ГЛАВА 16. Слушай свое сердце

Что ж, если судить по критерию Граса, у нас с Делсеном действительно были шансы на счастливую семейную жизнь при минимальных усилиях. Танцевать с ним оказалось легко и радостно. Он вел уверенно, легко подхватывал мои импровизации, но главное, главное! – его близость в танце меня волновала. Казалось, еще немного, еще шаг, поворот, поддержка – и мы в самом деле взлетим к звездам. И где-то далеко, на самом краю сознания, слышался звонкий смех фей: «Танцуй, дитя! Слушай сердце, не танцуй чужие танцы. Приходи, когда вырастешь»…

Я выросла?

«Еще нет, дитя. Еще не совсем! Танцуй!»

Звездное танго сменилось очередным быстрым степом, потом оркестр вдруг вдарил романтичный блюзовый медляк. Обычно такое пускают под конец вечера, когда парочкам хочется потоптаться в обнимку, сейчас же танцпол остался почти пустым. Делсен выписывал фигуры, то ли импровизируя, то ли подстраивая под музыку какой-то танец своего мира, не знаю, но получалось красиво! Он вел, иногда подсказывая, мы сходились и расходились, кружили то в обнимку, то касаясь друг друга самыми кончиками пальцев. Меня захватил азарт, никогда еще я не танцевала что-то новое вот так, посреди зала на балу, под сотнями взглядов. Азарт и… благодарность? Волнение? Интерес? Делсен открывался с новой стороны, только ради этого стоило подстроить его появление здесь!

Нет, я не забыла о своей обиде, о желании поговорить и разобраться во всем. Но ведь разговоры никуда не убегут, а потанцевать с ним, может, больше никогда и не придется!

Отзвучали последние ноты, и зал взорвался аплодисментами. А Делсен вдруг опустился на колено и легко, едва коснувшись, поцеловал мою руку.

Кажется, кто-то из девчонок ахнул. Ой, всё, представляю, как меня задергают расспросами в первый же день занятий!

– Кое-кому не мешало бы охладиться, – негромко сказала я. Хотела строго, но получилось… ой, что получилось, то и ладно! Главное, Делсен поднялся, подставил мне руку и не забыл накинуть чары отвлечения, а то, наверное, на нас бы так и пялились и следом бы пошли всей толпой.

Мы вышли на тот самый балкон, с которого я наблюдала эпичное прибытие Хагоса. Сейчас внизу было пусто. Искореженное ректорское авто увезли, грифону нашли, наверное, какое-нибудь спокойное место вроде вольера в виварии, а время гуляющих парочек еще не настало.

– Останемся здесь или спустимся вниз? – спросил Делсен.

Мне, если честно, было все равно; вернее, меня волновало сейчас совсем другое.

– Ты любишь танцевать или просто делаешь мне приятное? – вопрос слетел сам, я ведь не собиралась устраивать разборки прямо сейчас!

– Я не против потанцевать, если меня не затащили на танцы силой, если это не прием в нашем высшем обществе и если партнерша танцует, а не демонстрирует декольте в самом выгодном ракурсе. – Пока я думала, как отреагировать на «декольте в выгодном ракурсе», он добавил: – Танцевать с тобой я, как выяснилось, люблю.

И вот что на это ответить? «Я, как выяснилось, тоже?» Нет уж. Слишком легко; а как же «немного помучить»?

Я молчала, и Делсен сказал:

– Прости, я не понял, на что ты обиделась. Объясни.

– М-м-м… на мысль, что я стала бы работать на тебя за деньги? Вроде Грас обещал тебе объяснить, или мне послышалось?

– Объяснил так, что в приличном обществе не рискну повторять, – поморщился Делсен. – Наверное, сначала я должен был извиниться за тот случай, а потом спрашивать. Но, Элсина, всего лишь неудачная фраза! Даже не фраза, единственное слово! Скажи я не «сколько», а «что», все было бы нормально, так?

– Но ты сказал «сколько». Приравнял меня к продажной девке, которой все равно, кого обслуживать, лишь бы платили. И да, не извинился.

– А тебе нужны извинения? – прозвучало резко, вот только меня снова, как несколько раз в Шарроте, накрыло чужими эмоциями, и главной в них была растерянность. Ой, всё, наш аристократ и глава Дома не знает, как вести себя с девушкой! То есть не «по этикету» не знает, а «как, чтобы еще больше не обидеть». Как мило.

– Не нужны, – так же резко ответила я, подавив неуместную сейчас улыбку. – Что толку в извинениях, если они вырваны силой? Я ценю искренность. Не хочешь – не извиняйся, переживу уж как-нибудь.

– Элсина, – он нахмурился, хотя, казалось, куда уж больше. – Я не о том вечере спрашивал. Тогда ты уже была обижена, только поэтому одно неудачное слово так сильно тебя задело. Что случилось до того? Ты сбежала со своей практики, ничего не объяснив. Почему?

Вот мы и дошли до главного.

– Потому что ты тоже ничего не объяснил! Когда привязывали бесов. Не предупредил о важности формулировки. Позволил мне привязать себя к Шарроту, по сути, самоназначиться твоей женой, и промолчал! Как там было в одной из твоих книг? «Во имя рода можно всё»? Знаете, господин Шаррот, или Лоссеиваль, мне без разницы, поищите себе другую жену. Которая согласна с таким подходом. А я себя не на помойке нашла, чтобы вот так выходить замуж. Чем ты получаешься лучше своего братца, который пытался меня банально приворожить? Пойми, пожалуйста, я обычная девушка с обычными девичьими мечтами, и я не хочу быть ценным призом с биркой «бесплатный ритуалист-алхимик»! Я хочу свидания, чувства, романтику и замуж по любви. И чтобы все как положено. Чтобы мой парень пришел знакомиться с моими родителями, понравился им, чтобы свадьба с подружками.

– С этими? – мотнул головой в направлении зала Делсен.

Это как понимать, с остальным он согласен?! Или просто утонул в моем многословии?

– Нет, конечно. По-твоему, у меня нормальных подруг нет? Просто они не в этом универе. Одноклассницы, девочки с нашего двора. Я им о тебе даже не рассказывала, между прочим!

– Почему?

– А вот по тому по самому! Что я сказать могла? «Понравился один аристократик, только козлом оказался?» Ой, всё, хватит! Завелась я, сейчас или разревусь, или надаю тебе по башке первым, что под руку подвернется. Идите, господин Лоссеиваль, потанцуйте с кем-нибудь, подумайте над своим поведением, проверьте, чем ваш братец занят, в общем, оставь меня одну, мне успокоиться надо.

И что, вы думаете, он сделал? Оставил меня в покое и танцевать пошел? Да как же, ждите! Этот авантюрист додумался крепко меня обнять, прижать к себе и сказать в макушку:

– Успокаивайся, реви, дерись, что хочешь делай, но больше я тебя не отпущу. Ты, Элси, умеешь очень быстро исчезать, и моя интуиция подсказывает, что на этот раз ты можешь исчезнуть катастрофически надолго. Я не хочу, чтобы ты исчезала из моей жизни. И поверь, Элси, совсем не потому, что ты ритуалист и алхимик. Неужели я себе ритуалиста не найму, в самом деле? Опытного, знающего все те нюансы, которые тебе с нуля объяснять приходилось. А ты интересная девушка. Ты мне нравишься, а я хочу нравиться тебе.

Я слушала это вот все, замерев от абсолютного изумления. Не ожидала от Когтя такого красноречия. Интуиция у него, ой, всё! Прорезалась, когда не ждали!

И только хотела сказать, где я видала его интуицию, ну или хотя бы спросить, где эта самая интуиция раньше была, как он возьми и ляпни:

– Выходи за меня замуж, Элси.

Ой, дура-ак…

– Не выйду, – буркнула я. – Кто так замуж зовет? Да так даже в кино не приглашают!

– Только поэтому?

– Я же тебе объясняла уже. Забыл или даже не слушал?

– Чувства, свидания и знакомство с родителями? Элсина, ты ведь не глупая. Ты знаешь о моих чувствах.

– Не знаю, – упрямо возразила я. – Мало ли что девушка вообразить может!

– Хорошо, – сказал он. – Элсина, я приглашаю тебя на свидание.

Ой, всё! Разродился.

– Куда и когда?

– Здесь и сейчас. Ты ведь любишь танцевать.

– Ой, нет! Университетский бал – точно не место для хорошего свидания.

– Но хотя бы на танец тебя можно пригласить?

– Можно, – согласилась я. И, прежде чем он успел пафосно встать на колено и выдать свое «разреши тебя пригласить», мстительно добавила: – В «Летящую». Поверь, там гораздо лучше танцевать, да и для свиданий много хороших мест совсем рядом. Спроси у Граса, он тебе расскажет.

– Элси, ты мне мстишь?

– Немножко, и не делай такие грустные глаза. Я правда не хочу, чтобы сейчас на нас с тобой пялились все мои «заклятые подружки».

– И тебя совсем не тянет потанцевать в этом чудесном платье?

– Еще как тянет, но платье никуда не денется.

Я начинала получать удовольствие от пикировки. Оказывается, неопределенность сильно меня угнетала: сколько себя ни убеждай, что плакать не станешь, а потерять Делсена я не хотела. Теперь же – гора с плеч свалилась! Он тоже не хочет меня потерять. Он позвал меня замуж! Да, позвал неловко и не слишком красиво, «нравишься», что за детский сад! Но какая разница, если честно? Ничего, еще научится говорить: «Я люблю тебя, Элси»!

В конце концов, у меня три курса впереди, так что и у моего предполагаемого мужа время для обучения есть. Я ведь не собираюсь выскакивать замуж недоучкой. Три года – отличный срок, чтобы проверить наши чувства. Ну… и все-таки немножко отомстить, чего уж!

***

Демон был доволен. Грас Шаррот, младшая ветвь Дома Лоссеивалей – вполне приемлемая позиция на ближайшие двадцать лет. Клятву, оплаченную душой, не обойти, но в рамках клятвы – почти свобода. С разумным главой, который вряд ли станет вмешиваться в его дела. С открытой тропой в родной мир. С еще одним доступным миром, в котором можно тем временем осмотреться и заложить основу будущего влияния.

Да, сейчас все это выглядит досадной потерей времени, но кто знает, как повернутся дела через двести, пятьсот или тысячу лет. Высший демон обязан думать на перспективу, превращать неудачи в возможности и извлекать выгоду даже из поражений. Демоны не проигрывают.

Не слишком мелодичная музыка студенческого бала раздражала, но накидывать полог тишины демон не стал. Незачем светить возможностями. Достаточно и того, что пришлось сотворить три кресла, на мгновение отведя смертным глаза. Почему-то устроители бала не подумали, что опоясывающие весь второй этаж здания балконы – прекрасное место для таких вот уединенных уголков.

Грас Шаррот вел неторопливую, ничего не значащую беседу со смертным студентом, тем временем мягко прощупывая его спутницу. Этот Джайэ Дробант – «дипломатия, разведка и другие аспекты сотрудничества», – мог стать очень полезным приобретением. С ним стоило поработать. А девица… ну, что девица? Мелкая пакостница с большими амбициями. Для смертной из бедного на магию мира у нее неплохой магический и ментальный потенциал. Возможно, пригодится. Но, убей его Бездна, неинтересна. Главная врагиня милой Эл, Инда, гораздо забавнее. И тоже с неплохими данными. Возможно, имеет смысл забрать Инду себе, а эту предложить Хагосу?

К слову, надо бы проверить, как тот себя ведет. Не вляпался бы снова в историю, на сегодня его лимит исчерпан.

– Однако я слишком вас задержал пустыми разговорами, вы ведь пришли сюда веселиться, – Грас встал и подал руку девушке. – В качестве извинения могу познакомить с гораздо более веселым собеседником. Если, конечно, вас интересует парень, прилетевший на бал на грифоне.

Одним движением брови развеял сотворенные кресла и бросил быстрый взгляд на соседний балкон. Тот был прикрыт отличными, мощными чарами отвлечения внимания, но для демона творение Делсена Лоссеиваля воспринималось не более чем легким флером.

Там, за этим флером, милая Эл от души развлекалась, пугая Делсена знакомством с мамой. Наивная девушка, разве потомственного аристократа смутит знакомство с матушкой своей избранницы? Но Делсену хватило ума в этот раз пойти у Эл на поводу. У этой парочки все теперь будет хорошо, на них можно не отвлекаться.

«Займемся Хагосом», – демон кивнул сам себе и усилил чары Лоссеиваля своими.