами, и Зара уже успела объяснить, что это за имена.

– Сама стена тоже дрейфует. Никогда не знаешь, как она будет выглядеть сегодня.

– Удивительное, прекрасное место! – искренне воскликнул Рерис.

– Прекрасное? – будто не поверив, переспросила Зара. – А я уже видеть его не могу. А какой твой мир?

Рерис начал рассказывать, стараясь описывать коротко, но постепенно так увлекся, что не заметил, как беседа превращается в его восторженный монолог.

– И это только один мир… – задумчиво сказала Зара, которая, слушая, ни разу его не перебила. – А ведь их сотни…

– Слушай! – вдруг воскликнула она с горящими глазами. – Возьми меня с собой! Один раз! Всего один! Лис поймет, что ничего опасного в путешествиях для меня нет, и будет брать меня с собой!

Рерис ошарашено покачал головой.

– Что ты! Как я могу!

– У меня и ключ есть! Смотри!

Зара вытянула из-под куртки маленький серебряный ключ.

Рерис, не глядя на него, попытался обойти Зару, но девушка загородила ему дорогу. Ее маленькие руки сжали его пальцы. Конечно, она сделала это неосознанно, но парня словно накрыла горячая волна. Ее глаза были так близко, он чувствовал ее дыхание…

«Нельзя соглашаться! Это плохо кончиться!» – мелькнула в голове последняя разумная мысль.

– Один раз! – прошептала она, чуть не плача.

Остатки разума растворились в омуте ее глаз.

– Один раз… – согласился Рерис.

Мир, в который они попали, разительно отличался от родины Зары. Девушка, увидев, что стоит на лесной тропинке, восторженно вскрикнула и захлопала в ладоши.

– Тихо, тихо, – осадил ее Рерис, – мы еще не знаем, что нас здесь ждет. Поэтому будем вести себя осторожно.

– Да, извини, – Зара покаянно наклонила голову, но в глазах продолжали искрить лукавые звездочки.

Тропинка, постепенно расширяясь, превратилась в тракт. Идти стало легче, ноги больше не спотыкались о камни, а ветки не били по рукам. Лес раздался вправо и влево. Прошло не более получаса, когда их догнал обоз: несколько телег, накрытых рогожами. Возможно, купцы везли товар на продажу.

– Эй, молодежь, далеко ли до Приглядок? – крикнул мужичок, правящий первой телегой.

– Не представляю! – честно признался Рерис. – Мы не местные, сами ищем место, где можно отдохнуть и перекусить. В Приглядках есть постоялый двор?

– Да, – мужичок почесал голову, словно обдумывая что-то, потом сообщил о своем решении:

– Хотите, могу подвезти. Все равно нам в одну сторону.

– Спасибо! – поблагодарила Зара, первой забираясь в телегу.

– Осторожно, осторожно! Горшки мне не побей. Вот тут садись, с краю!

Купец откинул рогожу, показывая свободное место, где можно присесть. Путешественники уселись, и телега неторопливо двинулась в путь.

Приглядками оказалось небольшое село, которое существовало только благодаря тому, что располагалось на тракте. Почти каждый житель здесь держал свой постоялый двор, так что многочисленные путники могли выбирать себе место по карману и по вкусу. Дорога на подъезде к селу была утыкана столбами с незатейливыми объявлениями, приглашающими на постой. «Коготь дракона! Отдых для настоящих мужчин. Мясо на гриле. Бои на кулаках. Ставки принимаются». «Кошка-ложка. Семейные комнаты. Всегда в наличии свежее молоко!» «Рай в шалаше. Проведите у нас свой медовый месяц. Мы сделаем ваш отдых незабываемым!» Зара восторженно читала объявления вслух, после каждого прочтения раздумывая, стоит ли останавливать свой выбор именно на этом заведении.

– Нет, «Кошка-ложка» и «Рай в шалаше» нам решительно не подходят. Так ведь? «Коготь дракона»? Хм… Как-то мрачновато…

– Мы собираемся остановиться в «Кровь с молоком», – возница решил присоединиться к выбору постоялого двора, – недорого, чисто, кормят вкусно. И есть приятный момент: здесь часто останавливаются бродячие певцы и сказители: иногда такие истории увлекательные рассказывают – заслушаешься. В прошлый раз, когда мы здесь проезжали, я спать только под утро ушел, Хорька, сволочь красноречивая, рассказывал про Белую деву. И ведь знаю, что вранье все, а оторваться сил нет!

– Решено! Едем в «Кровь с молоком»! – воскликнула Зара, проникшись рассказом о неведомом Хорьке.

Рерис только бровь поднял, но в спор вступать не стал. Он обещал девочке путешествие в другой мир, что же, пусть наслаждается.

Подъехали, когда уже темнеть начало. В сумерках Приглядки было не разглядеть, но село оно и есть село, на что там любоваться. Обоз подъехал к крепенькому, невысокому забору, за которым возвышался добротный, но без изысков деревянный сруб. Ворота были не заперты, поэтому обоз неторопливо въехал во двор. Рерис и Зара не стали дожидаться, пока обозники распрягут лошадей, они поблагодарили добродушного купца за помощь и пошли договариваться о ночлеге и ужине.

На первом этаже, где располагалась трапезная, дым стоял коромыслом. Суетились, разнося заказы, молоденькие девушки. Свечи и камин слабо освещали полутемную комнату. Почти все столики были заняты, но Рерис решительно взял Зару за локоть повел ее за собой. По дороге выхватил пробегающую мимо разносчицу.

– Где можно найти хозяина? Мы новые постояльцы.

– А зачем хозяин? – удивилась она. – Я сама вас обслужу. Только подождите немного – отнесу заказ.

Она убежала, но вернулась очень скоро, вытирая руки о передник.

– У нас как раз осталась одна свободная комната для двоих. В оплату входит ужин. И Жужа обещал выступить (она не оборачиваясь, махнула рукой в сторону камина, где настраивал струны на инструменте похожем на гусли молоденький длинноволосый паренек). Ну что, берете ключ?

– Нам нужны две комнаты, – твердо сказал Рерис, Зара смущенно стояла, делая вид, что очень увлечена разглядыванием юного певца: интересно, не жарко ему там в такую душную ночь у камина?

Девушка пожала плечами.

– Все занято. Сейчас обоз приехал, они заранее договаривались. Так не будете брать? Кровати там и раздвинуть можно.

– Да, ладно, Рерис! Куда мы сейчас пойдем на ночь глядя? Мне здесь нравится! – Зара тронула его за рукав. – А может быть, я вообще сегодня спать не лягу! Буду слушать Жужу!

Жужа, словно в ответ на ее слова, исторг из недр своего инструмента тонкий дребезжащий звук.

Столик с большим трудом они себе все же отыскали. От открытых дверей тянуло ночным холодом, от камина – жаром. Но Зара нисколько не была расстроена. С неиссякаемым восторгом она рассматривала все вокруг, и любая мелочь, не виденная ей ранее, заставляла глаза Зары вспыхивать от радости.

– Спасибо, Рерис! – шепотом сказала она, пожимая его руку. – Это прекрасный, чудесный мир!

Но парень не разделял ее энтузиазма, потому что прекрасно понимал, что оказались они здесь не просто так. И скоро, возможно с минуты на минуту, кому-то понадобиться его помощь.

Но Зара, похоже, об этом забыла, а он не стал напоминать, пусть наслаждается, пока есть время.

Принесли ужин: ломоть хлеба, луковица, кусок отварного мяса и сыр. Поставили кружки пива. Зара брезгливо понюхала ближайшую к ней кружку, выщербленную, с отколотой ручкой, но любопытство взяло вверх, поэтому она осторожно отпила глоток.

– М-м-м… А не так плохо! – вынесла она вердикт и с удвоенным энтузиазмом принялась за сыр.

Рерис лишь отщипывал небольшие крошки от хлеба, скатывая из них шарики и отправляя в рот. Он предпочитал быть наготове, пока не поймет, с чем имеет дело. К тому же, теперь, он взял на себя ответственность за эту девушку и должен целой и невредимой вернуть ее домой.

Жужа отладил инструмент и взял несколько первых аккордов, привлекая внимание. Некоторые отставили тарелки, приготовившись слушать, другие, как ни в чем не бывало, продолжили общаться, даже не обернувшись. Видно, так было принято в этих местах. Зара закусила губу в предвкушении. Рерис невольно вновь залюбовался ей. Она была такая непосредственная и искренняя в своих чувствах. «Жаль…» – мелькнула какая-то неосознанная мысль, но была задушена в зародыше.

Жужа оказался плохим певцом, даже Зара вынуждена была это признать и с негодованием поглядывала на Рериса, будто он был лично в этом виноват. Голос Жужы то фальцетом взвивался к потолку, то судорожно пытался ухватить нижние ноты. Инструмент из последних сил пытался отстоять хозяйскую честь, струны жалобно стонали под неумелыми пальцами. Но, на удивление, певец не был освистал и выгнан с позором, потому что история, которую он пытался пропеть-прохрипеть была удивительна хороша.