Эпилог

Тишина…

Слишком тихо для нашего дома. Наверняка бы уже чем-нибудь возмущалась матушка, и ее голос доносился бы и до моей спальни.

Выходит, я все же не дома?..

Но как же страшно открывать глаза! Как же страшно увидеть замершее солнце Запретной Рощи! Страшно осознать, то бегство оттуда тоже было иллюзией, и на самом деле я так и осталась там навеки обреченным на одиночество бесплотным духом!

Все же странная штука жизнь. Пока Филинда не вышла замуж, я и не осознавала своего главного страха. Заботы о сестре не позволяли мне его разглядеть. И я даже не подозревала, насколько я боюсь этого… Одиночества… До конца жизни, до конца вечности… Без Нэйтана…

Собравшись решимостью все же принять реальность, я открыла глаза.

Прямо надо мной массивные деревянные балки образовывали арку потолка. Что?.. Где я вообще?

Села на кровати так резко, что даже голова закружилась. Но, благо, хоть ненадолго. Так, это явно не моя комната. Но и уж точно не Запретная Роща! Бревенчатые стены, но как отполированные, да и обстановка спальни хоть и простая, но уж точно нельзя это место назвать обителью простолюдина. Да и кровать большая, простыни шелковые – да такие стоят целое состояние!

Я осторожно опустила ноги на пол, тут же ступни утонули в мягком пушистом ковре. Все еще недоумевая, где я вообще, встав, я первым делом подошла к окну. Занавеси чуть колыхались от легкого ветерка, то и дело цепляясь за открытые створки.

Разлапистая ель росла столь близко, что ее ветки чуть ли не стучались в окно. Но хоть она и загораживала обзор, все равно было видно, что вокруг хвойный лес, и даже клочок озера или пруда на глаза попался.

Хм… Понятнее не стало…

Чей это вообще дом и как я тут оказалась? И, главное, где Нэйтан?

Со все нарастающим беспокойством я подошла к шкафу. Так, и мужская и женская одежда… На мне же самой все еще то платье, в котором я была в Роще. Может, я и в забытьи от слабости провела всего ничего?

Одна единственная дверь из спальни вывела на деревянную лестницу вниз. Я спускалась осторожно, прислушиваясь. Да, доносилось пение птиц, шорохи леса и даже будто бы всплески воды в озере. Но ни единого следа присутствия здесь еще кого-то кроме меня.

На первом этаже нашлись гостиная с камином и кухня с кладовой. И не души… Уже не зная, что и думать, я поспешила к входной двери. Открыла ее. И так и замерла на пороге…

Дорожка от дома спускалась прямиком к озеру. Водная гладь сверкала золотистыми бликами в лучах утреннего солнца. И на фоне этого Нэйтан даже сначала воспринялся как видение.

Влажные волосы и капли воды на торсе выдавали, что сам он лишь пару минут назад вышел из озера. Застегнув брюки, как раз сейчас накинул рубашку.

Он мне вообще не мерещится?..

Я так и приросла к месту, не в силах сделать ни шага с крыльца. Вдруг он тут же исчезнет? Вдруг это все лишь игра моего сознания?

Но Нэйтан сам заметил меня, тут же направился по дорожке к дому.

– Ты…настоящий? – слова дались с трудом.

– А разве не похож? – с улыбкой смотрел на меня он.

Все еще боясь, что мираж развеется, я робко протянула руку. Рубашка пока так и оставалась распахнутой, и шрам от ранения прекрасно был виден. Я коснулась лишь кончиками пальцев. Лишь кончиками пальцев ощутила вполне реальное тепло вполне реального Нэйтана! Честно, чуть не разревелась от враз накативших эмоций!

Он понял все без слов, тут же крепко обнял меня.

– Все позади, малышка… Все плохое позади… Роща, безумные духи и прочие наши с тобой развлечения в последнее время – все это лишь прошлое.

– Но где мы? – я подняла на него взгляд.– И как здесь очутились?

В его глазах заплясали хитрые смешинки.

– Это? Это охотничий домик. И вокруг нет ни одной живой души. Только ты и я.

– Погоди, то есть ты…

– Да, малышка. Я тебя похитил, украл, увез. Еще скажи спасибо, что не последовал совету бабули и не засовывал в мешок.

– В мешок? – даже не знала изумляться или смеяться.

– Я все же решил, что мы с тобой как-нибудь обойдемся более мирными методами, – но тут же уже серьезно добавил: – Я забрал тебя сразу же с турнирного поля, куда мы перенеслись из Рощи. От слабости ты была без сознания, так что, уж извини, стадию уговоров я пропустил. Но не бойся, бабушка знает, что мы здесь, и будет стойко держать оборону, чтобы никто не пытался нас найти. Так что обоснуемся тут на какое-то время. Дом был заранее подготовлен, здесь есть все для комфортной жизни.

– Но, Нэйтан, как же наши родные и…

– Ну нет, – перебил он, – хватит. Я нарочно увез тебя подальше. От твоей семьи. От моей семьи. От всего мира, который сейчас сходит там с ума.

– Отчего же? – я растерянно смотрела на Нэйта. – Это из-за того, что я разрушила чью-то магию Даг? Но это был единственный ориентир, к которому я смогла дотянуться…

– Нет, в столице сейчас все верх дном. Пали магические запреты, и все пакости Агнуса стали известны. Теперь все сотворенное им зло активно обсуждается, сам этот недокороль сбежал из страны, и правление принял совет архимагов.

– Это ведь ты, да?..

– Убедил его снять запреты? Ну да, я. И то спасибо твоему брату, что хоть смог дать ориентир, сам бы я не догадался о происходящем. Но теперь можешь не волноваться. Твоего отца больше не считают безумцем, и в свете выяснившихся козней принца показания лорда Хейерса о обрушении в шахтах наконец-то восприняты советом архимагов всерьез. Доброе имя твоего рода будет восстановлено. Ты без сознания была почти три дня, а магическое послание о происходящем я получил от бабушки вчера вечером. Так что еще пару недель, как минимум, и столица, и все королевство, включая Вайдерхофф, будут гудеть. Но, – ласково коснулся моей щеки, – нас с тобой внешний мир совершенно не касается.

Столько всего…. Снятие запрета… Восстановление чести рода… Все это всегда казалось нереальным. Неужели сейчас все на самом деле?!

А Нэйтан с улыбкой продолжал:

– Что же касается разрушенной тобой магии, это была моя магия, Лили. Я создал для турнира мощнейшее сосредоточение, и, как выяснилось, даже с наступлением ночи участницы не оставили попыток его разрушить, и даже зрители не разошлись, ожидая, что вот-вот и точно кто-то победит. И ты победила, – не удержался от смеха, – сама того не подозревая и на глазах у целой толпы, ты победила! И теперь от приза уж точно не отвертишься!

Я засмеялась, хотя на глазах и сами собой выступили слезы.

– Выходит, я в честном поединке выиграла руку и сердце прославленного и несравненного графа Нэйтана из рода Дагрей?

– Э, нет, не только руку и сердце – ты всего меня целиком выиграла, – усмехнулся он, – так что теперь все, малышка, мучиться тебе со мной до конца нашей долгой-долгой и очень счастливой жизни. Теперь для всех и каждого ты – моя невеста. Я же не могу не сдержать данного во всеуслышанье слова жениться на самой одаренной, сама же понимаешь, – хитро мне подмигнул. – Что же касается свадьбы, церемонию устроим, когда вернемся в Вайдерхофф. Бабушка с ее неугомонной активностью уже все там готовит, и она только рада, что мы не будем мешаться под ногами.

– А когда мы вернемся? – я обвила его шею руками.

Нэйтан наклонился к моему лицу.

– Думаю, все же очень и очень нескоро…

***

– Граф и графиня Дагрей! – церемониймейстер столь сильно стукнул жезлом об пол, словно хотел пробить дыру.

Мне так и хотелось сказать, что вообще-то здесь, в бальном зале Дагнес-Холла, пол выложен хаверской мозаикой, еще по приказу моего прапрадеда, потому не стоит так стучать, но я все же сдержалась. Но вместо меня это и так высказал наш дворецкий Лагрин, в парадной ливрее уже не воспринимающийся дряхлым стариком. Да и при возвращении в Дагнес-Холл его супруга Вильда тоже словно бы расцвела. И хотя матушка настаивала нанять исключительно новых слуг, мол, нечего «таскать за собой старье», но Вентон даже слушать ее не стал.

А к нам уже спешили виновники торжества. И даже не знаю, кто из них сиял больше: мой брат в белом камзоле или же его новоиспеченная супруга в воздушном кружевном платье. И хотя Самина явно еще терялась от всей этой окружающей роскоши, все равно было невооруженным взглядом видно, что она здесь вовсе не из-за богатства.

– Вы где задержались? – тут же посетовал Вент. – От храма ведь после церемонии наши экипажи почти в одной время выезжали!

– Это я виновата, – тут же призналась я, – попросила Нэйта от ворот пройтись пешком, полюбоваться Дагнес-Холлом.

– Тогда это уже я виноват, – со смехом возразил Нэйтан, – я же не смог тебе отказать, – перевел взгляд на новобрачных: – И, надеюсь, мы все же опоздали на самую занудную часть праздневства, где зачитываются длинные поздравительные речи?

Вентон засмеялся:

– Прости, но как-нибудь сегодня обойдемся без занудных речей. Тем более тут только все свои.

Просторный бальный зал и вправду был полупуст. Пусть честь нашего рода и была восстановлена, пусть к нам вернулось все, что когда-то было отнято, включая и Дагнес-Холл. Но годы отчуждения сыграли свою роль. Вентон, как хозяин здесь по праву наследования, не собирался никому пускать пыль в глаза и восстанавливать знакомство с теми, кто в свое время от нас отвернулся. Потому и здесь сейчас, на торжестве в честь бракосочетания Вентона и Самины, гостей собралось не так уж и много.

Родные Самины, простой девушки из Вайдерхоффа, явно чувствовали себя немного неловко среди окружающего великолепия. С остальными все обстояло куда проще. Друзья Вентона, судьи из Вайдерхоффского суда, даже несколько знакомых лавочников – здесь были все те, кто составлял жизнь моего брата все последние годы.

Конечно, такое событие не мог пропустить и господин Бернесс. Как раз сейчас смеялся, когда леди Ифильда отказывала подошедшему к ней кавалеру:

– Нет-нет, я не танцую, притом вы вовсе не в моем вкусе. Уж простите, молодой человек, но вы слишком молодой, вот лет через сорок, когда вы дозреете до нужно кондиции, давайте вернемся к этому разговору.

Была здесь и леди Ративва, смотрительница архива, уже вовсю расписывающая своему явно тугоухому собеседнику, к каким годам относится лепнина на потолке и рукой какого из мастеров сотворена.

И, само собой, взгляд первым делом выделил среди всех счастливую супружескую пару. Филинда как раз заботливо поправляла бантики в прическе что-то без умолку говорящей Тамии, рядом стоящий Терей с улыбкой переводил взгляд со своей младшей сестры на супругу. Как же хорошо, что у них все так замечательно сложилось!

– А родители не приехали? – я перевела взгляд на Вентона.

Брат покачал головой.

Но тут и без слов стало все ясно. Я ведь присутствовала при том скандале, который матушка закатила. Мол, Вентон не имеет никакого права жениться на простой девушке и плевать, что любит он ее не первый год, просто держался всегда в стороне, ведь не мог создать семью. Все равно он обязан взять в жены какую-нибудь именитую аристократку и никак не иначе. Вон та же Миролана, пусть и ходят про нее дурные слухи, но зато из богатого рода и первая красавица Анадейла! Даже она, при ее подмоченной репутации, была бы лучшим выбором! И все это в сопровождении причитаний, мол, за что ей достались такие дети…

Увы, возвращение благосостояния совсем не исправило нашу матушку в лучшую сторону. Все ее вайдерхоффские подружки-сплетницы сразу же стали ее недостойны, она теперь пропадала на столичных приемах, все так же стараясь всеми способами пускать пыль в глаза.

 А ведь она до сих пор была уверена, что и за Нэйта я вышла замуж исключительно ради графского титула и денег. И обратного ей было не доказать. Узнав о скорой женитьбе Вента, она в итоге заявила, что ноги ее не будет в Дагнес-Холле, пока здесь «эта плебейка». И прихватив нашего отца, укатила на курорт.

Но как ни прискорбно, я не чувствовала никакого сожаления, что сейчас родителей здесь нет и что я совсем по ним не скучаю.

– А твои родители, Нэйт? – Вентон перевел взгляд на него. – Я спрашивал у леди Ифильды, но она лишь отмахнулась и сказала, что-то вроде «пусть и дальше сходят с ума, но, главное, чтобы это "дальше" было подальше от нас».

Нэйтан поморщился.

– С тех пор, как Клотти вышла замуж и решила, что никакого скоропалительного развода, уж лучше она будет долго и упорно отравлять Фирону жизнь, родители теперь с ними и носятся. Чтобы те, бедные, не пошли по миру.

Оркестр как раз грянул музыкой. Новобрачные танцем открывали праздничный бал. Постепенно к ним присоединялись и другие пары, и мы с Нэйтаном в том числе. И я очень старалась не думать о том, что при всей радости возвращения Дагнес-Холла мне неуютно тут. Словно бы я вернулась в прошлое, только уже была совсем другой, не подходящей к этому месту. Но и не здесь теперь мой дом… Теперь мой дом Дагрей-Холл. Пусть родители и бабушка Нэйтана с окончанием лета и уехали в столицу, но сам Нэйт не захотел возвращаться. И мы с ним так и остались в Вайдерхоффе, в Дагрей-Холле. Дела можно было вести и отсюда, да и, по большому счету, нам с Нэйтаном было бы хорошо где угодно.

– О чем так крепко задумалась, малышка? – тихо спросил Нэйтан почти на ухо, плавно кружа меня в танце. – Все еще боишься всем рассказать? Я понимаю, тебе сложно отделаться от привычки опекать старшую сестру и тревожиться о ней, но ты же сама видишь, Филинда счастлива. И то, что из-за последствий недуга она не может иметь детей, вполне компенсируется заботами о маленькой сестре Терея.

– Нэйт, я все понимаю, правда, но от многолетних привычек сложно избавляться. Разумом я знаю, что Фил искренне порадуется за нас с тобой и будет заранее любить своего племянника или племянницу, но все же… Давай не сегодня. Сегодня все же не наше с тобой торжество.

– Почему же? – он лукаво улыбнулся. – Наше с тобой торжество вообще каждый день, и я не собираюсь отменять этой традиции. Лишь чуть исправлю ее, когда на свет появится наш малыш, и тогда это уже будет торжество на троих.

Тут же понизил голос до шепота:

– Но в одном ты права, лучше все же пока не объявлять о грядущем пополнении рода, а то моя бабушка на радостях у нас поселится и будет каждодневно изводить нравоучениями о том, как надо воспитывать детей. Лично я пока морально к этому не готов. При всей моей любви к леди Ифильде, в такое время лучше ее держать на расстоянии.

– Хорошо-хорошо, договорились, – засмеялась я. – Пусть наша маленькая тайна пока так и остается тайной.

Уже поздно вечером, когда после празднества экипаж вез нас домой, я так сидя и задремала, уютно устроившись в объятиях мужа.

Впервые за эти месяцы мне снилась Запретная Роща. Ее умиротворенная идиллия, более не нарушаемая ни одним человеком. И я смотрела на это замершее в вечности чудо и только сейчас понимала, что для счастья влюбленным вовсе не нужна такая Роща. Да и магия не нужна. Нужны лишь искренность и способность не сдаваться, стремиться друг к другу, какими бы ни были сложными преграды…

Но наверняка когда-нибудь, быть может, спустя много-много лет, двум любящим сердцам отчаянно понадобится такое убежище. И тогда Роща откликнется, ее арки откроются. Но лишь для тех, кто и вправду искренне любит, в чьем сердце нет червоточин. Злу больше никогда не осквернить это чудо вечного лета.

Как никто и никогда не разрушит наше. Мы с Нэйтаном смогли сберечь друг друга, несмотря ни на что. И это тоже по-своему чудо. Пусть путь к нему и лежал через страдания и смерть, но все это лишь прошлое. Прошлое, на которое я не стану оглядываться.

Когда-то, я считала, будто все, что могло быть в моей жизни хорошего навсегда осталось позади, во временах Дагнес-Холла. Но теперь я не сомневалась, что самое лучшее именно в настоящем. И что бы ни готовило нам будущее, мы с Нэйтаном со всем справимся.

Но почему-то мне кажется, дальше нас ждет исключительно хорошее, и никак иначе…